В течение нескольких дней после избрания Дональда Дж. Трампа президентом США в ресторане в Нью-Йорке собралась большая группа женщин, объединенных своей тревогой в отношении новой администрации, чтобы спланировать марш протеста в Вашингтоне. Они видели, как эта идея появилась в «Фейсбуке», и хотели воплотить ее в реальность. Единство длилось недолго. Ванесса Врубл, активистка из Бруклина, отметила, что она сказала группе, что ее еврейское наследие вдохновило ее попытаться помочь восстановить мир. Но она сказала, что разговор переменился, когда Тамика Мэллори, чернокожая активистка, борющаяся за контроль над оружием, и Кармен Перес, активистка латиноамериканского происхождения, выступающая за реформы уголовной юстиции, ответили, что евреям необходимо противостоять своей собственной роли в расизме.
Женщины, собравшиеся в тот вечер, организовали один из крупнейших протестов в истории Америки, отличающийся не только своими размерами, но и всеобъемлющим характером. Событие 21 января 2017 года вдохновило тысячи женщин, которые никогда раньше не были вовлечены в политику, потратить время и силы на то, чтобы помочь демократам победить на выборах этой осенью. Но разногласия, возникшие на этом самом первом совещании, продолжают преследовать организацию «Марш женщин», поскольку обвинения в антисемитизме сейчас волнуют движение и омрачают планы относительно новых маршей в следующем месяце. Вскоре после марша г-жу Врубл изгнали из организации, и теперь она утверждает, что в этом сыграла свою роль ее еврейская идентичность. Она также помогла основать организацию «Марш на», которая поддерживает местных женщин-активисток.
Разрыв теперь настолько ужасен, что в следующем месяце на улицах Нью-Йорка будет два шествия в один и тот же день: один во главе с организацией «Марш женщин», которую возглавляют цветные женщины, а другой — во главе с организацией «Марш на», которая подчеркивает свое осуждение антисемитизма.
Тем временем, г-жа Мэллори, которая в настоящее время является сопредседателем организации «Марш женщин», подверглась критике за участие в мероприятии Луиса Фаррахана, лидера «Нации ислама», который был широко осуждаем за высказывания антисемитских заявлений. Г-жа Мэллори назвала в социальных сетях г-на Фаррахана «GOAT» или «величайшим на все времена».
Обвинения в антисемитизме, которые были изложены в статье в этом месяце в онлайн-журнале Tablet, побудили некоторых женщин пересмотреть свою поддержку организации. Некоторые еврейские женщины объявили в социальных сетях, что не будут участвовать в массовых акциях протеста в Вашингтоне 19 января, организованных «Маршем женщин». В прошлом месяце Тереза Шук, белая женщина с Гавайских островов, которая создала первую страницу в Фейсбуке, где предлагалось провести марш, призвала лидеров организации, в том числе мисс Мэллори и мисс Перес, уйти в отставку.
Рэйчел О’Лири Кармона, главный операционный директор организации «Марш женщин», назвала это противоречие растущей болью новой организации, которая борется за создание разнообразной коалиции. Она сказала, что предпринимаются шаги для обеспечения того, чтобы еврейские женщины чувствовали себя желанными, в том числе просвещение лидеров «Марша женщин» об антисемитизме и включение еврейских женщин в «принципы единства» организации, которые выделяют группы, которые считаются особенно уязвимыми. Г-жа Мэллори и г-жа Перес заявляют, что они категорически осуждают антисемитизм и что, когда они попросили г-жу Врубл покинуть организацию, это не имело ничего общего с ее еврейством.
Но они признали, что на первой встрече обсуждалась роль еврейских женщин. «После этого разговора мы все узнали много нового о том, как белые евреи, как белые люди, поддерживают превосходство белых, хотя ВСЕ евреи становятся его мишенью», – сказала г-жа Мэллори в своем заявлении для New York Times. Обвинения в антисемитизме особенно болезненны, потому что организаторы «Женского марша» с самого начала взяли на себя обязательство работать по расовому и религиозному направлению и помогать тем, кого они считают наиболее «маргинализованными» женщинами. Сейчас активистки «Марша женщин» спорят о том, как они относятся к евреям, и должны ли они считаться привилегированными белыми американцами или «маргинализованными» меньшинствами, особенно после октябрьской массовой стрельбы в Питтсбурге, когда в синагоге были расстреляны 11 человек.
Напряженность вокруг идентичности формировалась вокруг женского марша с самых ранних дней. Чернокожие и латиноамериканские женщины жаловались в Фейсбуке, что белые женщины планируют шествие без их участия, и что феминистки уже давно игнорируют их потребности. Госпожа Врубл, центральный организатор марша, говорит, что она согласна с тем, что белые женщины, включая евреев, должны бороться со своими расовыми привилегиями. Она призвала цветных женщин присоединиться к группе планирования и была связана с г-жой Мэллори и г-жой Перес.
На той первой встрече, сказала г-жа Врубл, они, похоже, хотели рассказать ей о темной стороне еврейской истории и сказали ей, что еврейский народ играл большую роль в работорговле и тюремной промышленности. «Я была ошеломлена», – сказала г-жа Врубл в своем первом обширном интервью о своем опыте организации Женского марша. «Я подумал: «Может быть, есть вещи, которые я не знаю о своем народе» Она сказала, что пошла домой той ночью и искала в Google, что прочитать о роли евреев в работорговле. В первой сточке поиска оказался обзор «Тайных отношений между черными и евреями», книги 1991 года мистера Фаррахана, в которой утверждается, что евреи были особенно причастны к работорговле. Генри Луис Гейтс-младший, профессор Гарварда, назвал книгу «библией нового антисемитизма». Миссис Врубл сказала, что не зацикливалась на этом вопросе, потому что она хотела работать вместе на марше, до которого оставалось всего два месяца.
Г-жа Мэллори и г-жа Перес привели в комитет свою подругу Линду Сарсур, палестинско-американскую активистку. Три женщины – и другая женщина по имени Боб Блэнд, белый модельер, которая создала в Фейсбуке одну из первых страниц о марше – стали официальными лидерами мероприятия. Они широко освещались в прессе как публичные лица движения. Г-жа Врубл сказала, что она чувствовала себя отброшенной в сторону. Она сказала, что одна из лидеров марша сказала ей, что «мы действительно не могли бы включить сюда еврейских женщин, поскольку мы могли бы потерять такие группы, как Black Lives Matter («Черные жизни имеют значение»)». Хотя Black Lives Matter – диффузное движение, некоторые его активисты выступили с заявлениями, выражающими солидарность с палестинцами под израильской оккупацией. В какой-то момент сказала г-жа Врубл, она спросила о безопасности марша, и лидеры сказали, что ее будет обеспечивать «Нация ислама». «Я сказала: «Вы собираетесь открыть марш для интенсивной критики», – сказала г-жа Врубл, предупреждая, что это будет красная тряпка для евреев. Она сказала, что они отклонили ее беспокойство в жарком обмене электронными письмами и обвинили ее в несправедливом очернении «Нации Ислама».
По мере приближения марша г-жа Перес собрала разнообразную группу активистов, которые создали набор «принципов единства», которые свяжут всех участников марша и выделят тех, кого считают наиболее уязвимыми. «Мы должны создать общество, в котором все женщины – включая чернокожих, женщин из числа коренного населения, бедных женщин, женщин-иммигрантов, женщин-инвалидов, женщин-мусульманок, лесбиянок, странниц и транс-женщин – свободны», – говорится в нем. Г-жа Врубл заметила, что еврейские женщины не были включены, но сказала, что была слишком занята материально-техническим обеспечением проведения марша, чтобы сосредоточился на этом. В одном из интервью г-жа Мэллори и г-жа Перес сказали, что они работают в общинах, где г-на Фаррахана уважают за его роль в реабилитации мужчин-заключенных. Они присутствовали на 20-й годовщине «Марша Миллиона черных мужчин» в 2015 году, который проводил г-н Фаррахан. Но они сказали, что не поддержали его взгляды на еврейский народ и никогда не упоминали о работорговле на этой первой встрече с миссис Врубл. «Этого никогда не было», – сказала г-жа Перес.
Они также отрицали, что рассказывали г-же Врубл, что она не может быть официальным лидером марша, потому что она еврейка. На самом деле, по их словам, они призвали ее быть более напористой, если она хочет общественного признания. «Закрытый рот не кормят», – сказала мисс Мэллори г-же Врубл в электронном письме, просмотренном The Times. Г-жа Мэллори сказала, что «Нация Ислама» не была привлечена для обеспечения безопасности.
Во внутреннем документе, полученном The Times, говорится, что организация «Марш женщин» не спрашивает о религиозной принадлежности участников, но говорится, что, поскольку частные охранные фирмы нанимают большое количество членов «Нации ислама», «вероятно», что некоторые ее члены обеспечили безопасность для «Марша женщин». Несмотря на то, что марш прошел успешно, г-жа Врубл сказала, что она злилась и что официальные лидеры мероприятия были больше сосредоточены на знаменитостях, чем на создании движения. Она также чувствовала, что они не хотят противостоять собственным предубеждениям против евреев.
Через несколько дней после марша между миссис Врубл и другими лидерами начался спор. Мисс Мэллори и мисс Перес начали ругать мисс Врубл, по словам Эвви Хармон, белой женщины, которая помогла организовать марш, и которая присутствовала на встрече в доме мисс Мэллори. «Они говорили: «Вы, люди, которые это», и «Вы, люди, которые то», и было обвинение: «Вы, те люди, которые обладают всем богатством». Я подумала: «Боже мой, они говорят, что она еврейка», – сказала мисс Хармон, чей рассказ был впервые опубликован Tablet. «Самым большим сожалением в моей жизни было то, что я не встала и не сказала: «Это неправильно»».
Г-жа Мэллори отрицала, что она осуждала еврейское наследие г-жи Врубл на этой встрече, но призналась, что говорила белым женщинам, что она не доверяет им. «Они не заслуживают доверия», – сказала она, добавив, что г-жа Врубл сплетничала за спинами других лидеров марша вместо того, чтобы помогать им, когда у нее возникла проблема. «Каждый из нас слышал вещи, которые оскорбляли нас. Мы все еще делаем свою работу». Вскоре после этой встречи г-жа Мэллори, г-жа Перес и г-жа Сарсур решили, что они больше не хотят работать с г-жой Врубл. Уйдя, г-жа Врубл написала старшему советнику организации предупреждение: «Единственное, что я бы посоветовала вам обсудить с ними, это антисемитская часть этого», – написала она. «Их риторика вокруг этого материала повредит движению».
