fbpx

Выбор редакции

Академия

Гедалья Корф, который «мало говорил и много делал»

«Эзрат Ахим» изучала американские еврейские телефонные книги в поисках людей, чьи однофамильцы жили в Советском Союзе, чтобы имя отправителя на посылках, отправляемых в СССР, совпадало с именем адресата — так можно было сделать вид, что посылку отправили родственники, чтобы не возникло подозрения в организованной деятельности. Склады «Эзрат Ахим» в бруклинском подвале, где чемоданы с двойным дном заполняли, в числе прочего, тфилин и камерами Nikon, вошли в легенду. Одним из лидеров всей этой деятельности был Гедалья Корф.

Из чего состоит всё

Идея понимать «цимцум» как сокрытие была впервые выдвинута раввином Аврамом Коэном де Эррера, а поддержана и развита основателем движения «Хабад» раввином Шнеуром-Залманом из Ляд (Алтер ребе). Суть этой идеи заключается в провозглашении каббалистического дуализма, предполагающего, что Всевышний в одно и то же время трансцендентен и имманентен своему творению. Главным оппонентом этой теории выступал раввин Иммануэль Риччи. Он утверждал, что Б-жественность была удалена из пустого пространства.

Цав. «Вели»

Все, что происходило в Скинии, а потом в Иерусалимском Храме, происходит в нас самих, в нашей душе. И прежде всего это касается обряда жертвоприношения, поскольку он, безусловно, является основой всей храмовой службы, как писал в свое время Рамбам: «Одно из предписаний Торы — построить «Дом» или «Жилище», Храм для Всевышнего, предназначенный для совершения в нем жертвоприношений». И лишь вторым пунктом идет: «А также для того, чтобы собираться в нем на праздники три раза в году: на Пейсах, Швуэс и Суккос».

Недельная глава «Цав». Не старайся быть тем, кем ты не являешься

Наступает момент истины. Лот — еврей, а не житель Сдома. Элиэзер — слуга Авраама, а не его наследник. Йосеф — сын Яакова, а не египтянин с вольными нравами. Моше — пророк, а не священник. Чтоб признать в себе то, чем мы являемся, требуется мужество отвергнуть в себе то, чем мы не являемся. А это сопряжено с внутренним конфликтом и душевными муками. Вот в чем смысл шалшелета. Но зато мы выходим из этой ситуации менее отягощенными внутренними конфликтами, чем прежде.

Из чего состоит всё

Любая попытка понять концепцию творения «из ничего» вызывает непреодолимые сложности. Мы не можем спросить: что такое «ничто»? Мы не можем спросить, где находится «ничто». Мы даже не можем утверждать, что «ничто» — это отсутствие «чего-то», так как в этом случае мы придаем понятию «ничто» категорию отсутствия.  Мы также не можем сказать, что «ничто» не существует, так как, говоря это, сообщаем понятию «ничто» категорию существования в нашем информационном пространстве. Мы не можем соединять понятие «ничто» со словом «это».

Ребе под дулом пистолета

Большевики ввели в городе боль­шие строгости. Был установлен ко­мендантский час, после 7 часов ве­чера не разрешалось появляться на улице. Даже днем не полагалось выходить без крайней необходимо­сти. Всякого рода собрания были запрещены.Неожиданно мы почувствова­ли большую перемену в настрое­нии Ребе. Он произнес «лехаим», подбадривал нас, просил весе­литься, петь, как в доброе старое время.
Вся академия

События и комментарии

Новейшие хроники изоляции

Я «самоизолировалась» почти полгода назад с младенцем своим, Давидом Матвеевичем. Еврейские бабушки хлопотали вокруг нас продолжительное время, однако и им пришлось вернуться к своим делам. Так я осталась с материнством почти один на один. Но теперь мне не так одиноко — в «декрете» вместе со мной сидит полмира. Изоляция родила новый сетевой жанр: хроники карантина. Они немало расскажут о нашей цивилизации будущим историкам.

Доктора Айболита защитили от коронавируса

В центре Вильнюса на фоне эпидемии коронавируса в защитную маску облачили памятник легендарному еврейскому врачу Цемаху Шабаду с девочкой. Именно образ Цемаха Шабада послужил прототипом всем известного доктора Айболита из одноименного произведения Корнея Чуковского.

О врачебном долге

Вопреки закономерным опасениям социологов насчет того, что организация общества вокруг прав личности ослабит гражданскую ответственность, в час кризиса героизм проявляется практически в каждой палате каждой больницы как раз в тех странах, где, как казалось, его не хватало. Надо надеяться, что самопожертвование, проявляемое нынче медицинскими работниками, приведет к возобновлению чувства взаимной ответственности в обществе в целом.

Академия

Гедалья Корф, который «мало говорил и много делал»

«Эзрат Ахим» изучала американские еврейские телефонные книги в поисках людей, чьи однофамильцы жили в Советском Союзе, чтобы имя отправителя на посылках, отправляемых в СССР, совпадало с именем адресата — так можно было сделать вид, что посылку отправили родственники, чтобы не возникло подозрения в организованной деятельности. Склады «Эзрат Ахим» в бруклинском подвале, где чемоданы с двойным дном заполняли, в числе прочего, тфилин и камерами Nikon, вошли в легенду. Одним из лидеров всей этой деятельности был Гедалья Корф.

Из чего состоит всё

Идея понимать «цимцум» как сокрытие была впервые выдвинута раввином Аврамом Коэном де Эррера, а поддержана и развита основателем движения «Хабад» раввином Шнеуром-Залманом из Ляд (Алтер ребе). Суть этой идеи заключается в провозглашении каббалистического дуализма, предполагающего, что Всевышний в одно и то же время трансцендентен и имманентен своему творению. Главным оппонентом этой теории выступал раввин Иммануэль Риччи. Он утверждал, что Б-жественность была удалена из пустого пространства.

Цав. «Вели»

Все, что происходило в Скинии, а потом в Иерусалимском Храме, происходит в нас самих, в нашей душе. И прежде всего это касается обряда жертвоприношения, поскольку он, безусловно, является основой всей храмовой службы, как писал в свое время Рамбам: «Одно из предписаний Торы — построить «Дом» или «Жилище», Храм для Всевышнего, предназначенный для совершения в нем жертвоприношений». И лишь вторым пунктом идет: «А также для того, чтобы собираться в нем на праздники три раза в году: на Пейсах, Швуэс и Суккос».

Недельная глава «Цав». Не старайся быть тем, кем ты не являешься

Наступает момент истины. Лот — еврей, а не житель Сдома. Элиэзер — слуга Авраама, а не его наследник. Йосеф — сын Яакова, а не египтянин с вольными нравами. Моше — пророк, а не священник. Чтоб признать в себе то, чем мы являемся, требуется мужество отвергнуть в себе то, чем мы не являемся. А это сопряжено с внутренним конфликтом и душевными муками. Вот в чем смысл шалшелета. Но зато мы выходим из этой ситуации менее отягощенными внутренними конфликтами, чем прежде.

Из чего состоит всё

Любая попытка понять концепцию творения «из ничего» вызывает непреодолимые сложности. Мы не можем спросить: что такое «ничто»? Мы не можем спросить, где находится «ничто». Мы даже не можем утверждать, что «ничто» — это отсутствие «чего-то», так как в этом случае мы придаем понятию «ничто» категорию отсутствия.  Мы также не можем сказать, что «ничто» не существует, так как, говоря это, сообщаем понятию «ничто» категорию существования в нашем информационном пространстве. Мы не можем соединять понятие «ничто» со словом «это».

Ребе под дулом пистолета

Большевики ввели в городе боль­шие строгости. Был установлен ко­мендантский час, после 7 часов ве­чера не разрешалось появляться на улице. Даже днем не полагалось выходить без крайней необходимо­сти. Всякого рода собрания были запрещены.Неожиданно мы почувствова­ли большую перемену в настрое­нии Ребе. Он произнес «лехаим», подбадривал нас, просил весе­литься, петь, как в доброе старое время.
Вся академия

Выбор редакции

События и комментарии

Новейшие хроники изоляции

Я «самоизолировалась» почти полгода назад с младенцем своим, Давидом Матвеевичем. Еврейские бабушки хлопотали вокруг нас продолжительное время, однако и им пришлось вернуться к своим делам. Так я осталась с материнством почти один на один. Но теперь мне не так одиноко — в «декрете» вместе со мной сидит полмира. Изоляция родила новый сетевой жанр: хроники карантина. Они немало расскажут о нашей цивилизации будущим историкам.

Доктора Айболита защитили от коронавируса

В центре Вильнюса на фоне эпидемии коронавируса в защитную маску облачили памятник легендарному еврейскому врачу Цемаху Шабаду с девочкой. Именно образ Цемаха Шабада послужил прототипом всем известного доктора Айболита из одноименного произведения Корнея Чуковского.

О врачебном долге

Вопреки закономерным опасениям социологов насчет того, что организация общества вокруг прав личности ослабит гражданскую ответственность, в час кризиса героизм проявляется практически в каждой палате каждой больницы как раз в тех странах, где, как казалось, его не хватало. Надо надеяться, что самопожертвование, проявляемое нынче медицинскими работниками, приведет к возобновлению чувства взаимной ответственности в обществе в целом.
Все события и комментарии