Яд Вашем объединяется с израильским филиалом Фейсбука, чтобы помочь пользователям социальной сети отметить Международный день памяти жертв Холокоста.

Новый проект позволяет случайным образом объединять имена пользователей Фейсбука, находящихся онлайн с одним из 4 800 000 имен, записанных в центральной базе данных Яд Вашема до 29 января. Их собственное имя, а также имя жертвы Холокоста, с которым они объединяются, затем добавляются на виртуальную страницу Яд Вашем «Моя стена памяти», которой можно поделиться на их странице в Facebook.

Глава представительства Фейсбука в Израиле Ади Соффер-Тини сказала: «Отмечая Международный день памяти жертв Холокоста, мы посвящаем себя превращению личной памяти в коллективную». «Благодаря использованию технологий, каждый из нас может узнать имя и историю одной жертвы Холокоста». «Как послы памяти, мы несем ответственность за то, чтобы память о них оставалась живой и актуально для будущих поколений чтобы размышлять и учиться у них. Именно это обеспечивает наше новое сотрудничество с Яд Вашем».

Председатель Яд Вашем Авнер Шалев сказал: «Яд Вашем неустанно работает над тем, чтобы память о Холокосте была актуальной и непрекращающейся, и в этом случае мы сталкиваемся с проблемой глобального распространения информации». «Поэтому мы сохраняем активное присутствие в социальных сетях, сегодняшних площадках для современного дискурса». «Новый совместный проект с филиалом Фейсбука в Израиле позволит широкой общественности познакомиться с именами и историями евреев, убитых во время Холокоста, и даст возможность тем, кто желает выразить свою приверженность памяти жертв Холокоста, сделать это простым и своевременным способом».

jewishnews.timesofisrael.com

Дневник, написанный 11-летним еврейским мальчиком, который проглотил капсулу с цианистым калием, чтобы умереть, а не быть схваченным нацистскими офицерами, которые, как он полагал, пришли, чтобы обыскать дом, в котором он прятался, должен быть передан в дар Яд Вашему.

Израильский центр памяти жертв Холокоста переведет дневник Ежи Урмана, случай которого считается единственным детским самоубийством, зафиксированным в его обширном архиве. Его страшная история была обнаружена британским писателем Энтони Рудольфом, троюродным братом молодой жертвы, которого успели вывезти. Г-н Рудольф решил передать дневник Яд Вашему, чтобы сохранить его, и перевести на иврит, чтобы «рассказать трагическую, но смелую историю маленького мальчика».

Ежи Феликс Урман покончил с собой в 1943 году, думая, что гестапо собиралось обыскать дом, в котором он скрывался. Они не сделали этого. Ему было 11 с половиной лет. Он прятался во время немецкой оккупации вместе со своей семьей в Дрогобыче в Восточной Галиции, ныне западной Украине. В течение двух месяцев до своей смерти он вел дневник, который 76-летний Рудольф из Ист-Финчли, в северном Лондоне, опубликовал в 1991 году как перевод семейной копии оригинала.

Оригинал дневника мальчика был обнаружена позже среди бумаг его матери Софи Урман, которая пережила войну и переехала жить в Тель-Авив. Он был найден рядом с ее собственным дневником, в котором были раскрыты душераздирающие подробности ее утрат во время войны. По словам г-на Рудольфа, который опубликовал книгу об этой истории в 2015 году, Ежи «решил, что его не отправят в лагеря смерти». Его дневник показывает, что он не был похож на нашего обычного 11-летнего мальчика. Он видел то, чего не должен видеть ни один ребенок».

Дневник Ежи будет храниться в музее, а расшифровка на иврите будет доступна в онлайн-архиве.

Г-н Рудольф сказал: «Я всегда намеревался оставить дневник ребенка и его матери в музее. Они так хрупки и нуждаются в защите и кажется, что сейчас самое подходящее время, чтобы отправить их в их законный дом». Он считает, что история Ежи должна быть рассказана. «Для меня это очень много значит, – сказал г-н Рудольф. «Он был очень смелым. Сегодня ему было бы 86 лет, если бы он выжил. Я часто думаю об этом».

thejc.com

Центральная идея фильма «Кто напишет нашу историю», замечательного нового документального фильма о спрятанном под землей организацией «Ойнег Шабес» архиве Варшавского гетто — сильная ирония.

Архив состоял из трех бидонов из-под молока (два из которых на сегодняшний день найдены), содержащих десятки тысяч страниц, написанных и собранных членами «Ойнег Шабес» с риском быть убитыми, которые зафиксировали жизнь под нацистской оккупацией. В конце войны Рохл Ойербах была одной из трех выживших членов «Ойнег Шабес». Ее задачей было вернуть архив из-под руин Варшавы.

В конце фильма мы слышим произносимые диктором за кадром слова Ойербах: «Воспоминания тех, кто выжил, часто так же болезненны и разбиты, как и их жизни. Именно поэтому самым правдоподобным свидетелем будут записанные слова тех лет, которые сейчас находится в руинах под Варшавским гетто». И все же, на первый план вышли не архивные документы, а послевоенные свидетельства, которые превратились в один из важнейших материалов в сфере образовательных программ о Холокоста и работе с памятью о нем.

Документы «Ойнег Шабес» из двух найденных молочных бидонов в течение десятилетий проходили медленный процесс сохранения, каталогизации и перевода в Варшавском еврейском историческом институте. С другой стороны, послевоенные показания от первого лица были сиюминутными, драматичными, легкодоступными в Соединенных Штатах и ​​Израиле, и требовали только аудитории, готовой слушать.

Действительно, именно Ойербах установила важность свидетельских показаний от первого лица во время своей работе в Яд Вашем и, особенно, во время суда над Адольфом Эйхманом в 1961 году в Израиле. Сегодня, когда даже самое молодое поколение переживших Холокост достигает преклонных лет, растет беспокойство по поводу исчезновения свидетельских показаний из первых уст, и мы видим все большую обеспокоенность общественности в связи с надвигающейся демографической реальностью: «Самым молодым выжившим уже исполнилось 70 лет, причем большинству из них свыше 80 и 90 лет. В будущем, и уже не столь отдаленном, не останется никого, чтобы свидетельствовать из первых уст о систематических усилиях нацистской Германии по уничтожению евреев на территории, которую она контролировала».

Некоторые обратились к технологиям, чтобы бороться с неизбежно тикающими часами. Музей и образовательный центр Холокоста в Иллинойсе недавно представил проект устной истории «Новые аспекты свидетельства», в котором представлены голограммы 15 человек, переживших Холокост. Каждый из 15 участников прошел через тщательный процесс съемок и свидетельствования, что позволяет посетителям музеев и студентам «взаимодействовать» с голограммами выжившими. Оставшиеся в живых обеспокоены тем, что они будут забыты, а их отдельные истории смешаны вместе.

Лидеры и преподаватели обеспокоены тем, что с уходом поколения выживших будет потеряно мощное оружие против забвения и отрицания Холокоста. Но если невежество в отношении Холокоста в целом возрастает вместе с более смелыми попытками нормализовать отрицание Холокоста, мы не можем возложить бремя просветительства по этому вопросу на плечи выживших. Общее невежество в отношении Холокоста – проблема образования и тонкости исторического сознания в Соединенных Штатах. А рост неофашизма — это проблема, которая требует политического анализа и решения.

Нет сомнений в том, что свидетельства выживших от первого лица по-прежнему будет занимать важное место в современных образовательных программах о Холокосте для евреев и неевреев. Но выпуск фильма «Кто напишет нашу историю» может существенно изменить наши представления о просветительских программах о Холокоста. На самом деле, я бы даже сказала, что это самый важный фильм о Холокосте за последние десятилетия. «Кто напишет нашу историю» — это первый документальный фильм о Холокосте, в котором рассказы о жертвах сочетаются с письменными и визуальными материалами, которые они создали для документирования своей жизни. Он представляет многогранную картину духовного и культурного сопротивления в гетто. Он также сочувственно изображает повседневные дилеммы, присущие выживанию. Самое главное, что он представляет события Второй мировой войны как продолжение еврейской истории, а не как разрыв. Говоря о продолжении еврейской истории, я, конечно, не хочу сказать, что Холокост — это лишь очередная катастрофа, которая постигла европейское еврейство. Скорее, «Кто напишет нашу историю», это первый документальный фильм, который представит историю Холокоста с точки зрения еврейских историков, которые были его свидетелями «изнутри».

Эмануэль Рингельблюм был историком задолго до того, как вокруг него были воздвигли стены Варшавского гетто, и он продолжал свою историческую работу до своей смерти в 1944 году. Эта преемственность необходима для фильма, в котором жизненная сила довоенной еврейской обыденной жизни столь же важна для истории, как страдания, перенесенные во время нее. Как историк, Рингельблюм понимал, что победа нацистов приведет к появлению истории евреев, написанной их собственными убийцами. Обстоятельства сложились так, что он смог привести в действие дерзкий план, который гарантировал бы, что евреи напишут свою собственную историю, даже после своей смерти.

В начале войны Рингельблюм был относительно привилегированным жителем гетто. Когда было создано Варшавское гетто, он уже жил в районе, предназначенном для гетто, и не должен был переезжать. Гетто должно было вместить не только все еврейское население Варшавы, но и евреев из близлежащих районов, что создавало опасную перенаселенность и бездомность, а также доставляло страдания и провоцировало болезни, которые с этим связаны. В первый год существования гетто 80 000 евреев умерли от тифа и голода. У Рингельблюма был дом, у него были связи и опыт в качестве организатора с тех пор, как он работал в Объединенном распределительном комитете (Джойнте), и у него была подготовка в качестве нового вида историка, вдохновленного деятельностью YIVO (Еврейского исторического института) по массовому сбору документов, и сосредоточенного на жизни обычные люди и материальной культуре, которую они произвели.

Фильм «Кто напишет нашу историю» основан на выдающейся одноименной книге 2007 года историка Сэма Кассова. За последние пару лет Еврейский исторический институт в Варшаве добился значительных успехов в обеспечении широкой доступности архивных материалов Рингельблюма. Почти 36 томов теперь доступны на польском языке, и два тома вышли на английском языке, и это еще не конец.

tabletmag.com

Несмотря на то, что доктор Авраам С. Петер не знает точного года своего рождения, он является ходячим уроком истории. Он пережил Холокост со своей матерью и старшим братом. Его отец был убит нацистами. Его родители были сионистами, и после того, как они столкнулись с растущим антисемитизмом в Польше, они планировали перенести текстильный бизнес своей семьи. Его мать купила билеты на корабль в Палестину, и купила здание с четырьмя квартирами и земельным участком в Ришон-ле-Ционе.

В 1939 году, через несколько недель после того, как они вернулись домой, Германия вторглась в Польшу, и они оказались в ловушке. Направленная в Лодзинское гетто, семья работала на принудительных работах. Отец умер после многочисленных избиений со стороны нацистов, которые хотели знать, где он мог спрятать деньги или дорогой текстиль. После освобождения Петер сразу поступил в школу. Он жаждал наверстать потерянные годы, когда он не мог получать образование. Однажды священник, который проводил еженедельную школьную молитву, заявил перед всем классом: «Потомство убийц Христа может покинуть класс». Все обернулись, чтобы посмотреть на него, еврея, но он отказался уходить и упрямо сел, словно камень.

Он никогда не возвращался в эту школу, а семья форсировала свои планы уехать в Палестину. Пытаясь спасти все, что можно, из своего дома и текстильной фабрики, они были встречены старым дворником компании, который теперь, при коммунистическом правлении, был главой фабрики. Дворник пригрозил передать их в руки русских. Они убежали с пустыми руками. Семья пробиралась по Европе, проехав через Чехословакию, Австрию и Венгрию. Пробравшись ночью через Альпы в Италию, они наконец сели на корабль, нелегально направлявшийся в Палестину. Судно было замечено Королевским военно-морским флотом, и они были доставлены в лагерь перемещенных лиц на Кипре.

Питер вспоминает свое первое впечатление от британских солдат. «Британцы стояли на корабле. Был британский солдат, охранявший нас, евреев. Он посмотрел на нас с презрением, и я посмотрела в ответ. Мы смотрели друг другу в глаза в удивительном соревновании — кто первый сдастся. Я был рассерженным подростком после войны, и меня было не запугать. Я смотрел на него и не моргал. Он тоже не моргал, но по прошествии большего количества времени он наконец отвернулся от меня и сказал: «Сукин сын!» Британская квота на иммиграционные сертификаты позволяла въезжать в Палестину 800 людям в месяц. Но поскольку семья владела землей в Палестине, им дали разрешение на въезд после всего лишь трех месяцев пребывания на Кипре.

Приехав в Ришон ле-Цион, они обнаружили, что принадлежащие им квартиры были заняты, и британцы не помогли им вернуть свою собственность. Благодаря причудливому повороту истории они считались вражескими бойцами, потому что они прибыли из оккупированной немцами Польши. Они оставались с дядей и его семьей в течение нескольких месяцев. В течение этого времени Питер был полон решимости вернуться в школу.

«Гитлер забирал мое образование в течении пяти лет. Он больше не сможет забирать мое время», – заявил он. После зачисления он много учился. «Британцы все еще были главными. Я ходил в школу, которую посещали дети британских солдат». Школьники готовились к сдаче экзамена на аттестат зрелости для Лондонского университета. Питер не только сдал экзамен на аттестат зрелости, но и был переведен в Первый дивизион школы. Не имея возможности вернуться в принадлежащий им дом, и в конце концов вынужденные покинуть дом своего дяди, они втроем переехали жить в Яффо.

«И израильтяне, и арабы застрелят любого, кого они увидят на этой ничейной улице, разделяющей арабские и еврейские районы. Мне приходилось красться, чтобы идти в школу до рассвета, подсчитывать секунды, в течение которых будут светить прожектора, и бежать от здания к зданию, пока я не добирался до израильской стороны. Возвращаясь домой, мне приходилось ждать до темноты, а затем повторять ту же процедуру».

После ухода британцев началась война за независимость. Несмотря на мамины просьбы, Питер завербовался в армию. В армии, они получили партию оружия из Чехословакии. Счищая смазку с оружия, они заметили, что на прикладах были изображения свастики, отмечавшие, что это оружие раньше было нацистским. Когда члены семьи спросили, как он себя чувствовал, держа оружие, из которого, возможно, убивали евреев, Питер ответил: «Ах! Нам было все равно. Мы были просто счастливы иметь оружие!». Позже Питер вступил в ВВС, став офицером. После Войны за независимость имущество его семьи было возвращено, и ВВС отправили Питера в Оклахому для изучения аэронавтики. Там он встретил Мэрилин, которая училась в университете Талсы. После Петр вернулся в Израиль. Вскоре Мэрилин последовала за ним, и пара поженилась в 1951 году.

Мэрилин рассказала, каково было жить молодой паре в Израиле в начале 1950-х годов. «Ни у кого не было холодильника. У нас были коробки со льдом. Я была еврейско -американской девочкой, воспитывалась в семье, где была прислуга, а теперь оказалась в общей квартире с семьей другого военного, и получала продовольствие по карточкам. Но я была сионисткой, поэтому я была счастлива, потому что чувствовала, что живу в историческое время». «Мы ели по два яйца в неделю на человека. Время от времени мы получали живую рыбу и четверть фунта мяса в месяц. Но у нас было много баклажанов» – вспоминала она со смехом. «Я научилась делать баклажаны несколькими способами, чтобы мой муж чувствовал, что каждый вечер я готовлю ему что-то другое».

После семи лет в ВВС Питер решил завершить свое долгосрочное университетское образование. Он и его жена собрались и переехали в Америку со своим малышом, родившимся в Израиле. Питер получил степень магистра в Иллинойском технологическом институте и докторскую степень в Университете Южной Калифорнии по специальности «Инженерия / наука». Его временное пребывание в Америке превратилось в двадцать с лишним лет. В течение этих десятилетий он работал над космическими миссиями «Аполлона». Во время шести напряженных дней в апреле 1970 года, когда корабль и экипаж «Аполлона-13» застряли в космосе, Питер был одним из 11 ученых, вызванных в Техас со всей страны. Команда благополучно вернула экипаж «Аполлона-13» на Землю.

В течении тех лет, говорит Мэрилин: «Мы всегда думали, что вернемся в Израиль». Наконец они вернулись в 1979 году. Сначала они приобрели фургон Volvo в Швеции и вместе с двумя младшими сыновьями проехали по Европе. Они поехали в лагеря смерти и показали своим сыновьям, что случилось с евреями и их семьей, и почему было важно, чтобы они жили в Израиле. В Италии они сели на паром. Прибыв в Хайфу, они поехали в Маон Олим (центр абсорбции иммигрантов) в Восточном Тальпиоте. С тех пор они жили в Иерусалиме.

В 90 лет Питер все еще проводит исследования в области физики и общается с группами посетителей Яд Вашем. Из своей удивительной жизни он больше всего гордится тем, что закончил образование, которое у него пытался отнять Гитлер. Отвечая на вопрос, какое послание у него есть для евреев в США, Питер рассказал о том, как он с отцом услышал выступление Зеева Жаботинского в 1938 году. В нем Жаботинский, как известно, предупреждал евреев в Польше, что они «живут на краю вулкана», и они должны уехать в Палестину как можно скорее. Питер вспомнил реакцию евреев в Польше. «Они не слушали. Вместо этого они сказали друг другу: «Мы, евреи, выжили, так зачем уходить и терять все, ради чего мы работали? Русские и американцы вступят в войну, и она закончится через шесть месяцев. «О, как же они ошибались!»

Сегодня Питер говорит: «Американские евреи должны прибыть как можно скорее, потому что Америка становится антисемитской. Это напоминает мне о том, что произошло в Польше».

jpost.com

Фигуры, вырисовывающиеся перед зрителями в темноте, запечатлены в мельчайших деталях, на их лицах виден опыт всей жизни. Это лица пожилых людей.

Но они не просто пожилые люди. Они – пережившие Холокост, и не просто выжившие, а одни из последних живых свидетелей шестилетней попытки полного уничтожения еврейского народа. Это те люди, которые пострадали от того, что с ними произошло, и их показания с экрана в документальном фильме Би-би-си «Последние выжившие» заставляют содрогнуться. 90-минутный фильм является результатом месяцев кропотливой работы продюсера и режиссера Артура Кэри, которому Би-Би-Си поручили сделать этот фильм ко Дню памяти жертв Холокоста.

Элисон Киркхэм, контролер BBC Factual Commissioning, заявила аудитории во время предварительного просмотра в лондонском еврейском общинном центре JW3: «Мы считаем, что в нашей коллективной истории есть общие моменты, которые заслуживают повторного рассмотрения, и наша роль как вещателей заключается в том, чтобы сохранить их для потомков. Именно так обстоит дело с этим фильмом». Личные истории некоторых из этих мужчин и женщин, которым сейчас за 80 или даже 90 лет, даются вперемешку с изображениями их сегодняшней жизни.

Вот Айвор Перл, выгуливающий свою собаку в полной внутренней гармонии. Он сидит на скамейке. «В чем проблема выживания», – размышляет он. «Все имеет тенденцию напоминать вам о чем-то», и его мысленный взгляд возвращает зрителя назад во время его пребывания в Дахау, с колючей проволокой перед ним вместо спокойной линии деревьев. Или вот Фрэнк Брайт, признающийся, что он не может общаться со многими людьми, «потому что они не знают, о чем я говорю. Я имею в виду, сколько людей в Англии видели, как убивают их родителей, или видели газовую камеру в действии?» Артур Кэри, возможно, как зритель, задается вопросом, какое влияние Холокост оказал на семейную жизнь Брайтсов. «Понятия не имею», – отвечает Синтия. «Я не знаю, каким он был бы, если бы не прошел через все это».

Пальцы Фрэнка касаются школьной фотографией, сделанной в 1942 году. Он указывает на каждого одноклассника: «Не выжил, не выжил, не выжил…» У Мориса Блика, показывающего съемочной группе свой сад, усеянный статуями, которые он сделал, и говорящего с неожиданным акцентом кокни, оказывается трагическая скрытая история, скрывающаяся за его внешним «деятельным» обликом. Бывший президент Королевского общества британских скульпторов, он родился в Амстердаме в 1939 году и закончил войну, освобожденным из концлагеря Берген-Бельзен. И именно в Бельзене, говорит он нам, родилась и умерла его младшая сестра, душераздирающее воспоминание, когда он вспоминает первую «скульптуру», которую он пытался подарить ей в качестве подарка на день рождения. Она даже не дожила до года, вспоминает Блик.

«Последние выжившие» необычны в своей попытке исследовать влияние переживаний, выживших на их семьи. Джуди, дочь Айвора Перла, временами бывает раздражена своим отцом, но также намерена показать ему безграничную любовь и привязанность — и попытаться объяснить происходившие события своей собственной дочери, когда семья вместе посещает Аушвиц. Манфред Голдберг, который поклялся никогда не возвращаться в свой родной город Кассель, делает это вместе со своей женой, когда он открывает Stolpersteine ​​(мемориальный камень) в память о своем младшем брате Германе. По лицам зрителей текут слезы, когда он читает кадиш.

Мы встречаемся с дочерью Аниты Ласкер-Уоллфиш, Майей Джейкоб Уоллфиш, и узнаем об отчаянной попытке выжившей матери воссоздать «нормальную» семью из пепла. Анита, виолончелистка, много курит на протяжении всего фильма и очень холодно относится к сентиментальному выбору, который она сделал. И мы видим Сьюзен Поллак, родившуюся в Венгрии, еще одну выжившую в Бельзене, которая, как ни странно, танцует в своей квартире ближе к концу фильма. Это, по ее словам, «фильм-предупреждение, он говорит людям – берегитесь».

Есть ли у выживших что-нибудь общее? На самом деле, этот замечательный фильм показывает, что они делают, подытожил Морис Блик «А вот и я, примите к сведению!» – заявляет он. Он не хотел бы, чтобы его определяли только как выжившего. Но теперь он, как и другие, чувствует необходимость вновь рассказать свою историю.

jewishnews.timesofisrael.com

Официальные новостные медиа в Иране публично критиковали российских чиновников, обвиняя их в умышленном разрушении систем ПВО С-300 во время недавнего столкновения между их силами в Сирии и Израилем. Между тем Россия объявила, что системы ПВО С-300 в Сирии пока не готовы к эксплуатации.

На этой неделе Израиль поразил несколько иранских объектов в Сирии, после того как оттуда была выпущена ракета в направлении северной границы. Глава Комитета по национальной безопасности и внешней политике Ирана Хешматолла Фалахатпишех заявил агентству новостей Исламской Республики, что они крайне встревожены тем, что система С-300 была неактивна во время инцидента. Фалахатпишех сделал это заявление по возвращении из Турции. Он назвал «сионистский режим» ответственным за создание нестабильности в регионе.

24 января ЦАХАЛ развернули противоракетную батарею «Железный купол» в центре Израиля. В предрассветные часы 21 января истребители ЦАХАЛа нанесли удары по иранским и сирийским военным объектам, батареям противовоздушной обороны и позициям подразделений иранского корпуса «Кудс» по всей Сирии в ответ на запуск днем ​​ранее ракеты в направлении Голанских высот. Израильская система ПРО «Железный купол» перехватила ракету, выпущенную из Сирии после того, как Дамаск обвинил Иерусалим в проведении 20 января необычного дневного удара по югу страны.

На фотографиях с популярного израильского горнолыжного курорта горы Хермон, который был полон туристов, наслаждающихся покрытыми снегом холмами, были видны два следа от ракет «Железный купол». Перехват ракеты произошел вскоре после того, как сирийский режим обвинил Израиль в нанесении авиаударов по югу страны, запустив противовоздушную оборону, которая перехватила несколько из них.

jpost.com

Премьер-министр Великобритании Тереза ​​Мэй 23 января осудила симпатии лидера оппозиции Джереми Корбина к террористическим группировкам во время ожесточенных парламентских дебатов о продолжающемся кризисе вокруг Брексита – выхода Великобритании из Европейского союза, намеченном на 29 марта.

«Он готов встретиться с ХАМАСом, «Хезболлой» и ИРА (Ирландская республиканская армия) без предварительных условий, но он не хочет встретится со мной, чтобы поговорить о Брексите», – сказала Мэй в палате общин во время своей еженедельной сессия вопросов и ответов. После беспрецедентного провала в парламенте на прошлой неделе правительственного плана Брексита, разработанного ее правительством, Мэй запросила у других политических партий их предложения о возможных дальнейших действиях.

Корбин, глава Лейбористской партии, отказался встречаться с Мэй по поводу кризиса, пока она не дает гарантию, что Великобритания не выйдет из ЕС без согласованной сделки, задача, которая становится более насущной по мере приближения даты Брексита, 29 марта.

Пресс-секретарь Корбина позже осудил комментарий Мэй как «унижающий». Плохие отношения лейбористского лидера с британской еврейской общиной и продолжающиеся скандалы по поводу антисемитизма в его партии, использовались Мэй, как основные темы в ходе ее парламентских дебатов с ним. В 2009 году Корбин упомянул ХАМАС, палестинскую исламистскую организацию, которая управляет Газой, и «Хезболлу», проиранскую террористическую группировку в Ливане, как «друзей» в речи на заседании парламента. Он также занимал общие позиции с лидером ХАМАСа Халедом Машалем на конференции в Дохе, в Катаре, в 2012 году.

algemeiner.com

Йонас Мекас, режиссер, критик, меценат и поэт, родившийся в Литве, которого многие считают крестным отцом современного американского авангардного фильма и незаменимым документалистом его новой родины, Нью-Йорка, умер. Ему было 96 лет.

Мекас, который выжил в нацистском трудовом лагере и несколько лет был беженцем, умер утром 23 января в своем доме, сообщает «Антология киноархивов». Мекас был художественным руководителем нью-йоркского некоммерческого театра, ведущего авангардного кинотеатра и центра сохранения фильмов. Отягощенный ранами Европы военного времени, подпитываемый послевоенной Америкой, он был в центре исторической эпохи авангарда и подружился с такими знаменитостями, как Жаклин Кеннеди, Джон Леннон и Энди Уорхол. Он публиковал стихи и мемуары, сделал сотни фильмов и видеороликов, писал колонку для Village Voice и открыл «Антологию киноархивов», где часто бывал молодой Мартин Скорсезе.

«Нет слов чтобы охарактеризовать широту достижений Йонаса Мекаса», – написал критик Дж. Хоберман в 2012 году. Скорсезе, Джон Уотерс и Джеймс Франко были среди его поклонников, и, хотя он никогда не имел популярности среди основной массы населения, среди его друзей и сотрудников были некоторые из самых значимых художников своего времени и некоторые из самых известных людей в мире.

23 января режиссер Джим Джармуш назвал Мекаса «одним из самых вдохновляющих художников, которых я когда-либо встречал». Используя пленку в качестве дневника, всегда рядом с 16-мм камерой Bolex, Мекас бросил вызов правилам коммерческих фильмов, возвращаясь к самым ранним дням движущихся изображений, когда режиссеры просто записывали сцены повседневной жизни. «Авангард всегда является линией фронта в любой области, – сказал Мекас в 2010 году. – Здесь обычно все очень хрупко, а линия фронта — это то место, где большинство пуль попадает в тебя». «Большая часть атак направлена ​​против линии фронта. Я чувствовал, что именно в этой области нужен кто-то, кто защитит ее от всех этих критиков и этих атак. Так что это была моя функция – попытаться помочь этим очень хрупким новым разработкам».

Кеннеди позволила Мекасу снимать ее и ее семью, редкий случай допуска кинематографиста в приватное пространство бывшей первой леди, и основа документального фильма Мекаса «Эта сторона рая». Он был одним из первых сторонников Уорхола и помог снять классический андеграундный фильм Уорхола «Империя», 8-часовой безмолвный портрет Эмпайр Стейт Билдинг. Он снял некоторые из самых ранних известных кадров прототипической панк-авангардной рок-группы The Velvet Underground. Он был близок с Алленом Гинзбергом и другими поэтами-битниками. Его первый полнометражный фильм «Оружие деревьев» – документальный фильм 1961 года, в котором рассказывалось о Гинзберге. Он знал Йоко Оно за годы до того, как она встретила Леннона, а затем подружился с обоими, снимая день рождения Леннона, где в числе гостей были Ринго Старр и Майлз Дэвис, и помогал Леннону и Оно поселиться в Нью-Йорке после того, как они переехали из Лондона в начале 1970-х годов.

«Была поздняя ночь, и я был в постели, когда мне позвонила Йоко, которая только что приземлилась с Джоном в аэропорту JFK», – сказал Мекас Guardian в 2012 году. «Она сказала: «Джонас, Джон хочет эспрессо. Знаете ли вы хорошее место, которое все еще открыто в Нью-Йорке?» Это было немного безумно, но тогда все было именно так». Он был одним из самых актуальных кинематографистов, никогда не получавших премию «Оскар», хотя его экранизация пьесы «Бриг» о жизни в военной тюрьме получила главный приз на Венецианском кинофестивале в 1963 году.

Другие известные работы включали «Уолден», трехчасовой документальный фильм о нью-йоркской художественной сцене 1960-х годов, в котором снимались Леннон и Оно, Норман Мейлер и Тимоти Лири; «Воспоминания о путешествии в Литву»; и «Потерянные, потерянные, потерянные», размышления о его ранних годах в Нью-Йорке со съемками Гинзберга, поэта Фрэнка О’Хара и Амири Барака. Многие из его проектов были совместными с его братом и товарищем по беженской жизни – Адольфасом Мекасом, который умер в 2011 году. Некоторые работы были такими же интимными и сказочными, как домашние съемки, с неожиданными обрывами и бессвязным звуком. Техника часто усиливала сюжет; резкое освещение и размытые изображения его фильма «Бархатный андеграунд», казалось, отражали раздражающую, мутную атмосферу самой музыки.

Мекаса также почитали как поэта, особенно за циклы «Идиллия Семенишкяй» о его ранних годах в сельской Литве, и «Воспоминания», стихи о его жизни после Второй мировой войны. Это было чудо, что ему удалось выжить в детстве. Мекас, родившийся в крестьянской общине в 1922 году, неоднократно перемещался и подвергался преследованиям. Советский Союз аннексировал Литву в 1939 году, но нацисты захватили страну через два года и отправили Мекаса и брата Адольфаса в трудовой лагерь. Братья бежали и жили в качестве беженцев в годы, последовавшие сразу после Второй мировой войны, время, запечатленное в его цикле «Воспоминания»: итак, мы медленно продвигались тем летом, лежа на каждой остановке поезда, возле каждого моста, тащась вниз по почерневшим холмам и вдоль узких тропинок, ночуя на сгоревших платформах и обугленные трассах. Братья Мекас задумывались об эмиграции в Израиль.

«Они не были евреями», – сказала вдова Адольфа Пола Шапель в интервью газете «New York Times» для статьи о некрологе после его смерти в 2011 году, – «но они думали, что бороться за новую страну было бы романтично». Вместо этого братья Мекас прибыли в Нью-Йорк в октябре 1949 года. «Вчера, около 10 часов вечера, наш корабль General Howze вошел в реку Гудзон. Мы стояли на палубе и смотрели. 1352 вынужденных переселенца уставились на Америку», – писал тогда Йонас, который поселился в бруклинском районе Вильямсбург. «Все военное время, послевоенные страдания «перемещенных лиц», отчаяние и безнадежность, а потом вдруг вы сталкиваетесь с мечтой. Вы должны увидеть Нью-Йорк ночью со стороны Гудзона, чтобы увидеть его невероятную красоту». Уже увлеченный кинофильмами, он первоначально думал, что он мог приспособить авангардную чувственность к коммерческим фильмам. Но через несколько лет он решил, что мейнстрим безнадежен.

В начале 1960-х годов он помог создать New American Cinema Group, через которую Мекас, Питер Богданович, фотограф-кинорежиссер Роберт Франк и другие призвали к независимой системе создания и распространения фильмов. «Официальное кино во всем мире выдыхается. Оно морально коррумпировано, эстетически устарело, тематически поверхностно, темпераментно скучно», – объявила группа в своем основополагающем манифесте. В последующие десятилетия Мекас всячески продвигал авангард – как директор, сборщик денег, критик, издатель, ведущий программ, распространитель и агитатор, даже проведя ночь в тюрьме в 1964 году за экспонирование «Пылающих тварей» Джека Смита. Он был рецензентом фильмов в «Village Voice», где его позже сменили Хоберман и Эндрю Саррис, а его журнал «Film Culture» включал материалы Сарриса, Богдановича и Мэнни Фарбера.

В 2007 году, когда ему исполнилось 85 лет, он разместил в Интернете новый короткометражный фильм на каждый день года. В свои 90 лет он все еще регулярно добавлял видео на свой веб-сайт www.jonasmekas.com, будь то проливные дожди в Бруклине или беседа во время еды с коллегой по документальному кино. Он также писал о своих первых годах в Нью-Йорке. «Нас объединяет жизнь», – сказал он о себе и городе в 2013 году.

В опубликованном в январе интервью The New York Times Мекас спокойно размышлял о смерти. «Это очень нормальный переход», – сказал он. «Что за этой чертой, так это место, где начинается тайна, где она становится интересной. Есть некоторые отблески этого в посланиях, которые приходят оттуда, из старых Писаний. Признаки есть, и я верю всему этому. Я верю в это гораздо больше, чем во все, что написано после 12-го века».

timesofisrael.com

Когда 12-летняя еврейка из Вашингтона, округ Колумбия, сказала своей семье, что хочет устроить себе бат-мицву, как и все девочки из ее окружения, это стало довольно сложной задачей. Дело было не в том, что Батья Сперлинг-Милнер была женщиной — ее семья принадлежит к модерн ортодокс – а в том, что она слепа.

Мальчики и девочки, проходящие соответственно бар-мицву или бат-мицву часто читают отрывок из Торы, а также проводят другие части субботнего богослужения. И хотя Библии, набранные шрифтом Брайля, предназначенным для слепых, существуют, у Брайля нет символов для кантилляций – специальных обозначений, которые указывают, как должно быть спето каждое слово. Некоторые слепые дети учат кантилляции наизусть.

Но отрывок Торы у Сперлинг-Милнер был особенно длинным, и в ее общине – хотя она и либеральна в некоторых областях – даже одно ошибочное прочтение было бы проблемой. Сперлинг-Милнер во время одной репетиции сказала: «Когда я стою здесь, я думаю о людях, которые читают передо мной, и я хочу сделать то, что сделали они. Я хочу делать то, что ты должен делать в соответствии с еврейским законом». Семья наняла своего израильского друга, инженера-программиста Дэнни Садиноффа, чтобы создать совершенно новые символы Брайля для кантилляций и разработать программу, которая может взять любой текст с нотами и превратить его в текст Брайля с музыкальными символами. Садинофф даже создал символ Брайля, который предупреждает читателей о появлении нотной записи, поэтому они не будут застигнуты врасплох.

Семья столкнулась с другой проблемой – сомнительной легитимностью чтения Торы слепыми для некоторых течений в иудаизме. Этот вопрос долгое время был спорным, и некоторые раввины настаивали на том, что читающий должен видеть свиток, когда зачитывает текст. Это привело к тому, что мать Батьи, Ализа Сперлинг, подготовила 2,5-часовую лекцию для прихожан по этому вопросу в преддверии церемонии. В конце концов право Батьи на бат-мицву было принято всеми, и праздничный день прошел без сбоев.

Лидер общины, раввин Шмуэль Херцфельд, подытожил: «Каждый человек в синагоге пришел, чтобы услышать, как она читает, и мы все чувствовали, что мы находимся рядом с чем-то великолепным».

timesofisrael.com

Согласно новому Инновационному индексу, опубликованному агентством Bloomberg, Израиль занимает пятое место среди самых инновационных экономик мира, поднявшись на пять позиций по сравнению с прошлым годом.

Список возглавляют Южная Корея и Германия, занимая первое и второе места соответственно, затем следуют Финляндия, Швейцария и Израиль. Сингапур занял шестое место, Швеция – седьмое, а США, Япония и Франция – восьмое, девятое и десятое. По данным Bloomberg, США поднялись на три позиции в рейтинге 2019 года после того, как впервые в 2018 году выпали из первой десятки инновационных экономик. Южная Корея также занимала первое место в рейтинге 2018 года.

Список, опубликованный 22 января, выпускается в момент, когда мировые элиты встречаются на ежегодном Всемирном экономическом форуме в Давосе, Швейцария, где они обсудят будущее глобализации, роль государства и то, как инновации могут помочь продвинуть экономику вперед. Это седьмой год публикации ежегодного Инновационного индекса агентства Bloomberg. Индекс 2019 года составлен путем анализа семи имеющих равное значение категорий, включая расходы на исследования и разработки, патентную деятельность, производственные мощности и концентрацию высокотехнологичных публичных компаний.

Патентная активность повысила рейтинг Израиля в этом году, наряду с Китаем, который занял 16-е место, поднявшись с 19-го в списке 2018 года. Что касается интенсивности НИОКР, определяемой как расходы на НИОКР в процентах от ВВП, то Израиль занял первое место, но уступил другим странам по добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности, рассчитанной в процентах от ВВП, оказавшись на 33 месте. Так называемая «нация стартапов» заняла второе место в мире по концентрации исследователей, определяемой как профессионалы, занимающиеся НИОКР на душу населения; пятое место по плотности высокотехнологичных компаний, определяемой как число отечественных высокотехнологичных публичных компаний; и четвертое место по патентной активности.

Однако Израиль занял 36-е место в категории эффективности высшего образования, определяемой как общий охват высшим образованием, и восьмое место по производительности труда. Его общий балл в рейтинге составил 84,78 баллов, по сравнению с 87,38 баллами для Южной Кореи и 87,30 для Германии. Вьетнам занял последнее место с 45,92 баллов, оказавшись ниже Мексики, набравшей 46 баллов.

timesofisrael.com

Британские и израильские министры объявили, что они, в принципе, согласовали торговое соглашение о торговле после Брексита. Министр международного развития Лиам Фокс, один из ключевых сторонников Брексита в рамках правительства, сделал это заявление днем 23 января совместно с министром экономики Израиля Эли Коэном. Эту новость приветствовали дипломаты, в том числе посол Израиля в Великобритании Марк Регев, который написал твит о том, что это «отличная новость для быстро растущего сотрудничества между Великобританией и Израилем» после того, как в 2018 году был зафиксирован объем двусторонней торговли в размере более 7 млрд фунтов стерлингов.

Фокс и Коэн сделали заявление о «в принципе» согласованном торговом соглашении на Всемирном экономическом форуме в Давосе, Швейцария. «Я рад, что, когда Британия готовится покинуть Европейский Союз, мы достигли принципиального соглашения с нашими коллегами в Израиле», – сказал Фокс, который является ярым сторонником Брексита. «Израиль является одним из наиболее активных и продуктивных партнеров в этих отношениях, где наш товарооборот уже значителен, и готов развиваться дальше», – сказал он, добавив, что это «предвестник еще более амбициозного соглашения в будущем».

Коэн сказал, что, по его мнению, соглашение в принципе «ускорит, усилит и укрепит наши экономические отношения», а в ближайшие месяцы в Лондоне состоится британо-израильская конференция по торговле и инвестициям. Вскоре после вступления в должность министра международной торговли в 2016 году Фокс создал британо-израильскую рабочую группу по торговле, «призванную выявлять и устранять торговые барьеры между нашими двумя странами».

jewishnews.timesofisrael.com

Главный раввин Великобритании заявил, что «все еще ожидает», что лейбористская партия всерьез воспримет проблему антисемитизма.

Эфраим Мирвис сказал, что лейбористы приняли международное определение антисемитизма и сделали несколько «довольно впечатляющих» комментариев по этому вопросу, но еврейская община еще не видела достаточных действий в этом направлении. Он предупредил, что между еврейской общиной и лейбористской партией продолжает существовать «напряженность», и сказал, что «очень обеспокоен» этой ситуацией. В прошлом году на Джереми Корбина оказывалось сильное давление из-за утверждений о том, что под его руководством лейбористы не предприняли достаточных мер, чтобы справиться с антисемитской риторикой и поведением в своих рядах. В сентябре управляющий партией Национальный исполнительный комитет полностью принял определение Международного альянса в память о жертвах Холокоста (IHRA) после того, как его критиковали за то, что он вначале исключил некоторые из приводимых там примеров антисемитского поведения.

Главный раввин сказал Эмме Барнетт из BBC Radio 5 Live: «Мы по-прежнему глубоко обеспокоены тем фактом, что, похоже, Лейбористская партия не воспринимает антисемитизм достаточно серьезно. «Существует большое количество дел, которые не были рассмотрены. Потребовалось некоторое время и некоторые усилия для того, чтобы определение антисемитизма IHRA было принято, но мы еще не видели его должным образом реализованным». «Таким образом, мы по-прежнему очень обеспокоены в этом отношении». Он добавил: «Мы все еще ждем, чтобы увидеть действия, и чем дольше мы ждем, тем больше мы беспокоимся. Мы ждем, чтобы антисемитизм воспринимался всерьез». «Все, о чем мы просим – все, о чем просит наша община, — это абсолютная нетерпимость к антисемитизму, и именно этого мы и ожидаем увидеть». «Между нашей общиной и лейбористской партией существует напряженность. Они хорошо знают об этом. Опять же, в этом нет ничего нового». «И мы продолжаем подчеркивать, что нам нужны не разговоры, а действия. Они говорят довольно впечатляющие вещи, но нам нужно увидеть результаты».

Пресс-секретарь лейбористской партии сказал: «Лейбористская партия стремится бороться с антисемитизмом во всех его формах, где бы он ни возникал, в нашей партии и в обществе в целом». «Джереми Корбин попросил Дженни Формби сделать это приоритетом номер один, когда она начала работать в качестве генерального секретаря. С тех пор мы значительно ускорили и улучшили наши процедуры рассмотрения жалоб на антисемитизм». Лейбористы назначили отдельного юрисконсульта и создали специальные комиссии для рассмотрения жалоб на антисемитизм. Ряд изменений в правилах, необходимых для этого, был единогласно согласован на ежегодной конференции партии.

jewishnews.timesofisrael.com