Новости

Пенсии для нацистских коллаборационистов? Шокирует, если это правда

27 февраля 2019, 13:00 Бельгия , Германия
Поделиться

Это, безусловно, звучит скандально: Германия платила пенсии бельгийцам за сотрудничество с нацистами во время Второй мировой войны. Политики и новостные агентства шумно выразили свое возмущение. В конце концов стало ясно, что аспекты историй о «нацистских пенсиях» были преувеличены, вводят в заблуждение или просто являются ложными, но не раньше, чем прошло несколько дней провокационных газетных заголовков и протестов по всей Европе, особенно в Бельгии. На прошлой неделе комитет по иностранным делам бельгийского парламента принял резолюцию, настоятельно призывающую правительство запросить дополнительную информацию у Берлина, и провести двустороннее расследование.

Люди, стоявшие за принятием резолюцией, говорят, что они верят, что военные преступники получали выплаты от правительства Германии после войны, и историки говорят, что они могут быть правы. Но согласно немецкому законодательству, имена тех, кто их получал, не разглашаются, хотя число тех, кто еще жив, спустя почти 74 года после окончания войны, невелико. По данным правительства Германии, в Бельгии проживает всего 18 человек, и не все они могут быть бельгийцами.

Берлин не пытался защищаться или отрицать виновность Германии. «Это деликатный вопрос», – говорит Мартин Коттаус, посол Германии в Бельгии. «Никто и ничто не может компенсировать боль, которую немецкие войска причинили Бельгии и Европе в целом — Германия дважды вторгалась в Бельгию, и десятки тысяч евреев были убиты». «Перед послом Германии не стоит задача подтвердить или опровергнуть суждения, – добавил г-н Коттаус, – но мы чувствуем себя ответственными за то, чтобы уменьшить боль и изложить факты».

Начиная с 1940-х годов, раненые во время службы в немецкой армии во время войны получали выплаты — формально в качестве компенсации, а не пенсии. Некоторые из этих людей были гражданами других стран, помимо Германии, включая страны, оккупированные немцами, но программа платежей не предусматривала дискриминацию по национальности.

В пояснительном введении к резолюции бельгийского парламента, не включенной в формулировку, за которую фактически проголосовал комитет, говорилось, что «военные пенсии» выплачиваются тем, кто служил в СС, их получают около 30 человек в Бельгии и что некоторые из них были военными преступниками. Этим заявлениям, написанным более двух лет назад, неожиданно было уделено пристальное внимание в этом месяце, и они привели к неверным утверждениям о том, что выплаты были специально предназначены для ветеранов СС. Правительство Германии говорит, что среди получателей пенсий в Бельгии нет ветеранов СС – авторы претензии не привели никаких доказательств – и что среди тех, кто получает выплаты, нет известных военных преступников.

В действительности, в соответствии с немецким законодательством, регулирующим выплаты, которое называется Законом об уходе за жертвами войны, ветераны СС имеют меньше шансов на получение выплат, чем бывшие солдаты регулярной армии. Закон запрещает выплаты любому лицу, совершившему военные преступления или преступления против человечности, и в нем говорится, что в тех случаях, когда имеются свидетельства о членстве в СС, заявители должны подвергаться «особенно интенсивной проверке» того, действовали ли они «против принципов человечности». Правительство Германии заявило, что такие проверки проводились в 1990-х годах, и было установлено, что выплаты были направлены некоторым военным преступникам, после чего выплаты 99 получателям были остановлены. В общей сложности выплаты все еще получают 2033 человека, проживающие за пределами Германии, сообщило правительство.

Франк Себерехтс, бельгийский историк и бывший директор по исследованиям Национального архива, специализирующийся на фламандском политическом движении, поставил под сомнение «точность проверок». «У правительства Германии не всегда было четкое представление о том, кто именно участвовал в военных преступлениях», – сказал г-н Себерехтс, автор книги о бельгийском коллаборационизме. «Фактически, многие бельгийцы, которые служили в немецких войсках, также участвовали в военных преступлениях, но никогда не были осуждены за них». Он процитировал материалы послевоенного судебного процесса над некоторыми бельгийцами, которые служили охранниками концлагеря, и участвовали в убийстве заключенных рядом с нынешним Калининградом, российским городом на Балтийском море. «Они были осуждены за коллаборационизм», – сказал он, а не за военные преступления или преступления против человечности, потому что бельгийский судебный аппарат не был готов к рассмотрению таких дел сразу после войны.

Немецкие чиновники заявили, что указанные платежи не подлежат налогообложению в Германии или Бельгии, поэтому Берлину запрещено называть имена получателей. Во введении к резолюции также утверждается, что посольство Германии в Брюсселе знает имена получателей в Бельгии, но отказывается их разглашать. Но г-н Коттаус сказал, что посольство не знает имен, а знает только то, что получателей 18. Некоторые из них могут быть гражданами Германии, которые переехали в Бельгию. А если они бельгийцы, то не исключено, что некоторых из них заставили пойти на немецкую военную службу, как это случилось с сотнями тысяч людей из оккупированных стран. У этой полемики есть подтекст в виде вездесущей этнической напряженности в Бельгии между франкоязычными валлонами и фламандцами, которые говорят на диалекте голландского языка. После войны Бельгия осудила около 80 000 своих граждан за коллаборационизм, большинство из них были фламандцами. (Коллаборационизм, помимо военной службы, мог означать службу в немецкой администрации, ведение бизнеса с ней или информирование о настроениях людей).

Вступительный текст к резолюции был впервые представлен в декабре 2016 года Оливье Мейнгеном, президентом DEFI, политической партии, которая представляет интересы франкоговорящих в Брюсселе и его окрестностях. Парламентская резолюция, которая была единогласно принята комитетом по иностранным делам 19 февраля, была написана в соавторстве с Элвином де Конинком, историком-любителем, и Groupe Mémoires, организацией, содействующей сохранению памяти о Холокосте.

Мать г-на де Конинка была единственным членом семьи, пережившим Холокост. После работы водителем такси 74-летний г-н Де Конинк получил степень бакалавра истории и начал самостоятельно исследовать историю коллаборационизма в Бельгии. В телефонном интервью он сказал, что он обеспокоен тем, что бельгийские военные преступники получали или все еще получают выплаты из Германии, хотя он признал, что некоторые из его утверждений требуют дополнительного исследования. «Я имею право поднимать вопросы о Холокосте, – сказал он, – а Германия обязана предоставить нам поддающиеся проверке исследования и точные ответы».

nytimes.com

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Выбор редакции