Квест-зал в Салониках, Греция, предлагает посетителям «Список Шиндлера», как тему для квеста, в ходе которого они должны бежать, чтобы найти список «невинных» и спасти их от нацистов.

Репортаж об этом был опубликован на этой неделе в Medium, а писательница Маргарита Гокун Сильвер подвергла сомнению этические и образовательные последствия превращения истории реальной трагедии и страданий в форму массового развлечения.

В последние годы квест-залы стали популярны во всем мире, и небольшим группам игроков предоставляется по 60 минут на решение головоломок в тематическом пространстве и поиск выхода. Этот зал – один из восьми, предлагаемых компанией The Great Escape в Салониках. Ранее он назывался «Список Шиндлера», хотя журналистское расследование выяснило, что он был переименован в «Секретный агент». Тем не менее, трейлер с оригинальным названием зала оставался доступным в YouTube. Содержание комнаты, похоже, не изменилось. На сайте Great Escape посетителей заманивают рассказом о бизнесмене, который нанимал людей для работы на своей фабрике и «спасал жизни сотен невинных людей» во время Второй мировой войны. Участникам игры предоставляется один час, чтобы провести исследование в стиле того периода и получить список «невинных» – при этом не упоминается ни о евреях, ни о Холокосте. После прохождения квеста игроки регулярно фотографируются со списком.

Расположение зала в Салониках – символично. После завоевания Греции в 1941 году нацистская Германия депортировала в лагеря смерти около 50 000 евреев из города, который в то время был одним из главных центров иудаизма на Балканах. Это не первый случай, когда квест-зал, касающийся событий Холокоста, обвиняется в бесчувственности и тривиализации страданий жертв.

В 2017 году компания в Чешской Республике предложила людям в Праге игру на тему Аушвица, где участники должны покинуть комнату, напоминающую газовую камеру. В 2016 году фонд Анны Франк подверг критике открытие в голландском городе зала, который имитировал квартиру в Амстердаме, где девочка-еврейка, автор всемирно известного дневника, пряталась со своей семьей во время войны. Виктория Барнетт, директор программ по этике, религии и Холокосту в Мемориальном музее Холокоста в США, заявила Medium: «Когда берется опыт, подобный Холокосту, который был бесчеловечным для жертв, и превращается в игру, это не только банализирует событие , но и приуменьшает их страдания».

Переживший Холокост Хайнц Коунио, который был депортирован из Салоников в Освенцим, также был в ужасе. «Вы не можете играть с таким трагическим событием – играть в изображающую его игру», – сказал он.

Согласно репортажу Medium, владельцы Great Escape отказались от просьб об интервью. В репортаже также говорится, что аналогичная комната в Афинах была переименована в 2017 году после негативной реакции на ее появление. Президент еврейской общины Салоников сказал, что он не знал о существовании комнаты и будет разбираться с этим вопросом. «Мы не можем этого забыть. Мы не забудем. Мы не должны забывать», – сказал Давид Салтиэль.

timesofisrael.com

Вечером 13 января Павлу Адамовичу, мэру северного прибрежного города Гданьск, был нанесен удар в сердце, во время выступления на благотворительном вечере, организованном Большим оркестром Рождественской благотворительности, сообщает Associated Press. На следующий день он скончался в больнице.

По данным AP, нападавший кричал со сцены, что он был ошибочно заключен в тюрьму при предыдущем правительстве страны во главе с центристской партией «Гражданская платформа». Г-н Адамович когда-то был членом «Гражданской платформы», которая сейчас является крупнейшей оппозиционной партией в Польше. Руководитель Большого оркестра Рождественской благотворительности Ежи Овсяк – либеральный критик «Права и справедливости», правой и популистской партии, которая в 2015 году пришла к власти в Польше благодаря голосам сельских избирателей.

53-летний г-н Адамович был мэром Гданьска с 1998 года и был переизбран на очередной срок на ноябрьских выборах как независимый кандидат, что подчеркнуло глубокий разрыв между либеральными городами Польши и консервативной сельской местностью. Он защищал права геев, выступал за терпимость к меньшинствам и выразил солидарность с еврейской общиной города в прошлом году, когда были разбиты окна синагоги.

Представитель полиции сообщил, что подозреваемым в нападении с ножом был 27-летний мужчина с явными психическими проблемами, который ранее совершал ограбления банков, и что он получил доступ на мероприятие, где выступал г-н Адамович используя пропуск для  СМИ. После нападения г-н Адамович был доставлен в Медицинский университет Гданьска для операции. Доктора Томаша Стефаньяка, врача в больнице,  сказал рано утром 14 января, что г-н Адамович был жив, но оставался «в критическом состоянии».

В сообщении в Twitter вечером 13 января мэр Лондона Садик Хан осудил нападение на Адамовича и выразил солидарность «с городом, которым он руководит, его семьей и сторонниками».

nytimes.com

Три члена правления Бирмингемского института гражданских прав, который отменил свою награду афроамериканской активистке Анджеле Дэвис, предположительно из-за жалоб еврейских лидеров, покинули свои должности.

Эти отставки следуют за спорами по поводу принятого на прошлой неделе решения музея и образовательного центра об отмене присуждения Дэвис премии в области прав человека имени Фреда Л. Шаттлсворта. Она должна была получить награду в следующем месяце на церемонии, которая была отменена.

Дэвис, уроженка Бирмингема, штат Алабама, и ведущий активист движения за гражданские права, является откровенным критиком Израиля и сторонником движения за бойкот страны. Она также была крайне левым лидером в активистских движениях 1960-х и 70-х годов. Членами правления, которые 9 января ушли в отставку, были его председатель Майк Оатридж; его первый вице-председатель, Уолтер Боди; и его секретарь, Дженис Келси. Их имена были удалены с сайта музея днем 10 января.

Мэр Бирмингема Рэндалл Вудфин сообщил в своем заявлении, что решение об отмене награды, которую хотели вручить в сентябре, было принято «после протестов нашей местной еврейской общины и некоторых ее союзников». В пропалестинском издании Mondoweiss Дэвис написала, что она узнала, что «причиной отмены была ее долгосрочная поддержка справедливости для Палестины». Кто поднял этот вопрос, до сих пор не ясно. Никто из людей, которые, как сообщается, могли быть причастны к решению, не ответили на запрос JTA о комментариях, включая генерального директора Еврейской федерации Бирмингема Ричарда Фридмана и президента Института гражданских прав Андреа Тейлора. JTA связался со всеми 13 действующими и уходящими членами совета института, но никто не стал подробно комментировать ситуацию.

Двое из них, Томас Уайлдер и Кэмерон Воуэлл, каждый вкратце рассказали JTA, что евреи были одной из групп, которая обратилась к совету директоров по поводу награды, хотя оба отказались уточнить, что просили члены общины. «Были люди из еврейской общины, которые высказывались об этом», – сказал Уайлдер JTA. «Были люди из афроамериканского сообщества. Были люди из нескольких общин. … Были люди из еврейской общины, которые были за это, были люди из еврейской общины, которые выступали против этого». Воуэлл сказала о евреях, которые высказывались по этому вопросу: «Некоторые из них связались с нами, и они дали нам знать о некоторых вещах, о которых мы не знали». Она отказалась от дальнейших комментариев, поскольку сказала, что совет решил «сомкнуть ряды» вокруг Тейлора.

Но есть намеки на то, что руководство местной еврейской федерации выступало за отзыв премии. NPR процитировал удаленный пост Фридмана в «Фейсбуке», одобряющий заявление отставного президента местного колледжа Чарльза Крулака, который протестовал против награждения. Крулак отметил связь Дэвис с Коммунистической партией и ее предполагаемую роль в похищении и убийстве судьи Верховного суда в 1970 году. Дэвис была признана невиновной по всем пунктам обвинения, связанным с этой историей. «Спасибо, Чак Крулак, за ваше постоянное лидерство и неоспоримую готовность всегда отстаивать то, что правильно», – написал Фридман. А 6 января федерация отправила электронное письмо своим членам, поблагодарив музей за принятое решение, сообщает Forward.

«Еврейская федерация Бирмингема благодарит правление BCRI за его вдумчивое и смелое решение», – пишет федерация. «BCRI — это отличное учреждение, которое делает многое на благо всего нашего сообщества. BCRI заслуживает постоянной и широкой поддержки». Рой Джонсон, обозреватель Al.com, писал, что «самые громкие голоса в первую очередь – хотя и не исключительно – исходили от руководства еврейской общины города». Джонсон указал на декабрьскую статью в выходящей в Бирмингеме «Southern Jewish Life» ее редактора и издателя Ларри Брука, в которой говорится, что Дэвис «также была видным представителем в движении за бойкот Израиля» и активно выступает в кампусах за изоляцию еврейского государства, говоря, что Израиль занимается этнической чисткой и связан с насилием со стороны полиции в отношении афроамериканцев в Соединенных Штатах».

Но Джонсон также написал, что решение об отмене было принято не только по воле еврейских лидеров. Боди, вице-президент института, сказал ему, что правление «получало запросы от афроамериканской общины, еврейской общины и белой общины. Это была не только деятельность еврейского сообщества».

timesofisrael.com

Среди находящихся под угрозой исчезновения меньшинств во всем мире иранские евреи являются аномалией. Как и у их коллег, условия их существования категорически опровергают все усилия, которые их страна делает для того, чтобы казаться цивилизованной и равноправной, и поэтому эти условия воплощают все, что уродливо и несправедливо на их родине. Но еврейская община Ирана делает что-то большее. Она воплощает в себе надежду.

Чтобы понять, почему евреи остаются в Иране, нужно понять мучительную историю Ирана. Нигде больше упрямая преемственность меньшинства не может служить метафорой в элегии о гибели нации. Метафора удачна, потому что она рождена из парадокса. А современный Иран – не что иное, как загадочный парадокс. Единственная в мире шиитская теократия – враг Израиля – во главе с отрицателями Холокоста, до сих пор является домом для примерно 10 000 евреев. Снова и снова ведущие журналисты используют этот факт, чтобы изложить предвзятую точку зрения. Они входили в синагоги, садились напротив одного из смекалистых представителей общины и задавали все те же усталые вопросы: вы боитесь? С вами плохо обращаются? Вам нравится Израиль? только чтобы получить те же самые усталые ответы: мы не боимся. С нами обращаются очень хорошо. Мы только молимся на Иерусалим, но принадлежим к Ирану.

Это никогда не было просто заявлениями. Они использовались в качестве доказательства теми, кто выступает против войны с Ираном, чтобы противостоять ястребиным аргументам. В конце концов, то, что осталось необъяснимым, — это правда о жизни тех самых людей, которую эти журналисты намеревались обнаружить. Правда, которая гораздо сложнее, но в то же время раскрывает не положение только евреев, но, что важнее всего, самого Ирана.

Прежде всего, то, что делает понимание запутанного вопроса еврейской жизни очень сложным, заключается в том, что, как и многое другое в Иране, политика не определена, абсолютные понятия относительны и часто изменчивы. Никакие правила не выгравированы в пресловутом камне. После 1979 года новое руководство формировало свое отношение к евреям по ходу дела. Самый известный еврейский филантроп и промышленник, отец-основатель производства пластика, Хабиб Эльханан, был казнен через несколько недель после победы революции по обвинению в «сеянии коррупции на Земле». Некоторое время все евреи думали, что скоро повторят его судьбу. Но вскоре после этого на встрече с несколькими еврейскими лидерами верховный лидер Ирана аятолла Хомейни заявил, что евреи являются подлинными гражданами Ирана, и их не следует путать с «кровососущими сионистами» в Израиле. Таков был его способ намекнуть, что община находится в безопасности.

Это высказывание, наиболее цитируемое за последние 40 лет, остается наиболее близким к формулированию официальной позиции режима в отношении иранских евреев. Но это все. Реальные детали никогда не были ясны. Какие у них были права и как они могли использовать их, все оставалось туманным. В те первые послереволюционные дни в паспортные формы был добавлен новый вопрос, в котором просили заявителей декларировать свою религию. У большинства тех, кто написал «евреи», были конфискованы их паспорта. Но когда они спросили, действительно ли им запрещено выезжать, им сказали прийти с этим вопросом через шесть месяцев. По истечении шести месяцев им велели вернуться через шесть месяцев, и так далее, и так далее. Они формально не были заложниками, но на время покинуть страну юридически стало невозможно. Другие сферы еврейской жизни были затронуты аналогичным образом. Еврейские дневные школы все еще работали, но какое-то время они могли делать это только без использования еврейских текстов при мусульманской администрации и должны были придерживаться мусульманского календаря, начиная свою учебную неделю в субботу, а не в воскресенье.

Каждый год в состав иранской делегации на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций входит представитель евреев в Меджлисе. Его присутствие среди делегатов должно создать впечатление, что он является равноправным членом группы. Но вытащите его из США и вызовите его свидетелем на уголовный процесс в Тегеране, и вес его показаний будет составлять половину от показаний шиита. Все дьяволы повсюду скрыты в деталях, которые тирании, а Иран особенно, знают, как сделать невидимыми для западных наблюдателей. Несколько лет назад в канадской прессе появилась ложная история о том, что иранские евреи должны были носить желтые звезды на верхней одежде. Это было неправдой. Но при этом не сообщалось, что на самом деле не мусульманские предприятия, особенно рестораны и дистрибьюторы продуктов питания, должны были вывесить в своих окнах таблички, указывающие, что этими заведениями управляют немусульмане («нечистые»).

Об Иране очень много пишут каждый день, и все же некоторые из самых важных историй остаются нерассказанными из-за коварства режима в манипулировании журналистами, а также предвзятости и неадекватности журналистов в освещении антиамериканского и авторитарного режима. Но даже самые проницательные наблюдатели вряд ли будут знать, на что обращать внимание, чего ожидать там, где нет прозрачного и последовательного порядка. Кроме того, многие права, утраченные общиной в первые годы революции, были постепенно, если не полностью, восстановлены. Может показаться, что их несоблюдение было просто случайным, за исключением того, что этот расплывчатый и непредсказуемый способ ведения дел — это то, как режим справляется с другими ключевыми вопросами.

Политическая непрозрачность оставляет некоторую надежду на возможность хорошего исхода и сдерживает массовый гнев. Если в сегодняшнем руководстве есть что-то типично персидское, так это то, как они ведут политику с тем же загадочным оттенком, который поэты исторически использовали, чтобы обойти своих цензоров. Конечная идея или сигнал никогда не излагаются в черных или белых терминах, оставляя место для положительных толкований. Эксперты все еще спорят – некоторые обвиняют плохой перевод – о том, что на самом деле имел в виду Махмуд Ахмадинежад, когда сказал, что Израиль следует «стереть с лица земли». Его защитники считают, что он только символически имел в виду отстранение несправедливого правительства от власти. По правде говоря, двусмысленность формулировок была лучшим подходом Ирана к сложным вопросам. Вот почему спустя 20 лет после появления «реформаторского движения» вашингтонские аналитические центры продолжают спорить о том, смогут ли реформисты усмирить сторонников жесткой линии.

Именно в этом сумеречном общественно-политическом пространстве, не подвергаясь систематическому преследованию, как бахаи, но и не будучи равноправными гражданами, иранские евреи жили в течение последних 40 лет. Названным в конституции «людьми книги», евреям было разрешено исповедовать свою веру, но на непостоянных условиях своих правителей. Однако в ироническом повороте событий, когда численность еврейской общины сократилась, многие ограничения, введенные много лет назад, были сняты или отменены. Чем дальше режим уходил от своих бурных первых дней, и чем меньше росла община, тем больше режим осознавал ценность иметь у себя граждан-евреев для своего международного статуса. Тегеран видел, что присутствие евреев жизненно важно для его усилий по презентации себя как «исламской демократии». И в этом заключается аномалия именно этого меньшинства, угнетатели которого, становясь менее ревностными и более прагматичными со временем, внезапно осознали, что они им нужны.

Лучшим доказательством того, что Иран является самой плюралистической региональной альтернативой, в большей степени, чем его соперник Саудовская Аравия, является еврейская община. В диаспоре иранские евреи, которые дистанцируются от духовенства, идентифицируя себя как «персов», остаются преданными своему наследию настолько непримиримо, что часто вызывают гнев американских евреев. Они настаивают на том, чтобы молиться в своих собственных синагогах, потому что они хотят говорить по-персидски и проводить богослужения, как в прошлом. В социальных сетях они создали множество сообществ, где они делятся рецептами и другими памятными вещами, чтобы облегчить муки ностальгии. В течение первого десятилетия после революции, когда число иранцев в Соединенных Штатах еще не выросло до нынешних показателей, иранская поп-музыка выжила благодаря еврейским праздникам, на которых работали уехавшие звезды поп-музыки. Прискорбно, однако, то, что отношения между нееврейскими иранцами и их еврейскими коллегами, оказавшимися в тупике между Ираном и Израилем, ослабевают, и они избегают возможности собираться вместе.

Через сорок лет после революции 1979 года ничего не изменилось, и все же все изменилось. Верховный лидер все еще у власти, но нация отвернулась от него. Иран по-прежнему является исламской республикой, однако иранцы все чаще идентифицируют себя, как и многие американские евреи, как светские люди. Иран — это региональная теократия, и все же это единственная страна, где политический ислам больше не является утопическим стремлением. Нигде больше духовенство, когда-то так почитаемое, теперь так подозрительно, если не угрожающе презираемо. Нигде больше демонстранты не маршируют по улицам, выкрикивая лозунги, идеологически являющиеся анафемой для своих лидеров, среди которых: «Не за Газу, не за Ливан; я отдаю свою жизнь только за Иран».

Есть много причин, по которым евреи все еще остаются в Иране. Однако широко распространенные акты сопротивления режиму играют ключевую роль в укреплении связей общины с ее древней родиной. В отличие от того, во что нас заставляют верить ошибочные сообщения, евреев в Иране удерживает не их «хорошая жизнь». Скорее, с каждым выражением несогласия евреи чувствуют себя выступающими не против своих собратьев-иранцев, а вместе с ними. Это правда, что несчастье любит компанию. Но общие межрелигиозные страдания также смягчают фанатизм. Хотя антисионистская риторика режима остается такой же бешеной, как и раньше, обычные люди гораздо менее сочувствуют такой пропаганде и все чаще объединяются с меньшинствами, которых дискриминирует режим. В свою очередь, вместо того, чтобы чувствовать преследование со стороны своих соотечественников, евреи связывают себя с ними, отвергая статус-кво. Жизнь евреев в Иране продолжается, потому что надежда на революцию, которая должна будет привести Иран к свободе и демократии, – не угасает.

tabletmag.com

В настоящее время в Иудее и Самарии проживает около 450 000 еврее, согласно отчету, опубликованному 8 января Советом Йеша (Иудеи и Самарии).

В 2008 году, как раз перед тем, как президент США Барак Обама вступил в должность, рост численности еврейского населения в спорной исторической области составил 5,6 процента в год, что в три раза превышало средние темпы роста населения в Израиле (2,0 процента). Тем не менее, численность еврейского населения региона выросла в 2018 году всего на 12 964 человека, до 448 672 человек — рост всего на 3%, по сравнению с 3,4% в 2017 году, 3,9% в 2016 году, 4% в 2015 году и 4,2% в 2014 году.

Согласно Совету Йеша, эта цифра — самый низкий показатель роста за последние 23 года, и, возможно, за все время после освобождения этих земель во время Шестидневной войны 1967 года. Однако эти цифры не включают в себя дополнительные сотни тысяч еврейских жителей восточного Иерусалима, которые Израиль не считает частью Иудеи и Самарии, но которых относит к этой категории международное сообщество. Глава Совета Йеша Хананель Дорани сказал, что он счастлив, что число жителей увеличивается, несмотря на нехватку жилья.

Из-за давления со стороны администрации Обамы произошло значительное сокращение числа разрешений на строительство жилья, а в период с ноября 2009 года по сентябрь 2010 года было даже почти полное замораживание строительных проектов в Иудее и Самарии, из-за давления со стороны американской администрации. Даже после отмены моратория правительство серьезно ограничило количество разрешений на строительство жилья, выдаваемых в этом регионе. В 2018 году было одобрено строительство около 5000 домов, а в 2017 году началось строительство около 1650 домов. В настоящее время в Иудее и Самарии насчитывается 133 признанных правительством еврейских поселения, в том числе Амихай, первое санкционированное государством поселение, признанное за последние 15 лет.

Амихай было построено в 2018 году, и является домом в основном для бывших жителей поселения Амона, которые были выселены в результате весьма спорного судебного дела, проведенного при поддержке организации «Мир сейчас», определившего, что земля под ним принадлежит арабскому истцу. Есть также другие поселения, которые официально не признаны. По данным Министерства внутренних дел Израиля, ультраортодоксальные евреи преобладают в двух крупнейших еврейских городах в Иудее и Самарии: Модиин-Иллит, к западу от Рамаллаха (72 944 человека), и Бейтар-Иллит, к юго-западу от Иерусалима (58 774 человека). Третий по величине город – Маале-Адумим в Иудейской пустыне к востоку от Иерусалима, где проживает 41 220 религиозных и светских евреев. В целом число ультраортодоксальных, ортодоксальных и светских жителей оказалось практически одинаковым.

Согласно данным Центрального статистического бюро (CBS), в 1995 году число евреев, живущих в Иудее и Самарии, составляло 138 600 человек. В 2009 году, когда премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху вторично вступил в должность, численность еврейского населения этого региона составляла 296 700 человек. Согласно данным CBS, если в 2009 году 71 процент прироста населения давала рождаемость, то в 2017 году эта цифра выросла уже до 81 процента. По данным Peace Now, за последние два года было проведено 6 962 тендера на строительство квартир, что может увеличить еврейское население Иудеи и Самарии на 30 000 человек.

algemeiner.com

Тель-авивский суд присудил жениху 30 000 шекелей (8 000 долларов США) в качестве компенсации после того, как он повредил ногу, выполняя ритуал разбивания бокала на своей свадебной церемонии.

В кульминации церемонии, которая состоялась прошлым летом, неназванный человек растоптал бокал. Но радостные крики гостей смешались с его криками боли, когда осколок стекла через обувь порезал ему ногу. Ритуал разбивания бокала на еврейских свадьбах призван подчеркнуть, что радость всегда должна быть умеренной, а также вспомнить, даже на этом самом счастливом из событий, о разрушении древних еврейских храмов.

Мужчина подал в суд на свадебный зал, утверждая, что ему дали разбить «необычайно толстый» бокал. Он также заявил, что в зале не было надлежащей аптечки и он использовал влажные салфетки и импровизированную повязку. Зал бракосочетания возразил, что он дал бокал одному из гостей и не знал, что гость собирается с ним сделать.

Судья окружного суда Тель-Авива Ярон Башан отверг аргументы защиты, заявив, что бокал был явно предназначен для использования на церемонии, согласно новостям Hadashot TV. Он присудил жениху 30 000 шекелей – 25 000 шекелей в качестве компенсации и 5000 шекелей в качестве компенсации судебных издержек.

timesofisrael.com

Почти три четверти израильтян – 73% – считают, что их страна может справиться с крупной кибератакой, показало исследование, опубликованное исследовательским центром Pew на этой неделе.

Этот уровень доверия является самым высоким среди 26 стран, где проводился опрос. Примерно 53% американцев чувствовали то же самое в отношении своей страны. Странами с самым низким уровнем веры в возможности киберзащиты со стороны своих правительств были Бразилия и Аргентина — 16% и 9% соответственно.

9 января премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху пообещал, что не допустит вмешательства в апрельские выборы в Кнессет после того, как государственные цензоры пресекли выступление главы его национальной разведки, обвинившего некую иностранную державу в намерении власти вмешаться в голосование. В соответствии с приказом цензуры, которая апеллирует к соображениям безопасности, израильским СМИ было запрещено называть страну, которая, как заявил руководитель «Шин Бет» Надав Аргаман, выступая 7 января в тель – авивском университете, перед приглашенной аудиторией, пыталась вмешаться в выборы.

Комментаторы израильских СМИ предположили, что он указал на Россию, которая, по заявлению министра разведки в правительстве Нетаньяху, Исраэля Каца, местным СМИ, сделанному в прошлом месяце, возможно, хотела бы повторить в Израиле предполагаемую онлайн-кампанию влияния, которую она якобы осуществила, чтобы помочь Дональду Трампу выиграть президентские выборы в США в 2016 году.

algemeiner.com

Уходящий с должности начальник штаба ЦАХАЛа Гади Айзенкот в интервью газете «New York Times» заявил, что Израиль не только наносит точечные удары по иранским целям в Сирии, но и придерживается общей стратегии «кампании между войнами» с целью помешать укреплению Ирана. Айзенкот верит, что Израиль побеждает.

«Мы поразили тысячи целей, не взяв на себя ответственность и не попросив кредит», – сказал Айзенкот обозревателю Times Брету Стивенсу. «Мы работали на определенным уровне два года назад», – пояснил он. «И тогда мы заметили существенное изменение в стратегии Ирана. Их видение состояло в том, чтобы оказать значительное влияние в Сирии, создав войска из 100 000 шиитских бойцов из Пакистана, Афганистана и Ирака. Они построили разведывательные базы и военно-воздушные базы на каждой сирийской авиабазе. И они привлекали мирных жителей, чтобы распропагандировать их». В результате этого, когда Иран выпустил ракеты через границу, Израиль предпринял серию массированных авиаударов по иранским целям.

Стратегия Айзенкота также является причиной относительно ограниченного подхода Израиля к подавлению ХАМАСа в Газе. «Когда вы много лет сражаетесь со слабым врагом, – сказал он, — это также ослабляет вас». Лидер иранского Корпуса стражей исламской революции Кассем Сулеймани, который руководил иранскими операциями в Сирии, потерпел неудачу в своих попытках угрожать Израилю, заявил Айзенкот. «Его ошибкой был выбор площадки, где он относительно слаб», – сказал он. «У нас полное превосходство в сфере разведки. Мы наслаждаемся полным воздушным превосходством. У нас есть основания действовать. Войска, с которыми мы столкнулись за последние два года, были решительными, но не очень впечатляющими по своим возможностям».

algemeiner.com

Четыре года назад убитый горем Бернар-Анри Леви нашел некоторое утешение в том, что более миллиона французов прошли по Парижу в знак протеста против экстремизма. Республиканский марш, как известно, состоялся 11 января 2015 года на фоне национального траура после того, как исламисты застрелили 12 человек в редакции сатирического журнала «Шарли Эбдо», и, еще через два дня, четырех человек в кошерном супермаркете «Гипер-Кашер».

Молчаливые демонстранты держали в руках таблички с надписями «Я Шарли», «Я полицейский» и «Я еврей». Этот марш был «чем-то, чего мы никогда не видели во Франции и, возможно, нигде», – сказал тогда Леви, еврейский философ и знаменитый писатель. «Это своего рода чудо, это национальное единство, это чувство братства, эта готовность парижан выйти на улицу». Четыре года назад он надеялся, что это станет переломным моментом для французского общества, сказал он JTA 9 января. Перемены «увы, не пришли», «дух и обещание марша были преданы» другой волной уличных протестующих, сказал он: движением «желтых жилетов».

То, что началось осенью как серия акций протеста против повышения цен на топливо, с тех пор погрязло в бесчисленных случаях насилия против полиции и значительном количестве антисемитских высказываний на почве ненависти. «Вместо миллиона людей на улице, сегодня у нас тысячи гомофобов, ксенофобов, которые антиреспубликански, антижурналистски, а иногда и антисемитски настроены.  Леви 13 февраля планирует выступить на мероприятии в 92-м еврейском общинном центре в Нью-Йорке, посвященном этим и другим вопросам.

Антисемитские инциденты во время протестов «желтых жилетов» – названных в честь светоотражающих жилетов безопасности, которые они носят – включали в себя надписи и лозунги, описывающие президента Франции Эммануила Макрона как «еврейскую шлюху» и их «марионетку». Было много случаев, когда протестующие совершали квази-нацистский салют «кнель», созданный французским комиком Дьедонне Мбала Мбала. Дьедонне, отрицатель Холокоста, который был осужден за разжигание ненависти в отношении евреев и других людей, теперь излагает свои еженедельные проповеди ненависти в Интернете на видеоплатформах в желтом жилете.

Эти случаи, а также антисемитские граффити и песнопения являются маргинальными для «желтых жилетов», сообщает Национальное бюро по борьбе с антисемитизмом. Но, тем не менее, они были характерной чертой этого движения с момента его создания, сообщил JTA основатель бюро Сэмми Гозлан. «По всем имеющимся у нас показателям, ситуация с распространенностью антисемитизма во французском обществе только ухудшилась с 2015 года», – сказал Роджер Кукерман, бывший президент организации французских еврейских общин CRIF. Если это правда, то «желтые жилеты» не следует ни выделять как ответственных за эту ситуацию, ни как следствие этого, считает Дельфина Хорвиллер, реформистский раввин из Парижа. «Антисемитские выкрики были, – сказала она на этой неделе по радио France Inter, – но это не значит, что у движения есть проблема с антисемитизмом».

Между тем насилие в отношении полиции стало отличительной чертой протестов «желтых жилетов», даже если в нем участвует лишь меньшинство участников. Сотни полицейских были ранены в столкновениях с «желтыми жилетами». Почти 50 из них получили ранения 1 декабря. В ту субботу в шикарном торговом районе Елисейских полей Парижа было подожжено несколько автомобилей. 11 декабря несколько полицейских были ранены в столкновениях, которые превратили целые улицы столицы в зоны военных действий, окутанные дымом от горящего пластика и слезоточивого газа. Некоторые протестующие бросали в полицейских желтую краску, что привело к травмам глаз. В ответ полиция применила водометы, ранив десятки человек. Нападения на полицейских особенно тревожат многих французских евреев, которые на протяжении последних 15 лет зависели от сил безопасности в сфере защиты своих школ, кварталов и синагог.

Но появление антисемитизма как характерной черты протестов является более пугающим, сказала JTA Лолита Семама, которая живет напротив магазина «Гипер-Кашер», на четвертой ежегодной церемонии в годовщину убийств. В церемонии, прошедшей 9 января, приняли участие около 300 человек, большинство из них евреи. Были зажжены свечи в память о жертвах нападения на кошерный магазин, а также в память других жертв – включая убийство 11 октября 11 евреев в синагоге в Питтсбурге. Официальная часть церемонии завершилась пением «Марсельезы», французского государственного гимна. Затем участники начали петь гимн Израиля «Хатиква». «Мы привыкли к антисемитизму, проявляющемуся в дискуссиях и протестах по поводу Израиля», – сказала Семама. «Но это дело с «желтыми жилетами» не должно иметь ничего общего с евреями. Это показывает, что антисемитизм находится чуть ниже поверхности, готовый выплеснуться при любом возмущении, чтобы обвинить евреев».

В более широком смысле, сказал Леви, протесты выявили поляризацию во французском обществе, которая проявилась и в президентских выборах 2017 года, выигранных Макроном. Независимый центрист одержал победу над кандидатами от Республиканской и Социалистической партий. Популярность Макрона обозлила его противников из числа крайне правых и крайне левых. Марин Ле Пен из антииммигрантской партии «Национальный фронт» вышла во второй тур, выиграв рекордные 33,9%. Жан-Люк Меленшон. антиизраильский депутат из крайне левой партии «Непокоренная Франция» набрал 19,5% в первом туре. Впервые в истории Франции после Второй мировой войны примерно половина избирателей или более проголосовали за крайне левых или крайне правых кандидатов.

Многие французы отмечали избрание Макрона как крупную победу над экстремизмом. «Но вы думаете, что экстремисты сдадутся?» – спросил Леви. «Нет, они замышляли месть. И ею стало движение «желтых жилетов». Вот почему среди них есть ксенофобия, расизм, а также антисемитизм, потому что это группа экстремистов». Французские евреи в подавляющем большинстве проголосовали за Макрона в последнем туре. Они приписывают ему сохранение, а иногда и усиление мер безопасности вокруг потенциальных еврейских целей, продолжая политику, начатую при его социалистическом предшественнике Франсуа Олланде. Макрон также является первым президентом Франции, который объявил антисионизм формой антисемитизма, провоцируя протесты крайне правых и крайне левых. «Правительство обеспечивает безопасность и поддержку еврейской общине, но правительство и полиция могут сделать немногое», – сказал Франк Семама, муж Лолиты. «Они не могут быть везде. К сожалению, наша проблема связана с частью французского общества, а не с его правительством».

Существует достаточно доказательств присутствия в движении «желтых жилетов» крайне правых агитаторов, в том числе неонацистского активиста Эрве Риссена, которого видели на таком митинге 17 ноября. Примечательно, что они протестуют плечом к плечу с крайние левыми сторонниками в движении, которое может приспособиться к обоим, потому что у него нет последовательной политической стратегии или платформы. На митингах «Желтых жилетов» звучат призывы снизить налоги, свергнуть правительство и даже устроить революцию. Несмотря на неоспоримую распространенность экстремизма в его рядах, движение по-прежнему пользуется поддержкой некоторых центристов, в том числе Марианны Эсквит, католички средних лет из небольшой партии «Солидарность и прогресс». «Я ненавижу насилие и расизм, но глобализация разрушила сельскую местность», – сказала Эсквит. «Я понимаю этот отказ от бессердечной корпоративной повестки Макрона. Он идет от большой боли».

Вернувшись на церемонию поминовения жертв убийства в «Гипер-Кашере» Франк Семама указывает на свою кипу и говорит о своей боли, когда он живет как еврей «в стране и городе, где есть целые районы, куда я не могу поехать». Кровавая баня в магазине 9 января 2015 года была «травмой», поразившей его семью, сказал он: «Лолита покинула магазин в эту пятницу за 10 минут до начала убийств». Но французское общество, сказал Франк Семама, кажется равнодушным. «Посмотрите на эту толпу», – сказал он. «Здесь 300 евреев, и все. К сожалению, мы настолько изолированы в обществе, что стали считать это нормальным».

timesofisrael.com

Президент Барак Обама использовал Библию, принадлежавшую преподобному Мартину Лютеру Кингу-младшему. Кит Эллисон из Миннесоты, первый мусульманский член Конгресса, принял присягу на Коране. 8 января Никки Фрид, единственный демократ, получивший должность в штате Флорида, была приведена к присяге в качестве министра сельского хозяйства, используя первую еврейскую Библию, изданную в Америке.

Фрид, первая еврейка, работающая на этой должности в «Солнечном штате», позвонила в Университет Флориды, ее альма-матер, чтобы спросить, есть ли специальная Библия, которую она могла бы использовать для этого случая. У куратора Ребекки Джефферсон из университетской библиотеки иудаики имени Прайса была только одна такая книга. Библиотеке принадлежит двухтомная еврейская Библия, датируемая 1814 годом, одна из примерно 100 сохранившихся, которые были напечатаны в Филадельфии в том же году, используя шрифты из более старого издания, напечатанного в Амстердаме. Первый том содержит Тору или первые пять книг Библии, а второй содержит оставшиеся 19 книг. (В еврейской Библии 24 книги, иногда называемые Танах.)

8 января в 11 часов утра в Капитолии в Таллахасси Фрид положила руку на еврейскую Библию и приняла присягу. «Будучи первой еврейкой, избранной во Флориде и ярым «флоридским аллигатором», я не могла быть удостоена большей чести, чем быть приведенной к присяге на первой еврейской Библии, напечатанной в Соединенных Штатах из Библиотеки иудаики Университета Флориды», – говорится в заявлении Фрид. «Символизм этого сочетания олицетворяет одну из величайших наград в моей жизни». Библия уже давно используется на инаугурациях, начиная с Джорджа Вашингтона, который выбрал масонскую Библию для своей церемонии.

На прошлой неделе Рашида Тлайб, новый конгрессмен от демократов из Мичигана, и Ильхан Омар, ее коллега из Миннесоты, использовали Коран на церемониях приведения к присяге на 116-м Конгрессе. Но Священные Писания формально не требуются для присяги. Так, Кирстен Синема, недавно избранная сенатор США от Аризоны, использовала том Библиотеки Конгресса, содержащий тексты конституций США и Аризоны, для ее присяги в этом месяце. В прошлом году Мэрайя Паркер была приведена к присяге на копии «Автобиографии Малкольма Икса», когда она приносила присягу в качестве уполномоченного депутата округа Атенс-Кларк в Джорджии.

Еврейская Библия, которую использовала Фрид, появилась в результате жесткой конкуренции между евреями и христианами за право издать первую американскую версию Библии на иврите. «После американской революции возросла религиозность», – говорит Джефферсон. «Многие ученые и священнослужители были заинтересованы в публикации еврейской Библии для Америки. Проблема еврейской общины заключается в том, что многие священнослужители были активны в миссионерских кругах, и хотели использовать еврейскую Библию для обращения. Еврейская община хотела получить Библию с их одобрения».

Джонатан Хорвиц, голландский еврей-иммигрант, прибыл в Филадельфию с металлическими блоками или шрифтами, использовавшимися для издания 17-го века, которое было опубликовано в Амстердаме и широко приветствовалось евреями того времени. Стремясь опередить конкурентов, Хорвиц продал шрифты филадельфийскому типографу Уильяму Фраю, христианину, а несколько ранних подписок на опубликованные тома местному продавцу книг. (Тогда Гарвардский колледж и Андоверская духовная семинария уже заказали 40 экземпляров каждый.) По словам Джефферсона, коллекция иудаики Университета Флориды датируется 1970-ми годами, но ее книги ранее не использовались для приведения к присяге. Фрид, выпускница университета в 2003 году и бывший президент студенческого сообщества, сделала это первой.

timesofisrael.com

Несмотря на свое деревенское очарование, дом мечты, купленный Роксаной ван Иперен и ее партнершей, почти разрушил их брак. Ван Иперен, 42-летняя писательница, недооценила объем ремонта, необходимого для усадьбы в сельской местности к востоку от Амстердама. Она купила это место в 2012 году вместе с Йорис Ленглет как дом для пары и их троих детей.

«Мы почти расстались к тому времени, когда все было закончено», – вспоминала она в ноябрьском интервью на телеканале NPO1. Но на фоне «споров, страданий и работы», как она описала это, пара сделала открытия, значение которых они осознали лишь спустя месяцы: во время Холокоста их новый дом был центром одной из самых смелых спасательных операций в Голландии, проводимых евреями для спасения евреев. Изложенная в бестселлере, опубликованном ван Иперен в прошлом году, эта история вызвала большой интерес средств массовой информации на фоне волны самоанализа о многогранной истории голландского общества в эпоху Холокоста. В книжных магазинах «Высокое гнездо» неделями оставалось в топ-10 документальных произведений местных авторов.

«Многие евреи оказали сопротивление, но о большинстве из них мы знаем очень мало», – говорит режиссер Вилли Линдвер, который снял несколько документальных фильмов о Холокосте в своих родных Нидерландах. Он сказал, что история «Высокого гнезда» «показывает, что не все голландские евреи пошли, как овцы, на бойню, и это очень важно». Но для широкого круга читателей часть привлекательности книги заключается в сильных характерах людей, которые спасали других в доме ван Иперен: сестер Дженни и Лиен Брилльеслипер и их семьи. Смелые активисты-антифашисты – Дженни воевала добровольцем в гражданской войне в Испании – они использовали свои связи, чтобы спрятаться от немцев в доме в Наардене, расположенном в 10 милях к востоку от Амстердама. Но затем они, рискуя жизнью, открыли свой приют для евреев и других нуждающихся.

Ван Иперен нашла свидетельство изобретательности сестер, как только начались ремонтные работы, обнаружив двойные стены, секретные двери и скрытые за стенами тайники, которые были так хорошо замаскированы, что оставались незамеченными на протяжении десятилетий. В одном тайнике Ван Иперен даже нашла газеты голландского Сопротивления военного времени. Десятки евреев прошли через безопасный дом, который «идеально расположен – недалеко от Амстердама, но в глуши», – сказала ван Иперен. Поместье из девяти комнат в основном скрыто от чужих глаз большими деревьями, что позволяло жильцам уединиться. Секретность операции привела к тому, что она не попала в учебники истории, хотя это был редкий случай, когда голландские евреи не только избежали геноцида, но и помогли другим сделать это.

Даже когда они делали эти открытия, ван Иперен и ее партнер сначала не заметили их значения. «История открытия звучит романтично, но правда в том, что мы просто не знали о результатах своей работы», – сказала она в интервью. «Это был старый дом, и во время ремонта вы, естественно, что-то узнаете о его истории. Мы говорили об этом. Но потом мы просто закрыли тайник и установили на нем новый пол».

Реставрация совпала с крупными изменениями в отношении к Холокосту в Нидерландах, которые получили свой первый национальный музей Холокоста только в 2016 году. В 2012 году в Нидерландах была создана широкая низовая организация домовладельцев, чья собственность когда-то принадлежала жертвам Холокоста. Сейчас они открывают десятки домов примерно в 20 муниципалитетах для посещения публикой каждый год в голландский день памяти. Тем временем Амстердам строит огромный памятник жертвам Холокоста в центре города. В этом году город и Гаага выплатили миллионы долларов в качестве возмещения жертвам Холокоста, с которых они несправедливо собирали налоги, не уплаченные ими во время немецкой оккупации. В ноябре национальная железнодорожная компания объявила, что рассмотрит вопрос компенсации жертвам за то, что ее работники помогли транспортировать их в лагеря уничтожения. Это вызвало аналогичную акцию в прошлом месяце со стороны амстердамской транспортной компании GVB.

На фоне этих событий, которые сопровождались постоянным потоком новостей и книг о Холокосте, секреты дома ван Иперен продолжали манить. В конечном итоге они отправили ее в шестилетний путь открытий через собеседования, изучение архивных материалов и сопоставление информации оттуда с показаниями выживших. Сестры, интеллектуалы из либеральной еврейской семьи, прибыли в поместье возле Наардена в 1943 году на фоне депортации в лагеря смерти и растущего осознания того, что Гитлер уничтожает европейских евреев. К тому времени нацисты убили 75 процентов довоенного еврейского населения Нидерландов, насчитывавшего около 140 000 человек – самый высокий уровень смертности в оккупированной нацистами Западной Европе. «Все, кто мог, в панике, искали укрытия», – говорит ван Иперен. И все же в доме Брилльеслиперо «на самом деле было много музыки и жажды жизни в течение этого времени, что отличает ее от типичной истории о выживании в укрытии, которую мы знаем в этой стране», – сказала ван Иперен.

Она нашла ноты песен, которые сестры (Лиэн была известной певицей), и их гости сочиняли и исполняли в рамках музыкальных вечеров. Были житейские дебаты и ужины в саду – некоторые из скрывающихся людей были работниками искусства – среди смеха детей. Одним из этих «деток» был Роберт Брандес, 5-летний сын Дженни и ее мужа, Боба Брандеса. Роберт Брандес, художник, которому сейчас 79 лет, подарил ван Иперен, которая нашла его, пожелтевшую фотографию, сделанную у нее дома в 1943 году. В солнечный день он плещется в металлической ванне на заднем дворе в окружении своей двоюродной сестры Катинки Реблинг, дочери Лиэн и еще одного ребенка. Но в июне 1944 года Эдди Мусберген, один из сотен голландцев, которые предали евреев или охотились на скрывавшихся евреев, сообщил властям о своих подозрениях в отношении имения.

По словам Реблинг, дочери Лиен, это была случайность, но случайность для которой у сестер тоже был план. Во время гестаповского рейда ее мать сняла вазу с подоконника, выходящего на подъездную дорожку — секретный знак для других жильцов, что дом находится под угрозой. Облава произошла, когда Дженни и ее сын отсутствовали. Дженни увидела вазу, когда они вернулись, и попыталась догнать Роберта, который шел впереди нее. Но немцы увидели их и тоже арестовали. Сестры и их семьи были отправлены в концлагеря Вестерборк, Аушвиц и Берген-Бельзен. В Берген-Бельзене Дженни познакомилась с семьей Анны Франк. «Она пряталась под одеялом», – вспоминала Дженни, умершая в 2003 году, в документальном фильме Линдвера в 1988 году. «У нее больше не было слез, чтобы плакать. Они давно закончились». Дженни пошла проведать Анну несколько дней спустя и увидела сестру Анны, Марго, лежащей мертвой на полу. Анна умерла вскоре после этого, сказала Дженни.

Ван Иперен обнаружила, что обе сестры Брилльеслипер пережили Холокост – отчасти потому, что они были людьми, представляющими интерес для нацистов из-за их положения в антифашистском движении. Это предотвратило их отправку в газовые камеры в Аушвице. Роберт Брандес был избавлен от депортации, потому что после его задержания нацисты сочли его лишь наполовину евреем. Реблинг, которой было 3 года, и чьи родители были евреями, была увезена из тюрьмы бойцом ​​Сопротивления, и дожила до конца войны в подполье. «То, что мы все еще живы, – сказала Реблинг во время ноябрьского интервью с NPO1, – может быть объяснено только непрерывной цепью чудес».

timesofisrael.com

За последний месяц Netflix добавил на свою платформу несколько новых израильских сериалов, транслируя их по всему миру на более чем дюжине языков. Теперь более 130 миллионов человек могут смотреть такие сериалы, как «Когда герои летают», «Штисель», «Хороший коп» и фильм «Кондитер».

10 января сериал студии «Кешет» «Когда герои летают» стал доступен на Netflix после значительного успеха дома. Сериал выиграл главный приз на Международном фестивале сериалов Canneseries в прошлом году, а затем получил как признание, так и высшие оценки, когда он стартовал в Израиле. Сериал рассказывает о событиях, происходящих через 10 лет после Второй ливанской войны, в нем изображены четверо друзей, ветеранов ЦАХАЛа, которые до сих пор несут как физические, так и психологические шрамы. Они вынуждены неохотно воссоединяться, чтобы найти Яэль – сестру одного и бывшую подругу другого – которая, как они все считали, была убит в результате несчастного случая в Колумбии много лет назад.

В последнюю неделю декабря Netflix также добавил комедию «Хашотер Хатов» («Хороший коп»). Сериал, премьера которого состоялась в Израиле в 2015 году, рассказывает историю полицейского, который переезжает к своей семьей после развода – и должен бороться с их сомнительным поведением и потенциально незаконными связями. Netflix сохранил транслитерированное название сериала «Хашотер Хатов», которое, вероятно, будет отличать его от англоязычного римейка «Хороший полицейский», основанного на оригинальном сериале студии «Yes». Эта версия, в которой Тони Данза и Джош Гробан выступают в роли отца и сына, появилась в Netflix прошлой осенью.

В середине декабря Netflix добавила два сезона популярного сериала студии Yes «Штисель». В сериале рассказывается об Акиве, молодом человеке-хареди (ультраортодоксе), живущем в иерусалимском районе Меа Шеарим (в исполнении Майкла Алони, также одного из звезд фильма «Когда герои летают»). Его отец хочет, чтобы он пошел по очень определенному пути, но Акива не совсем уверен, что он может пойти по этому пути. Более двух лет назад Amazon объявил, что собирается снимать американский ремейк сериала под названием «Эммис», о молодом человеке, живущем в ультраортодоксальном сообществе Бруклина, но сериал так и не продвинулся дальше замысла.

1 января компания Netflix также добавила израильский фильм «Кондитер», который в 2018 году был номинирован на премию «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке». Фильм, который в конечном итоге не победил в этой категории, посвящен молодому немецкому пекарю, который влюбляется в приехавшего в Берлин женатого израильтянина по имени Орен. Когда Орен внезапно умирает, пекарь оказывается в Иерусалиме в поисках уединения – и обнаруживает, что становится все ближе к вдове Орена.

Поэтому, когда вы закончите смотреть «Фауду» и «Моссад 101» на Netflix, у вас будет много нового ивритского контента для просмотра.

jpost.com