В ходе исторического голосования 13 июня в Кнессете было приведено к присяге 36-е правительство Израиля, а председатель партии «Ямина» Нафтали Беннет стал премьер-министром, сменив на этом посту Биньямина Нетаньяху после 12 лет непрерывного пребывания на посту премьер-министра, сообщает «The Times of Israel».

Депутаты проголосовали минимальным большинством — 60 голосов против 59 в пользу нового правительства, состоящего из правых, левых, центристских и исламистской партии, которые объединились, чтобы свергнуть Нетаньяху и выйти из двухлетнего политического тупика. Один депутат, Саид аль-Харуми от «Раам», воздержался при голосовании. Три депутата из арабского «Объединенного списка» – Айман Уда, Ахмад Тиби и Усама Саади – не входили в зал заседания до тех пор, пока голоса не были первоначально подсчитаны, очевидно, готовые воздержаться при голосовании, если это необходимо для обеспечения избрания коалиции, но вошли, чтобы проголосовать против, как только стало ясно, что требуемое большинство обеспечено.

Сразу после вынесения вотума доверия члены правительства Нетаньяху освободили места за столом правительства на заседании Кнессета, а Нетаньяху покинул кресло премьер-министра. Проходя мимо Беннета, бывший премьер-министр пожал руку своему преемнику, что стало символом мирной передачи власти. Ранее в ходе заседания Нетаньяху в своей речи высмеял Бенета как обманщика, непригодного для работы, а депутаты, поддерживающие Нетаньяху, перебивали Беннета во время его речи, когда он представлял свое правительство и излагал свои планы.

После голосования Беннет был приведен к присяге в качестве премьер-министра, как и его новые коллеги по правительству. Его избрание представляет собой первый случай, когда Израиль возглавит религиозный еврей в кипе. Он также является лидером самой маленькой фракции, когда-либо назначавшей премьер-министра, поскольку его партии «Ямина» удалось провести всего семь депутатов, один из которых, Амихай Чикли, проголосовал против нового правительства. 49-летний Беннет также является вторым по молодости премьер-министром Израиля – рекорд остается у Нетаньяху, которому было всего 46 лет, когда он впервые вступил в должность в 1996 году.

Председатель «Еш Атид» Яир Лапид, который сформировал коалицию после того, как уходящий президент Реувен Ривлин поручил это сделать, был приведен к присяге в качестве «заместителя премьер-министра и будущего премьер-министра», а также министра иностранных дел. Ссылаясь на коалиционные соглашения между ними, Беннет пообещал с трибуны передать Лапиду пост премьер-министра 27 августа 2023 года. После Беннета и Лапида новые министры приводились к присяге один за другим, прежде чем занять свои места за правительственным столом. Всего к присяге было приведено 28 министров, в том числе девять женщин, что стало рекордом.

Новый Кабинет, в котором также будет шесть заместителей министров, является третьим по величине в истории Израиля, уступая только уходящему правительству (35 членов Кабинета министров) и правительству Нетаньяху 2009–2013 годов (30 министров). Что касается ключевых министерских должностей, лидер «Бело-голубых» Бени Ганц остается министром обороны, а лидер «Исраэль Бейтену» Авигдор Либерман был приведен к присяге в качестве министра финансов. Лидер «Новой надежды» Гидеон Саар был назначен министром юстиции, Айелет Шакед из «Ямины» была назначена министром внутренних дел, Матан Кахана из «Ямины» стал министром по делам религий. Член партии «Авода» Мерав Михаэли получила портфель министра транспорта, а ее товарищ по партии Омер Барлев стал новым министром внутренней безопасности. Лидер «Мерец» Ницан Горовиц был назначен министром здравоохранения.

Перед голосованием за доверие правительству депутат от «Еш Атид» Микки Леви был избран спикером Кнессета вместо Ярива Левина из «Ликуда» 67 голосами «за» при 52 голосовавших против. Правительство поддерживают восемь из 13 партий, получивших места на выборах 23 марта, контролирующих в общей сложности 60 голосов в Кнессете из 120: «Еш Атид» (17 мест), «Бело-голубые» (8), «Исраэль Бейтену» (7 мест), «Авода» (7), «Ямина» (6 из 7 депутатов), «Новая надежда» (6), «Мерец» (6) и «Раам» (3 из 4 депутатов, четвертый – аль-Харуми).

В оппозицию перешли следующие партии: «Ликуд» Нетаньяху, ультраортодоксальные партии «ШАС» и «Объединенный иудаизм Торы», ультраправая Религиозная сионистская партия и преимущественно арабский «Объединенный список». Коалиция представляет собой беспрецедентно разнообразное сочетание партий, от правых («Ямина», «Новая надежда» и «Исраэль Бейтену») до центристских («Еш Атид» и «Бело-голубые») и левых («Авода» и «Мерец»), и консервативной исламистской партии «Раам». Их лидеры пообещали попытаться работать на основе консенсуса для устранения разногласий в израильском обществе, не пересекая свои собственные идеологические «красные линии».

Выступая перед голосованием о доверии с речью, которую неоднократно прерывали члены новой оппозиции, Беннет представил свое новое «разумное и ответственное» правительство, пообещав, что оно «положит конец ужасному периоду ненависти среди народа Израиля». Когда члены партии Нетаньяху кричали Беннету, что он «преступник» и «лжец», Беннет заметил, что депутаты от «Ликуда» предоставляют доказательства настоятельной необходимости вернуть порядочность и единство в израильскую политику. Он заявил, что новое правительство будет работать «для всех граждан Израиля» и положит конец периоду выборов и раскола.

С апреля 2019 года в Израиле четыре раза проводились общенациональные выборы, которые до сих пор привели к появлению только одного правительства: недолговечной прошлогодней коалиции «Ликуда» и центристов Бени Ганца из «Бело-голубых».

В своей последней речи в качестве премьер-министра Израиля перед тем, как новое правительство было приведено к присяге, Нетаньяху обрушил свою ярость на Беннета и пообещал неустанно работать над свержением новой коалиции. «Я буду ежедневно бороться против этого ужасного, опасного левого правительства, чтобы свергнуть его», — заявил Нетаньяху в заключение пространной речи на заседании Кнессета. «С Б-жьей помощью это произойдет намного раньше, чем вы думаете». В комментариях, предупреждающих Иран, ХАМАС и «Хезболлу» о том, что он никуда не денется, он заявил по-английски: «Мы скоро вернемся!»

Падение Нетаньяху произошло на фоне продолжающегося уголовного дела, в рамках которого он был обвинен во взяточничестве и злоупотреблении доверием. Несмотря на заявления большинства партий новой коалиции о том, что они не встанут на его сторону, Нетаньяху в последние дни безуспешно пытался найти перебежчиков из рядов некоторых из этих партий. После голосования Нетаньяху заявил журналистам, что это был «очень печальный вечер для миллионов израильтян». После церемонии приведения к присяге члены нового правительства направились в резиденцию президента, чтобы сделать традиционную групповую фотографию министров с уходящим президентом Реувеном Ривлином, срок полномочий которого истекает 9 июля.

Муниципальные власти второго по величине города Польши призвали прекратить продажу так называемых статуэток «счастливых евреев», на которых изображены ортодоксальные евреи со стереотипно антисемитскими чертами лица, считающие золотые монеты, сообщает «The Algemeiner».

«Эти фигурки антисемитские, и нам пора это понять», — заявил 10 июня Роберт Пясковски, заместитель мэра Кракова Яцека Майхровски по культуре. «Их нельзя продавать в таком городе, как Краков, с таким тяжелым наследием и болезненным прошлым», — подчеркнул Пясковски. «Хватит заметать это под ковер».

Заявление последовало за процессом консультаций, начатым в 2020 году по поводу продолжающейся продажи статуэток, которая вызвала гнев как внутри, так и за пределами Польши. Музеи, религиозные ассоциации и другие учреждения были опрошены муниципалитетом Кракова относительно их взглядов на этот вопрос. «Наша позиция — это прорыв», — заметил Пясковски. «Мы наконец назвали это явление, мы показали его. Я надеюсь, что это станет началом важного разговора о польско-еврейских отношениях, сопереживании и видении другого».

Хотя город не может наложить прямой запрет на торговцев, продающих оскорбительные фигурки, он ввел политику, которая призывает владельцев рыночных прилавков и других розничных торговцев не продавать их в будущем. Пясковски заявил, что он посетил несколько магазинов, торгующих фигурками, чтобы убедить их. «Недавно я был в трех магазинах. Два владельца согласились со мной, один начал смеяться», — вспоминал он. «Но это не смешно для иностранных туристов, которых часто возмущает именно это изображение еврея. Я получаю от них много писем».

Феномен появления в польских домах фигурок «счастливых евреев», которые обычно делаются из дерева, стал очень популярным за последние 20 лет. В какой-то момент статуэтки можно было даже купить в официальном сувенирном магазине польского парламента, пока протесты еврейских организаций в 2017 году не остановили их дальнейшую продажу. Совсем недавно, в декабре 2019 года, принадлежащий Германии гигант розничной торговли OBI удалил аналогичные товары из 58 своих магазинов по всей Польше, в том числе картины, изображающие евреев в традиционных религиозных одеждах, считающих монеты.

В то время как в Польше эти фигурки обычно защищают как безобидные тотемы, предназначенные для финансового благополучия, еврейские организации и историки считают, что они вызывают в воображении опасный стереотип о евреях как о скупых ростовщиках, которые на протяжении веков провоцировали погромы и другие антиеврейские зверства. Бывший глава Антидиффамационной лиги Авраам Фоксман, переживший Холокост в Польше, уже давно призывает к просветительским усилиям, направленным на разоблачение антисемитского характера статуэток. «Польша полна изображений евреев в виде статуй, скульптур, картин, поддерживающих многовековые антисемитские слухи о евреях и деньгах… Они убивали евреев в Польше во время Холокоста и после Холокоста», — заявлял Фоксман «The Algemeiner» в марте.

Более 850 студентов, преподавателей и выпускников Гарвардского университета подписали заявление в поддержку «права Израиля на самооборону» и «права еврейского народа на самоопределение», в котором также содержится критика того, что названо подъемом антиизраильского активизма в кампусе, сообщает «The Algemeiner».

Это заявление появилось на фоне всплеска антисемитизма по всей стране, в том числе двух недавних актов вандализма, мишенью которых стало зданием гарвардского «Гиллеля». «Как члены гарвардского сообщества мы поддерживаем Государство Израиль в его праве на самооборону и праве еврейского народа на самоопределение», — говорится в письме. Распространенное 28 мая базирующейся в кампусе «Гарвардской израильской инициативой» (HII) и подписанное такими профессорами Гарварда, как Рут Висс, Кеннетом Рогоффым, гарвардским раввином и исполнительным директором гарвардского «Гиллеля» Джоной Стейнбергом, оно осудило рост антиеврейских преступлений на почве ненависти и призвало к «вежливой дискуссии» при обсуждении израильско-палестинских отношений.

Среди других подписантов были социальный психолог Дженнифер Лернер, юрист Алан Дершовиц, историк Ниал Фергюсон и врач Джером Групман. «Мы чрезвычайно опечалены событиями последних двух недель, начиная с трагической гибели ни в чем не повинных израильтян и палестинцев, за которой последовал пугающий всплеск сообщений о нападениях анисемитов по всей стране и во всем мире, включая такие города, как Нью-Йорк и Лос-Анджелес», — говорится в письме. «Когда мы видим, что государство Израиль – родина еврейского народа и единственное еврейское государство в мире – демонизируется, делегитимизируется или от него требуют придерживаться стандартов, которых не придерживается ни одна другая страна, мы признаем и называем это антисемитизмом».

Письмо последовало за заявлением, подписанным 21 мая более чем 70 преподавателями Гарвардского факультета, в которых они подтверждали свою поддержку «палестинской освободительной борьбы» и требовали, чтобы Соединенные Штаты «осудили агрессию израильского государства». В интервью «The Harvard Crimson», опубликованном 10 июня, раввин Стейнберг подчеркнул важность просвещения студентов по поводу антисемитизма. «Я ощущаю в нашем собственном месте и времени отчетливую, тревожную и нездоровую негативную фиксацию на Израиле и еврейской общине, которая сильно отличается от отношения, выражаемого к любым другим людям», — заявил он.

Сэм Мейерсон, старший вице-президент гарвардского «Гиллеля» по связям с общественностью, заявил, что количество подписавших письмо «предполагает, что, хотя антиизраильская толпа может кричать громче всех, они никоим образом не представляют большинство членов гарвардского сообщества». «Я также считаю, что существует сильная связь между риторикой, которая делегитимизирует и демонизирует Израиль, и ростом антисемитского насилия в Соединенных Штатах», — заметил он «The Algemeiner». «В Гарварде здание «Гиллеля» дважды подвергалось вандализму, и мне трудно представить, что эти инциденты не были вызваны язвительными нападками на Израиль со стороны некоторых членов гарвардского сообщества».

Подписавший письмо профессор Гарварда Харви Мэнсфилд заявил: «Эти действия должны быть осуждены, а также должны быть остановлены». «Поддержка палестинцев и оппозиция Израилю в течение некоторого времени были отличительной чертой крайне левых в Америке», — написал он в «The Harvard Crimson». «В последнее время это злонамеренное отношение было принято прогрессистами в Гарварде и других местах, и оно спровоцировало нападения на «Гиллель» в нашем кампусе».

Письмо HII заканчивалось призывом к миру: «Мы надеемся на решение этого конфликта, которое поддержит самоопределение как палестинцев, так и израильтян, и мы молимся о том дне, когда все люди – израильтяне, палестинцы и другие – смогут жить в мире и достоинстве».

Согласно неопубликованному докладу, заказанному Европейским союзом в 2019 году и полученному «The Jerusalem Post», учебники Палестинской автономии поощряют насилие в отношении израильтян и содержат антисемитские идеи.

Европейская комиссия держала отчет в секрете после получения его от Института международных исследований учебников имени Георга Эккерта в начале этого года. Брюссель напрямую платит заработную плату учителям и финансирует издателей учебников, в которых, как указывается в отчете, поощряется и прославляется насилие в отношении израильтян и евреев. В докладе объемом почти 200 страниц рассматриваются 156 учебников и 16 пособий для учителей. Тексты в основном относятся к 2017–2019 годам, но из них 18 – к 2020 году. Выдержки из доклада были опубликованы в немецкой газете «Bild» ранее на этой неделе. В резюме доклада замалчиваются многие примеры антисемитизма и подстрекательства в учебниках, утверждая, что они «придерживаются стандартов ЮНЕСКО», хотя они «выражают нарратив сопротивления в контексте израильско-палестинского конфликта и демонстрируют антагонизм по отношению к Израилю».

Однако в доклад включены десятки примеров поощрения насилия и демонизации Израиля и евреев. В докладе говорится, что учебники демонстрируют «двойственное – иногда враждебное – отношение к евреям и характеристикам, которые они приписывают еврейскому народу … Частое использование отрицательных атрибутов по отношению к еврейскому народу … предполагает сознательное увековечение антиеврейских предрассудков, особенно когда они встроены в нынешний политический контекст».

Упражнение в одном учебнике религиоведения предлагает учащимся обсудить «неоднократные попытки евреев убить пророка» Мухаммеда и спрашивает, кто является «другими врагами ислама». «В центре внимания этого учебного блока, по-видимому, не столько страдания Пророка или действия сподвижников, сколько предполагаемая пагубность евреев», — говорится в докладе. Отмечается «создание связи между заявлениями о лжи «евреев» в первые дни ислама и поведением евреев сегодня», и это именуется «чрезвычайно провоцирующим действием».

Один учебник связывает тетю Мухаммеда, которая забила до смерти еврея дубинкой, с вопросом о стойкости палестинских женщин перед лицом «еврейской сионистской оккупации». Другой учебник пропагандирует теорию заговора, согласно которой Израиль удалил оригинальные камни с древних мест в Иерусалиме и заменил их камнями с «сионистскими рисунками и формами». Концепция «сопротивления» – повторяющаяся тема в изучаемых учебниках, наряду с призывами к освобождению палестинцев посредством революции. Чтобы прояснить концепцию, в одном учебнике есть фотография с надписью «Палестинские революционеры», на которой изображены пять мужчин в масках с автоматами.

Прославление и похвалу террористам, нападавшим на израильтян, можно найти не только в книгах по истории или обществоведению, но также в учебниках по естествознанию и математике, например, в одной, где упоминается школа, названная в честь «шахида» (мученика) Абу Джихада, лидера Первой интифады. Демонстрация второго закона Ньютона включает изображение палестинцев, использующих рогатки для ударов по израильским солдатам.

Далаль аль-Муграби была палестинкой, участвовавшей в угоне автобуса в 1978 году, когда она и ее сообщники убили 38 израильтян, в том числе 13 детей. Она вызывает восхищение в палестинском обществе. В учебниках она неоднократно упоминается в контексте расширения прав и возможностей женщин. В докладе говорится, что больше нет портретов значимых женских фигур в истории Палестины, что подразумевает, что путь насилия является единственным вариантом для женщин продемонстрировать выдающуюся приверженность своему народу и стране.

Кроме того, большинство карт полностью стирают Государство Израиль, изображая землю между рекой Иордан и Средиземным морем как Палестину, а для обозначения Израиля используется термин «сионистская оккупация».

Европейская комиссия заявила, что серьезно относится к этому исследованию и будет действовать в соответствии с его выводами, чтобы добиться полного соблюдение стандартов ЮНЕСКО во всех палестинских учебных материалах. Она планирует работать с ПА для содействия соблюдению стандартов ЮНЕСКО в отношении мира, толерантности и ненасилия, которые, по мнению комиссии, не подлежат обсуждению. Комиссия также «подтверждает свою безоговорочную приверженность борьбе с антисемитизмом». Что касается публикации отчета, то Европейская комиссия заявила, что он будет представлен Европейскому парламенту и другим заинтересованным сторонам «в ближайшее время».

Министерство иностранных дел отреагировало на опубликованный отчет, заявив, что исследование «подтверждает последовательное утверждение Израиля о том, что в учебниках Палестинской автономии постоянно присутствует подстрекательство. Это заявления, которые Израиль делал ЕС и его странами – членами в течение многих лет … Результаты исследования также доказывают, что ЕС, даже сейчас, продолжает инвестировать миллионы в финансирование системы образования Палестинской автономии … без мониторинга содержания, которое появляется в учебниках, и без требования, чтобы Палестинская администрация немедленно прекратила внушать своим детям «ненависть и желание убивать».

Таким образом, «политика ЕС снижает шансы на содействие сосуществованию и противоречит заявленной приверженности ЕС борьбе с антисемитизмом и подстрекательством, а также продвижению принципов мира, толерантности и сосуществования». Министерство иностранных дел призвало ЕС потребовать, чтобы ПА удалила подстрекательский контент из своих учебников. Базирующийся в Брюсселе Трансатлантический институт Американского еврейского комитета заявил, что ЕС «должен наконец действовать». «Трудно представить себе политику, которая больше расходится с ценностями ЕС и заявленной целью достижения мира между израильтянами и палестинцами, чем отравление умов детей в этом конфликте. Поскольку ЕС в конечном итоге финансирует это подстрекательство – учебники составляются и преподаются государственными служащими и учителями, зарплата которых выплачивается непосредственно Брюсселем, — Комиссия должна действовать сейчас, чтобы помочь сохранить как возможность достижения путем переговоров соглашения о создании двух государств, так и собственный статус ЕС как честного посредника», — заявил директор Трансатлантического института Даниэль Швамменталь.

После репортажа «Bild» организация IMPACT-se, которая занимается мониторингом учебников на Ближнем Востоке, опубликовала заявление, в котором повторила то, что она заявляла в течение многих лет. «Этот отчет подтверждает результаты, опубликованные IMPACT-se за последние пять лет», — подчеркнул генеральный директор IMPACT-se Маркус Шефф. «Вопрос в том, предпримут ли, наконец, политики ЕС меры, чтобы обусловить финансирование ПА со стороны ЕС позитивными реформами учебной программы, как того неоднократно требовал Европейский парламент». 8 июня госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что Государственный департамент будет «очень и очень внимательно следить» за тем, как БАПОР, агентство ООН по делам палестинских беженцев и их потомков, реагирует на ненавистнический контент в своих учебниках. «Мы также полны решимости, чтобы БАПОР провело очень необходимые реформы с точки зрения некоторых злоупотреблений системой, которые имели место в прошлом, особенно в связи с проблемой распространения в его образовательных продуктах антисемитской или антиизраильской информации, поэтому мы очень сосредоточены на этом», — заметил Блинкен.

Ранее в этом году США объявили, что вложат в БАПОР 150 миллионов долларов. В этом году IMPACT-se опубликовал два отчета, в которых говорится о том, что БАПОР создавало, печатало и распространяло материалы, отрицающие мир, прославляющие терроризм и подстрекающие к насилию.

Когда одна из ведущих мировых больниц готовится к проведению медицинских исследований в космосе, небо – не предел, отмечает «The Jerusalem Post».

Медицинский центр «Шиба» объявил 7 июня о своей новой космической лаборатории «ARC Space Lab», которая подготовила восемь медицинских экспериментов для проведения в космосе. Эксперименты будут проводиться вторым израильским космонавтом Эйтаном Стиббе во время первого частного полета «Axiom Space» на Международную космическую станцию ​​(МКС) в феврале 2022 года. Стиббе, бывший израильский летчик-истребитель и бизнесмен, который сам оплатил 50 миллионов долларов за участие в миссии, собирается пробыть на МКС 10 дней, проведя десятки экспериментов, разработанных израильскими стартапами, университетами и больницами.

Миссию под названием «Ракия» (небеса на иврите) возглавляют Министерство науки и технологий и Фонд Рамона. Новая космическая лаборатория «Шибы» «позволит нам проверить многие из наших идей о будущем медицины в этой уникальной и деликатной среде, называемой космосом», — заявил «The Jerusalem Post» доктор Харел Барис, директор «ARC Space Lab». Среди экспериментов будет исследование того, как космические путешествия влияют на зрение в космосе и на Земле. «Многие космонавты испытывают нарушения зрения во время полетов, и исследования обнаруживают изменения в сетчатке и зрительном нерве после космического полета», — заявил Барис. «Понимание этого имеет решающее значение для NASA, чтобы разработать меры противодействия и гарантировать, что во время длительных полетов, таких как пилотируемые полеты на Марс, зрение астронавтов не будет нарушено. У нас есть устройство весом менее 2,5 кг, которое Эйтан будет использовать для сканирования сетчатки в высоком разрешении во время полета, предоставляя данные, которые никогда ранее не записывались. Конечно, это исследование может иметь революционные последствия и для Земли».

Другой эксперимент будет исследовать поведение микробиома мочи. «Мы знаем, что астронавты в космосе часто страдают инфекциями мочевыводящих путей и другими проблемами во время и после полета, поскольку бактерии в микробиоме меняются», — объяснил Бен Бурси, один из ученых, участвующих в проекте. «Это проблема, которая может повлиять на космические путешествия в будущем, если мы не сможем понять, как ее предотвратить. Это также может помочь нам понять связанные проблемы, затрагивающие многих людей».

Другие эксперименты будут наблюдать за различными аспектами иммунной системы космонавта; изучать влияние микрогравитации на проницаемость гематоэнцефалического барьера и ее потенциал для будущего лечения болезни Альцгеймера; оценивать системные состояния с помощью мультиспектральной визуализации передней камеры глаза; изучать активацию Т-клеток в космосе; и изучать транскриптомные изменения, вызывающие повышенную вирулентность бактерий и устойчивость к антибиотикам в условиях космической микрогравитации.

Центр ARC, построенный в «Шибе» три года назад, является центром инноваций в крупнейшей больнице Израиля, названной «Newsweek» одной из 10 лучших в мире.

Эксперименты для проекта были созданы командой ведущих медицинских экспертов «Шибы», а также научными экспертами из Университета Джефферсона, клиники «Майо», Массачусетского технологического института, Гарварда, Техасского технологического института и Техниона. Миссия «Ракия» станет вторым космическим путешествием, в котором участвует медицинский центр «Шиба». В 2020 году «Шиба» сотрудничал с Израильским космическим агентством, Итальянским космическим агентством, крупным университетом в Неаполе, Италия, и «Space Pharma», проводя в космосе эксперимент, в котором изучалось влияние микрогравитации на обычные бактерии, которые оказались устойчивыми к антибиотикам. Люди, участвующие в программе, считают, что ее значение выходит далеко за рамки научной ценности.

«Это воплощает в жизнь мечту всей моей жизни совместить медицину и космос», — заявил профессор Ицхак Крайсс, генеральный директор Медицинского центра «Шиба». «Я не знаю другой области, которая вдохновляла бы человечество и будоражила воображение больше, чем космос». Стиббе подчеркнул, что его цель – также вдохновить людей бросить вызов своим естественным границам, а также помочь в разработке и рекламе израильских технологий.

Первым израильским космонавтом был Илан Рамон, чей исторический полет в 2003 году закончился катастрофой, когда его космический корабль «Колумбия» был разрушен при возвращении на Землю. Рамон был командиром Стиббе в ВВС, и Стиббе посвятил свою миссию памяти Рамона.

Бразильские родители протестуют против изучения в школе знаменитого дневника Анны Франк, ссылаясь на то, что, по их мнению, включенные в него отрывки сексуального характера неприемлемы для семиклассников, сообщает JTA.

Согласно журналу «Revista Oeste» более 90 родителей жаловались в письме, отправленном руководству филиала «Escola Mobile» в Сан-Паулу, сети частных школ, на описание Франк женских гениталий и ее влечения к женщинам. Родители жаловались на отрывки из последнего издания дневника Анны Франк, еврейской девочки, которая вела хронику жизни свой семьи в убежище в Амстердаме, где они скрывались от нацистов, прежде чем она и ее семья были пойманы, депортированы и убиты во время Холокоста.

Отец Франк, единственный оставшийся в живых член семьи, опустил эти отрывки в 1947 году, когда опубликовал «Дневник молодой девушки», книгу, основанную на нескольких блокнотах с записями, оставленных Анной. Отто был смущен их содержанием, сообщил на прошлой неделе журналу «Veja» из Сан-Паулу фонд Анны Франк. В 2017 году фонд опубликовал графический роман по дневнику, в который и вошли отрывки. Дополнения включают в себя описание Франк об исследовании ее тела и о том, как она испытывала влечение к другим девочкам в раннем подростковом возрасте, перед тем, как скрыться в убежище со своей семьей сразу после ее 13-летия.

«Должна признаться, каждый раз, когда я вижу обнаженную женщину, я впадаю в экстаз. Я хотела бы чтобы у меня была девушка», — пишет Франк в одном отрывке. В другой записи Анна вспоминала, как предложила подруге, чтобы они обе показать друг другу свою грудь во время ночевки в знак их дружбы.

Бразильские родители написали, что они признают «важность произведений Анны Франк для просвещения по вопросам Холокоста. Но мы не согласны с тем, чтобы преподавать 12-летним детям версию со страницами неприемлемого сексуального содержания, которая скрывает от них главную тему – Холокост».

Фонд Анны Франк, которому принадлежат архивы семьи, говорит, что полный дневник Франк важен для понимания жизни девушки, мучения и смерть которой стали символом трагедии Холокоста. «Времена меняются, и растет желание познакомиться со многими аспектами настоящей Анны Франк, поэтому было решено опубликовать после смерти Отто полный дневник, включая изъятые Отто части», — заявил Фонд журналу «Veja». Рассматриваемые отрывки были впервые опубликованы более 30 лет назад в книге, написанной для ученых, под названием «Дневник Анны Франк: исправленное критическое издание», — отмечает Фонд.

Израильские стартапы с начала года привлекли 10,5 млрд долларов, что соответствует общей сумме, собранной за весь 2020 год, который сам по себе был рекордным годом, заявил 8 июня «Start-Up Nation Central», сообщает «The Jerusalem Post».

В 2021 году уже установлен рекорд по количеству мегараундов (инвестиционных раундов на сумму более 100 миллионов долларов): на данный момент завершено 30 мегараундов по сравнению с 21 мегараундом на протяжении всего 2020 года. Эти раунды составляют 53% всего привлеченного капитала, и впервые на них приходится более половины от общей суммы вложенных средств.

По данным «Start-Up Nation Central», основная часть финансирования была направлена ​​компаниям, занимающимися кибербезопасностью, финансовыми технологиями и корпоративными решениями. Эти три сектора привлекли 6,2 миллиарда долларов, или 60% всех инвестиций. Все эти сектора производят программное обеспечение, в значительной степени ориентированное на B2B, и за последний год наблюдался огромный рост спроса на их решения по мере изменения методов работы.

Значительный рост инвестиций в израильские высокие технологии и инновации с начала года был сосредоточен на более продвинутых стадиях, при этом большая часть капитала (64%) была вложена в раунды C или более поздние. Средняя сумма раунда финансирования увеличилась более чем вдвое с 6,8 млн долларов в 2020 году до 14 млн долларов в 2021 году. Для компаний, находящихся на поздних стадиях раунда B или выше, средний размер раунда увеличился с 26 миллионов долларов в 2020 году до 46 млн долларов в 2021 году. Компании на ранних этапах развития испытали аналогичное увеличение среднего финансирования с 4 млн долларов до 8 млн долларов.

По словам «Start-Up Nation Central», заметный рост инвестиций в израильские технологические компании (большинство из которых поступает от иностранных инвесторов) еще более заметен по сравнению с инвестиционными показателями во всем мире. В то время как Израиль зафиксировал рост на 137% за первые пять месяцев 2021 года по сравнению с первыми пятью месяцами 2020 года, средний рост в мире составил всего 89%. Согласно данным «PitchBook», в Европе зарегистрирован рост на 123% за тот же период, в США – на 91%, а в Азии – на 69%.

«Рекордное финансирование в 2021 году указывает на то, что рост в 2020 году не был краткосрочным стимулом, связанным с Covid, а отражает растущее доверие ведущих инвесторов к израильской инновационной экосистеме», — заявил Ури Габай, генеральный директор нового Института исследований и политики, входящего в состав «Start-Up Nation Central». «Значительное увеличение среднего размера раундов отражает созревание экосистемы, которая способна сохранять свои конкурентные преимущества в качестве глобального центра технологических инноваций и предлагать свои варианты для решения проблем. Мы надеемся, что новый бюджет ожидаемого нового правительства будет сосредоточен на политике, ориентированной на рост, такой как усиление экономического воздействия инновационной экосистемы и решение проблемы хронического дефицита технологического человеческого капитала».

Национальное собрание Франции намерено создать парламентскую комиссию по расследованию дела Сары Халими, сообщила 9 июня партия «Союз демократов и независимых» (UDI), пишет «The Jerusalem Post».

Халими, 65-летняя французская пенсионерка – еврейка, была убита Кобили Траоре, который выбросил ее из окна ее дома в Париже в 2017 году. Траоре крикнул: «Аллаху ахбар» (Б-г велик) и заявил после ее убийства, что он «убил шайтана», имея в виду дьявола. Однако в начале этого года высший апелляционный суд Франции по уголовным делам оставил в силе приговор нижестоящего суда о том, что Траоре не несет уголовной ответственности за убийство, поскольку он совершил его в невменяемом состоянии, вызванном употреблением марихуаны.

Было инициировано формирование комитета, который возглавит Мейер Хабиб, член UDI, представляющий французских эмигрантов в странах Восточного Средиземноморья, включая Израиль. Вердикт суда вызвал возмущение во Франции и в еврейских общинах по всему миру. Президент Франции Эмманюэль Макрон заявил, что будет добиваться изменения закона, потому что решение принять наркотики и затем «сойти с ума» не должно, на мой взгляд, освобождать от уголовной ответственности».

Хабиб заявил, что комиссия по расследованию «прольет свет на … недостатки, возникшие при расследовании дела Сары Халими». Во Франции каждая партия в Национальном собрании может инициировать создание одной парламентской комиссии по расследованию в год. Комиссия сможет вызвать сотрудников полиции, свидетелей, судей, министров и других лиц для изучения обстоятельств дела. Вместе с депутатом от партии «Республиканцы» Констанс Ле Грип Хабиб заручился подписями почти 80 депутатов — в основном от шести правых и центристских партий, почти никто из партии Макрона «Вперед, республика!», и ни один из левых партий, не подписал петицию. «Вместе с Ле Грип я сделаю все, что в моих силах, чтобы раскрыть правду о деле Сары Халими», — подчеркнул Хабиб.

Еврейский университет Иерусалима по-прежнему входит в число 200 лучших университетов мира согласно рейтингу «QS World University Rankings» на 2022 год, сообщает «The Jerusalem Post».

Тем не менее позиции четырех из шести израильских университетов упали в рейтинге за последний год, в основном из-за снижения репутации, сообщила 8 июня британская компания «Quacquarelli Symonds» (QS), специализирующаяся на анализе высших учебных заведений по всему миру.

Еврейский университет занял 198-е место в рейтинге этого года, по сравнению со 177-м местом в прошлом году. Университет Бар-Илан стал единственным израильским университетом, улучшившим свой рейтинг. Он впервые вошел в топ-500 рейтинга университетов мира QS. Он занял 477-е место, значительно повысив за последний год свое влияние на исследования и признание работодателей. Тель-Авивский университет (TAU) опустился с 230-го места на 255-е, Технион-Израильский технологический институт переместился с 291-го на 330-е место, а Университет Бен-Гуриона в Негеве опустился с 446 места на 471-е.

Как говорится в пресс-релизе QS, основной причиной тенденции к снижению стало снижение показателей академической репутации QS, которая учитывает настроения более 130000 ученых в отношении качества университетов и является показателем, имеющим наибольший вес в рейтинге. Все шесть израильских университетов, вошедших в рейтинг, за последний год продемонстрировали снижение своих относительных показателей по этому показателю. По данным QS, у них также наблюдалось снижение показателя доли иностранных студентов, хотя он оценивается только в 5% от общего балла.

Несмотря на это снижение, израильские университеты продолжают демонстрировать высокие результаты с точки зрения результатов исследований и цитируемости преподавателей. По этому показателю четыре из шести университетов Израиля вошли в число 300 лучших. TAU занял 16-е место в этой категории, а университет Бар-Илан вошел в число 100 лучших. «Хотя общая картина израильского высшего образования в этом году не является позитивной, в базовых данных есть многообещающие признаки», — заявил представитель QS Джек Моран. «Например, пять израильских университетов улучшили свои оценки со стороны работодателей за последние 10 месяцев. Поскольку студентов все больше беспокоит взаимосвязь между высшим образованием и результатами трудоустройства, эти данные свидетельствуют о том, что израильские университеты выпускают выпускников, пользующихся растущим уважением среди менеджеров по найму. Чтобы остановить общее снижение рейтинга, необходимо будет обеспечить, чтобы израильские университеты активизировали свое взаимодействие с мировым научным сообществом».

Первое место в рейтинге 10-й год подряд занимает Массачусетский технологический институт (MIT). Оксфордский университет поднялся на 2-е место впервые с 2006 года. Стэндфордский университет и Кембриджский университет разделили 3-е место. Гарвардский университет занял 5-е место. В двадцатку лучших вошел Пекинский университет. Лучшим университетом за пределами США и Великобритании стала Швейцарская высшая техническая школа Цюриха, занявшая 8-е место.

Авторы бестселлеров Элин Хильдербранд и Кейси МакКвистон удалили упоминания об Анне Франк и Израиле из своих романов на этой неделе после протеста в социальных сетях со стороны небольшой группы читателей, сообщает JTA.

Эти шаги вызвали бурю споров в литературном мире. Кампании против книг были успешными несмотря на то, что они казались относительно небольшими по размеру и исходили из совершенно разных точек зрения на евреев и Израиль. В одном случае автора обвиняли в шутке, воспринимаемой как антисемитская, а в другом возражали против простого упоминания Израиля.

В первом случае первое издание нового романа Хильдербранд «Золотая девочка» содержит строку диалога, в которой две девочки – подростка из Нантакета обсуждают план, как одной из них спрятаться на чердаке ее подруги на лето. Затем одна из девушек шутит, что она будет «как Анна Франк». Некоторые читатели назвали эту шутку антисемитской и потребовали извинений от Хильдербранд. Она извинилась и объявила, что удалит этот отрывок из будущих изданий книги.

МакКвистон раскритиковали за роман 2019 года «Красный, белый и королевский синий» о романе между сыном президента США и принцем Англии. Президент шутит, что посол США в ООН «сказал что-то идиотское об Израиле, и теперь я должен позвонить Нетаньяху и лично извиниться». Несколько пользователей «Твиттера» написали, что даже упоминание Израиля в художественной литературе «нормализует» оккупацию Палестины. Их жалобы побудили МакКвистон заявить, что книга выйдет с изменениями.

Решение писателей удалить отрывки из будущих книг подверглось критике в «Твиттере» со стороны обозревателя «Slate books» Лоры Миллер и многих известных писателей, включая Таффи Бродессер-Акнер и Марка Харриса, которые являются евреями. Некоторые сравнили эти инциденты с другими недавними кампаниями против романов из-за предполагаемой культурной нечувствительности, заявив, что многие читатели в социальных сетях потеряли способность различать точки зрения персонажа и автора.

«Жалобы на других, более успешных писателей – одно из самых популярных занятий в «Твиттере», равно как и разработка тщательно продуманных стандартов правильной речи и энергичное, хотя и неформальное, преследование тех, кто их нарушает», — написал Миллер. «Что необычно в этих двух примерах, так это то, как быстро оба автора отступили перед очень небольшой группой критиков».

Израильский стартап «Verbit», который разработал платформу транскрипции и субтитров в реальном времени на базе искусственного интеллекта, объявил 8 июня, что получил финансирование в размере 157 миллионов долларов США, что дало компании оценку более 1 миллиарда долларов всего через четыре года после ее создания, сообщает «The Algemeiner».

Новый раунд состоятся чуть более чем через шесть месяцев после того, как она привлекла 60 миллионов долларов в рамках серии C. «Verbit» также привлек еще 37 миллионов долларов в качестве займа от «Silicon Valley Bank» и, как ожидается, в ближайшем будущем приступит к вторичному раунду на сумму 70 миллионов долларов, в течение которого компания позволит своим первым инвесторам и сотрудникам продать свои акции.

Генеральный директор «Verbit» Том Ливне рассказал «Calcalist», что цель вторичного раунда будет заключаться в том, чтобы предоставить ранним инвесторам компании возможность получить прибыль от ее значительного роста. «Есть инвесторы, которые инвестировали, когда компания оценивалась в 5-10 миллионов долларов, а теперь они смогут продать свои активы и получить фантастическую прибыль. То же самое и с сотрудниками. Во вторичном раунде примут участие все инвесторы «Verbit»», — подчеркнул Ливне.

Раунд возглавила «Sapphire Ventures» вместе с новыми инвесторами, такими как «Third Point», «More Capital», «Omer Cygler», «Azura» и фонд ICON, а также с существующими инвесторами, такими как «Stripes», «Vertex Ventures» и «Vertex Growth», «HV Capital», «Oryzn Capital», «Viola Ventures» и «ClalTech». Общий объем финансирования «Verbit» в настоящее время превышает 250 миллионов долларов, включая кредитное финансирование от «Silicon Valley Bank». «Big-Tech 50 R&D Partnership» инвестировало 2 миллиона долларов в последний раунд.

«Мы очень эффективная компания, – отметил Ливне. «На данный момент мы собрали более 200 миллионов долларов, и большая часть из них все еще находится в нашей казне. Мы приближаемся к доходу в 100 миллионов долларов в год, мы очень эффективны и не тратим средства, как многие компании сегодня».

Отвечая на вопрос об оценке компании по сравнению с другими технологическими стартапами, Ливне заметил: «Я предпочитаю иметь справедливую оценку, которая позволит нашим инвесторам зарабатывать деньги». Ливне не исключает дополнительных раундов финансирования, возможно, даже в ближайшем будущем. «Если кто-то вроде «Tiger Global» и других подобных фондов сделает предложение, мы не сможем от него отказаться. Мы строим компанию с целью достижения годового дохода в один миллиард долларов».

Сектор расшифровок оценивается в 30 миллиардов долларов, и Ливне заявил, что у «Verbit» все еще есть множество возможностей для расширения. «Рынок расшифровки был и до нас, но мы привнесли инновации на этот рынок», — пояснил Ливне. «В настоящее время мы работаем только в трех секторах: СМИ, образование и право, но есть и другие секторы, такие как страхование, банковское дело, правительство, а также языки, в которые мы можем расшириться». Ливне понимает, что, хотя его компания может процветать, это не обязательно хорошее время для всех.

«Количество денег, поступающих в израильский технологический сектор, безумно. Многие компании нанимают сотни сотрудников, чтобы продолжить свой рост и ускорить свою деятельность. Все думали, что рынок офисной недвижимости умрет из-за Covid-19, но сейчас мы наблюдаем рост цен на недвижимость, поскольку все возвращаются на работу в офисы. Любой, кто находится в этом пузыре, прекрасно проводит время, но тот, кто не находится, страдает. Это увеличивает разрыв в израильском обществе, и я надеюсь, что у нас будет премьер-министр, который был предпринимателем (Нафтали Бенет), и что он использует эту ситуацию для еще большего роста, поскольку мы каждый день слышим о новых «единорогах» и массовых раундах финансирования, и это не прекратится в ближайшее время».

В «Verbit» в настоящее время работает 350 человек, и к концу года компания надеется нанять еще 200 человек. Ливне знает, что текущая выручка компании уже позволяет ему рассмотреть вопрос о выходе на биржу. «Мы постоянно получаем предложения от SPAC (компания, созданная специально для слияния с другой частной компанией, которая желает выйти на биржу, минуя процедуру IPO). Но к концу года мы выберем банк, и, хотя у каждого типа публичного предложения есть свои преимущества и недостатки, я думаю, что мы выберем обычное IPO в 2022 году. Моя мечта – позвонить в колокол «Nasdaq» через пять лет после основания компании, и эта мечта кажется как никогда близкой к реализации».

После недавнего приобретения VITAC, крупнейшего поставщика продуктов и решений для субтитров в США, «Verbit» работает с 1500 клиентами в юридическом, медийном, образовательном, государственном и корпоративном секторах, включая CNBC, CNN, FOX, Гарвардский университет, Стэндфордский университет, «Kaltura» и другие. Благодаря шестикратному увеличению выручки по сравнению с прошлым годом и почти 100 миллионам долларов годовой регулярной выручки «Verbit» продолжает стремительно расширяться, охватывая новые направления.

Компания базируется в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Тель-Авиве и Киеве и имеет более 30000 переводчиков из 120 стран, что позволяет ей трансформировать как живые выступления, так и видеозаписи, и аудиозаписи в почти стопроцентно точные субтитры и расшифровки. «Благодаря своей гибридной платформе транскрипции, объединяющей инновационные технологии и сеть из более чем 30000 переводчиков, «Verbit» создала выигрышную комбинацию искусственного интеллекта и человеческого интеллекта», — заявил Джай Дас, президент и партнер «Sapphire Ventures». «Компания продемонстрировала беспрецедентный рост, сравнимый с некоторыми крупными, известными компаниями, и мы очень впечатлены способностью команды достичь статуса «единорога» всего за четыре года. Мы с нетерпением ждем возможности продолжить участие в этом захватывающем путешествии с «Verbit»».

Ни один момент в истории немецкого сопротивления нацизму не привлекал большего внимания — и не был более мифологизирован — чем «июльский заговор» 1944 года, когда бомба графа Клауса фон Штауффенберга едва не убила Адольфа Гитлера, пишет «The Times of Israel».

Заговорщики, как провозгласил в 1994 году тогдашний канцлер Германии Гельмут Коль, были «самыми благородными и величайшими людьми», «когда-либо существовавшими в истории человечества». Храбрость Штауффенберга и его соратников – заговорщиков – и их аристократическое происхождение – укрепили в народном воображении представление о том, что немецкая знать стояла в авангарде внутренней оппозиции национал-социализму. Но, утверждает доктор Стефан Малиновски в книге «Нацисты и дворяне: история мезальянса», реальная картина несколько сложнее. Мало того, что подавляющее большинство сверстников заговорщиков внесло «существенный вклад в усиление нацистской диктатуры», — пишет он, но и многие из тех, кто пытался убить Гитлера летом 1944 года, когда Германия стремительно приближалась к поражению, ранее сами имели весьма неоднозначные отношения с Третьим рейхом.

Роль высших эшелонов немецкого общества в том, чтобы помочь нацистам прийти к власти, — это в значительной степени упущенная из виду и забытая история. «Удивительно, что … у нас есть книги по истории крестьянства, женщин и лавочников, но очень мало написано о дворянстве и об этих все еще очень могущественных, очень влиятельных семьях», — заявил Малиновски в интервью «The Times of Israel». «Это трудно объяснить». Книга Малиновски, которая недавно была впервые опубликована на английском языке, очень своевременна.

Немецкие СМИ в настоящее время освещают подробности судебного иска бывшей германской императорской семьи с требованием компенсации за имущество, конфискованное у нее СССР после 1945 года. Но для того, чтобы это требование было успешным, семье Гогенцоллернов необходимо доказать, что наследный принц Вильгельм, сын кайзера, бежавшего в изгнание в конце Первой мировой войны, не оказал нацистам «существенной поддержки». Малиновски, исследование которого подробно описывает общественную поддержку «Маленьким Вилли» первых антиеврейских мер нацистов в марте 1933 года, — один из четырех экспертов, которых попросили предоставить конфиденциальные заключения по этому делу.

«Я считаю, что, привлекая интерес историков, семья открыла ящик Пандоры, о чем, оглядываясь назад, она могла бы пожалеть. То, что историки собираются узнать о жизни семьи после 1919 года, не очень приятно для нее», — считает Малиновски. Конечно, как подчеркивает Малиновски, немецкое дворянство не было однородной группой, а было разделено по богатству, религии и географии. Южная католическая аристократия, например, оказалась гораздо более невосприимчивой к призывам нацистов, чем прусская протестантская знать. Точно так же «мелкое дворянство» – представители низших социальных и экономических слоев аристократии – с большим энтузиазмом принимали национал-социализм, чем старое землевладельческое и все еще чрезвычайно богатое «высшее дворянство».

Тем не менее общая ненависть – и возможность личной выгоды, которой нацисты соблазняли их – помогли сформировать то, что Малиновски называет «мезальянсом», что на аристократическом языке означает скандальный брак, объединяющий представителя знати и человека более низкого положения. Эта ненависть – к Веймарской республике и ее демократии, либерализму, левым, верхнему среднему классу, интеллектуалам и городам – ​​скреплялась «символическим клеем» неистового антисемитизма. После революции 1918 года, которая свергла социальный и политический строй имперской Германии и положила начало межвоенной демократической республике, не было никакого «красного террора», направленного против дворянства, вроде того, что происходил тогда в России. Но революция стала началом процесса социального упадка и политической радикализации среди большей части аристократии.

Дворянство понесло большие потери в сферах власти и статуса. «Сети старых друзей» на высших уровнях государственной службы рухнули, и, что наиболее важно, Версальский договор уничтожил немецкий офицерский корпус, особенно сильно ударив по мелкой знати. Только около 900 из 10000 или около того дворян, служивших в армии кайзера, нашли работу в новом рейхсвере. В то же время бегство кайзера и конец монархии оставили дворянство в идеологическом дрейфе, создав фатальный символический и политический вакуум. Этот вакуум сделал аристократию более открытой для радикального мышления «новых правых» интеллектуалов из среднего класса, с которыми они разделяли желание свергнуть то, юрист и журналист Эдгар Юлиус Юнг, назвал «правлением низших».

Воинственное DAG

Немецкое дворянское общество (DAG), к которому, по оценкам, принадлежала треть всех взрослых аристократов на пике его расцвета в 1925 году, являлось примером и способствовало процессу радикализации. В 1919 году общество стало первой аристократической организацией, заявившей о своем желании «отбросить еврейский дух и его культуру». Год спустя, когда будущий президент Веймарской республики генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург занял пост почетного председателя, на ежегодной конференции организации была принята «арийская оговорка», запрещающая прием будущих членов еврейского происхождения. Вскоре это положение было ужесточено, чтобы запретить любому аристократу, который «состоит или состоял» в браке с человеком, не являющимся «расово чистым», вступать в него. (В то время как католические дворянские общества проводили аналогичные дебаты, ведущие организации, такие как Ассоциация католических аристократов, предпочли не следовать примеру DAG.)

В первые годы республики также было принято решение начать составление реестра всех «расово чистых» аристократов. Конференция, состоявшаяся в 1920 году, решила, что для того, чтобы претендовать на прием в общество, аристократ должен предоставить «письменное заявление о том, что заявитель…, насколько ему известно, не имеет ни одного семита или цветного человек среди 32 предков по отцовской или материнской линии – своих или супруга».

«Когда я впервые заинтересовался этой темой около 20 лет назад, меня поразило то, насколько и с какой скоростью немецкая, и особенно прусская знать, приспосабливалась к расовой и биологической составляющим антисемитизма», — говорит Малиновски. Он утверждает, что эти дебаты в некотором отношении «предвещают «логику», использованную в Нюрнбергских законах». Тем не менее, как подробно описывает Малиновски, разговоры национал-социалистов о «революции» и – для тех, кто соответствовал строгим расовым критериям – об эгалитарном «Volksgemeinschaft» (или «национальном сообществе») «должны были звучать довольно ужасающе для благородных ушей» и время от времени «темные» партийные формулировки о праве на владение недвижимостью являлись точкой реальной напряженности между аристократией и нацистами.

Осознавая опасность подобных настроений, когда он стремился апеллировать к высшему среднему классу и аристократической элите, Гитлер неоднократно заверял, что он «никогда не будет пытаться разбить или конфисковать более крупные поместья и что частная собственность в его руках в безопасности». Взаимное недоверие, подозрение и обида также лежали в основе отношений между аристократией, которая верила в свое врожденное право на власть, и претендовавшими на власть нацистами, преимущественно выходцами из низшего среднего класса. В 1932 году, например, Гинденбург, как известно, отверг Гитлера как «богемского капрала», которого он никогда не назначил бы канцлером. В то время как сам нацистский лидер публично выступил против «высокородных леди и джентльменов, которые, по их мнению, принадлежат к совершенно другому человечеству по праву рождения».

Враг моего врага …

Но, несмотря на все это, считает Малиновский, сходство между нацистами и дворянами – в первую очередь из-за их общих врагов – в конечном итоге перевесило различия. Более того, успех Гитлера на выборах 1930 и 1932 годов показал, что именно нацисты лучше всех подходили как для борьбы с этими врагами, так и для помощи аристократии в ее стремлении заменить Веймарскую республику авторитарным государством, в котором они будут играть ведущую роль. Их позицию выразил Франц фон Папен, который после своего недолгого пребывания у власти в 1932 году убедил Гинденбурга назначить Гитлера канцлером.

Фон Папен – «самый могущественный, самый напыщенный и самый заблуждающийся из всех представителей немецкой аристократии», по словам автора, — первоначально служил вице-канцлером Гитлера в кабинете, в котором было всего три нациста. Его вера в то, что старые элиты наняли лидера национал-социалистов в соответствии со своими требованиями, и что он скоро «загонит его так далеко в угол, что он будет пищать», оказалась одной из самых фатальных и трагических ошибок в истории. Дворянство аплодировало уничтожению нацистами левых сил, чувствуя облегчение от того, что, как выразился великий герцог Фридрих Франц фон Мекленбург-Шверин, Гитлер «пропагандировал националистическое мышление среди широких слоев населения, которое в противном случае попало бы в марксистский или коммунистический лагерь»- и не выражая никаких сомнений по поводу преследований евреев. Скорее наоборот, в 1933 году, например, DAG еще раз усилил свою арийскую оговорку, приведя ее в соответствие с ограничениями СС в отношении расовой чистоты. Этот шаг вызвал волну изгнания аристократов из DAG – и гнев в южных католических отделениях организации – но произвел на нацистов такое сильное впечатление, что дворянской организации было позволено продолжать действовать в быстро развивающемся тоталитарном государстве.

«Популярное мнение о том, что дворянство культивировало «умеренные» формы антисемитизма и не допускало самых жестоких проявлений идеологии, — пишет Малиновски, — не подкрепляется историческими источниками».

Морковки, а не палки

Эта идеологическая близость подкреплялась материальными выгодами, которые правление нацистов предлагало знати. Чистки на государственной службе и значительное расширение рядов вермахта и СС обеспечили дворянам карьерные перспективы, которые были утрачены во времена Веймара. Князь Отто фон Бисмарк (внук одноименного канцлера Германии), например, взволнованно написал своей матери за три дня до вступления Гитлера в должность о новых возможностях, которые, по его мнению, неизбежно откроются. Вскоре он оказался на дипломатическом посту. Принц Кристоф Гессенский, вступивший в нацистскую партию в 1931 году, но никогда не учившийся в университете, быстро поднялся по служебной лестнице на государственной службе. И в конце концов стал руководителем исследовательского отдела Рейхсминистерства авиации.

Дворянство также жадно поддерживало империалистические амбиции нацистов на Востоке и, как только началась война, начало требовать свою долю добычи. Однако иногда просьбы о безвозмездной передаче земли и поместья получали снисходительный отказ. «Ваше намерение бесплатно вернуть себе эту собственность меня не обрадовало», — писал Гиммлер некоему Людольфу фон Альвенслебену в сентябре 1940 года. Малиновски отмечает, что только меньшинство аристократии – в основном, но не исключительно, представители мелкой знати, которые чувствовали себя социально и экономически плохо при Веймарской республике – присоединились к нацистской партии. Однако «подавляющее большинство» поддержало режим.

Он использует термин «сотрудничество», чтобы описать поддержку дворянством консервативно – нацистской коалиции, которая объединилась в 1933 году. Но, отмечает что, в отличие от французского правительства в 1940 году, родовитых коллаборационистов ни к чему не принуждали – они вызвались добровольцами.

Легенда о сопротивлении

Как подчеркивает Малиновски, были некоторые представители знати, которые преданно служили Веймарской республике и с самого начала выступали против нацистов. Граф Альбрехт фон Бернсторф-Штинтенбург, например, был уволен со своего поста в посольстве Германии в Лондоне в 1933 году и впоследствии помог организовать помощь еврейским эмигрантам и беженцам. Был арестован в 1940 году и убит эсэсовцами за несколько дней до окончания войны. Однако такие примеры были «крайне нетипичными» для дворянства в целом.

Также, утверждает Малиновски, невозможно проследить «решительную, непрерывную нить» аристократического сопротивления нацистам, уходящую корнями в Веймарскую республику и завершившуюся бомбой Штауффенберга. Хотя заговорщики заслуживают «высочайшего уважения», говорит он, большинство знатных заговорщиков сами поддержали приход Гитлера к власти в 1933 году. Граф Фриц-Дитлоф фон дер Шуленбург, ключевой игрок в июльском заговоре, например, присоединился к нацистской партии в 1932 году, а к январю следующего года туда вступили еще 16 членов его семьи. (К 1945 году, в манере, типичной для некоторых благородных «кланов», членом НСДАП был 41 Шуленберг.)

Сам Штауффенберг обучал членов СА в 1930-1932 годах и, как полагают, обратился с речью к сторонникам Гитлера в ночь, когда он стал канцлером. Конечно, с учетом того, как нацисты успешно подавили всю другую оппозицию, к 1944 году заговор с целью убить Гитлера и свергнуть режим мог исходить только из институтов самого Третьего Рейха, в частности Вермахта. «Легенда о сопротивлении» связанном с дворянством, оказалась на удивление стойкой. Ее зарождение относится к послевоенному периоду: в речи 1954 года, посвященной 10-летию июльского заговора, тогдашний президент Теодор Хойс назвал «христианскую аристократию немецкой нации» жизненно важной составляющей Сопротивления. Более того, эта легенда была «одной из самых важных историй, на которых базировалась вся политическая идентичность западногерманского государства», — пишет Малиновски.

Он понимает, что послевоенная немецкая вина подпитывала стремление к положительным образцам для подражания, «перилам, за которые нужно держаться», когда нация стремилась создать новую, позитивную идентичность. В этом контексте, признает Малиновски, многие предпочли бы не слишком подробно разбираться в предыстории и действиях некоторых заговорщиков до того, как они обратились против режима.

К несчастью для Гогенцоллернов и их длительных усилий по получению компенсации за имущество, захваченное в Восточной Германии в 1945 году, в действиях наследного принца было мало двусмысленности. Будучи одним из первых энтузиастов «гениальной жестокости» фашистской Италии, он призвал Гинденбурга использовать «безжалостную энергию» для «устранения» политических смутьянов и в письме к Гитлеру похвалил его «замечательное движение». В 1932 году наследный принц публично поддержал Гитлера, как соперника Гинденбурга на президентских выборах, и, когда нацисты пришли к власти, он принял участие в мартовских церемониях «Дня Потсдама» 1933 года.

Это мероприятие, на котором также присутствовал Гинденбург, как пишет Малиновски, стало «успешной пропагандисткой акцией режима», которая, убедив консервативных членов рейхстага в том, что Третий Рейх «продолжит самые лучшие прусские традиции», помогла убедить их проголосовать за законы, которые в конечном итоге разрушили немецкую демократию. И наследный принц, который несколько раз появлялся на публике с повязкой со свастикой и в 1933 году писал американским друзьям, отрицая, что нацисты причиняют вред евреям, — не единственный член семьи, который предлагал Гитлеру поддержку.

Его брат, принц Август Вильгельм Прусский, присоединился к партии и участвовал в ее митингах. Такая поддержка, как и поддержка других представителей высшего дворянства, помогла нацистам выглядеть более приемлемыми – и респектабельными – в консервативных кругах.

Являются ли действия наследного принца «существенной поддержкой»?

Его правнук Георг Фридрих принц Прусский заявил в марте «New York Times», что наследному принцу не хватало «моральной стойкости или храбрости», но задался вопросом, действительно ли это означает «существенную поддержку». Сами историки во многом не согласны с семьей. Судьи, которые разбирались с тысячами других дел за последние два десятилетия, в конечном итоге примут решение. Малиновски не сомневается в решении. «Если это не считается существенной поддержкой, тогда я не знаю, что считать поддержкой», — говорит он.

Однако в конечном итоге этот случай может иметь более широкое значение, чем Гогенцоллерны и их картины, книги и фарфор, считает Малиновски. «Я думаю, что это шанс вспомнить о ситуации 1933 года – коалиции между консерваторами и нацистами и политической ответственности за создание Третьего рейха – очень интересными способами через эту семью и через их сверстников с точки зрения, которая очень редко афишировалась», — говорит он.