Израильская компания «Aleph Farms» объявила 9 февраля, что она произвела первый в мире «стейк без убоя», используя сочетание технологии трехмерной печати и настоящих клеток коровы, сообщает JTA.

Стартап сообщил, что на вкус он похож на «восхитительный, нежный, сочный стейк-рибай, который можно купить у мясника». Как сообщает «Bloomberg», в этом помогли преподаватели знаменитого Техниона -Израильского технологического института. При «биопечати» берутся и воспроизводятся живые клетки, чтобы имитировать естественный организм или продукт.

Технология «Aleph Farms» пользуется спросом, и компания сотрудничает с «Mitsubishi», чтобы предложить свое альтернативное мясо в Японии. В прошлом году в Тель-Авиве открылся первый в мире мясной ресторан, где подают блюда из мяса, выращенного в лабораториях. Здесь подают исключительно куриное мясо, выращенное компанией «SuperMeat».

Израильский раввин заявил JTA в 2016 году, что продукция «SuperMeat» кошерна.

Согласно исследованию консалтинговой фирмы «Harel-Hertz Investment House», 2020 год стал рекордным для экономических отношений между Японией и Израилем: японские фирмы инвестировали около 1,1 миллиарда долларов в 51 сделку в Израиле, что на 20% больше в денежном выражении по сравнению с 2019 годом, сообщает «The Times of Israel».

В 2019 году японские фирмы вложили 914 миллионов долларов в 67 инвестиционных сделок, а в 2015 году эта цифра составляла всего 87 миллионов долларов. В настоящее время на Японию приходится 11,1% всех иностранных инвестиций в израильские высокие технологии по сравнению с 1,8% в 2016 году, отмечают авторы отчета Эльханан Харель и Зив Тетрук. Однако в абсолютных цифрах объем японских инвестиций все еще невелик по сравнению с инвестициями из США и Израиля.

Общий объем японских инвестиций в Израиль с 2000 года составил 8,25 миллиарда долларов в рамках 308 инвестиционных сделок, говорится в отчете «Harel-Hertz».

Израиль и Япония стали свидетелями процветания отношений в последние годы после многих лет, когда взаимная торговля и инвестиции были минимальными. Очень консервативные японцы не хотели принимать Израиль из-за традиционных опасений расстроить арабских поставщиков нефти или из-за культурных различий. Но с 2015 года, после визита премьер-министра Нетаньяху в Японию в мае 2014 года и премьер-министра Японии Абэ в Израиль в январе 2015 года, количество инвестиционных сделок и их стоимость резко выросли. Две страны подписали инвестиционные соглашения и соглашения о сотрудничестве в области безопасности, кибербезопасности и сельского хозяйства.

Отчет «Harel-Hertz» указывает на тот факт, что круг японских инвесторов с годами расширился. Если до 2015 года большая часть инвестиций была сделана очень ограниченным числом торговых компаний и крупных промышленных компаний, то в последние три года среди инвесторов были производители автомобилей, финансовые учреждения, страховые компании, а также малые и средние фонды венчурного капитала. Согласно данным отчета, тремя наиболее активными инвесторами в 2020 году были транснациональная корпорация «Mitsubishi», торговый и инвестиционный гигант «Sumitomo» и группа финансовых услуг «SBI Holdings», которые инвестировали 318 миллионов долларов, 118,5 миллиона долларов и 29 миллионов долларов соответственно. В 2020 году в Израиле появились и японские институциональные инвесторы, среди которых ведущие страховые компании, такие как «Sompo», «Tokio Marine», «Mitsui Sumitomo Insurance Company» и такие банки, как MUFG и «Mizuho». Они инициируют партнерские отношения со своими партнерами в Израиле и инвестируют в израильские фонды венчурного капитала.

По словам Хареля, в настоящее время в Израиле работает 15 японских венчурных фондов, инвестирующих в израильские стартапы, в то время как в 2016 году их было всего два. Количество японских представительств в Израиле также увеличилось почти до 90, по сравнению с 15 четырьмя годами ранее. Несмотря на резкое увеличение инвестиций, количество приобретений израильских фирм японскими гигантами по-прежнему невелико. В 2020 году было всего одно приобретение компании в Израиле, биофармацевтической компании по редактированию генов «EmendoBio», которую в декабре приобрела за 250 миллионов долларов японская биофармацевтическая компания «AnGes».

Харель заявил, что он ожидает, что объем японского участия в Израиле будет продолжать расти в будущем. «Торговая война между США и Китаем вызвала проблемы, и стартапы стали искать инвестиции в других странах, а не в Китае, особенно в области кибербезопасности, искусственного интеллекта и информационных технологий», – заявил он в телефонном интервью. «Это привело к росту интереса к Японии».

Хершел Шанкс, основатель и бывший редактор «Biblical Archeology Review» (BAR), самого продаваемого в мире журнала о библейской археологии, скончался 5 февраля в возрасте 90 лет.

По данным Общества библейских археологов, он посвятил себя созданию обширного архива библейских археологических открытий, доступного для общественности. После творческого отпуска в Израиле в 1972 году Шанкс увлекся библейской археологией, и в результате в 1974 году он основал BAR, сообщает Служба религиозных новостей (RNS). Он был редактором журнала до 2017 года, и под его руководством BAR получил широкое распространение и пользовался успехом у миллионов читателей.

Согласно RNS, наиболее заметным событием в его карьере была многолетняя защита свободного доступа исследователей к свиткам Мертвого моря, которые были обнаружены в 1947 году. До его кампании доступ к свиткам регулировала группа экспертов по археологии. Его особенно интересовал потенциал свитка с точки зрения понимания иудаизма за десятилетия до рождения Иисуса.

В 1991 году он опубликовал 1787 фотографий фрагментов свитков, которые раньше никогда не видели за пределами исследовательских библиотек. Ему предъявили иск за нарушение авторских прав, и он в конечном итоге проиграл эту битву, сообщает RNS. До основания BAR он 25 лет работал юристом, будучи выпускником Хэверфордского колледжа Колумбийского университета и Гарвардской школы права, а также работал в Министерстве юстиции США.

Письмо о поддержке сионизма от лидера докоммунистического Китая доктора Сунь Ятсена недавно было обнаружено в Национальной библиотеке Израиля, сообщает «The Times of Israel».

Известный как отец китайской нации, Сунь называл сионизм «одним из величайших движений нашего времени». Эти слова были написаны в письме 1920 года, которое он послал Б. Эзре, известному шанхайскому сионистскому издателю и публицисту. Сунь был первым временным президентом Китайской Республики, основанной в 1912 году после падения последней императорской династии, до гражданской войны в Китае и коммунистической революции. Его поддержка сионизма хорошо задокументирована, и текст письма был ранее известен.

В письме Сунь заявлял: «Все сторонники демократии не могут не поддержать от всего сердца и не приветствовать с энтузиазмом движение за восстановление вашей прекрасной страны с большой историей».

Получатель письма Эзра, еврейский ученый, публицист, издатель и активист, прожил большую часть своей жизни в Шанхае и родился в Лахоре (современный Пакистан). Помимо основания Шанхайской сионистской ассоциации, он на протяжении десятилетий редактировал ее газету «Вестник Израиля». Профессор Гао Бэй, эксперт по еврейской общине Шанхая 20-го века, сказал, что это письмо является основополагающим документом, который проливает свет на раннюю поддержку китайским националистическим правительством дела сионизма. Сунь и другие члены китайского руководства поддерживали теплые отношения с местными и зарубежными еврейскими общинами, и деятелями, многие из которых культивировались в годы изгнания до окончательного падения династии Цин. Их поддержка сионистского движения проистекала как из идеологических, так и из практических соображений.

Оригинал с автографом был обнаружен только сейчас, более чем через столетие после его написания, в рамках крупной инициативы Национальной библиотеки по пересмотру и детализации миллионов предметов в ее архивных коллекциях, включая личные документы, фотографии и документы многих наиболее выдающихся деятелей 20-го века.

На протяжении столетий католические историки выступали против признания того, что высоко ценимый конверсо (еврей, перешедший в христианство) мог на самом деле сохранять свою еврейскую идентичность и втайне соблюдать иудаизм, независимо от того, насильно ли его тащили к купели или обещали высокий пост в церковной иерархии, как награду за его крещение, пишет «The Jerusalem Post».

Безусловно, были евреи, которые добровольно обратились в христианство, даже такие раввины, как Соломон ха-Леви из Бургоса, который не только стал уважаемым епископом, но и горячо поддерживал дискриминационные законы против евреев. Однако большинство евреев, оставшихся в Испании, которых называли «криптоевреями», продолжали тайно исповедовать свою религию в той или иной форме и передавать ее своим детям. Спустя несколько поколений потомки этих конверсо продолжали уезжать из Испании и Португалии в другие страны, где они стремились жить как свободные евреи.

Ученый-католик-беженец, получивший образование в ешиве

Одним из самых почитаемых католическими властями испанских «новых христиан» был Альфонсо де Самора (1474–1545 / 6). Выпускник знаменитой ешивы «Кампантон» в Саморе, он впервые бежал в Португалию в 1492 году, но по неизвестным причинам вернулся в Испанию около 1497 года в качестве конверсо. Несколько лет он служил в Саламанке в качестве учителя и писца до 1512 года, когда он был переведен в университет Алькала-де-Энарес. Его участие в редактировании первой многоязычной Библии, его книги, его работа как писца и преподавателя повысило его авторитет и значимость на заре Возрождения. В течение этого почти 40-летнего периода он работал у высших католических прелатов, архиепископов Испании, прямо под бдительным присмотром инквизиции. Несомненно, он был знаменит. Лучшие священнослужители покровительствовали ему, нанимали его для копирования книг на иврите, грамматики рабби Давида Кимхи (также известного как «Радак»), книг о Библии, включая различные комментарии, и так далее. Но как «неполноценного» христианина Альфонсо обманули в суде, когда он попытался потребовать свою законную плату у «порядочного» издателя.

Альфонсо не мог стать главой своего отдела или быть защищенным от вызова в инквизицию. Все, что он мог сделать, это выпустить свою ярость в бесчисленных примечаниях на полях переписанных им книг и в своем «дневнике», хранящемся в библиотеке Лейденского университета.

Текстовые подсказки и воображаемые ученики

В течение пятнадцати лет в Институте микрофильмированных еврейских рукописей в Иерусалиме (сегодня часть Национальной библиотеки Израиля) Агува Хо изучила около 70 рукописей, написанных или отредактированных Альфонсо де Самора. Она пришла к выводу, что заметки, эссе, стихи, критические замечания, комментарии к Библии, исторические записи, книги и учебная программа этого человека показывают нам измученного, обиженного, ожесточенного и раскаявшегося криптоеврея. Он писал почти исключительно на иврите. Его стихи взывали к Б-гу о помощи, чтобы исцелить его эмоциональную и физическую боль, освободить его от проклятой Испании, наказать жадное и аморальное испанское общество от короля до клириков, купцов и крестьян, вплоть до младенцев. Он нападал на Пап и судей и высмеивал короля Карла V и его администрацию. Он поддержал, по крайней мере, на словах, восстание городов против дворян и короля, и он нападал на судей, которые обратились в христианство и злоупотребляли своими полномочиями, чтобы дискриминировать конверсос.

В своих комментариях Альфонсо подчеркивал этическое превосходство патриархов, их жен и еврейских царей над христианскими. Он настаивал на том, чтобы конверсос надеялись, что Б-г спасет их и вернет в Сион. Избавление от «беды», то есть изгнания, наступит только тогда, когда конверсос будет соблюдать законы Б-га – Тору – насколько это возможно.

Он советовал конверсо, оказавшимся в руках инквизиторов, держаться смело и демонстрировать знание Священного Писания, поскольку их мучители были невежественными. Если речь шла об обвинении в соблюдении еврейских обычаев, таких как отказ от некошерной пищи, он посоветовал объяснить, что это связано с проблемами со здоровьем, а не с религиозными практиками. Он призвал их продолжать соблюдать шабат, зажигать субботние свечи, отказываться от долгов на седьмой год и даже вести счет Омера. Лгать и сбивать инквизиторов с толку — значит оставаться в живых.

«Шма» Альфонсо отличалась от традиционного текста этой основной еврейской молитвы. Он говорил себе и/или воображаемым ученикам-евреям: «Слушайте, народ Израиля … Знайте, что Всевышний, который наш Б-г, — это единственный Б-г!»

Христианин лишь внешне

Его взгляд на христианство был ясным и непримиримым. Он категорически заявлял, что не верит ни в христианство, ни в антихриста. Христиане — это те, кто поклоняются немым идолам, которые погибнут перед величием Всевышнего в Судный день. В отличие от иудаизма, христианство было плотским, лишенным духовных ценностей. Христиане предавались обжорству; они были толстыми и грубыми; он хотел, чтобы их жилища на земле были разрушены. В то же время внешне жизнь Альфонсо была примером чистой преданности его новой вере. Он носил крест, а рукописи, которые он создавал для покровителей, были украшены крестами в верхней части страниц. Одна из его главных задач заключалась в том, чтобы найти в еврейской Библии «доказательства», которые предвещали жизнь и миссию Иисуса, особенно в Книгах Йешаягу и Даниила. Он искажал тексты и вырывал их из контекста. Его христианским комментариям и сочинениям не хватало ясности, последовательности и логики. Чувствуя это несоответствие и отстраненность, он часто оправдывал свои сомнительно обоснованные интерпретации, описывая их как «духовный смысл» или как «альтернативу».

Чтобы выжить в своей сложной жизненной ситуации, он подсознательно разработал защитный механизм: хотя Альфонсо де Замора вел респектабельную и успешную жизнь, он жил в воображаемом, опасно хрупком мире. На иврите он написал: «Лучше получить свободу через сопротивление, чем жить в мирном рабстве». Для Альфонсо жизнь в Испании была равносильна рабству и тюрьме.

В другом тексте он заявил: «Мы не потерпим мерзостей совершенных над святым семенем. Мы умрем раньше!» Он представлял себе, как берет в руки оружие, чтобы дать отпор. В личных заметках и комментариях, сделанных на полях рукописей, его разочарование ощутимо, равно как и его решимость и надежды. Несмотря на то, что он знал, что они могут навсегда остаться несбывшимися.

Прощение

Альфонсо оправдывал свое пребывание в Испании, сравнивая себя с Йосефом и Даниилом, которые остались на своих землях, чтобы принести пользу миру, обучая красоте еврейской мудрости языческую структуру власти. Он видел себя не только хорошим, честным и верным евреем, но и человеком благородного происхождения, поскольку он цитировал трактат «Киддушин» 71b: «Когда люди в Вавилоне молчат, это означает высокую родословную». Он описал эту пословицу как «Притчу для мудрых». Альфонсо был уверен, что тот, кто прочтет его сочинения, никогда не сможет раскрыть его секреты, которые хранились глубоко в его сердце. Альфонсо де Самора признавал, что, несмотря на свою тайную жизнь, он был грешником. Но он искренне верил, что Б-г простит его, поскольку он обратился к божественному атрибуту сострадания, сказав: «Шаддай простит все мои беззакония». С такой верой он мог дожить до своего смертного часа.

Каждый год в июне десятки людей прибывают на еврейское кладбище недалеко от Амстердама, чтобы почтить память предков. Почти все прибывающие — чернокожие, евреев среди них нет. На кладбище они играют на барабанах, танцуют, читают христианские молитвы и совершают обряды винти, афро‑суринамской религии, сочетающей языческие и католические традиции. Эти люди приезжают на кладбище из‑за открытия здесь в 2012 году самой ранней известной могилы раба в Голландии.

Этот раб, Элиэзер, умер в 1629 году. Ранее он был привезен из Португалии хозяевами‑рабовладельцами, евреями, которые похоронены рядом с ним. Новое паломничество названо в память о нем «Днем Элиэзера».

В 2013 году возле кладбища организацией «Опо Кондреман», сохраняющей наследие выходцев из бывшей голландской колонии Суринам в Южной Америке, был установлен памятник Элиэзеру. Чернокожие и евреи расходились во мнениях относительно того, представляет ли его могила ужасы рабства или открывает возможности для понимания толерантности. Для Серджио Беренштейна, активиста «Опо Кондреман», могила эта — замена могил его предков, место захоронения которых неизвестно. А для Лидии Хагурт — историка, обнаружившей надгробие, — история жизни Элиэзера отражает его интеграцию во владевшую им семью португальских евреев.

Элиэзер прибыл в Нидерланды в 1610 году как раб семьи Пауло де Пина. Он похоронен рядом со своим владельцем и рядом с Якобом‑Исраэлем Бельмонте, самым богатым членом общины. Это значит, что Элиэзер был обращен в иудаизм, иначе его не похоронили бы на еврейском кладбище. Более того, семья де Пина, вероятно, доплатила, чтобы он был похоронен рядом с ними на престижном участке. «А семья Бельмонте не возражала против похорон Элиезера рядом с ними», — подчеркивает Хагурт.

Официально рабства в Нидерландах не существовало, поэтому правовой статус Элиэзера неясен: власти не причисляли его к де Пина, как смогла определить Хагурт. «Он присутствовал на похоронах жены своего господина, Сары де Пина, и внес на это мероприятие шесть стюверов (голландская монета XVII века)», — говорит она. Этот поступок демонстрирует, что Элиэзер находился в равном или почти равном положении с семьей, владевшей им в Португалии.

По словам Геке Бик, смотрительницы кладбища «Бейт Хаим», в последние годы смотрители обнаружили лишь несколько надгробий. В 2012 году, вооружившись кладбищенской записью и зондом, Хагурт и покойный ныне раввин Ханс Родригес Перейра нашли черную каменную плиту, надпись на которой была стерта временем. Но, когда раввин принес ведро с водой и вылил его на камень, обнаружился текст: «Могила доброго слуги Элиэзера». Это открытие смутило историков: они заявили, что рабства в Нидерландах не было. Дискомфорт возник и у голландских евреев, потому что им напомнили о причастности некоторых из их предков к работорговле.

В последнее время ряд институций открыто обсуждают проблему соучастия голландских евреев в рабовладении и работорговле, в том числе в так называемой «еврейской саванне», или Голландской Гвиане, где 40 плантаций принадлежали евреям, работали не менее 5 тыс. рабов, а еврейская община из нескольких сотен человек была уничтожена во время восстания рабов в 1832 году. Почти все евреи иммигрировали оттуда в Голландию, забрав с собой накопленное богатство. По словам Сеймура Дрешера из Питтсбургского университета, на Кюрасао, острове в Карибском море, голландские евреи продали около 15 тыс. рабов. Марк Ли Рафаэль из Колледжа Уильяма и Марии говорит, что невольничьи аукционы намеренно не проводились в еврейские праздники. Эти факты были представлены на выставке 2015 года в Еврейском культурном квартале Амстердама.

Обнаружение могилы Элиэзера попало в заголовки газет и дошло до Переса Джонга Лоя, брата Беренштейна, который решил отправиться в паломничество. «Могила Элиэзера является символом того, что он оказался здесь не по своей воле», — заявил в 2016 году Джонг Лой, основатель «Опо Кондреман».

Паломничество потребовало «уступок» с обеих сторон. «На кладбище нельзя читать нееврейские молитвы, а также включать музыку», — говорит Геке Бик. Но в День Элиэзера решили делать исключение. Со своей стороны, посетители‑мужчины надевают кипу, как это принято на еврейских кладбищах, и кладут камни на могилу Элиэзера. И все‑таки некоторая напряженность возникла. В 2012 году Жак Коронель, покойный лидер голландской общины португальских евреев, сосредоточил внимание на общем наследии чернокожих и евреев в речи, произнесенной в День Элиэзера. Он сказал, что само существование еврейского кладбища в Аудеркерк‑ан‑де‑Амстел связано с отказом властей Амстердама в XVII веке в разрешении евреям хоронить своих мертвецов в черте города: «Обе наши общины были жертвами рабства. Мы были подвержены и все еще подвергаемся дискриминации». Коронель упомянул и об освобождении евреев от рабства во времена Исхода. Однако попытка подчеркнуть сходство общин вызвала упрек со стороны Наны Абрева, жрицы культа винти, которая в своих проповедях нередко повествует о соучастии евреев в работорговле. «Моисей освободил еврейских рабов, но евреи были самыми жестокими рабовладельцами в Суринаме. Мы никогда не сможем этого забыть, хотя мы научились прощать», — заявила Абрева.

Совет американских еврейских музеев и Центр истории и новых медиа имени Роя Розенцвейга Университета Джорджа Мейсона объединяются, чтобы вести хронику и документировать жизнь в США во время пандемии коронавируса, говорится в пресс-релизе центра, опубликованном 7 февраля, сообщает «The Jerusalem Post».

Гранты для этой инициативы были предоставлены Фондом Джима Джозефа, Благотворительным фондом семьи Чарльза и Линн Шустерман и Фондом Рассела Берри. В рамках этой инициативы Центр Розенцвейга создаст портал, на котором будет отображаться онлайн-контент, отражающий жизнь евреев во время пандемии, включая раздел, посвященный устной истории американских еврейских общин во время такого события, которое случается только раз в жизни.

«Коллекционеры, исследователи и учителя объединяют свои усилия», – заявил Зев Элефф, главный научный сотрудник Еврейского теологического колледжа. «Мы все понимаем, что это ключевой момент преподавания и обучения, который имеет такое большое значение для всех студентов», – добавил Элеф. Портал, на котором люди смогут найти сборники свидетельств, в дополнение к возможности самостоятельно вносить материалы, если они того пожелают, должен быть готов к марту 2021 года. Библиотеки, архивисты, исследователи и учителя также смогут получить доступ к материалам бесплатно.

«Реакция еврейской общины на этот исторический момент требует тщательного изучения и документирования в одном централизованном месте», – заявила Джессика Мак из Центра истории и новых медиа имени Роя Розенцвейга при Университете Джорджа Мейсона. «Вопреки тому, что многие думают, онлайн-контент не может храниться вечно, если мы не приложим усилий для его сохранения. При щедрой поддержке общины мы соберем материалы, показывающие, как община адаптировалась в это время, и поделимся ими на единой доступной центральной платформе. Будущие исследователи и лидеры еврейской общины смогут узнать о быстрой трансформации еврейской жизни за это время», – добавила она.

Мелисса Мартенс Явербаум, исполнительный директор Совета американских еврейских музеев, отметила важность записи и каталогизации еврейского опыта во время пандемии, заявив: «Для организаций, занимающихся еврейской историей, это определяющая глава». «Пандемия изменила многие аспекты еврейской жизни – от праздников до здравоохранения, траура, важных событий, работы по обеспечению социальной справедливости и способов создания общины. Наши усилия направлены на то, чтобы отразить всю разнообразность еврейской общины и несметное количество еврейского опыта эпохи пандемии. Делясь личными историями, мы закладываем основу для более открытого для всех будущего», – заключила она.

Совет американских еврейских музеев и Центр Роя Розенцвейга также приложат усилия для обеспечения того, чтобы документация и каталогизация охватывали еврейские общины, обычно не представленные в музеях. «Сохранение пространства для разнообразия, справедливости и инклюзивности имеет важное значение для работы обоих этих проектов», – заявил Аарон Дорфман из Фонда Липпмана Канфера за живую Тору. «Если мы хотим, чтобы эти платформы были действительно полезными для исследователей и учреждений в будущем – и, если мы действительно хотим, чтобы община извлекла уроки из этого момента, – мы должны фиксировать опыт, представляющий разнообразие еврейской общины, особенно ее часто маргинализированных членов», – добавил Дорфман.

Звезда «Родины» Мэнди Патинкин и актриса и создательница сериала «Девчонки» Лина Данэм объединились, чтобы сняться в фильме под названием «Железный ящик», о бизнес-леди из Нью-Йорка, которая направляется со своим отцом, пережившим Холокост, в его родную Польшу, чтобы исследовать свои еврейские корни, сообщает «Variety».

Действие фильма происходит сразу после падения Берлинской стены, представляет собой адаптацию популярного романа Лили Бретт «Слишком много мужчин». Он адаптируется и будет сниматься немецким режиссером Юлией фон Хайнц. Это третий фильм из трилогии фон Хайнц о нацистском прошлом и его последствиях. Первый фильм этой трилогии, «Путешествие Ханны», повествует о молодой немке, которая приезжает в Израиль, чтобы работать с людьми с ограниченными возможностями, раскрывает некоторые секреты деятельности ее бабушки и дедушки во время Второй мировой войны, и влюбляется в израильтянина.

Второй фильм «И завтра весь мир», премьера которого состоялся на Венецианском международном кинофестивале в 2020 году, рассказывает о студенте-идеалисте, который присоединяется к группе антифашистов для борьбы с угрозой неонацизма, распространяющейся по Германии. Он был выбран для представления Германии в номинации премии «Оскар» «Лучший фильм на иностранном языке», а в апреле он будет транслироваться на «Netflix».

Фон Хайнц показала актерам свой последний фильм, и он покорил их. Патинкин подчеркнул в заявлении: «Я сразу понял, что попал в руки настоящего режиссера. Она рассказывает захватывающую историю в каждом кадре, а выступления настолько правдивы, насколько я мог когда-либо желать». Данэм заявила, что с нетерпением ждет работы с Патинкиным. Фон Хайнц заявила, что дети выживших «должны все узнать сами, и это то, о чем идет речь в «Железном ящике». Это история моей семьи. Это травмированное поколение. Но мы рассказываем не мрачную и печальную историю. Надеюсь, она будет эмоциональной и интересной».

9 февраля раввин Томска Леви Каминецкий разместил на своей странице в «Фейсбуке» эскизный проект реставрации Солдатской синагоги, на котором можно увидеть обновленный фасад, крышу и элементы фундамента здания.

«Вот и сдвинулось с места дело по деревянной синагоге. Эскизный проект уже готов, в ближайшее время мы должны получить рабочий проект и с Б-жьей помощью приступить к реставрации», – написал он.

Здание Солдатской синагоги, одной из немногих деревянных синагог, сохранившихся в России, было построено в 1872 году служившими в Томске солдатами-евреями. После пожара 1906 года оно было перестроено. В 1930 году здание было изъято у общины и использовалось как общежитие и жилой дом.

В 2018 году мэрия Томска передала здание Солдатской синагоги еврейской общине города. Проект реставрации уникального объекта должна была разработать московская компания «Регионинвестстрой», победившая на конкурсе, итоги которого были подведены в июне 2020 года. Из федерального бюджета на проект было выделено 8,9 миллиона рублей. Распорядителем средств является государство, а еврейская община Томска должна проконтролировать ход реставрации. Предполагается, что после реставрации в здании помимо синагоги может разместиться центр толерантности.

Быковский районный суд Волгоградской области огласил приговор в отношении местного жителя. Суд установил, что весной 2019 года 36-летний мужчина, проживающий в Быковском районе, опубликовал в соцсети комментарий, в котором призывал совершать насильственные действия в отношении евреев.

Суд назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1,5 года условно. Помимо этого, ему запретили заниматься администрированием сайтов на один год, сообщает «МК в Волгограде».

Мемориальный музей Холокоста Яд Вашем заявил 10 февраля, что он «глубоко обеспокоен» решением польского суда о том, что два видных исследователя Холокоста должны принести извинения за распространение утверждений о человеке, который, по их словам, помогал убивать евреев во время Второй мировой войны, сообщает «The Times of Israel».

Окружной суд Варшавы заявил 9 февраля, что Барбара Энгелькинг и Ян Грабовски должны принести извинения женщине, которая утверждала, что ее умерший дядя был оклеветан в историческом труде, который они совместно редактировали. «Яд Вашем признает вердикт суда, но по-прежнему глубоко обеспокоен его последствиями», – говорится в заявлении музея. «Любая попытка ограничить научные и публичные выступления посредством политического или юридического давления неприемлема и представляет собой существенный удар по свободе исследований».

Адвокаты 81-летней Филомены Лещинской утверждали, что ее покойный дядя, Эдвард Малиновский, был польским героем, спасавшим евреев, и что ученые нанесли ущерб ее доброму имени и имени ее семьи. На кону в этом деле была польская национальная гордость, по мнению истцов, а, по мнению ответчиков, будущая независимость исследований Холокоста. Судья Ева Йончук в конечном итоге постановила, что Энгелькинг и Грабовски должны принести письменные извинения Лещинской за «предоставление неточной информации» о том, что Малиновский ограбил еврейку во время войны и способствовал гибели евреев, скрывавшихся в лесу около Малиново в 1943 году, когда Польша была под немецкой оккупацией. Им также было приказано принести извинения за «оскорбление его чести».

За этим делом внимательно наблюдали, поскольку ожидается, что оно создаст важный прецедент для независимого исследования Холокоста. Однако решение может быть обжаловано. Защищая Энгелькинг и Грабовски, Яд Вашем заявил: «Историческое исследование должно отражать сложную реальность, существовавшую в тот период, основанную на скрупулезном анализе имеющейся документации, как это было сделано исследователями в этой основательной книге».

Малиновский был оправдан коммунистическим судом в 1950 году за соучастие в убийстве немцами в 1943 году 18 евреев в лесу недалеко от деревни Малиново. Он упоминается в кратком отрывке из 1600-страничного исторического труда «Ночь без конца: судьба евреев в отдельных уездах оккупированной Польши», который редактировали Грабовски и Энгелькинг. Они также написали некоторые главы. Яд Вашем сообщил, что в свете этого постановления он опубликует английскую версию книги. «Как и все исследования, этот том о судьбе евреев во время Холокоста является частью продолжающейся дискуссии и, как таковой, подвергается критике в научных кругах, но не в судах», – подчеркнули в музее. Грабовски, польско-канадский профессор истории в Оттавском университете, и Энгелькинг, основатель и директор Польского центра изучения Холокоста в Варшаве, являются одними из самых видных польских исследователей Холокоста.

Польша была оккупирована нацистской Германией во время войны. Поляки сопротивлялись нацистам дома и за рубежом и никогда не сотрудничали как государство с Третьим рейхом. Тысячи поляков были признаны Яд Вашем Праведниками народов мира за то, что они рисковали собственной жизнью, спасая евреев. Тем не менее во время оккупации были поляки, которые передавали евреев немцам. На изучение этой темы был наложен запрет в коммунистическую эпоху, и каждое новое разоблачение преступлений поляков в последние годы вызывало негативную реакцию. Польша никогда не признавала своего соучастия в крупномасштабных преступлениях, и в 2018 году Варшава приняла закон, запрещающий людям обвинять польский народ в зверствах Холокоста; впоследствии в закон были внесены поправки, отменяющие уголовные наказания.

«Существующая разнообразная документация, наряду с многолетними историческими исследованиями, показывает, что во время драконовской нацистской немецкой оккупации Польши и несмотря на массовые страдания польского народа от этой оккупации, были поляки, которые активно участвовали в преследовании евреев и в их убийстве», – подчеркнул Яд Вашем. «Судебное преследование исследователей и журналистов, занимающихся этими вопросами, вместо проведения научных дискуссий, как это принято во всем мире, представляет собой реальную угрозу свободе исследований и свободе прессы», – говорится в заявлении.

Американский суд угрожает француженке многомиллионным штрафом, если она продолжит судебную тяжбу за возвращение картины Писсарро, украденной нацистами у ее приемного отца, сообщает «Guardian».

Судебная тяжба за «La Bergère Rentrant des Moutons» («Пастушка собирающая овец»), завершенная Камилем Писсарро в 1886 году и оцениваемая примерно в 1,5 миллиона евро (1,3 миллиона фунтов стерлингов), ведется между 81-летней Леоной-Ноэль Мейер, бывшим президентом сети универмагов «Galeries Lafayette» и Художественным музеем Фреда Джонса-младшего при Университете Оклахомы. В настоящее время она висит в парижском Музее Орсе, но должна вернуться в Оклахому в конце этого года в соответствии с соглашением о совместном использовании работы, которое Мейер оспаривает.

Истцы требуют, чтобы Мейер была оштрафована на 3,5 миллиона долларов и ей грозят штрафы в размере до 100000 долларов в день за неуважение к суду, если она не остановит судебное разбирательство во Франции, в котором она добивается полного владения работой импрессиониста. Мейер говорит, что она ведет «поиски» от имени семьи, которую она потеряла во время Холокоста, и своих покойных приемных родителей. «Госпожа Мейер делает это не ради денег. Она делает это в память об отце, которому принадлежала картина. Она не хочет вешать ее в гостиной, она хочет отдать ее в Музей Орсе», – заявил «Guardian» ее адвокат Рон Соффер.

Суду предстоит решить, отменяет ли соглашение, подписанное Мейер в 2016 году с оклахломским музеем о передаче картины музею Орсе на три года, французский закон 1945 года, требующий реституции произведений, украденных нацистами, их законным владельцам. Мейер, занимающая девятое место в списке самых богатых женщин Франции, чье состояние оценивается в 600 миллионов евро, утверждает, что подписала его под принуждением. «Меня вызвали в 2 часа ночи, и мой американский адвокат оказал на меня сильное давление, чтобы я согласилась на эту сделку. У меня не было выбора», – заявила она «Le Monde». «Поскольку она столкнулась с перспективой навсегда потерять картину, у мадам Мейер не было другого выбора, кроме как подписать соглашение, предоставляющее Оклахоме половину прав собственности на картину, на которую, согласно французскому законодательству, Оклахома не имела прав», – добавил Соффер.

«La Bergère» был приобретен приемным отцом Мейер Раулем в 1930-х годах. Во время нацистской оккупации он и его жена Ивонн бежали из Парижа, поместив свою коллекцию произведений искусства, в которую также входили картины Пикассо, Ренуара и Боннара, в хранилище банка, где она была обнаружена немцами. Рауль Мейер обратился в суд в Базеле в 1953 году в неудачной попытке получить работу у швейцарского арт-дилера, после чего она прибыла в США. Соффер утверждает, что соглашение 2016 года не может иметь преимущественную силу над французским законом 1945 года, устанавливающим, что ни один владелец не может иметь преимущества против законного владельца работы, украденной нацистами. «Согласно этому закону американский музей считается недобросовестным владельцем», – добавил он.

Мейер потеряла мать, бабушку и старшего брата в Аушвице. В семилетнем возрасте ее удочерили Мейеры, забрав из парижского детского дома. В открытом письме к «Людям Оклахомы» в 2014 году она написала: «Пожалуйста, поймите, что мои поиски несут огромное эмоциональное бремя. Вся моя биологическая семья была убита в Аушвице в период между 1942 и 1944 годом: сначала моя мать в 1942 году, затем остальные члены моей семьи в 1944 году, а я каким-то чудом выжила в этой бойне. Я рассматриваю этот поиск как двойной долг, который нужно воздать: долг перед моей биологической семьей и долг перед моей приемной семьей. Не думайте ни на секунду, что все это легко».

Соффер говорит, что Мейер попыталась разрешить спор. «Она предложила выкупить картину обратно. Они отказались. Дело в том, что картина должна была быть возвращена мадам Мейер по французским законам. Она принадлежала ее отцу и должна быть возвращена ей как его наследнице», – заявил он. Оливье де Бек, юрист оклахомского музея, не согласен с этим. «Соглашение было подписано, одобрено французскими и американскими судьями, и мадам Мейер должна уважать его», – заявил он «Le Monde». «Там оговаривалось, что в случае возникновения споров дело должно быть передано американскому судье». Заседание в суде было отложено до 2 марта, и судьи приказали обеим сторонам принять участие в процедуре личного посредничества.

В 2018 году парижский суд постановил вернуть картину Писсарро, украденную у французской еврейской семьи во время немецкой оккупации. Американские владельцы картины Брюс и Робби Толлы заявили, что они добросовестно купили картину «La Cueillette des Pois» («Сбор гороха») в 1995 году и понятия не имели, что она была конфискована в 1943 году у коллекционера-еврея Симона Бауэра.