Новости

Новый музей в Иерусалиме посвящен истории христианских сионистов

15 марта, 09:00 История
Поделиться

Майкл Эванс, американский писатель и журналист, христианин, который сделал поддержку Израиля делом своей жизни, построил ультрасовременный музей в центре Иерусалима. Музей друзей Сиона, так он называется, предлагает просветительские программы, а также отдает дань уважения христианам, которые помогли создать еврейское государство. Кем были эти люди?

Христианский сионизм, определяемый как идея того, что Божье обещание Израилю должно быть выполнено с помощью человеческих рук, насчитывает сотни лет, будучи творением протестантской Реформации. К середине 1600‑х годов он завоевал сторонников среди голландских, английских, шотландских и ранних американских кальвинистов, немногие из которых когда‑либо видели настоящего еврея. В начале 1800‑х годов его популярность возросла в Англии, а позже в том же веке он нашел сильный отклик в Соединенных Штатах. Сегодняшние евангелисты, хорошо знакомые с историей древних израильтян, как правило, придерживаются тех же воззрений. Ко всему этому в ХХ веке добавилось еще более убедительное обоснование христианского сионизма, а именно чудо современного Израиля.

Хотя в 1948 году, сразу после Холокоста, большинство порядочных людей сочувствовали тяжелому положению евреев в Палестине, более искушенные «знали», что у молодого еврейского государства «не было ни единого шанса» против объединенных сил арабских армий. Но произошло чудо 1948 года, за которым последовало еще одно чудо в июне 1967 года и еще одно в октябре 1973 года. В этих обстоятельствах библейское обещание собрать изгнанников следовало воспринимать в режиме реального времени, когда выжившие евреи выходили из нацистских лагерей смерти, а другие — из деревень Марокко, Казахстана и Йемена, настолько удаленных, что тамошние евреи казались пришельцами из другого века. Христиане, живущие в западных обществах, где искушенные утверждали, что «бог мертв», могли видеть: чудеса, происходящие на их глазах, становились неопровержимым свидетельством обратного.

Историю этих людей рассказывает Музей друзей Сиона. Он входит в растущую категорию интерактивных музеев, в которых нет физических экспонатов. Здесь нет ни картин, ни исторических фотографий, ни оригинальных документов в витринах. Вместо всего этого многочисленные залы образуют виртуальные выставки: «Визионеры», «Мечтатели» и «Храбрецы», рассказывающие о христианах, которые выступали за создание еврейского государства задолго до того, как эта перспектива оказалась политически реалистичной. Экскурсия по музею начинается в большом зале, пол которого окрашен в цвет моря, а из «кромки воды» поднимается рельефная карта территорий двенадцати колен на древней Земле Израиля. Экран над картой заполняет всю стену.

После видеоприветствия Шимона Переса вы увидите потрясающе красивые виды пустынь и холмов, ферм, городов, древних руин и современных небоскребов Израиля, в то время как на заднем плане тихо будет играть мелодия «А‑Тиквы». Кульминация музыки наступает в тот момент, когда на огромном экране сам Эванс поднимается по гребню холма с потрясающим видом на Негев позади него. Три тысячи лет назад, говорит он, еврейский народ прошел этот путь в ответ на обещание Всевышнего. Еврейское царство, которое они создали, снова и снова разрушалось, чтобы в конечном счете возродиться, как и обещал Б‑г, и это возрождение стало таким примечательным, что «даже скептики называют его чудом». Отсюда экспозиция ведет посетителя от обещания Г‑спода Аврааму к современной государственности — по пути звука и изображения.

В некоторых залах исторические персонажи, кажется, выходят из рам своих портретов, чтобы поговорить с посетителями; в других большие скульптуры превращаются в видеоэкраны, когда свет тускнеет; в одном из залов Элис и Лоуренс Олифант, Джосайя Веджвуд и другие персонажи появляются из фресок, чтобы объяснить свои исторические роли. Возьмем Энтони Эшли‑Купера, седьмого графа Шефтсбери. Он родился в 1801 году, был членом англиканской церкви и одновременно христианином‑евангелистом, убежденным, что возвращение евреев домой, на землю Израиля, ускорит второе пришествие Иисуса. Но он был также политиком, избранным в парламент в 1826 году и введенным в палату лордов после смерти своего отца в 1851 году. Активно выступая внутри страны за социальные реформы, в сфере внешней политики он провозглашал идею, что еврейское государство оказалось бы полезным союзником в прокладывании пути для Англии в Индию через Суэц. В 1838 году, будучи президентом Лондонского общества поощрения христианства среди евреев, он убедил лорда Пальмерстона назначить первого британского консула в контролируемом османами Иерусалиме.

На выставке «Храбрецы» полковник Джон Генри Паттерсон, еще один «друг Сиона», выходит из рамки своего портрета, чтобы рассказать, как британская армия на Ближнем Востоке во время Первой мировой войны нуждалась в помощи местных жителей, чтобы бороться за дело союзников, но не хотела при этом принимать евреев. Паттерсон, по настоянию и при помощи Зеэва Жаботинского и Иосифа Трумпельдора (хотя ни один из них при этом не упоминается), сформировал Сионский корпус погонщиков мулов — подразделение из палестинских евреев‑добровольцев — и командовал им. Позднее корпус был расширен и переименован в Еврейский легион, участвовавший в успешных британских усилиях по вытеснению Османской империи из Палестины. Здесь встречаются и более знакомые фигуры.

В их число входят королева Виктория, покровительница Фонда исследования Палестины, и Эдвард Робинсон, ученый‑библеист и археолог: два христианина, чья вера привела их к поддержке проектов археологических раскопок в эпоху все возрастающего (хотя и ошибочно) убеждения, что библейские люди, здания и события были всего лишь мифами, не подкрепленными вещественными доказательствами.

Из влиятельных политиков начала ХХ века в музее фигурируют две личности: министр иностранных дел Артур Джеймс Бальфур, подписавший знаменитый документ в ноябре 1917 года, в котором говорится о поддержке Британией «создания в Палестине национального дома для еврейского народа», и премьер‑министр Дэвид Ллойд Джордж, который обеспечил принятие декларации и сыграл ключевую роль в получении Британией послевоенного мандата на Палестину. Оба они выросли в семьях евангелистов, и каждый из них был гораздо более сочувствующим сионизму, чем большинство англикан (с такими заметными исключениями, как королева Виктория и позже Уинстон Черчилль).

Вероятно, самым неожиданным христианским сионистом в музее является Джордж Буш, профессор‑библеист Нью‑Йоркского университета и дальний родственник будущих американских президентов. В 1844 году Буш опубликовал книгу «Долина видения, или Сухие кости Израиля ожили», утверждая, что настал момент для евреев вернуться на Святую землю, создать правительство, принять христианство и стать христианскими миссионерами. Буш — который, кажется, был кем‑то вроде интеллектуального фрика — впоследствии отказался от традиционного христианства, став мистиком‑сведенборгианцем.

Как ясно показывают эти и другие примеры, христианский сионизм исторически охватывал широкий спектр типов: от теоретизирования профессора Буша до активной программы обучения палестинских евреев военному делу, возглавляемой в конце 1930‑х годов офицером британской армии Ордом Уингейтом, а также до готовности президента Гарри Трумэна отдать американский голос в ООН за создание еврейского государства. Что у всех у них было общим, так это поддержка еврейского государства на Святой земле. И есть одна особенность, которую следует отметить.

Рассказывая их историю, Музей друзей Сиона сравнивает вклад христиан в дело сионизма с героизмом Праведников народов мира, которые спасали жизни евреям в оккупированной нацистами Европе. Дело выглядит примерно так, что на протяжении большей части современной истории сионизм считался социально и политически неправильной позицией. Правда, во второй половине ХХ века случился небольшой перерыв. Но в наше время сионизм снова стал объектом стигмы, если не анафемы. Поэтому быть христианским сионистом всегда требовало особого мужества.

В продолжение этой аналогии музей посвящает большой раздел историям христиан, таких как Корри тен Бом, которые проявили большое мужество в оккупированной нацистами Европе. Голландская кальвинистка, никогда не состоявшая в браке, тен Бом потратила много времени и денег на создание клубов христианских девушек и на помощь бедным. В 1941 году, вместе со своей сестрой и отцом, она стала частью подпольного движения, которое скрывало евреев и сумело вывезти некоторых из них из страны. Корри тен Бом была схвачена, но выжила в нацистской тюрьме; ее отец и сестра погибли. В 1983 году Майкл Эванс приобрел здание, где когда‑то жила семья тен Бом, и превратил его в музей. В Музее друзей Сиона посетители могут видеть изображения убежищ, где прятались евреи, и восхищаться христианскими добродетелями, которые заставили членов этой семьи рисковать собственными жизнями ради спасения евреев и других людей, спасавшихся от нацистов.

Нам говорят: «Без их мужества не оказалось бы никого, кто смог бы создать нацию, когда пришло время». Очевидно, создатели музея не чужды неподобающих преувеличений. Поэтому неудивительно, что некоторые евреи испытывают определенные сомнения насчет Майкла Эванса — хотя и не из‑за его преувеличений, а по другим причинам. Что касается соблюдающих евреев, то причины сомнений связаны с тем, что в 1970‑х годах именно он возглавил организацию «Бней Иешуа», посвященную обращению евреев. Однако сегодня, как и большинство верующих евангельских христиан, он отодвинул на задний план христианское мессианство. Сам Эванс, сын отца‑христианина и матери‑еврейки, сохраняет надежду, что когда‑нибудь все люди мира примут христианство. Тем не менее он посвятил десятилетия своей жизни активной поддержке еврейского государства, построив этот впечатляющий иерусалимский музей, который является песней любви к сионизму.

Безусловно, ландшафт еврейских настроений настолько разнообразен, что среди евреев, которые не доверяют христианскому сионизму, немало и тех, кому также не по себе от еврейского государства. Со своей стороны, музей приветствует посетителей всех конфессий и всех взглядов, и мало что в нем заставит большинство посетителей‑евреев почувствовать дискомфорт. Однако, по правде говоря, Музей друзей Сиона был построен не для израильтян и не для евреев. Это, скорее, замечательное дополнение к тем местам в Иерусалиме, которые захотят посетить туристы‑христиане: засвидетельствовав обширный вклад христиан в еврейскую государственность, они найдут причину, чтобы испытывать от этого гордость.

В заключительной части экспозиции звук и видеоизображение вновь поддерживают месседж Эванса, когда он напоминает посетителям, что с поражением и изгнанием два тысячелетия назад обещание Г‑спода Израилю, «казалось, закончилось». После этого, продолжает он, евреи век за веком «сталкивались с отвержением, преследованием и даже со смертью от рук тех, кто не верил этому обещанию и не собирался позволять этому исполниться». И все же, заявляет Эванс, «евреи нашли других людей — тех, кто верил в древние пророчества и предложил свою помощь, чтобы исполнить их. «Их будут называть христианскими сионистами». И это их музей. 

mosaicmagazine.com

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Выбор редакции