В феврале состоялось крупнейшее еврейское молитвенное собрание в Египте за последние десятилетия. Около 180 евреев египетского происхождения с разных концов света прилетели на землю своих отцов на шабат, посвященный открытию недавно отреставрированной синагоги «Элияу Ханави» XIV века в Александрии. Мероприятия были организованы в том числе ассоциацией «Неби Даниэль», которая работает над сохранением еврейских памятников в Египте.

В настоящее время в Александрии проживают всего четыре‑пять 70–80‑летних евреев, рассказал в интервью The Times of Israel член правления ассоциации «Неби Даниэль» Алек Накамули. В городе еще не так давно было 12 синагог, большинство из них проданы для поддержки еврейской общины, ее инфраструктуры и учреждений, сказал он.

Некогда крупнейшая в арабском мире синагога «Элияу Ханави» была открыта на торжественном мероприятии с участием правительственных чиновников и египетских евреев, прошедшем 10 января. Министерство древностей Египта в сотрудничестве с военными курировало реставрацию, стоившую 64 млн египетских фунтов (4 млн долларов) и длившуюся более трех лет после того, как в 2016 году обрушились крыша и лестница здания.

«Если бы не президент Египта Абдель Фаттах ас‑Сиси, это бы не было сделано. С тех пор как он пришел во власть, многое изменилось», — говорит Йоланде Мизрахи. Еврейская община Александрии не одинока в получении поддержки от Сиси. Каирская еврейская община, которая когда‑то состояла из 80 тыс. человек, сегодня насчитывает менее 20 евреев. Она также воспользовалась толерантностью президента Египта и планирует крайне необходимую сейчас кампанию по сохранению кладбища.

Бывший генерал захватил власть у тогдашнего президента Мухаммеда Мурси в процессе государственного переворота 2013 года, разрушив надежды на демократию, вызванные «арабской весной». Яростно сопротивляясь поправкам в конституцию, Сиси продлил свои полномочия до 2030 года. Учитывая послужной список Сиси с момента его прихода к власти (режим жестко расправляется с оппозицией), можно удивиться тому, что в феврале 2019 года, во время встречи с комиссией по Золотой медали конгресса Анвара Садата, возглавляемой евреем Эзрой Фридлендером, Сиси с энтузиазмом рассказывал о еврейской общине Египта. Президент пообещал построить новые синагоги, если евреи вернутся в Египет, а также восстановить Бассатинское кладбище IX века — старейшее еврейское кладбище в мире. (Знаменитая каирская средневековая синагога Маймонида была реконструирована в 2010 году.)

Совсем недавно, 23 января, посольство США в Каире поддержало этот план, пообещав финансирование для проекта Бассатинского кладбища, который, предположительно, будет реализован Американским исследовательским центром в Египте в сотрудничестве с «Каплей молока» — организацией, занимающейся сохранением еврейского наследия в Египте.

Один из немногих оставшихся евреев Египта — Альберт Ари, стареющий коммунист, который в возрасте 90 лет упорно отказывается уезжать, несмотря на несколько тюремных сроков. Он говорит: «Я египтянин. Куда же мне идти?» Когда кто‑то беседует с 53‑летним сыном Альберта Сэмми, который возглавляет организацию «Капля молока», становится ясно, что подобное упрямство свойственно всей семье. Сидя в старой еврейской школе в Каире, Сэмми страстно рассказывает о своем последнем визите в Нью‑Йорк, где он лицом к лицу столкнулся с одной из своих навязчивых идей — портретом Адели Блох‑Бауэр кисти Густава Климта, прославившимся благодаря фильму «Женщина в золоте». Картина, украденная нацистами, была возвращена семье Блох‑Бауэр в 2006 году после затяжного судебного разбирательства. «Когда я увидел картину, у меня чуть сердце не выскочило из груди. Это показывает, как упрямство может все изменить», — говорит Сэмми.

В организации «Капля молока» работают некоторые из оставшихся евреев, а также копты и мусульмане. Первоначально созданная в 1921 году как благотворительная неправительственная организация, задачей которой была поддержка нуждающейся и обездоленной еврейской общины, она возрождена в 2014 году с целью сохранения еврейского наследия страны по мере сокращения общины. Проводя культурные мероприятия и распространяя информацию, Сэмми стремится информировать общественность о малоизвестной части наследия Египта. Жена Сэмми, 44‑летняя Марва, родившаяся в Палестине, была поражена его упрямством, когда впервые приехала в Каир из Газы в 2008 году. Марва выросла в семье, которая была и коммунистической, и мусульманской. Когда она узнала, что не все евреи являются сионистами, между нею и Сэмми расцвела дружба. В конце концов они поженились, и Марва присоединилась к «Капле молока».

Друзья и политические единомышленники Марвы скептически относились к ее вступлению в эту организацию, опасаясь, что контакты с евреями могут стать проблемой для окружения женщины. А Марва видела в этом еще одно доказательство того, что ее участие в «Капле молока» абсолютно необходимо: якобы организация — «коммандос от культуры», задача которых — проложить путь для других. «Исходя из моего опыта на палестинских территориях и в интифаде, быть коммандос — часть моей повседневной реальности, — говорит Марва. — Если мы будем только ждать и смотреть, ничего не случится». За прошедшие годы ее вклад оказался особенно ценным, поскольку ее участие «позволяет людям понять, что мы не работаем на израильтян», подчеркивает она.

Ко всеобщему удивлению, «Капля молока» оказалась весьма резонансной. Пять лет назад Сэмми не мог предположить, что на месте старой еврейской школы сейчас будет работать общинный центр, а каирская синагога на Адли‑стрит будет регулярно открыта для молитвенных служб и посещения туристов. Похоже, успех обусловлен новым взаимным духом признания как со стороны еврейской общины, так и египетского общества в целом. Начиная с 2013 года новые руководители еврейской общины вызвали к жизни новые общественные инициативы. Не менее важны изменения, которые произошли в египетском обществе после старта в 2011 году «арабской весны», когда табу и традиционным образцам мышления был в массовом масштабе брошен вызов.

По мере того как общество боролось за свое развитие, граждане начали переосмысливать, что значит быть египтянином и может ли быть место за столом не только для многочисленного мусульманского и коптского населения, но и для меньшинств. Эти изменения в мышлении не были ограничены Египтом, считает ближневосточный ученый Наджат Абдулхак, который много писал о еврейских общинах. Абдулхак говорит о новом литературном духе времени, в рамках которого писатели со всего Ближнего Востока рассказывают об истории арабоязычных евреев в своих странах. Это панарабское литературное движение демонстрирует изменчивое и сложное представление о том, что значит быть египтянином, сирийцем, иракцем и вообще гражданином арабской страны.

В своем документальном фильме «Египетский салат» этот вопрос задает и египетский режиссер и писатель Надя Камель. В фильме рассказывается об обширной семье Камель с итальянскими, еврейскими, палестинскими и египетскими корнями. Когда фильм был выпущен в 2007 году, Камель сказала, что его создание стимулировалось страхом потери разнообразия, в том числе ее собственной потери в обществе, в котором все больше доминирует менталитет «мы» (мусульмане) против «них» (не‑мусульман). «Я вспомнила, что моя бабушка рассказывала мне истории о незнакомцах, которые встретились, полюбили друг друга, а затем стали моими бабушкой и дедушкой и моими родителями. Если эти истории не будут рассказаны, они умрут», — говорит Камель в фильме.

Она включила в свой фильм видеозапись визита членов семьи в Израиль. Это был сюжетный ход, который привел к обвинениям в «легитимации» еврейского государства в ее адрес, в том числе со стороны профессора Колумбийского университета. Эти отклики были опубликованы на сайте «Электронная интифада». Тем не менее фильм имел значительный успех и получил похвалы от известных деятелей, таких как египетский писатель и бывший директор Европола Камаль Рухайим. Рухайим известен своей трилогией о еврейской жизни в Египте и ее упадке, пользующейся успехом как внутри страны, так и за ее пределами. В интервью The Times of Israel он связывает популярность своих книг с тем, что «сейчас начинает расти понимание»: «Люди теперь заново начинают понимать то, что понимаю я и говорю в течение длительного времени: мы, мусульмане, такие же, как христиане и евреи».

До сих пор «арабская весна» в Египте не перешла в «лето». Правление Сиси не поощряет оптимистических надежд на революцию, права человека и подлинную демократию в Египте. Тем не менее некоторые позитивные изменения под руководством лидера‑силовика неоспоримы. В дополнение к обещаниям Сиси о восстановлении объектов еврейского наследия его правительство стало благоприятно влиять на общественное мнение о еврейском меньшинстве своей страны. В прошедший Рамадан уже третий год подряд государственное телевидение транслировало сериал о египетских евреях. В сериале под названием «Харет эль‑Яхуд» («Еврейский квартал») евреи изображены как патриоты, сражавшиеся за Египет во время первоначальных конфликтов страны с недавно созданным Израилем между 1948 и 1954 годами. Сериал получил похвалу от израильского посольства в Египте за представление евреев в качестве главных героев, хотя позже посольство изменило свое мнение, когда выяснилось, что сериал демонизирует Государство Израиль.

Тем не менее этот сериал можно противопоставить программам, транслировавшимся во времена правления бывших президентов Хосни Мубарака и Мухаммеда Мурси, где евреев сравнивали с животными, а государственное телевидение транслировало мини‑сериал, основанный на антисемитских «Протоколах сионских мудрецов». В стране есть некое постоянство в том, что египтяне не особенно любят евреев, о чем свидетельствуют многочисленные экземпляры «Майн кампф» и «Протоколов сионских мудрецов» у книготорговцев на оживленных улицах Каира. Это отношение уходит своими корнями к основанию Государства Израиль, когда египтяне решительно встали на сторону палестинских соседей, после чего последовал всплеск национализма при Гамале Абдель Насере в 1952 году, что быстро привело к враждебному климату и резкому упадку еврейской жизни в Египте.

Мнения об искренности Сиси неоднозначны. Некоторые утверждают, что позитивные изменения в Египте — это просто потворство Западу, в частности США и Израилю. Другие считают, что это может быть попыткой обелить иные нарушения Сиси в вопросах прав человека. Для самой еврейской общины эта тема является обидной, к ней они не хотят обращаться. По словам палестинки Марвы, «самое главное, чтобы мы воспользовались этой возможностью, прежде чем Сиси передумает».

Хотя Египет и не перешел к «арабскому лету», все еще есть те, кто считает, что смена времен года возможна, культурная революция продолжится и повлияет на образ мыслей людей и их готовность нарушать табу. «Со времени революции люди начали читать и исследовать самих себя, — говорит писатель Рухайим. — Многие теперь видят, как экстремистское мышление повлияло на них; эта расистская салафитская идеология медленно сдает позиции». Организация Сэмми и Марвы «Капля молока», по их словам, является доказательством того, что изменения возможны, и они сохраняют надежду. «Революция преуспела в том, что новое поколение приемлет других. Может быть, мы и не достигли того, чего хотели, но перемены произошли», — говорит Марва.

Конечная цель пары состоит в том, чтобы представить еврейское культурное наследие Египта как неотъемлемый аспект его национальной истории и идентичности. Их надежды подкрепляются растущим туризмом к объектам египетского еврейского наследия, приезжают и евреи, и неевреи. В то время как некоторые считают неизбежным, что еврейская жизнь в Египте прекратится, при определенных усилиях память о ней может жить долго.

timesofisrael.com

В октябре 2019 года компания Google объявила, что ее квантовый компьютер Sycamore за 3 минуты и 20 секунд произвел вычисление, которое заняло бы у самого быстрого суперкомпьютера в мире 10 тыс. лет.

«Квантовое превосходство», — так Google заявил о себе. Теперь у Google, было сказано, есть квантовый компьютер, способный выполнять вычисления, которые ни один обычный, «классический» компьютер не может сделать за разумное время. Google Sycamore не умеет запускать Word или Chrome, он даже не умеет запустить игру Minesweeper. На самом деле квантовый суперкомпьютер Google вообще не знает, как что‑либо делать, кроме как вычислять. Он напоминает огромный компьютер из «Путеводителя автостопщика по галактике», который выдал число 42 как «ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего» — хотя никто не знает, что это за вопрос. Сейчас этот «вопрос» прорабатывается в Тель‑Авиве, на улице Дерех Ашалом.

В своем офисе в городском районе Нахалат Ицхак три физика, получившие свои докторские степени в Научном институте Вейцмана в Реховоте, — 46‑летний Ниссим Офек, 36‑летний Йонатан Коэн и 32‑летний Итамар Сиван, — разрабатывают инструменты контроля, которые «укротят» квантового монстра. «Десять лет назад, когда я проходил курс по квантовым вычислениям, это считалось научной фантастикой, — рассказывает доктор Сиван, генеральный директор компании Quantum Machines, созданной физиками. — Эксперты говорили, что этого не случится при нашей жизни, а может, не случится и никогда. Как физик я считаю, что квантовые вычисления — это воплощение мечты. Почти все наши сотрудники — физики, даже те, кто работает программистом, и большинство из них сами обратились к нам. Они прочитали об израильской компании по квантовым вычислениям и просто не смогли сдержаться. Нет ничего более захватывающего, чем годами изучать кота Шредингера и прочие необузданные квантовые эффекты, а затем однажды войти в лабораторию и фактически создать реального кота Шредингера, использовать теорию как рычаг в невероятной силе вычислений».

Уже в старшей школе Сиван, который родился и вырос в Тель‑Авиве, знал, что его тянет к таинственному миру неуловимых частиц. «Я изучал физику, и в этом контексте мы немного изучали квантовую механику: без математики, на этом этапе только лишь идеи квантовой механики. И мой мозг взорвался. «Квантование» мира, пространства вокруг меня стало очень ощутимым. Я чувствовал, что понимаю квантовый мир. Потом я понял, что ничего не понимаю, но это было уже неважно. Предпочтительнее развить интуицию в отношении квантовой механики в раннем возрасте — как и в деле изучения языков. Потом я служил в армии, но не забыл эту магию».

«Я был начальником бюро (то есть военным секретарем) — на не самой сложной интеллектуальной работе в армии, — продолжает он, — и боялся, что, когда меня уволят, я стану слишком старым. Знаете, говорят, что все великие математики достигли своих прорывов в возрасте до 25 лет. Поэтому параллельно с армейской службой я начал учиться на бакалавра в Открытом университете. На следующий день после увольнения в запас я вылетел в Париж, чтобы продолжить учебу в Высшей школе, — потому что есть еще несколько вещей, которые тоже стоит сделать, пока ты молод: например, пожить в Париже».

Сиван встретился со своими партнерами по проекту, Ниссимом Офеком и Йонатаном Коэном, в Институте Вейцмана, где все они учились в Центре субмикронных исследований под руководством профессора Моти Хейблума. Сиван говорит: «Ниссим получил степень PhD и работал постдоком в Йеле как раз тогда, когда мы с Йонатаном начали работать. В то же время мы с Йонатаном основали предпринимательскую программу Института Вейцмана. Когда мы закончили обучение, мы спросили друг друга: “Что мы умеем делать в этом мире?” И ответили: квантовую электронику и предпринимательство. У нас действительно не было другого выбора, кроме как основать Quantum Machines»».

«QM — это своеобразный стартап, — говорит профессор Амир Якоби, физик Гарвардского университета и член научного консультативного совета компании. — Многие стартапы обещают создавать все более мощные квантовые компьютеры. QM поддерживает все эти амбициозные платформы. Это первая компания в мире, создающая аппаратное и программное обеспечение, которое позволит использовать такие компьютеры. Надо понимать, что квантовые вычисления родились в университетских лабораториях до того, как электронная индустрия создала специально предназначенные для этого устройства. Мы взяли устройства, предназначенные для классических компьютеров, и адаптировали их к квантовым компьютерам. Это заняло целый ряд наших студенческих лет. Вот почему QM выглядит так многообещающе. Эти парни были беднягами, прошедшими через ад, они познали свои нужды на собственном горьком опыте. Сегодня каждая исследовательская группа, с которой я знаком, находится в контакте с ними или уже купила у них систему. QM генерирует глобальный энтузиазм».

Мы вернемся к израильскому стартапу, но сначала должны понять, о чем идет речь. То, что мы называем универсальной вычислительной машиной, было задумано человеком, которого считают отцом компьютерных наук, Аланом Тьюрингом, в 1936 году. За годы до того как в мире появились настоящие компьютеры, Тьюринг предложил построить головку чтения‑записи, которая перемещала бы ленту, считывала различное состояние в каждом кадре и воспроизводила его в соответствии с полученными командами. Это звучит просто, но нет принципиальной разницы между теоретической машиной Тьюринга и моим новым ноутбуком Lenovo. Единственная разница в том, что моя «машина Тьюринга» считывает‑записывает так много кадров в секунду, что невозможно понять, что она на самом деле вычисляет.

Как выразился писатель‑фантаст Артур Кларк, «любая достаточно продвинутая технология неотличима от магии». Классические компьютеры выполняют эти вычисления с помощью транзисторов. В 1947 году Уильям Шокли, Уолтер Браттейн и Джон Бардин построили первый транзистор — слово представляет собой смесь слов «передача» и «резистор». Транзистор — это своего рода коммутатор, который находится внутри кусочка кремния и действует как многослойная рамка, о которой мечтал Тьюринг. Включите переключатель, и электричество потечет через транзистор; выключите — и электричество не течет. Следовательно, использование транзисторов в компьютерах является двоичным: если электричество протекает через транзистор, бит или двоичная цифра равны 1; если ток не течет, бит равен 0. С транзисторами началась игра в миниатюризацию. Чем меньше транзистор, тем больше их можно сжать в кусочек кремния и тем сложнее вычисления, которые можно выполнить. Потребовалось целое десятилетие, чтобы перейти от одного транзистора к интегральной схеме из четырех транзисторов. Десять лет спустя, в 1965 году, стало возможным сжать в чипе уже 64 транзистора.

На этом этапе Гордон Мур, который впоследствии основал компанию Intel, предсказал, что количество транзисторов на кристалл интегральной схемы будет продолжать расти в геометрической прогрессии. Закон Мура гласит, что каждые 18 месяцев инженеры добиваются все большей миниатюризации и размещения вдвое большего числа транзисторов в интегральной схеме. Закон Мура — это самосбывающееся сочетание естественного закона и экономического предсказания. Естественный закон, потому что миниатюрные электрические цепи более эффективны и они дешевле (но, к примеру, невозможно миниатюризировать пассажирский самолет); и экономический закон, потому что боссы инженеров прочитали статью Мура и потребовали, чтобы в следующем году инженеры разместили на схеме вдвое больше транзисторов. Таким образом мы получили золотой век компьютеров: Intel 286 с 134 тыс. транзисторов в 1982 году, 386‑й с 275 тыс. транзисторов в 1985‑м, 486‑й с 1 180 235 транзисторами в 1989‑м и Pentium с 3,1 млн транзисторов в 1993 году. Не было причин что‑то менять в этом движении.

Сегодня человечество производит десятки миллиардов транзисторов в секунду. Ваш смартфон имеет около 8,5 млрд транзисторов. Согласно расчету, сделанному аналитиком по полупроводникам Джимом Хэнди, с момента создания первого транзистора в 1947 году было изготовлено 2 913 276 327 576 980 000 000 транзисторов, то есть 2,9 секстиллиона, и через несколько лет в мире будет больше транзисторов, чем всех клеток во всех человеческих телах на Земле. Однако золотой век транзисторов, тем не менее, уже позади. «Закон Мура давно перестал быть актуальным, — говорит Амир Якоби. — Компьютеры продолжают совершенствоваться, но темпы замедлились. В конце концов, если бы мы продолжали миниатюризировать транзисторы со скоростью закона Мура, мы бы достигли стадии транзистора размером с атом — и нам пришлось бы разделить атом».

Принято считать, что замедление темпов совершенствования классических компьютеров является стимулом ускоренного развития компьютеров квантовых. QM использует другой подход. «Нет необходимости искать причины для увеличения вычислительных мощностей, — говорит Сиван. — Это бездонная яма. Создайте больше вычислительной мощности, и мы найдем что‑то, с ней связанное. Программисты разрабатывают более крутые приложения и более умные алгоритмы, но все основывается на одном подходе расчета мощности. Без этого двигателя индустрия высоких технологий не возникла бы».

«Закон Мура, — добавляет Коэн, — начинает путаться как раз потому, что миниатюризация вывела нас на уровень отдельных атомов, и квантовые эффекты в любом случае уже начинают мешать нормальным действиям транзисторов. Теперь мы на распутье. Либо мы продолжаем сражаться с этими эффектами, что и делает Intel, либо начинаем использовать их в своих интересах». И еще одна проблема с нашей универсальной машиной Тьюринга: даже если бы мы могли вечно использовать миниатюризирующие транзисторы, существует ряд «трудных проблем», которые всегда будут на шаг впереди наших компьютеров. «Maтематики делят проблемы по классам сложности, — объясняет Коэн. — Проблемы класса P просты для классического компьютера. Время, необходимое для решения этой задачи, увеличивается на полиномы, следовательно, число P5, умноженное на три, является примером полиномиальной задачи. Я могу продолжать умножать, и мое время расчета останется линейным для количества цифр, которое я добавлю к задаче. Есть также проблемы NP, относящиеся к недетерминированному полиномиальному времени. Я даю вам 15, вы должны найти первичные факторы — пять раз по три. Здесь время вычисления увеличивается экспоненциально, когда задача прогрессирует в линейном выражении. Задачи сложности NP сложны для классических компьютеров. В принципе, задача еще может быть решена, но расчет времени становится нереальным».

Классическим примером проблемы сложности NP является «проблема коммивояжера». С учетом списка городов и расстояния между каждыми двумя городами, какой кратчайший маршрут выбрать для коммивояжера, который в итоге должен вернуться в свой родной город? Между 14 городами число возможных маршрутов составляет от 10 в 11‑й степени. Стандартный компьютер выполняет операцию каждую наносекунду, или от 10 в 9‑й степени операций в секунду, и, таким образом, рассчитывает все возможные маршруты за 100 секунд. Но если мы увеличим количество городов до 22, число возможностей увеличится до 10 в 19‑й степени, и нашему компьютеру потребуется 1600 лет, чтобы рассчитать самый быстрый маршрут. А если мы хотим выяснить маршрут для 28 городов, вселенная умрет, прежде чем мы получим результат. И, в отличие от проблемы, которую решал компьютер Google, «проблема коммивояжера» происходит из реального мира. Авиакомпании, например, готовы на все, чтобы иметь компьютер, который мог бы делать такие вычисления.

На самом деле современное шифрование основано на тех же — самых сложных для компьютера — задачах. Например, когда мы заходим на сайт банка, связь между нами и банком шифруется. Какая изощренная энигмоподобная машина не позволяет взломать наш банковский счет? Простые числа. Да, большая часть конфиденциальных сообщений в интернете зашифрована протоколом, который называется RSA (обозначая фамилии израильтян Рона Ривеста, Ади Шамира и Леонарда Адельмана), чей ключ является полностью открытым: разбиение большого числа на простые числа. Каждый компьютер способен взломать RSA, но для этого потребуется много лет. Чтобы разбить число из 300 цифр на простые числа, потребуется около 100 лет расчетов. Квантовый компьютер решит проблему в течение часа — и взломает интернет.

«Главная цель изучения квантовых алгоритмов последние 25 лет состояла в том, чтобы попытаться понять, для чего могут быть использованы квантовые компьютеры, — говорит профессор Скотт Ааронсон, специалист по компьютерным технологиям из Университета Техаса в Остине и член научно‑консультативного совета QM. — Люди должны понимать, что ответ не очевиден. Природа подарила нам очень причудливый молоток, и мы должны поблагодарить нашу удачу, что как‑то удалось найти для него несколько гвоздей».

«Жуткое действие»

Что это за странный молоток? Не углубляясь в квантовую теорию, достаточно объяснить, что квантовая механика — это научная теория, которая не менее обоснована, чем общая теория относительности или теория электричества, даже если она резко противоречит здравому смыслу. Так случилось, что вселенная не была «сделана» специально для нас. В целом, квантовая механика описывает движение частиц в пространстве. Примерно в то же время, когда Тьюринг воображал свой гипотетический компьютер, было обнаружено, что мелкие частицы, атомные и субатомные, ведут себя так, как если бы они были большими волнами. Мы осветим две трещины фонариком и посмотрим на стену с другой стороны. Что мы увидим? Полосы света и тени поочередно. Две волны, которые будут образовываться в трещинах, ослабят или укрепят друг друга на другой стороне — как океанские волны. Но что произойдет, если мы запустим одну частицу света, одиночный фотон, в две трещины? Результат будет идентичен фонарику: разрушительное и конструктивное вмешательство волн. Фотон разделится на две части, одновременно пройдет через две трещины и «запутается» с самим собой на другой стороне.

Именно из этого эксперимента, который повторялся в бесчисленных вариациях, были получены две странные закономерности квантовой механики: то, что ученые называют суперпозицией (это ситуация с частицей, которую мы выпустили, она раскололась надвое и параллельно прошла через две трещины), и способность предсказывать только вероятность положения фотона (мы не знаем наверняка, куда попадет частица, которую мы запустили). Столь же странной закономерностью является квантовая запутанность. Когда две частицы запутываются, в тот момент, когда одна частица «решает», где она находится, она влияет на поведение других частиц, даже если уже находится на другой стороне трещины или на другой стороне Млечного Пути. Эйнштейн назвал это явление «жутким действием на расстоянии». «Мир квантовой механики настолько причудлив, что он безумно привлекателен, — полагает Сиван. — С одной стороны, результаты противоречат здравому смыслу; с другой стороны, это одна из наиболее обоснованных теорий». «Лучшая аналогия была предоставлена физиком Ричардом Фейнманом, который задумал идею квантового компьютера в 1982 году», — отмечает Коэн.

Фейнман сравнил мир с «великой шахматной игрой, в которую играют боги». «Мы не знаем, каковы правила игры; все, что нам разрешено делать, — это наблюдать за игрой. Конечно, если мы будем смотреть достаточно долго, в конечном счете сможем понять несколько правил». По словам Коэна, «до начала ХХ века физики могли смотреть только на пешки — на бинарные ходы. Квантовая механика показывает нам, что в природе существует более широкий и гораздо более интересный набор законов: есть ладьи, кони, ферзи». «Здесь, — добавляет Сиван, указывая пальцем, — этот стол именно здесь имеет конец, верно?.. Нет, это не так. Как и частица, которая проходит через трещины, этот стол также не имеет своего определенного размера в пространстве, только вероятность такового. Перспектива состоит в том, что мы обнаружим: частица стола экспоненциально исчезает на краю стола. Для ежедневной работы со столом мы можем обойтись классическим, упрощенным описанием. Но наш мир — это квантовый мир, и нам нужно знать, как правильно его описать. И для этого нам нужны квантовые компьютеры. Чтобы описать простую молекулу с 300 атомов, — скажем, пенициллин, — нам понадобятся классические транзисторы мощностью от 2 в 300‑й степени, — что больше, чем число атомов во вселенной. И это только для описания молекулы в определенный момент». Чтобы запустить компьютер в симуляции, нам потребуется «построить еще несколько вселенных», чтобы обеспечить весь необходимый материал.

Но сегодня человечество проводит моделирование целых галактик. Сиван говорит: «Верно, однако у человечества плохо с этим. Мы упрощаем, срезаем углы. Галактика, которую вы моделируете, состоит из молекул, которые ведут себя в соответствии с квантовой механикой. Но в модели, которую вы будете запускать, галактика, не имеющая другого выбора, будет действовать в соответствии с принципами классической механики. Это было прекрасное наитие Фейнмана: мы не можем моделировать квантовый мир с помощью классических компьютеров. Только квантовый компьютер будет знать, как моделировать квантовую систему». Фейнман не остановился на придумывании машины, которая будет изображать, или моделировать, квантовую систему — то есть такого компьютера, который будет аналогичен квантовой системе. Он спросил: почему бы не построить универсальную квантовую вычислительную машину?

Теоретические принципы универсального квантового компьютера изложены физиком израильского происхождения Дэвидом Дойчем в 1985 году. Квантовый компьютер, утверждал Дойч, не будет сравним с машиной Тьюринга; он будет способен решить любую проблему, которую способна решить машина Тьюринга, и еще несколько проблем. Например, проблемы сложности NP. «Классические компьютеры основаны на двоичных разрядах, двух состояниях, 0 или 1, — говорит Коэн. — Но, как и частица в эксперименте, кот Шредингера также может находиться в суперпозиции как мертвой, так и живой: и 0, и 1. Мы пока не знаем, как это сделать с кошками, но есть системы, которые можно привести к суперпозиции. Каждая такая система называется квантовым битом, или кубитом. Конечно, суперпозиция в конечном счете разрушится, потому что нам нужно увидеть результат с другой стороны, но по пути кошка будет и живой, и мертвой, одинокий фотон действительно прошел через обе щели — с результатом в соответствии».

Сиван добавляет: «Два классических бита могут принимать четыре возможные комбинации: 00, 01, 10 или 11. Два квантовых бита могут быть во всех четырех из этих комбинаций одновременно: 00, также 01, также 10, а также 11. С восемью кубитами вы достигнете 256 комбинаций. Это истинная экспоненциальная сила. Допустим, у вас есть процессор с миллиардом транзисторов, миллиард бит, и вы хотите удвоить его память. Вы должны были бы добавить еще миллиард бит. Чтобы удвоить память в квантовом компьютере, вам нужно будет добавить один кубит».

«Как это работает? Взять, к примеру, два простых вычисления с двумя классическими битами. В первом вычислении вы вводите 00 в машину, и алгоритм говорит компьютеру переключить или перевернуть первый бит, чтобы мы получили 01. Затем мы хотим решить другую проблему. Вводим в компьютер два бита в состоянии 11, и компьютер переворачивает второй бит, поэтому мы получаем 10. Два вычисления, две операции. Теперь мы запутаем пару квантовых битов в суперпозиции: они оба равны 00 и 11. Вместо двух операций квантовый компьютер перевернет второй бит, и мы получим и 01, и 10. Два вычисления, одна операция. И операция останется единой, независимо от того, сколько вычислений мы выполним. Если в классическом компьютере мы находимся в любой данный момент в одном из двух состояний, 0 или 1, в степени количества битов, которыми мы располагаем, то в квантовом компьютере мы находимся в любой данный момент в каждом из состояний».

Здесь уместно сделать важное уточнение. В блоге Скотта Ааронсона, который называется «Оптимист из штетла», сказано: «Квантовые компьютеры не смогут мгновенно решить сложные задачи поиска, просто попробовав сразу все возможные решения». Это потому, что квантовый компьютер может находиться во всех состояниях в любой момент — но мы, по милости Небес, не являемся квантовыми существами. Нам нужен ответ. Вот почему ученые строят квантовый компьютер с тонкой структурой, чтобы все ошибочные вычисления ослабляли друг друга, а вычисления, способствующие правильному ответу, расширяли возможности друг друга — так, чтобы мы, не квантовые смертные, с высокой вероятностью могли измерить правильный ответ среди случайной бессмыслицы.

«Почти каждая популярная статья ошибочна в этом вопросе, — объясняет профессор Ааронсон. — Как Сизиф, катящий валун в гору, я уже 15 лет пытаюсь объяснить, что, если мы просто измерим суперпозицию каждого из возможных ответов, мы получим случайный ответ. Для этого нам не нужны квантовые компьютеры — вы можете подбросить монету или раскрутить волчок. Все надежды, которые мы возлагаем на квантовые вычисления, зависят от нашей способности увеличить вероятность правильного ответа и уменьшить вероятность неправильных ответов». Итак, классический бит кодируется с помощью электрического тока в полупроводниках так, что, если ток не течет, мы получаем 0, а если он течет, мы получаем 1. Революция квантового компьютера еще не определила, как лучше всего кодировать квантовые биты, но в настоящее время наиболее продвинутые квантовые компьютеры используют двухатомный электрон. Электрон может находиться либо в атоме слева 0, либо в атоме справа 1, либо в обоих из них, в суперпозиции, — в одно и то же время.

Созданный Google Sycamore насчитывает 53 таких кубита, что меньше количества классических битов, которые были в мире, когда Мур сформулировал свой закон в 1964 году. Все гиганты, такие как IBM, Intel, Microsoft и Alibaba, находятся в квантовой гонке, чтобы добавить кубиты; эксперты полагают, что через год или два мы увидим квантовые компьютеры со 100 или 200 кубитов. Скорость увеличения поразительна, что соответствует квантовому закону Мура. Возникает вопрос: если один кубит работает, и 53 кубита работают вместе, почему бы не создать больше кубитов? Почему бы не создать процессор, обладающий сотнями, тысячами, миллионами кубитов, чтобы взломать RSA‑шифрование всех банков мира и отправиться на пенсию на яхте? Ответ в том, что квантовые компьютеры делают ошибки. Классические компьютеры тоже допускают ошибки, но мы не знаем об этом, потому что классические компьютеры исправляют ошибки. Если, например, вычисление выполняется на трех классических битах и один бит дает результат 0, а два бита дают результат 1, процессор определит, что первый бит был неправильным, и вернет его в состояние 1. Демократия.

В квантовых вычислениях демократия не работает, потому что избиратели вместе вошли в кабинку. Подумайте о трех электронах, которые присутствуют вместе как в левом атоме, так и в правом атоме одновременно. Если третий бит перевернется по ошибке, мы получим состояние 001 и 110. Если мы попытаемся исправить ошибку или даже проверить, произошла ли ошибка, наша суперпозиция немедленно рухнет и мы получим 000 или 111. Другими словами, кубиты сами себя побеждают. Квантовая запутанность, которая делает возможным чудо компьютера, одновременно исключает возможность добавления большего количества кубитов: электроны просто координируют позиции, так что невозможно спросить их, кто сделал ошибку. Это проблема, потому что кубиты печально известны своей чувствительностью к окружающей среде, а также склонны к ошибкам — намного больше, чем обычные биты.

«Классические биты не имеют континуума возможностей, — отмечает профессор Якоби. — Что такое классический бит? Электричество течет или не течет. Даже если ток ослабевает или становится сильнее, он все равно считается током. Квантовые биты последовательны, электрон может находиться в основном в атоме справа и частично в атоме слева. В этом их сила и в этом их слабость. Поэтому любое взаимодействие с окружающей средой оказывает на них сильное влияние. Если я использую свой обычный компьютер и электронная волна проходит через транзистор, состояние бита не меняется. Та же самая электронная волна, проходящая через кубит, вызовет потерю когерентности кубита, памяти. Информация просочится в окружающую среду, и мы не сможем ее восстановить». По этой причине мы не увидим в ближайшем или отдаленном будущем квантовый iPad. Классический процессор выполнит расчет в наносекунду, но сохранит информацию на дни, месяцы, годы вперед. Квантовый компьютер также выполнит вычисления в наносекунду — но в лучшем случае сможет сохранить информацию в течение одной сотой микросекунды. Квантовые компьютеры настолько чувствительны к внешним помехам, что должны быть изолированы от окружающей среды почти при –273°С, что на одну тысячную градуса выше абсолютного нуля.

«Взаимодействие кубитов с окружающей средой является серьезной проблемой, потому что они теряют память, — говорит Якоби. — Но это лишь означает, что они что‑то измеряют в отношении окружающей среды. Существует целый ряд квантовых сенсоров, которые позволяют нам узнать о свойствах материалов с психопатической чувствительностью. Квантовые часы могут измерять изменение силы тяжести Земли от моего носа до подбородка. Это невероятно. Lockheed Martin разрабатывает крылатую ракету, которая сможет автономно лететь без GPS, исключительно в соответствии с квантовой чувствительностью к незначительным различиям в магнитном поле Земли. Есть довольно много стартапов, которые используют квантовые датчики для идентификации раковых клеток. Это приложения, для которых я предвижу коммерческий успех задолго до того, как у нас появятся квантовые компьютеры».

Существует еще одна игра, в которую можно играть с квантовой чувствительностью: шифрование. Квантовый компьютер может взломать широко распространенный протокол шифрования в интернете, RSA, потому что может без затруднений вычислить проблемы NP. Но, учитывая, что суперпозиция разрушается в тот момент, когда открывается «черный ящик» (чтобы проверить, мертв кот или нет), протокол квантового шифрования будет защищен в силу своего квантования. Связь с банком можно оставить открытой на квантовом сервере. Любой, кто попытается прослушать линию, вызовет крах суперпозиции и услышит тарабарщину — но и банк, и клиент узнают, что кто‑то их подслушал. И при всем уважении к выгоде, которая может быть извлечена из того факта, что квантовые компьютеры не работают — но могут только чувствовать, — человечество получит огромную выгоду, если сможет заставить их работать. В нашем мире все является квантовым в своей основе. Картирование структуры химических молекул требует квантовых вычислительных мощностей, — и мы будем знать, как отразить болезни, только тогда, когда фармацевтические компании смогут проводить квантовые моделирования. Нейроны в нашем мозге являются квантовыми, и мы сможем создать настоящий искусственный интеллект только тогда, когда у нас будут квантовые компьютеры, которые смогут управлять независимыми мыслями.

«Это не полет на Луну, — говорит Коэн, — это полет на Марс. На мой взгляд, величайшая научная и техническая задача, стоящая сейчас перед человечеством, — это создание квантовых компьютеров. Но чтобы реализовать эту мечту, нам нужно понять, как мы исправляем ошибки в кубитах, как мы их контролируем. Это то, что мы сейчас делаем. QM — первая компания в мире, которая полностью сосредоточена на разработке систем управления и операционных систем для квантовых компьютеров. Система, которую мы разрабатываем, играет решающую роль в исправлении ошибок. Сооснователь QM, Ниссим, был первым человеком в мире, который доказал, что ошибки в квантовых битах могут быть исправлены. Он не показал это на бумаге — он доказал это, продемонстрировал это. Вместо того, чтобы измерять каждый кубит и видеть, что было сделано неправильно, можно проверить, находятся ли кубиты в одном и том же состоянии. Если один кубит находится в другом состоянии, мы будем знать, что это неправильно. Вы можете узнать, проголосовали ли вы за партию, которая не победила, не зная результатов выборов».

QM была основана в 2018 году с целью обойти проблему ошибочных кубитов с помощью старых друзей: классических битов. Если классический компьютер содержит аппаратное и программное обеспечение, то есть множество транзисторов и язык, который сообщает процессору, какие вычисления на них выполнять, в квантовом компьютере «торт» состоит из трех слоев: квантовое оборудование (то есть кубиты), классическое оборудование, которое сможет управлять квантовым оборудованием, и программное обеспечение (как классическое, так и квантовое). «Это наш способ повлиять на кубиты, читая результаты в нашем мире, — говорит Сиван. — Если бы мы были квантовыми существами, мы были бы в состоянии говорить напрямую с компьютером».

Хотели бы вы быть квантовым существом? Ведь это сэкономит вам много работы. «Да, но тогда другие квантовые существа не будут покупать наши продукты». QM создает классическое аппаратное и программное обеспечение, которое сможет отправлять правильные электрические сигналы электронам — и считывать результаты — с минимальными помехами в «черный ящик» чудес. Их интегрированная система называется платформой квантовой оркестровки. «Сегодня для каждого отдельного квантового компьютера существует отдельное оборудование, — говорит Коэн. — Мы строим оркестровую систему, которая может работать с каждым таким компьютером и будет посылать самые правильные электрические сигналы кубитам. Кроме того, мы разрабатываем язык программирования, который позволит нам программировать алгоритмы — команды. Это общий квантовый язык, как C (язык программирования). Сегодня есть попурри из языков, каждый квантовый компьютер — и его язык. Мы хотим, чтобы наш язык, QUA, был установлен как стандартный, универсальный язык для квантовых вычислений».

Недавно QM присоединилась к IBM Q Network, пытаясь интегрировать языки программирования компьютерного конгломерата в платформу квантовой оркестровки Сивана и его коллег и опубликовать полный комплиер (компьютерная программа, которая может переводить компьютерный код, написанный на одном языке программирования, на другой язык) во втором квартале 2020 года. Комплиер сможет перевести каждый квантовый язык программирования на платформу QM. Таким образом, алгоритм, написанный в университете в Шанхае, сможет работать на квантовом компьютере, построенном в лаборатории Google, например в Mountain View.

Йонатан Коэн говорит: «Основные игроки, такие как Google и IBM, все еще азартно играют. Они разрабатывают квантовый процессор, основанный на собственной технологии. Но может случиться так, что через несколько лет мы обнаружим лучшую платформу и их процессор не будет использоваться. Мы строим систему, которая не зависит от квантового оборудования. Наша цель — расти вместе с отраслью, независимо от того, в каком направлении она развивается. Потому что основополагающее предположение состоит в том, что вы не знаете точно, когда квантовые компьютеры станут реальностью. Некоторые люди говорят, что через три года, другие говорят — через 20 лет. Но для нас очевидно: тот, кто будет на переднем крае, когда это случится, выиграет, потому что будет контролировать новые вычислительные силы. Каждый должен будет работать с ним, на его языке, с его оборудованием».

Сиван добавляет: «Возможно, через несколько лет мы оглянемся на это десятилетие и увидим беспрецедентный технологический перелом: момент, когда квантовые компьютеры вступили в действие. Это не очередное технологическое улучшение. Это прыжок…»

— Квантовый скачок!

Сиван резюмирует:

— Точно.

Оригинальная публикация: How Amazon Has Transformed the Hasidic Economy

Хотя Марго Франк вела дневник, пока скрывалась, только записи ее сестры пережили войну. С тех пор старшая сестра Анны Франк получила скромное отображение, обычно изображаясь на сцене и экране как скрытная, более послушная копия Анны. С публикацией двух новых фотографий Домом Анны Франк на этой неделе, в центре внимания оказалась сторона Марго, которую редко можно увидеть: спортсменка, от души смеющаяся со своими голландскими товарищами по команде во время тренировки.

На фотографиях, сделанных летом 1941 года, Марго со своей командой гребцов изображена на реке Амстел, от которой Амстердам и получил свое название. Новые фотографии Марго были подарены музею Паулем Менсингом, племянником тренера Марго по гребле, который сделал эти фотографии. Марго была членом «Общества поощрения водных видов спорта среди молодежи», а ее клуб возле моста Берлаге находился в нескольких минутах езды на велосипеде от квартиры Франков. Девочки посещали разные школы в одном и том же районе, и семья решила, что для Анны подходит школа системы Монтессори.

«Марго была красивой, яркой и спортивной девушкой», – говорит Терезиен да Силва, заведующая коллекциями в Доме Анны Франк. Музей опубликовал фотографии, чтобы отметить 94-й день рождения Марго, приходящийся на 16 февраля. «У нас уже было несколько фотографий Марго на лыжах, на коньках и на теннисном корте, и теперь у нас также есть фотографии Марго с ее гребным клубом», – сказала да Силва. «На этих новых фотографиях изображена веселая девушка, развлекающаяся вместе со своими товарищами по команде». На фотографиях Марго с ее товарищами по команде, она не тихоня, изображенная в адаптациях дневника Анны. Эта Марго – жизнерадостная, общительная молодая девушка, наслаждающаяся временем на реке с друзьями, несмотря на усиление антиеврейских законов. Фотографии были сделаны тренером Марго по гимнастике и гребле Русом ван Гелдером.

Команда включала евреек и неевреек, пока осенью 1941 года евреям не запретили заниматься водными видами спорта. Поскольку он был евреем, ван Гелдер больше не мог заниматься спортом, и, по данным музея, члены команды – неевреи «проявили солидарность», также покинув команду. Более двух лет Марго Франк, Анна и еще шесть человек прятались в задней части офисного здания ее отца Отто Франка. Из всей группы только Отто вернулся из нацистских лагерей, куда его отправили после их обнаружения и ареста в 1944 году. В 1957 году в бывшем убежище и прилегающих к нему зданиях открылся дом-музей Анны Франк.

На сцене, на экране или в комиксах, Марго Франк остается в тени истории своей сестры. Возможно, если бы дневник Марго также был спасен, две сестры Франк были бы одинаково известны. Хотя дневник Марго был потерян для истории, у нас сохранилось представление о ее стиле письма и внутренней борьбе из писем, которые она написала своей младшей сестре.

Весной 1944 года Анна и Петер ван Пелс начали проявлять друг к другу более чем мимолетный интерес. В дополнение к этим растущим отношениям, вызывающим напряженность между Анной и ее родителями, был также обмен письмами между Анной и Марго о том, что, как опасалась Анна, может стать любовным треугольником.

«Анна, вчера, когда я сказала, что не ревную к тебе, я не была полностью честна», – написала Марго в письме к Анна 20 марта. «Ситуация такова: я не ревную ни к тебе, ни к Петеру», – пишет Марго. «Мне просто жаль, что я не нашла никого, с кем бы могла поделиться своими мыслями и чувствами, и вряд ли смогу это сделать в ближайшем будущем. Но именно поэтому я от всего сердца желаю, чтобы вы оба могли доверять друг другу. Вы и так уже многое упускаете из виду, то, что другие люди принимают как должное». В своем ответе Марго Анна выразила облегчение, что Марго не чувствовала себя ущемленной. Она также объяснила, что ее отношения с Петером были не такими продвинутыми – или «доверительными», как казалось.

В ответ Марго говорила о Петере в следующем письме. В дополнение к тому, что она считала Петера «своего рода младшим братом», Марго обнаружила, что он не соответствует ее идеалам. «Мне бы хотелось, чтобы у меня было чувство, что парень понимает меня насквозь, даже если я мало что говорю», – писала Марго. «По этой причине это должен был быть кто-то, кто, как я чувствовала бы, был интеллектуально выше меня, а с Петером дело обстоит иначе. Но я могу представить, что ты чувствуешь рядом с ним». Когда Марго написала эти слова Анне, сестрам оставалось жить меньше года.

В августе 1944 года нацисты совершили налет на офисное здание и тайник, захватив восемь «беглых» евреев. Они также арестовали двух офисных работников – голландцев, которые помогали скрывавшимся с едой, лекарствами и постоянной защитой. После заключения в голландском транзитном лагере Вестерборк и Аушвице-Биркенау сестры Франк были переведены в Берген-Бельзен в Германии. Хотя он и не был лагерем смерти, условия в Берген-Бельзене были ужасными. Голодные, измученные и пораженные сыпным тифом, Марго и Анна Франк были среди тысяч заключенных, которые умерли в течение нескольких недель, предшествовавших освобождению лагеря в апреле 1945 года.

timesofisrael.com

Доктор Моше Кантор, президент Фонда Всемирного форума памяти Холокоста и Европейского еврейского конгресса (ЕЕК), 14 февраля встретился с папой Франциском в Ватикане. Они обсудили будущие Всемирные форумы памяти Холокоста и использование этого мероприятия в качестве платформы для обсуждения этических и моральных проблем, таких как рост экстремизма, беженцы, образование, глобальное неравенство и многое другое.

«Мы твердо верим в необходимость сосредоточить внимание на будущих Всемирных форумах памяти Холокоста для решения наиболее насущных моральных и этических проблем нашего времени и разработки лучших практик, которые могут помочь создать лучшее будущее для всего человечества», – заявил Кантор. Папа Франциск поддержал идею о том, чтобы будущие Всемирные форумы памяти Холокоста сосредоточились на таких вопросах, говорится в заявлении ЕЕК. Кантор также поблагодарил Папу за его приверженность сохранению памяти о Холокосте и борьбу с недавним ростом антисемитизма.

В прошлом месяце на мероприятии, организованном Центром Симона Визенталя, папа Франциск осудил возрождение антисемитизма во всем мире и сказал, что воспоминание о Холокосте жизненно важно для предотвращения повторения подобных злодеяний. «Если мы потеряем память, мы разрушим наше будущее», – сказал папа. «Пятый Всемирный форум памяти Холокоста может послужить важным примером того, как создать международную динамику по конкретному вопросу глобальной важности», – пояснил Кантор. «Мы надеемся, что единство и коллективный опыт, которые мы ощутили на Форуме, послужат источником вдохновения для мировых лидеров, чтобы они взялись за решение этих проблем на благо всего человечества», – добавил он.

Пятый Всемирный форум памяти Холокоста был проведен 23 января, и был приурочен к 75-летию освобождения концентрационного лагеря Аушвиц-Биркенау. Короли и принцы, президенты, премьер-министры и спикеры парламентов из почти 50 стран мира собрались в Иерусалиме на уникальное мероприятие под названием «Помнить о Холокосте, бороться с антисемитизмом».

«Это те люди, которые готовы непоколебимо взглянуть на болезненное прошлое, противостоять антисемитизму и расизму сегодня и посвятить себя образованию для будущего. Они найдут нам решительных союзников и преданных партнеров. Вместе мы проложим путь, превращающий память в обязательство», – сказал президент Реувен Ривлин об участниках Форума.

На встрече Кантор также наградил Папу «Золотым Видением» 2020 года, которым награждаются личности внесшие «выдающийся интеллектуальный вклад в более инклюзивный мир, где антисемитизм недопустим».

jpost.com

Польский музей, посвященный еврейской истории выбрал нового директора, положив конец спорам о его руководстве.

В Музее истории польских евреев POLIN в течение нескольких месяцев не было директора, так как министр культуры страны Петр Глиньский отказался вновь назначить Дариуша Столу, который руководил музеем с 2014 по 2019 годы. На этой неделе Стола согласился уйти со своего поста, чтобы обеспечить выход из тупиковой ситуации. Новым директором стал Зигмунт Стемпински, который был утвержден Глиньским и будет работать в течение трех лет. Степински ранее был и. о. директора, а до того был заместителем Столы.

Тупиковая ситуация восходит к середине прошлого года. В мае комитет по выборам директора рекомендовал оставить Столу директором, но в сентябре Глиньский заявил, что не будет повторно назначать Столу, потому что у него «очень агрессивный политический курс в музее». В 2018 году Музей POLIN организовал выставку об антисемитской кампании марта 1968 года, которая вынудила несколько тысяч евреев покинуть Польшу. На выставке также были показаны примеры современного антисемитизма, в том числе онлайн – публикации двух журналистов, работающих на государственном телевидении.

Петр Вислицки, председатель правления Еврейского исторического института Польши, не согласился с мнением Глиньского. «Я считаю эти заявления необоснованными, подрывающими авторитет музея», – сказал Вислицки в своем заявлении. Несколько частных доноров приостановили свои пожертвования из-за тупиковой ситуации в музее.

jta.org

В новом документальном фильме с участием экспертов по антисемитизму, а также бывшего президента Билла Клинтона исследуется антисемитизм в Соединенных Штатах и ​​некоторых странах Европы.

«Вирусный: антисемитизм в четырех мутациях», который должен быть выпущен в этом месяце, посвящен расстрелу в синагоге в Питтсбурге, бывшему лидеру лейбористов Джереми Корбину и скандалу с антисемитизмом в его британской политической партии, кампании премьер-министра Венгрии Виктора Орбана против либерального финансиста – еврея Джорджа Сороса и нападениям антисемитов во Франции. Режиссер Эндрю Голдберг заявил «Newsweek», что он считает, что антисемитизм растет из-за поляризованной политической среды, которая усиливается социальными сетями.

«Я вижу, что современное общество становится все более раздробленным и злым», – сказал он. «Всплески гнева находятся на самом высоком уровне. Я не думаю, что мы были бы на нынешнем уровне антисемитизма без «Фейсбука», «Твиттера» и «Инстаграма». Все эти сообщества дают людям чувство единства».

В документальном фильме рассказывается о Брэде Орсини, директоре по безопасности еврейской общины Питтсбурга, который проводил тренинг для общины «Древо жизни» или «Л’Симха» до расстрела, который произошел в октябре 2018 года. Вместе с Клинтоном в нем участвует историк Холокоста Дебора Липштадт, консервативный обозреватель Джордж Уилл и другие специалисты.

«В любой подобной группе, пропагандирующей расизм, любой религиозный фанатизм, любую паранойю, если вы будете делать это достаточно долго, в конце концов вы найдете кого-то достаточно сумасшедшего, чтобы делать то, что было сделано в Питтсбурге», – говорит Клинтон в отрывке из документального фильма, предоставленном «Newsweek».

jta.org

Директор Смитсоновского института Лонни Дж. Банч III и Барбара Киршенблатт-Гимблетт, профессор еврейских исследований, сыгравшая ведущую роль в открытии музея, посвященного истории польских евреев, являются одними из лауреатов престижной премии Дэна Дэвида 2020 года.

Банч и Киршенблатт-Гимблетт были удостоены премии за их вклад в области сохранения и возрождения культуры, объявили 12 февраля организаторы премии. Банч был назначен в ноябре 14-м директором Смитсоновского института, курируя 19 музеев, 21 библиотеку, Национальный зоопарк и различные исследовательские и образовательные центры. Он первый историк и первый афроамериканец, занявший эту должность. До вступления в должность Банч был директором – основателем Афро – американского исторического музея.

Киршенблатт-Гимблетт, почетный профессор еврейских исследований в Нью-Йоркском университете, руководила разработкой основной выставки в Музее истории польских евреев POLIN. Музей построен на месте бывшего Варшавского гетто.

Премией Дэна Дэвида размером в 1 миллион долларов ежегодно награждаются в трех номинациях: «Прошлое», «Настоящее» и «Будущее». Банч и Киршенблатт-Гимблетт поделят премию в номинации «Прошлое», защитница прав женщин на здоровье Дебора Диниз и ученая – феминистка Гита Сен — в номинации «Настоящее», а Демис Хассабис, основатель компании «DeepMind», занимающейся искусственным интеллектом, и Амнон Шашуа, основатель компании «Mobileye», которая разрабатывает технологии для автономных автомобилей — в номинации «Будущее».

dailyinterlake.com

Тель-Авив известен своей процветающей технологической сферой, привлекающей венчурных капиталистов и основателей стартапов к таким событиям, как «Cyber ​​Week», конференция по кибербезопасности и «Muni Expo», посвященная технологиям для «умных городов».

Десять лет назад книга – бестселлер «Нация стартапов» рассказала о быстро развивающемся высокотехнологичном секторе Израиля, и эта отрасль продолжает развиваться. Но эта среда остается довольно закрытой, сосредоточенной вокруг Тель-Авива и там в основном работают не ортодоксальные евреи. В настоящее время предпринимаются многообещающие усилия по расширению и диверсификации технологического сектора Израиля и открытию его для туристов. Все чаще у туристов появляются возможности познакомиться с городом с его предпринимательской стороны.

Новый музей, вдохновленный стартапами ресторан, бутик – туры и многочисленные формальные и неформальные мероприятия вокруг Тель-Авива и за его пределами — вот некоторые из способов, с помощью которых путешественники могут исследовать этот развивающийся технологический ландшафт. Тель-Авив раньше уже занимался технотуризмом, предлагая экскурсии по офисам стартапов и организуя постоянную выставку израильских инноваций в здании фондовой биржи. Но новые возможности побуждают путешественников глубже исследовать корни индустрии, а также пересмотреть ее место в израильской культуре.

«Все знают, что Израиль — это нация стартапов. Большинство людей, как израильтян, так и иностранцев, не обязательно знают, почему», – говорит Ярден Лил, заместитель генерального директора Центра мира и инноваций Переса где расположен Израильский инновационный центр, который открылся в феврале 2019 года. Отчасти музей, отчасти дань уважения бывшему президенту Шимону Пересу, новая площадка с видом на Средиземное море в районе Яффо делает идею «Нации стартапов» «чем-то осязаемым», сказала г-жа Лил. Например, интерактивная выставка голограмм позволяет посетителям пообщаться с израильскими новаторами, такими как изобретатель флэш – накопителя USB, Дов Моран, а на другой выставке демонстрируются израильские продукты, начиная от автономных транспортных средств и заканчивая космическим телескопом. А внутри туннеля виртуальной реальности под названием «Капсула» путешественники могут погрузиться в будущее, пытаясь решить надвигающиеся глобальные проблемы, такие как нехватка продовольствия, с помощью тех или иных технологий. Госпожа Лил надеется, что посетители уйдут с пониманием, что «в основе предпринимательства лежит вера в то, что «я могу изменить ситуацию»». Эта идея подчеркивается в документальном фильме о президенте Пересе, стороннике перемен и трансграничного обмена знаниями, который демонстрируется в копии его кабинета.

Центр также организовал семинары по предпринимательству для ультраортодоксальных евреек и совместно с Министерством иностранных дел Дании и палестинскими партнерами организовал инкубатор – акселератор для палестинских компаний на Западном берегу. «Президент Перес всегда говорил:« Почему бы нам не превратить нацию стартапов в регион стартапов», – подчеркнула г-жа Лил.

Другая организация, распространяющая предпринимательскую энергию за пределы Тель-Авива, – «Start-Up Nation Central». Занимая современное здание на улице Лилиенбаум, недалеко от технологически-ориентированного бульвара Ротшильдов, некоммерческая организация сводит молодые компании со всего Израиля с источниками финансирования, а также предлагает помещения для конференций и профессиональных семинаров. В ноябре 2018 года организация открыла рядом со своими офисами ресторан L28. Каждые полгода новый шеф – повар – предприниматель будет работать в закусочной и экспериментировать с израильской кухней. В настоящее время у руля ресторана стоит израильский шеф – повар – друз Наифа Мулла, создавая современные вариации традиционных друзских блюд, которые сочетают арабские и ближневосточные элементы, такие как «Шиш барак», суп на основе йогурта с пельменями из рыбы – барабанщика, а не традиционной говядины или баранины – и хрустящие кальмары.

Кроме того, новое предприятие ACT («Искусство, кулинария и технологии»), по словам его соучредителя Кармит Орон, стремится стать эпицентром растущего сектора пищевых технологий в Израиле, предлагая рекомендации для стартапов и «лабораторию для шеф-поваров», проводя мероприятия, начиная от обедов до бесед о женщинах в сельском хозяйстве и пищевых технологиях.

nytimes.com

Чиновники Музея опыта евреев – южан (MSJE) объявили, что новый музей откроется осенью 2020 года в Новом Орлеане. Его экспозиция, охватывающая 13 штатов и более чем 300-летнюю историю, включая колониальный период, гражданскую войну, Вторую Мировую Войну и движение за гражданские права, расскажет о влияния евреев на жизнь американского Юга и их влияние на самобытное культурное наследие городов, где они жили.

«Это будет единственный музей в стране, посвященный исключительно истории и культуре евреев на Юге», – сказал председатель музея Джей Таненбаум. Мультимедийные выставки продемонстрируют, как еврейские иммигранты и последующие поколения адаптировались к жизни на Юге, создавая узы глубокой дружбы и общности со своими нееврейскими соседями. В музее также будут рассмотрены вопросы расизма и антисемитизма, а также способы, которыми евреи Юга преодолевали такие проблемы в разное время. «Евреи Юга чаще были частью обществ своих городов, чем отдельно от них», – говорит исполнительный директор музея Кеннет Хоффман. «Это контрастирует с американскими городами, бывшими центрами иммиграции, где евреи формировали более замкнутые анклавы. Вклад, который они внесли, и признание, которое они получили, свидетельствуют о чем-то уникальном в сердце южан».

Новый Орлеан был выбран в качестве дома музея с учетом оживленной туристической экономики города, долгой еврейской истории и исторических связей с более широким южным регионом. MSJE будет расположен в популярном «Музейном районе» города, рядом с Национальным музеем Второй мировой войны, Музеем южного искусства Огдена и Центром современного искусства, исторической линией трамвая по Сент-Чарльз-Авеню, а также пешеходной дорожкой между музеями и реконструируемой улицей Орета-Касл-Хейли.

Коллекция музея, насчитывающая более 7 000 экспонатов, была передана из оригинального Музея опыта евреев – южан, созданного в 1986 году в центре Джейкобс-кэмп в Утике, штат Миссисипи, и закрытого в 2012 году. MSJE работает с «Gallagher & Associates», всемирно известной фирмой, занимающейся планированием и дизайном музеев, которая отвечает за выдающиеся достижения во многих международных проектах, в том числе в Национальном музее истории американских евреев в Филадельфии, в Зале славы Национального футбольного колледжа в Атланте и  Сазерак-хаус и Национальный музей Второй мировой войны в Новом Орлеане. Ожидается, что музей привлечет широкий круг посетителей.

«Вам не обязательно быть евреем, и вам не нужно быть южанином», – сказал Хоффман. «Мы надеемся, что посетители уйдут с пониманием того, что значит быть евреем, что значит быть южанином и, в конечном счете, что значит быть американцем». Сотрудники музея призывают общественность рассмотреть возможность пожертвования соответствующих артефактов в коллекцию. Кураторов особенно интересуют предметы из ранней еврейской истории (1800-е годы), предметы, связанные с историями женщин и цветных людей, а также любые предметы, имеющие сильную связь с личной историей жизни евреев – южан.

Руководство «французского «Оскара»» 13 февраля в массовом порядке ушло в отставку после нескольких недель споров вокруг режиссера Романа Полански, чей последний фильм «Офицер и шпион» набрал наибольшее число номинаций перед церемонией награждения 2020 года.

Событие произошло всего за две недели до вручения премии «Сезар», французского эквивалента «Оскара», на которую фильм Полански об Альфреде Дрейфусе, французском офицере – еврее, несправедливо обвиненном в шпионаже в пользу Германии в 1890-х годах, был выдвинут в 12 номинациях. «Чтобы почтить тех, кто снимал фильмы в 2019 году, чтобы восстановить спокойствие и сделать кинофестиваль праздником, совет директоров киноакадемии принял единогласное решение уйти в отставку», – говорится в заявлении французской киноакадемии.

Феминистские организации осудили выдвижение фильма на премию и призвали к бойкоту фильма. Десятки деятелей киноиндустрии, включая актера «X-Men» Омара Си и Беренис Бежо из фильма 2011 года «Художник», осудили «непрозрачность» академии в открытом письме.

Полански выпустил свой новый фильм во Франции в прошлом году, всего через несколько дней после того, как французская актриса обвинила его в изнасиловании в 1975 году, когда ей было 18 лет, во время когда она ездила кататься на лыжах в Гштаад, Швейцария. 86-летний Полански отверг обвинение. Французско-польский режиссер бежал из США после того, как в 1977 году признал себя виновным в незаконном сексе с 13-летней девочкой в ​​Лос-Анджелесе. Обвинения в адрес Полански предшествовали скандалу с сексуальными домогательствами, в который был вовлечен голливудский кинопродюсер Харви Вайнштейн в 2017 году.

Но история Полански вновь привлекла внимание, когда в ответ на обвинения против Вайнштейна, которого судят за изнасилование и сексуальное насилие в Нью-Йорке, выросло движение «MeToo» против сексуального насилия и домогательств. Полански был исключен из Академии кинематографических искусств и наук в 2018 году.

theguardian.com

Когда-то Испания была домом для одной из крупнейших еврейских общин в мире, в которой жили и процветали сотни тысяч евреев. Изгнание 1492 года поставило их перед выбором: бросить все и бежать или обратиться в католицизм, положив конец векам процветающей еврейской жизни.

Эта богатая и трагическая история скоро будет представлена ​​в новом еврейском музее в Мадриде, который откроется через два года. Мэр Хосе Луис Мартинес-Алмейда объявил 7 февраля, что муниципалитет подписал соглашение с фондом «Hispanojudía», о предоставлении ему в пользование здания в центре города на 50 лет для создания Еврейского музея. Здание площадью более 3000 квадратных метров, ранее было занято активистами, известными как «La ingobernable» («Неуправляемые»), которые были выселены в ноябре.

В заявлении, видеозапись которого была размещена в его аккаунте в «Твиттере», мэр указал, что он считает важным, что здание будет занято культурным проектом, и что решение было особенно значимым, потому что «Мадрид является единственной великой европейской столицей, которая в настоящее время не имеет еврейского музея», а также с учетом исторических связей между страной, ее еврейской историей и общиной. Он также сказал, что муниципалитет не предоставит никаких средств для строительства музея, и его будет оплачивать фонд «Hispanojudía». Проект и конкретные сроки создания музея пока не представлены, сообщает испанская газета «El Pais», но Фонд собирается обсудить его с властями Мадрида в ближайшие месяцы.

В статье добавлено, что целью музея является освещение «3000 лет еврейской истории и еврейского вклада в Испанию и мир». В последние несколько десятилетий еврейская жизнь в Испании переживает возрождение. По данным Европейского еврейского конгресса, сегодня в стране проживает около 45000 евреев, в основном в Мадриде (20000) и Барселоне (15000).

jpost.com

Еврейский молитвенник 15-го века, известный как «Махзор Московицов», был отреставрирован Национальной библиотекой Израиля и теперь впервые доступен в электронном виде в Интернете.

Реставрация 376 страниц заняла несколько месяцев из-за сложной процедуры и его хрупкого состояния; в течение предыдущих столетий попытки укрепить переплет затрудняли его открытие без причинения ущерба. Внутри переплета были найдены несколько текстов на латыни, свидетельствующие о некоторых попытках укрепить обложку. Многие из иллюстраций рукописи также со временем исчезли.

Молитвенник датируется 15-м веком и был написан Йоэлем бен Симеоном, еврейским писцом и просветителем 15-го века, работавшим в Германии и Северной Италии, и наиболее известен сегодня по рукописи «Вашингтонская Агада». Он включает в себя молитвы в соответствии с традиционными обычаями евреев на весь еврейский год, включая молитвы в будние дни, шаббат, праздники, чтения Торы, пасхальную Агаду, Пиркей Авот («Заветы отцов») с комментариями Маймонида, различные благословения и решения, связанные с еврейским законодательством. Он также содержит много пиютов (еврейская литургическая поэзия), и слихот (еврейские покаянные молитвы.)

Рукопись считается особенной из-за множества потрясающих иллюстраций и украшений. К ним относятся изображения кроликов, медведей, рыб, белок и птиц, а также мифических существ, таких как единороги, и разнообразные религиозные и астрологические символы. Доктор Йоэль Финкельман, куратор коллекции Хаима и Ханны Соломон в Национальной библиотеке Израиля, сказал, что «в течение долгого времени мы, к сожалению, не могли предложить физический доступ к одной из самых важных и красивых рукописей в нашей коллекции из-за ее хрупкого состояния. Теперь, благодаря замечательной работе, проделанной командой в нашей Лаборатории консервации и реставрации, рукопись была восстановлена ​​и отсканирована, впервые открывая миру доступ к ней».

«Махзор Московицоов» был передан в дар Национальной библиотеке Израиля в 1970 году Генри и Розой Московиц из Нью-Йорка в память о родителях Генри, его первой жене, дочери и других родственниках, убитых во время Холокоста. Отреставрированная версия «Махзора Московицов» теперь доступна для просмотра онлайн в Национальной библиотеке Израиля.

jpost.com