Знаменитый сериал окутал зрителей атмосферой Нью-Йорка конца 1950-х - начала 1960-х годов — тем миром, в котором «юмор» означал еврейский юмор, а «культура» — еврейскую культуру. Но теперь, когда сериал подходит к концу, его еврейское наследие вызывает споры: показал ли он по-новому евреев на современном мейнстримном телевидении? Или это принесло больше вреда, чем пользы, усилив десятилетиями бытовавшие комедийные стереотипы?

Марту и Еву поместили в блок с близнецами и карликами, многие из которых были лично отобраны Менгеле для садистских и часто смертельных исследований. Марта и Ева подверглись медицинским экспериментам, хотя не знали, каким именно. Когда сестры выросли, они ничего не рассказывали родителям о своем опыте в Аушвице. «У нас не хватило бы духу рассказать им такое», — замечала она.