Бывший сотрудник ШАБАК Ади Ротем подтвердил, что в 2024 году именно он вел прямые секретные переговоры с высокопоставленным представителем ХАМАС Гази Хамадом. По его словам, этот канал был открыт с одобрения политического руководства Израиля после того, как стало ясно, что переговоры через посредников зашли в тупик. Об этом сообщает “The Times of Israel”.

Ротем рассказал 12-му каналу, что идея обратиться непосредственно к Хамаду принадлежала ему самому. Он считал Хамада подходящим собеседником, поскольку тот участвовал еще в переговорах по сделке об освобождении Гилада Шалита в 2011 году и имел доступ к высшему руководству ХАМАС.

«Я понимал, что если и существует адрес, то это он. Гази Хамад был нам знаком по прошлому. Он был достаточно высокопоставленным и достаточно хитрым, имел доступ ко всему руководству ХАМАС. Я, конечно, не питал иллюзий на его счет, но было ощущение, что с ним можно попытаться вести такой разговор», — сказал Ротем.

По его словам, он предложил открыть канал тогдашнему главе ШАБАК Ронену Бару, после чего были получены необходимые разрешения от политического руководства. Ранее сообщалось, что контакты были санкционированы премьер-министром Биньямином Нетаньяху, военным кабинетом и кабинетом безопасности.

В тот момент официальная израильская переговорная группа публично вела непрямые переговоры с ХАМАСом через США, Египет и Катар.

Ротем объяснил, что решение искать прямой канал созрело летом 2024 года, когда переговоры через посредников постоянно возвращались к исходной точке. Особенно резко он высказался о роли Катара.

По словам Ротема, Доха фактически занимала ту же позицию, что и ХАМАС. Он утверждает, что после срыва сделки в декабре 2023 года Катар воспроизводил аргументы террористической организации, в том числе заявления о том, что некоторых женщин-заложниц невозможно найти или что они якобы являлись военнослужащими.

«Катар наносит стратегический ущерб Государству Израиль», — заявил Ротем. По его словам, «в конечном счете это государство “Братьев-мусульман”», и надежды на то, что Доха будет эффективным нейтральным посредником, были ошибочными.

Переломным моментом стали убийства шести заложников в августе 2024 года — Херша Голдберг-Полина, Ори Данино, Эден Йерушалми, Альмога Саруси, Александра Лобанова и Кармель Гат.

«Это стало последней каплей. Все восприняли это очень тяжело, и стало ясно, что нужно попробовать другой подход», — сказал Ротем.

Переговоры с Хамадом проходили в основном по телефону, иногда поздно ночью, и, по словам Ротема, были «очень эмоциональными, тяжелыми и сложными».

«Одной из первых задач было создать доверие. Это не значит, что мы перестали быть врагами. Мы знали, говорили и прямо обсуждали, что мы враги во время войны», — рассказал он.

Ротем вспоминает, что говорил Хамаду буквально следующее: «Мы враги во время войны. Мы продолжим сражаться. Но одновременно у нас есть функциональная задача — сейчас мы решаем переговорную проблему. И мы останемся заклятыми врагами за минуту до разговора и через минуту после него».

После каждого разговора он докладывал о его содержании узкому кругу людей, включая Ронена Бара.

По словам Ротема, беседы велись только один на один с Хамадом. Стороны заранее договорились, что другие участники к звонкам подключаться не будут. Значительная часть обсуждений касалась того, какие палестинские заключенные могут быть включены в обмен на израильских заложников.

На вопрос, просил ли Хамад гарантий, что Израиль не ликвидирует его во время переговоров, Ротем ответил, что этот вопрос явно висел в воздухе. Переговоры продолжались и в октябре 2024 года, когда израильские силы ликвидировали Яхью Синвара.

Ротем подчеркнул, что сам факт прямого разговора с террористической организацией не означал ее признания.

«С чисто профессиональной точки зрения я считаю, что разговаривать с ХАМАСом было правильно, и хорошо, что политическое руководство это одобрило. Сам факт того, что вы разговариваете с врагом, не означает, что вы придаете ему легитимность. Иногда приходится вести переговоры с террористом, с врагом, чтобы вытащить человека», — сказал он.

По данным издания, тайный канал 2024 года впоследствии помог подготовить соглашение января 2025 года, в рамках которого ХАМАС освободил десятки живых и погибших заложников в обмен на увеличение гуманитарной помощи Газе и освобождение более тысячи палестинских заключенных. Ротем отметил, что был крайне удивлен решением военной цензуры разрешить публикацию информации об этих переговорах после того, как она несколько месяцев оставалась под запретом.