Катар категорически отверг утверждения о том, что многолетняя финансовая помощь сектору Газа способствовала наращиванию военного потенциала ХАМАС перед нападением 7 октября 2023 года. В Дохе заявили, что деньги предназначались мирному населению и поступали в Газу с ведома и под контролем Израиля, а потому, если часть средств все же оказалась у ХАМАСа, ответственность за это лежит не на Катаре. Заявление стало ответом на расследование “The New Yorker”.

Катарские выплаты начались в 2018 году с одобрения правительства Биньямина Нетаньяху. Ежемесячно в Газу направлялось до 30 миллионов долларов. Нетаньяху публично объяснял эту политику необходимостью предотвращения гуманитарного кризиса и сохранения спокойствия на границе.

“The New Yorker”, ссылаясь на захваченные Израилем документы ХАМАС, утверждает, что руководство террористической организации рассматривало катарские деньги как критически важный источник финансирования. Согласно одному из документов, в 2019 году один из руководителей ХАМАС сообщил министру иностранных дел Катара, что катарский грант — главная артерия движения ХАМАС. Существование документа с такой формулировкой ранее также сообщалось израильскими СМИ.

“The New Yorker” связывает катарские денежные потоки с возможностями, которыми ХАМАС располагал к 7 октября: разветвленной системой туннелей с вентиляцией, средствами связи и наблюдения, противотанковым вооружением и другим военным оборудованием. Это вывод расследования издания; Катар его категорически отвергает.

Международное информационное бюро Катара назвало опубликованные сведения «сфальсифицированными и выдуманными» и частью более широкой кампании против эмирата. В Дохе утверждают, что вся помощь предназначалась палестинскому гражданскому населению и распределялась посредством механизмов, согласованных с Израилем и международными партнерами.

«Вся финансовая помощь, а также продовольствие, лекарства, топливо и другие предметы первой необходимости проходили через Израиль перед поступлением в сектор Газа. Ничто из этой помощи не допускалось в Газу без участия израильских властей на различных этапах процесса», — говорится в заявлении Катара.

Доха подчеркнула, что этот механизм действовал при нескольких израильских правительствах — во время премьерства Биньямина Нетаньяху, Нафтали Беннета и Яира Лапида — и при участии израильских служб безопасности.

«Если какие-либо средства попали к ХАМАС, это не имеет отношения к Катару. Ответственность фактически лежала бы на Израиле, который контролировал их доставку», — заявили катарские власти.

Дополнительные вопросы вызвало опубликованное одновременно расследование Yedioth Ahronoth. По данным газеты, израильская разведка и Египет еще до 7 октября располагали оценками, согласно которым катарские средства могли обеспечивать до половины бюджета военного крыла ХАМАС. Издание утверждает, что Нетаньяху неоднократно получал соответствующую информацию. Канцелярия премьер-министра назвала публикацию «набором давно опровергнутой лжи» и заявила, что израильские руководители служб безопасности поддерживали катарские выплаты как гуманитарный механизм, который должен был способствовать сохранению спокойствия в Газе.

Спор о катарском финансировании вновь обострился на фоне продолжающегося в Израиле расследования так называемого «Катаргейта» — подозрений в том, что люди из ближайшего окружения Нетаньяху могли одновременно работать на улучшение имиджа Катара в Израиле. Именно этому делу посвящена значительная часть расследования “The New Yorker”.