Спустя более двух лет после нападения 7 октября военная цензура разрешила к публикации информацию о том, что сигналом к началу атаки ХАМАСа стала последовательность эмодзи. По оценкам израильских служб безопасности, этот «эмодзи-код» использовался как команда для бойцов элитного подразделения «Нухба» активировать израильские SIM-карты перед вторжением.

В 21:00 6 октября в секторе Газа были активированы десятки SIM-карт, часть из которых — израильские. Служба общей безопасности (ШАБАК) зафиксировала эту активность и уведомила военную разведку, которая, в свою очередь, проинформировала Южный военный округ. Обсуждение среди представителей разведсообщества продолжалось до 23:30. Тогда было отмечено, что подобная активность в Газе фиксируется каждые несколько недель и может быть рутинной.

Позднее поступили дополнительные сигналы о «движениях» внутри ХАМАСа. Военная разведка дала успокаивающее объяснение: якобы группировка опасается израильской ликвидации на фоне утечки из заседания кабинета министров несколькими днями ранее. Также выдвигалась версия, что силы «Нухба» просто проводят обычные мероприятия.

Около полуночи были зафиксированы новые признаки нестандартной активности. Позже впервые той ночью была отмечена локальная аномалия в ракетных подразделениях ХАМАСа. Как выяснилось впоследствии, командиры первых ударных групп «Нухба» уже находились в укрытиях вблизи границы.

В результате были приняты три решения: попросить ВВС сократить время готовности и усилить развертывание батарей «Железный купол» на юге; вернуть из домов некоторых командиров (но не командиров батальонов, находившихся в отпуске); а также усилить воздушную разведку к утру, задействовав два беспилотника.

В 3:00 ВВС получили соответствующие запросы и начали подготовку к переброске разведывательно-ударного беспилотника к 6:00. По просьбе Южного округа ударный вертолет был передислоцирован с базы Рамат-Давид на авиабазу Рамон, расположенную примерно в 20 минутах полёта от Газы. Старшие офицеры военной разведки, включая главу аналитического управления, были уведомлены. Консенсус заключался в том, что информации недостаточно для объявления даже минимального уровня тревоги, однако следует повысить готовность и, возможно, немного усилить силы.

В 4:00 резюме оценки ситуации было отправлено по списку рассылки на служебные телефоны военных секретарей премьер-министра и министра обороны. Однако Биньямин Нетаньяху и Йоав Галант разбужены не были. В армии также не проверили, было ли сообщение получено и прочитано.

В 4:00 единственный дежурный беспилотник над Газой по запросу Южного округа впервые за ночь активировал камеру. Тем не менее никто в армии не зафиксировал и не услышал подготовку тысяч террористов, которые уже оснащались и готовились к координированной атаке в 117 точках прорыва вдоль границы. Среди причин позднее было названо то, что подразделение 8200 ранее прекратило прослушивание и мониторинг полевых оперативников ХАМАСа.

Через несколько минут командующий Южным округом генерал-майор Ярон Финкельман покинул свой дом в Йесуд ха-Маала на севере страны, чтобы руководить ситуацией из штаба в Беэр-Шеве.

В 4:30 состоялся ещё один разговор между начальником Генштаба генерал-лейтенантом Герци Халеви и Финкельманом. По данным расследования, Халеви сказал: «Нет ничего однозначного, возможно всё», упомянув, в том числе сценарий морского десанта, и распорядился подготовить силы к быстрой реакции. Однако фактического решения о повышении уровня тревоги принято не было. Глава оперативного управления генерал-майор Одед Басюк был уведомлен о том, что ШАБАК направляет на границу с Газой спецгруппу «Текила».

Впоследствии стало ясно, что последовательность эмодзи стала ключевым элементом координации атаки, позволив бойцам ХАМАСа синхронизировать действия перед самым масштабным нападением на Израиль за десятилетия.