Новости

Пережившая Холокост Шарлотта Кноблох ведет евреев Германии в неопределенное будущее

14 января, 14:30 Германия
Поделиться

Прогуливаясь вместе с двумя молодыми людьми вокруг главной синагоги Мюнхена, Шарлотта Кноблох выглядит как еврейская бабушка, наслаждающаяся прогулкой со своими внуками, пишет журналист JTA Кнаан Липшиц.

89-летняя Кноблох, президент еврейской общины Мюнхена и Верхней Баварии и, вероятно, единственная пережившая Холокост, возглавляющая сегодня большую еврейскую общину, действительно является бабушкой семерых детей. Но эти мужчины ей не родственники. Это офицеры полиции, которые были назначены ей много лет назад для охраны в связи с угрозами жизни Кноблох со стороны неонацистов. История жизни одной из самых известных фигур немецкого еврейства, живущих сегодня в Германии, связана с невероятным возрождением немецкого еврейства после Холокоста и растущей неуверенностью в его будущем. Она рассказала об обоих нарративах — личном и общественном — в своем прямом и откровенном стиле во время интервью JTA холодным утром в прошлом месяце возле своего офиса, который был закрыт для посетителей из-за мер по борьбе с Covid-19.

«Это время, в которое мы живем», — заявила Кноблох. «Антисемитизм всегда существовал в Германии и за ее пределами. Он просто отошел на задний план после Второй мировой войны и недавно вновь появился, ожесточенный и безобразный. Вот почему мне нужна защита полиции». Кноблох также является мишенью для угроз из-за ее склонности выступать против растущего ультраправого движения в Германии, включая партию «Альтернатива для Германии» или AfD. Созданная в 2013 году, она с тех пор удвоила свое членство до 32000 человек и набрала 10% голосов на федеральных выборах 2021 года. Дочь юриста, которая когда-то была депутатом Федерального собрания Германии — специальной палаты, члены которой избирают президента, — Кноблох в 2019 году выделила AfD в речи во время Дня памяти жертв Холокоста в баварском ландтаге. Ее выступление, ставшее нарушением неписаного правила, запрещающего привнесение политики в такие события — особенно представителями беспартийных еврейских общин — побудило фракцию AfD покинуть парламент в знак протеста, что газета «Süddeutsche Zeitung» назвала «скандалом». «Так называемая «Альтернатива для Германии» основывает свою политику на ненависти и исключении», — заявила она в своем выступлении о партии, которая стремится ограничить иммиграцию в Германию и чьи сторонники и лидеры преуменьшают значение Холокоста.

Ее речь вызвала поток писем с ненавистью и угрозами в ее адрес. Но проблема лежит глубже, чем какая-либо конкретная партия, заметила Кноблох. «Да, это необходимо», — говорит она об охранниках. «Когда я иду по улице, многие люди, которые узнают меня, приветствуют меня или улыбаются. Но есть и другие, которые смотрят, и вы видите, о чем они думают. Беспокоит то, что один из них может решить сделать больше, чем просто смотреть». В 2019 году ультраправый вооруженный террорист попытался ворваться в переполненную синагогу в Галле, городе примерно в 80 милях к юго-западу от Берлина. Не сумев войти в синагогу, он убил двух человек, посетителя кебабной и женщину на улице.

Почти половина из 522 антисемитских инцидентов, зарегистрированных мониторинговой организацией RIAS в первой половине 2021 года, произошла в мае, когда Израиль воевал с ХАМАСом в Газе. Есть также позитивные события, связанные с немецким еврейством, отметила Кноблох: правительство в этом году отмечает 1700-летие документально подтвержденного еврейского присутствия в Германии в рамках ряда мероприятий и проектов. Участники – евреи возвращаются на ежегодный кельнский карнавал впервые после того, как нацисты запретили евреям посещать его. В этом году состоялось назначение первого еврейского капеллана в немецкой армии за последние десятилетия, а еврейские темы стали массовыми в основных развлекательных программах в Германии.

Кноблох широко известна тем, что возглавила еврейское возрождение в своем родном Мюнхене. Она была движущей силой открытия в 2006 году еврейского общинного центра и синагоги стоимостью 51 миллион долларов. Она начала заниматься этим проектом после того, как возглавила общинные усилия по приему тысяч еврейских иммигрантов из бывшего Советского Союза. Талантливый администратор с обширными связями в правительстве, СМИ и за его пределами, Кноблох является мюнхенской «железной леди», заявил генеральный директор Конференции европейских раввинов Гади Гронич. «Вы видели это во время эпидемии Covid-19», — заметил он. «В то время, когда в Мюнхене был один централизованный пункт вакцинации, Шарлотта добилась от отдела здравоохранения включения еврейской общины в программу и, в частности, позаботилась о том, чтобы оставшиеся в живых жертвы Холокоста получили свои прививки как можно быстрее. После этого прививки для представителей всех возрастных групп продолжались до лета». Кноблох назвала это «вопросом нескольких телефонных звонков». Что сделало ее счастливой, заметила она, «это то, что у нас была эта возможность».

Она указала на общинный центр и соседнюю синагогу, внушительное здание и комплекс, возвышающийся над расположенной в центре Санкт-Якобс-плац. «Это дает нам место на карте. И это вызывает у меня восторг каждый раз, когда я вижу это, а это несколько раз в день». По данным Института исследований еврейской политики, то, что она пережила Холокост, мало влияет на ее политику в качестве лидера еврейской общины Мюнхена, которая является второй по величине в Германии с 9500 членами. «Это дает мне определенное представление о том, насколько все это ценно», — заявила она. «И как близко мы подошли к тому, чтобы вообще ничего не иметь». Но, по словам Кноблох, бывшего президента Центрального совета евреев в Германии, главной представительной организации еврейских общин в стране, будущее немецкого еврейства в целом кажется неопределенным. «Нам нужно держаться и надеяться на лучшие дни», — подчеркнула она. «Они придут нескоро. Уж точно не при моей жизни. Может быть, они вообще не придут. Но надо надеяться». Кноблох кое-что знает о надежде на лучшее в отчаянных обстоятельствах.

В 1942 году, когда ей было 10 лет, ее отец, Фриц Нойланд, устроил ей побег в семью католички Крезентии Хаммель, жившей в маленьком городке. Местные жители предположили, что Кноблох была незаконнорожденной дочерью Хаммель — позор, которому женщина подверглась, чтобы спасти жизнь Кноблох. «Я была одна, но никогда не забывала, кто я такая, о своей еврейской идентичности», — рассказала она о трех годах, проведенных с Хаммель. Религиозные проблемы обострили отношения между отцом Шарлотты и его семьей, рассказала Кноблох в апрельском интервью радиостанции WDR. В конце концов ее мать бросила мужа и маленькую дочь в трудную минуту. Это повлияло на Кноблох на всю оставшуюся жизнь, подчеркнула она WDR. «Нет, такого, естественно, простить нельзя», – заявила Кноблох.

Кноблох сильно привязалась к своей бабушке по отцовской линии, Альбертине Нойланд, которая научила ее принципам иудаизма и послужила ей первым образцом для подражания среди женщин. «Она была чрезвычайно религиозной женщиной. Она любила религию и практиковала ее в полной мере», — заметила Кноблох WDR. «И это глубокое благочестие не мешало ей посвятить себя жизни и наслаждаться ею». Но за несколько недель до того, как Кноблох укрылась у Хаммель, ее бабушку депортировали в концлагерь Терезиенштадт, из которого она так и не вернулась. Кноблох и ее отец, также переживший Холокост, после войны вернулись в Мюнхен. В городе, еврейское население которого в 1933 году насчитывало 10000 человек, почти не было евреев.

В 1940-х годах некогда огромная мюнхенская еврейская община «была разгромлена, а ее немногих выживших преследовали воспоминания об испытаниях, которые они пережили», — вспоминала Кноблох в интервью JTA. «Были люди, которые вообще не понимали, что выжили, и даже сожалели об этом», — рассказала она WDR. «То, что их детей, их родителей убили, а они выжили — они с трудом простили себе это». Но среди выживших также было желание «праздновать жизнь, праздновать выживание», — заявила Кноблох в интервью WDR, добавив, что теперь она находит это «почти невероятным». Именно на одном из таких праздников в 1948 году, Пуриме для еврейских подростков, Кноблох, которой тогда было 15 лет, познакомилась со своим будущим мужем. Самуэль Кноблох, беженец из Польши, вся семья которого была убита, планировал эмигрировать в Австралию. Во время ее свадьбы в 1951 году ее отец, который был непреклонен в своем отказе либо покинуть Германию, либо отпустить свою дочь, наконец дал им свое благословение во время эмоциональной прощальной речи, пожелав молодоженам удачи и заставив многих гостей прослезиться. «Он был в ярости и много раз заранее умолял меня остаться, но тогда это меня не впечатлило», — рассказала она о позиции своего отца. «Мне было грустно, но я просто хотела уехать из страны».

Пара решила переехать в США вместо Австралии. Шарлотта, чей отец был юристом, интеллектуалом и любителем изобразительного искусства, выучилась на портниху, чтобы повысить свои шансы на получение визы и работу в Штатах. Для пары были подготовлены рабочие места в Сент-Луисе, штат Миссури, через HIAS, службу помощи еврейским иммигрантам. «Но потом у нас родился ребенок. А потом еще один ребенок. А потом еще один ребенок», — рассказала она JTA. Ее муж умер в 1990 году. Она не жалеет, что осталась в Мюнхене. «Быть частью чего-то подобного, восстанавливать еврейскую жизнь в Германии после такой трагедии, я очень благодарна, что смогла сыграть роль в чем-то историческом», — заметила она.

Кноблох, которая росла с небольшим выражением привязанности со стороны родителей, посвятила себя воспитанию детей, став матерью «на полную ставку». (Она часто говорит, что воспитание детей — слишком важная задача, чтобы делегировать ее незнакомцам.) Но, когда ее дети подросли, Кноблох посвятила себя еврейской общинной жизни. Ее избрали главой общины в 1985 году. Когда распался Советский Союз, ее основным занятием стала забота о переселенцах. Трое ее детей подарили ей семерых внуков и пятерых правнуков. Никто з них не живет в Мюнхене, большинство живет за границей, включая Израиль и Великобританию. «Они приезжают на праздники, и это очень приятно. И это, — сказала она, указывая на еврейский общинный центр, где находится ее офис, — это моя жизнь».

 

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Выбор редакции