Новости

Новая книга рассказывает о забытой войне разведок, которая удержала нацистов от захвата Святой земли

8 апреля, 16:00 История
Поделиться

Если бы не Б‑жья милость и несколько польских и британских гениев, нацисты победили бы союзников в Египте, вторглись в тогдашнюю Палестину, исключили бы любую возможность возникновения Государства Израиль и уничтожили сотни тысяч евреев, живших в Северной Африке и на Ближнем Востоке, пишет The Times of Israel.

Это один из главных выводов новой книги американо‑израильского журналиста и историка Гершома Горенберга о битве за Северную Африку во время Второй мировой войны под названием «Война теней: взломщики шифров, шпионы и секретная борьба за изгнание нацистов с Ближнего Востока». Книга в некоторой степени ставит под сомнение важность так называемой Еврейской бригады — британской части, состоявшей из палестинских евреев, и таких фигур, как Ицхак Рабин и Моше Даян, в защите Святой земли во время войны, в тот период, который стал важным в создании мифа о том, что Израиль «сделал это самостоятельно». «Мне стало ясно, когда я работал над материалом, — и это противоречит мифу, который мы в Израиле развили для себя за последние 70 лет, — что причина, по которой Палестина, Земля Израиля, стала убежищем для евреев во время Второй мировой войны, — фактическая причина, по которой они не подверглись геноциду, — заключалась в том, что британцы провели черту на песке в Эль‑Аламейне. Мы, евреи, сыграли в этом лишь очень маленькую роль», — заявил Горенберг накануне выхода книги.

«Желание евреев защитить себя во время Второй мировой войны сыграло решающую роль в формировании идеологии Израиля и израильских вооруженных сил в дальнейшем. В реальных же событиях евреев Земли Израиля (Палестины) спасла от нацистов армия, состоявшая из солдат Великобритании, Южной Африки, Новой Зеландии, Австралии, Индии и полдюжины других стран. И они не защищали Палестину, не защищали евреев, они защищали Британскую империю», — отмечает он. Книга полна анекдотов и сочных деталей: структура стены, цвет чернил, использованных в записке, какие ночные клубы Каира предпочитали нацистские шпионы… Это повествование о битве в Средиземном море с 1939 по 1942 год, проливающее свет на забытую часть войны. В популярной культуре большинство фильмов, телесериалов и книг о Второй мировой войне посвящено европейским и тихоокеанским событиям. Заметное исключение — фильм «Паттон» об одноименном генерале (вышел на экраны более 50 лет назад.)

«Когда я приступил к работе над книгой, я осознал, насколько война в Северной Африке ускользнула от внимания англоязычных и особенно американских читателей», — отмечает Горенберг. Журналист The Times of Israel в процессе беседы со стыдом признал, что лишь смутно помнил слова «Эрвин Роммель» и «Эль‑Аламейн» из школьного урока истории, но не имел реального представления о том, что там происходило, до того как прочитал эту книгу. «Война теней» знаменует собой значительный отход от предыдущих работ Горенберга, которые были сосредоточены на современной истории Израиля, в частности периоде после Шестидневной войны 1967 года.

«Я хотел сделать что‑то новое. В последних двух моих книгах очень много говорилось о поселениях, оккупированных территориях, внутренней политике Израиля. И чтобы проявить творческий подход, мне понадобился новый вызов. Я хотел чего‑то, чтобы многому научиться, — рассказывает Горенберг. — В результате я влюбился в архивные исследования». Книга является результатом более чем семи лет исследований, репортажей и написания статей по всему миру, которые привели Горенберга к этим архивам и малоизвестным публикациям. «Могу сказать, что моя жена и дети очень терпеливы, потому что я был одержим и работал над этим 24 часа в сутки, шесть дней в неделю», — шутит соблюдающий шабат Горенберг.

Он рассказывает скорее не о маневрах на полях сражений и боевых действиях в Северной Африке, а о закулисной войне разведок, иногда буквально о дворцовых интригах и дипломатических усилиях кампании. В таких фильмах, как «Игра в имитацию» (2014) об Алане Тьюринге, а также в популярных романах, например «Криптономиконе» Нила Стивенсона, ранее исследовались криптологические аспекты Второй мировой войны, в частности взлом нацистских шифров. Но речь там шла в основном о войне в Атлантике, где немецкие подводные лодки почти безнаказанно топили корабли союзников. По словам Горенберга, взлом шифров сыграл решающую роль в кампании в Северной Африке для обеих сторон конфликта.

Книга проливает свет и на часто упускаемое из виду тяжелое положение североафриканских евреев во время Второй мировой войны, сотни убитых и тысячи отправленных в концентрационные и трудовые лагеря, а также на угрозу еще более широкой кампании истребления со стороны нацистской Германии. Лишь в последние годы бедственное положение североафриканских евреев во время Холокоста стало обсуждаться, было признано Центром памяти жертв Холокоста «Яд ва‑Шем» и ныне включено в учебную программу министерства образования Израиля, посвященную Холокосту. Хотя некоторые историки по‑прежнему утверждают, что эта область остается недостаточно изученной.

«Мысль о том, что Ливия, Ирак или Тунис были напрямую затронуты, что Египет и Левант, включая Землю Израиля, оказались на грани того, чтобы быть захваченными нацистами и СС, полностью отсутствует в памяти, — говорит Горенберг. — Вот это меня и захватило. Была история, которую нужно рассказать».

Вдохновением для работы над книгой послужила случайная ссылка, присланная исследователю его другом Давидом Авицуром в 2013 году: речь шла о том, что британцы попросили (или приказали) его матери — гражданке Великобритании — покинуть Палестину во время Второй мировой войны из опасений, что вскоре там начнутся боевые действия. Никогда прежде Горенберг не осознавал, насколько реальны были опасения нацистского вторжения в Палестину. «Я много читал об истории Израиля и подмандатной Палестины. И я всегда понимал, что нацистская угроза была неотъемлемой частью всего того периода, но непосредственность, которую он [Авицур] описывал, была более сильной, чем запечатлелось у меня в памяти», — говорит Горенберг.

Самолеты Германии, Италии и французского режима Виши несколько раз бомбили Тель‑Авив и Хайфу еще за два года до наступления Роммеля на Палестину, что было частью усилий стран оси по замедлению действий армий Великобритании путем нанесения ударов по нефтеперерабатывающим заводам. Были убиты более 200 человек, но эти налеты быстро затмила более крупная война.

Горенберг описывает, как беседа с другом отправила его в «путешествие — в Рим, в Каир, в пески Эль‑Аламейна, в Лондон и в некогда секретные коттеджи Блетчли‑парка, в архивы от Тель‑Авива до Пало‑Альто, в дома детей и внуков тех людей, чьи имена были забыты». Но не только забыты. Роль взлома шифров и роль разведки намеренно скрывались от общественности даже после окончания Второй мировой войны в неуклюжей попытке предотвратить третью.

После Первой мировой войны немцы чувствовали себя обманутыми, полагая, что страна на самом деле не проиграла на поле битвы — несмотря на то, что она действительно проиграла, — а они были преданы коррумпированным руководством. Это была теория, которая породила негодование и гнев, обеспечившие взлет Адольфа Гитлера. Союзники не хотели, чтобы такие идеи вернулись.

«Они [союзники] заявили, что мы не можем позволить им почувствовать, будто произошло что‑то подобное. Если они услышат об этом, это может способствовать новой версии теории об “ударе в спину”», — говорит Горенберг. Хотя на протяжении десятилетий некоторые фрагменты шпионской и криптографической истории войны были обнародованы, в основном это было связано с мемуарами и автобиографиями — не самыми объективными источниками. Горенберг стремился внести ясность.

 

«Хороший источник»

В течение первых нескольких лет войны в Северной Африке Роммель полагался на «хороший источник» и «особенно надежный источник», чтобы получать информацию о действиях союзников. Это позволило нацистскому генералу с его смелой тактикой неоднократно наносить поражение британским и союзным войскам в Египте, Ливии и в Средиземном море. Но британцы в конце концов узнали, кто был для Роммеля этим «хорошим источником». Хотя потребовалось некоторое время, прежде чем они выяснили. Следует сказать, они читали переписку немецких военных, несмотря на хваленую нацистскую шифровальную машину Enigma — чрезвычайно мощную криптологическую систему, которую немцы считали неуязвимой, со 150 квинтиллионами (150 с 30 нулями) возможных способов настройки устройства. И все же группе блестящих польских математиков — Мариану Реевскому, Ежи Рожицкому и Хенрику Зыгальскому, чей вклад, по словам Горенберга, долгое время был недооценен, — удалось выяснить основную технологию работы этой машины. А затем уже команда британских криптоаналитиков смогла взломать нацистские шифры и прочитать их переписку. В конечном счете фатальный недостаток якобы непобедимой Enigma, по словам Горенберга, заключался в том, что ею управляли люди, а люди склонны быть ленивыми, повторно использовать одни и те же настройки или лишь слегка изменять их. Это и позволило британским криптологам взламывать коды день за днем.

В своем исследовании Горенберг раскрыл имя британского взломщика шифров, которому поручено было выяснить, кто был «хорошим источником» нацистов. «Я просматривал досье по безопасности в Блетчли‑парке и нашел ссылку на работу мисс Стори. А я ведь думаю наполовину на иврите, и имя этой женщины звучит как “мистери”, что означает “таинственная”. Это было потрясающе», — заметил Горенберг. Благодаря целенаправленному поиску он смог разыскать родственников Маргарет Стори, о вкладе которой в победу ранее не объявлялось публично. Горенберг заполнил некоторые пробелы в истории о ней.

Эта игра в кошки‑мышки вокруг «хорошего источника» нацистов и раскрытие британцами личности источника — одно из центральных повествований книги — достигает кульминации вокруг событий с битвой при Эль‑Аламейне. В конце концов британцы узнают, что «хороший источник» был невольным источником: американский офицер, майор Боннер Феллерс, чьи сообщения читали нацисты. Слабая система безопасности в американском посольстве в Риме была использована шефом итальянской разведки, чтобы заполучить шифр американцев, который был передан Берлину. Это позволило нацистам читать американские коммюнике, в том числе те, которые касались британских военных планов. По мере того как британцы приближались к личности «хорошего источника», Роммель, базировавшийся в оккупированной Италией Ливии, двигался на восток, в сторону Египта, бывшей британской колонии, которая все еще оставалась главной операционной базой Соединенного королевства. Оттуда он мог пройти в остальную часть Леванта — Палестину, Ливан, Сирию, Ирак. И это ставило Роммеля в стратегически невыгодное положение: чем больше он продвигался, тем длиннее растягивалась его линия снабжения, в то время как британцы становились сильнее.

В июне 1942 года Роммель с хорошо обученными войсками нанес решительный удар, чтобы раз и навсегда захватить Северную Африку у союзников. И именно на этой стадии вступила в действие вышеупомянутая Б‑жья благодать. Британцы потребовали у американцев изменить их шифры в свете открытия о «хорошем источнике», в том числе с прямым предупреждением Уинстона Черчилля Франклину Рузвельту. После небольшой затяжки 17 июня Вашингтон разослал своим офисам и официальным лицам по всему миру сообщение об изменении шифров. Но чтобы это дошло до всех адресатов, потребовалось некоторое время — около недели. После того как британцы узнали, что скомпрометированный шифр американцев был причиной «хорошего источника», но до того как изменение шифра вступило в силу, британцы планировали дать свой последний бой в городе под названием Мерса‑Матрух — порте на египетском побережье. Феллерс передал эту информацию своему начальству в Вашингтоне, сообщение было перехвачено и прочитано Роммелем. А 25 июня шифры изменились, «хороший источник» нацистского генерала внезапно умолк и не смог «сообщить», что в последнюю минуту командующий 8‑й армией британских вооруженных сил генерал Клод Окинлек решил вместо этого занять позицию в Эль‑Аламейне, а не в Мерса‑Матрухе, где остался лишь небольшой отряд.

Когда Роммель завоевал Мерса‑Матрух, он считал, что фактически выиграл кампанию в Северной Африке, проложив путь к остальному Ближнему Востоку. Но когда он двинул свои войска на восток, вместо легкой прогулки, которую ожидал, он столкнулся с ожесточенным сопротивлением у Эль‑Аламейна, к которому не был готов. «Роммель засунул кулаки в куст с колючками, и они там застряли», — пишет Горенберг. Если бы Роммель не получил данных от «надежного источника» о том, что британцы дадут последний бой в Мерса‑Матрухе, он мог бы услышать голоса офицеров собственной разведки, которые рассказывали о британских укреплениях в Эль‑Аламейне. И если бы шифры изменились после 25 июня, он обнаружил бы, что британские планы действительно изменились. Это был не преднамеренный обман — заманивание Роммеля в ловушку, а случайная некомпетентность, которая изменила ход войны. По словам Горенберга, произошедшее в тот период времени между решением американцев изменить свои коды и фактическим изменением стало результатом счастливого стечения обстоятельств.

Сообщение было отправлено по радио американскому контингенту в Каире, «но по какой‑то непонятной причине радиокомпания RCA, которая фактически осуществляла передачи, не смогла отправить сообщение», — цитирует Горенберг слова американского разведчика, сказанные после войны. Итак, благодаря невероятной цепочке событий, а также действиям и храбрости солдат союзников, Роммель был разбит при Эль‑Аламейне. Кампания стран оси потерпела поражение, предотвратив истребление евреев Северной Африки и Ближнего Востока и позволив в конечном счете создать Государство Израиль.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Выбор редакции