Центральное руководство Красной армией было в руках двух людей: Троцкого и его единственного заместителя Эфраима Склянского. Красную армию создали — естественно! — военспецы, царские офицеры. Это и был «волшебный ход» Троцкого — Склянского. Привлечь в коммунистическую армию, воюющую «за Мировую революцию» обычных русских офицеров.

Генрих Хамм был на лидерских позициях в сердце институциональной жизни меннонитов в Европе как во время Второй мировой войны, так и после ее окончания. Собственно, по тому, что Хамм писал в военные годы, видно: он считал, что его поддержка самых вопиющих преступлений гитлеровского государства прямо связана с его личными стараниями помочь собратьям‑меннонитам. Хамм считал евреев и большевизм частью одной и той же злокозненной клики, угрожавшей его этническому и религиозному сообществу, и приветствовал шаги нацистов по перераспределению имущества, награбленного у евреев.

Его отец, держа в уме неизбежную в России ассимиляцию, не дал своим детям еврейского образования и отправил их учиться в московские гимназии. Тем не менее неместечковый еврейский мир вошел в Илью Эренбурга через киевских дедушек-бабушек и через нежно любимую им мать, дорожившую старыми еврейскими традициями. В его стихах, прозе и публицистике еврейская тема то громко, то приглушенно звучала во все времена, а в день своего 70-летия Эренбург без обиняков сказал по советскому радио о собственном еврействе: «Я русский писатель. А покуда на свете будет существовать хотя бы один антисемит, я буду с гордостью отвечать на вопрос о национальности – “еврей”»

Духовные воззрения ессеев с трудом укладывались в привычные схемы иудейского миропонимания. Монастырский устав, длинные белые одеяния, общность имущества — все это резко контрастировало с духом древних традиций. Братство, обретавшееся в пещерах Кумрана, называло себя Израилем или сынами света и главной своей целью ставило заключение с Б-гом обновленного вечного завета, который с великой радостью будет принят всеми чающими дня Г-сподня.

Его теперь уже явный противник Эйхман лез из кожи вон, формируя и отправляя новые эшелоны и колонны в гетто и газовые камеры. На пути его постоянно попадался Валленберг, который, не щадя себя (спал не более четырех часов) и рискуя жизнью, влезал в вагоны или внедрялся в колонны и раздавал шведские паспорта.

Уже в самом начале войны Россия поняла, что в лице еврейского населения она имеет верных и преданных граждан. Несмотря на упорные слухи о дружеском расположении Наполеона к евреям, во всех синагогах страны усердно молились о победе русского оружия. Имеются неоспоримые свидетельства того, что добровольные разведчики из еврейских местечек, рискуя жизнью, пробирались в расположение русских войск, дабы передать сведения о передвижениях французов и иную ценную информацию.

Война для Михаила Бондаря не закончилась 9 мая 1945 года. Впереди ждало новое назначение: начальником лагеря военнопленных, среди которых в основном были румыны и венгры. Тысячи их, подавленных, разочарованных и растерявших былые иллюзии, были разбросаны по этим лагерям. Там они трудились на восстановительных работах, а потом в течение нескольких лет были отправлены на родину. Дедушка отвечал в числе прочего и за их доставку. Так он после войны во второй и последний раз проехался по Европе — Румынии, Венгрии.

Труды Николая Дамасского несомненно служили основным первоисточником для Иосифа Флавия, который воспользовался ими не только при описании эпохи Ирода, но и для воссоздания многих других исторических событий. Хотя в отдельных местах Флавий критиковал своего предшественника за его неумеренное восхваление деяний Ирода, он все-таки постарался максимально идти в русле его материалов.

Когда убили Михоэлса, мне было 7 лет, и ничего об этом событии я не знал. Необычную фамилию Михоэлс впервые услышал ровно через 5 лет после убийства, 13 января 1953‑го, когда объявили об аресте «врачей‑убийц», которые через «еврейского буржуазного националиста Михоэлса» были связаны с западными разведками. Не прошло и 4 месяцев, как врачей реабилитировали, некоторых палачей посадили, а перечисляя их преступления, сообщили, что ими также «был оклеветан народный артист СССР, советский патриот С. М. Михоэлс».

Появление Септуагинты оказало огромное влияние на духовную жизнь многочисленных грекоязычных еврейских общин Палестины, Сирии, Месопотамии, Малой Азии и Северной Африки, где знание подлинного языка Торы Моисея к тому времени уже являлось уделом избранных. Историкам едва ли бы удалось понять и представить себе все обстоятельства, связанные с греческим переводом святыни еврейского народа, если бы не удивительное повествование, дошедшее до нас из глубины веков.

Сейчас трудно представить, что были такие времена, когда советскую дипломатию в мире уважали, — это было в эпоху Литвинова. То, что пришло ему на смену: тупой исполнитель злой воли Сталина Молотов, откровенный мерзавец Вышинский, серый, как мышь, Громыко, лучший друг Саддама Хусейна Примаков, весь этот цинично серый паноптикум создал такой исторический фон, на котором фигура М. М. Литвинова воспринимается как колосс.

Капернаумская синагога была открыта в самом начале изучения библейских памятников Святой земли, в эпоху великих первооткрытий в археологии Израиля, — в 1838 году. Один из серьезнейших уронов был нанесен памятнику в конце XIX века, когда, протестуя против исследования синагог в Галилее европейскими и еврейскими археологами, арабы разобрали Капернаумскую синагогу. История изучения синагоги — это настоящий детектив, который занимает целые тома трудов.