29‑летняя Экхарт должна была дать концерт в Дортмунде, в Германии, в декабре 2021 года. И это стало причиной того, что местная еврейская община выступила со специальным заявлением, содержащим критику в ее адрес. «Даже если юмор может быть средством борьбы с антисемитизмом, Лиза Экхарт превращает его в противоположное, — считает организация. — Она позволяет своей аудитории смеяться не над абсурдностью антисемитского безумия, а над антисемитскими шутками».

Евреев выбрали на роль новых врагов потому, что население было готово к этому. Постепенное вытеснение евреев из всех сфер жизни началось вскоре после войны и особенно расцвело в период «борьбы с космополитизмом», начавшейся в 1948 году. Все это осложнялось тем, что к концу жизни у Сталина развилась паранойя, и он сам стал верить в фабрикуемые по его приказанию заговоры.

Следы немецкой оккупации 1941‑1944 годов можно найти повсюду в Греции. По оценкам экспертов, полмиллиона человек погибли, а большая еврейская община северного греческого мегаполиса Салоники была почти полностью уничтожена. Разрушительный след, оставленный гитлеровским вермахтом, привел к кровопролитной гражданской войне 1946‑1949 годов, которая идеологически разделяет страну даже сегодня.

Мы не можем говорить о прошедшем годе еврейского контента на Netflix, не упомянув о «Моей неортодоксальной жизни». Это шоу — культурный феномен, любите вы его или ненавидите, а может и то и другое вместе. «Моя неортодоксальная жизнь» рассказывает о жизни Джулии Брилль, бывшей ортодоксальной школьной учительницы, и ее троих детей, которые ведут в основном светскую жизнь.

Немецкие лагеря смерти еще не были готовы к работе, поэтому румынские солдаты просто наблюдали, как тысячи евреев замерзали насмерть на берегу реки в последние дни 1941 года. Сделав паузу в связи с Рождеством, убийства возобновили через три дня. Всего с 21 по 31 декабря 1941 года в Богдановке было убито не менее 40 тыс. евреев.

Большее различие между «Гилелем» и Хабадом заключается не в богослужениях или кашруте, а в их подходе к острой проблеме современной еврейской жизни: Израилю. «Гилель» был вовлечен в ожесточенные дебаты в кампусе по поводу Израиля, в то время как «Бейт‑Хабад» сосредоточен на шабатах и праздниках.

Одно из самых интересных открытий Арнона касается существования синагоги на этом месте в течение 600 лет: на северной стороне строения, рядом с церковью, которая действовала на южной стороне. По его словам, это пример успешного еврейско‑христианского сотрудничества, которое опирается на исторические источники, а также на другие свидетельства и находки в районе Хеврона. «Эта реальность, — рассказывает Арнон, — несколько смягчает обильную информацию о соперничестве между двумя религиями на протяжении всей истории».

9 февраля 1943 года «Транспорт 46» покинул концлагерь Дранси на окраине Парижа и направился в Аушвиц. Среди 1000 депортированных, которых везли на смерть, был и 73‑летний Аарон Янко. Семь десятилетий спустя правнук Янко, британский фотограф Марк Уилсон начал проект, в рамках которого путешествовал по Европе и делал снимки, рассказывающие о трагической истории не только его собственной семьи, но и более чем двух десятков других людей.

«Испания была одним из главных убежищ для нацистов после Второй мировой войны, а в некоторых случаях служила базой, с которой можно было бежать на корабле в Бразилию или Аргентину. Во многих других случаях это была дружественная страна, в которой начиналась новая жизнь. Наши кладбища — хорошее доказательство того, что некоторые нацисты спокойно умерли здесь».

«Этот парень из‑за океана пришел к нам без микрофона, без аффекта и изящества. Он ел с нами пайки и спал в спальном мешке. А потом я впервые услышал: “Возлюбленный, возлюбленный, возлюбленный, вернись ко мне...” Он написал эти строки о нас, он назвал нас братьями. Это был замечательный стих, он повторил его несколько раз, внося небольшие изменения. Эти слова запечатлелись в моем сердце...»

Картина Ловиса Коринта «Жительница Тироля с кошкой» была лишь одним произведением искусства в большой коллекции современных мастеров, принадлежавшей предпринимателю Фрицу Гольдшмидту и его жене Тее. Коллекция была изъята нацистами накануне депортации супругов в Терезиенштадт. Впоследствии они погибли в Аушвице. Потерянная на десятилетия картина вдруг появилась в австрийском аукционном доме 13 лет назад и была продана за 60 тыс. евро. Венский аукционный дом отказывается раскрыть имя покупателя. Однако в 2020 году семье наследников Гольдшмидта предложили выкупить картину за 50 тыс. евро...

На протяжении многих лет жители Эль‑Куша — прихожане Халдейской католической церкви сирийского обряда — охраняли святыню, когда‑то почитавшуюся местными евреями как место последнего упокоения Нахума. Но в тот день строение, которое увидели перед собой израильтяне, уже буквально рушилось из‑за провалившейся крыши...