Священники играли важную роль в древнем Израиле. Они обеспечивали порядок и преемственность религиозной жизни, сохраняли ритуалы и нормы повседневной жизни, праздники и торжества. Они стремились к тому, чтобы Израиль оставался святым народом, в чьей жизни центральное место занимает Г‑сподь. Они сформировали истеблишмент, и, как всякий истеблишмент, они в лучшем случае были хранителями высоких ценностей нации, но в худшем — становились коррумпированными, используя свое положение для укрепления власти, и участвовали в политических интригах, ища личной выгоды. Такова участь любой элиты, особенно если причастность к ней достается по праву рождения.

Иудаизм — это призыв Г‑спода к ответственности. Он не желает, чтобы мы надеялись на чудеса. Он не желает, чтобы мы были зависимы от других. Он желает, чтобы мы стали Его партнерами и признали, что хотя то, чем мы обладаем, мы получаем от Него, но то, как мы распорядимся этим, зависит от нас, от нашего выбора и усилий. Этого баланса непросто достичь. Легче жить в зависимости.

Ни исторических событий, ни абстрактных идеалов, ни всеобъемлющих принципов десяти заповедей не было достаточно для долгосрочной устойчивости общества. Поэтому Тора осмыслила исторический опыт в детально прописанных законах, так чтобы евреи могли ежедневно проживать изученное и вплетать его в ткань общественной жизни. В главе «Мишпатим» широкое видение сменяется вниманием к деталям, а повествование — изложением закона.

Есть одна тема, общая для «Итро» и синайского богоявления, а именно: делегирование, распределение и демократизация власти. Один только Г‑сподь может править единолично. Эту тему вводит Итро. Он приходит к своему зятю и обнаруживает, что тот управляет народом единолично. И говорит ему: «Не хорошо то, что ты делаешь» (Шмот, 18:17). Это один из всего лишь двух случаев во всей Торе, где появляются слова «не хорошо».

Лидерам порой приходится смирять собственные эмоции, если они не желают деморализовать тех, кого они ведут к цели. Во время битвы против амалекитян, первого сражения, когда евреям пришлось драться за свою жизнь и свободу, Моше выпала важная роль: ему предстояло внушить людям уверенность в себе, заставив их обратить взоры к небесам.

Вот урок, который многие культуры не сумели выучить даже по прошествии трех тысячелетий. Революции, бунты и гражданские войны все еще случаются, и люди пребывают в уверенности, что свержение тирана или демократические выборы позволят покончить с коррупцией, обрести свободу и построить правовое государство, живущее по закону. И всякий раз люди бывают удивлены и разочарованы, когда этого не происходит, а происходит лишь смена лиц в коридорах власти.

Бывают времена, когда даже величайшие люди спотыкаются. В такие моменты характер человека проходит проверку на крепость. Великие люди — не те, кто никогда не терпит неудач. А те, кто способен пережить неудачи, кто продолжает идти вперед, кто отказывается быть побежденным, кто никогда не сдается и не смиряется. Они не оставляют попыток. Они учатся на своих ошибках. Они считают неудачи полезными для опыта. И всякий раз, отказываясь признать поражение, они становятся сильнее, мудрее и решительнее. В этом смысл жизнеописания Моше в главах «Шмот» и «Ваэра».

Идея моральных пределов власти — величайший вклад иудаизма в человеческую цивилизацию. Бывают приказы, которые не следует выполнять. Бывают преступления против человечества, участие в которых нельзя оправдать словами «Я лишь исполнял приказы». Концепция гражданского неповиновения обычно приписывается американскому писателю XIX века Генри Дэвиду Торо. Она стала широко известна после Холокоста и Нюрнбергского процесса. Впрочем, первоначальный источник мы находим в древнем тексте, повествующем о деяниях двух женщин, Шифры и Пуа.

В течение двадцати двух лет я жил недалеко от Эбби‑роуд в Северном Лондоне, где знаменитая рок‑группа записала все свои хиты. На первом прослушивании в одной студии звукозаписи им сказали, что гитарные группы «выходят из моды». Студия вынесла свой вердикт: «У “Битлз” нет будущего в шоу‑бизнесе». Шел 1962 год.

Лидеры совершают ошибки. Менеджеры следуют определенным правилам, но лидеры оказываются в таких ситуациях, когда правил не существует. Вы немедленно объявите смертельному врагу войну, в которой будут гибнуть люди, или воздержитесь от такого шага в надежде сохранить мир, но рискуя тем, что враг приумножит свою военную мощь и в результате погибнет еще больше народу? Такая дилемма стояла перед Чемберленом, и он ошибся, делая свой выбор, а Черчилль был прав, что стало ясно только в 1939 году.

О мечтах часто говорят, что они бесполезны. Это не так. Предаваться мечтам — одно из самых практичных наших занятий. Есть люди, которые могут месяцами планировать свой отпуск, но ни дня не посвятить планам на жизнь. Они отдаются на волю случая и обстоятельств, их несет по жизни как листок, подхваченный порывом ветра. А это ошибка. Мудрецы говорят: «Когда мы встречаем [в Торе] слово “ваеги” (“случилось, что”), это всегда прелюдия повествования о трагедии» (Мегила, 10б).

Он всякий раз знал, как следует правильно поступить, но почему‑то ему не хватало то ли уверенности, то ли мужества осуществить свое намерение. Ему следовало дождаться, когда они с Леей останутся одни, чтобы вручить ей мандрагоры. Ему следовало откровенно выяснить отношения с отцом в связи с тем, что он перенес его спальное место. Он должен был физически взять Йосефа и доставить его домой целым и невредимым.Что же случилось с Реувеном, из‑за чего он утратил уверенность? Тора дает горький и недвусмысленный ответ.