В Нидерландах менее половины муниципалитетов, начавших расследования судьбы недвижимости, отобранной у евреев во время Второй мировой войны, опубликовали полноценные отчеты о своих выводах. При этом 30 муниципалитетов располагают результатами подробных исследований, но не обнародовали их и не предприняли никаких действий для признания собственной ответственности. Об этом сообщает NL Times со ссылкой на расследование журналистской программы “Pointer”.

По примеру Амстердама, Роттердама и Гааги еще 150 нидерландских муниципалитетов приступили к изучению того, как во время нацистской оккупации конфисковывались дома и другая недвижимость еврейских жителей, возвращалось ли имущество после войны пережившим Холокост или их наследникам и какую роль в этом процессе играли местные власти.

Из 150 муниципалитетов лишь 64 провели полноценные исследования и опубликовали содержательные отчеты. Во многих случаях выяснилось, что послевоенное отношение властей к вернувшимся евреям было постыдным. Муниципалитеты годами затягивали возвращение незаконно отчужденной недвижимости, а иногда даже требовали от ее законных владельцев уплаты налогов за те годы, когда они скрывались от нацистов или находились в концентрационных лагерях.

Некоторые муниципалитеты после публикации результатов принесли официальные извинения, организовали памятные мероприятия или выплатили денежные компенсации.

Однако остальные 86 муниципалитетов либо ограничились поверхностными проверками, либо отказались раскрывать результаты проведенных исследований.

Особенно примечательна ситуация в 30 муниципалитетах, которые получили полноценные исторические отчеты, но фактически положили их под сукно. Они не сделали публичных заявлений о роли местных властей в судьбе еврейской собственности, не признали допущенных нарушений, не принесли извинений и не предложили компенсаций.

Еще 45 муниципалитетов ограничились предварительной проверкой, зачастую сводившейся к тому, что один из сотрудников администрации просматривал местные архивы. Полноценного исторического исследования после этого не проводилось.

В 11 муниципалитетах были организованы официальные расследования, однако их содержание оказалось крайне ограниченным. Исследователи сосредоточились главным образом на вопросе, возвращалась ли конфискованная недвижимость владельцам, практически не изучая роль муниципальных властей в ее отчуждении и последующем распоряжении ею. Почти не исследовалось и то, взимали ли муниципалитеты налоги с еврейских собственников за время войны.

Бывший председатель Центрального еврейского совета Нидерландов (CJO) Рони Нафтаниэль назвал подобное отношение властей совершенно неприемлемым.

«Общество имеет право знать, как функционировал муниципалитет во время войны», — заявил он в интервью Pointer.

По словам Нафтаниэля, принципиально важно не только провести исследования, но и опубликовать их результаты, открыто обсудить установленные факты и признать ответственность местных властей.

«Если вы возвращаетесь из укрытия или концентрационного лагеря и обнаруживаете, что ваш дом сильно поврежден и продан кому-то другому, а затем вынуждены годами бороться лишь за то, чтобы снова попасть в собственное жилище, — это чувство не исчезает просто так. Ощущение того, что вас лишили вашей собственности, остается», — подчеркнул он.