Палестинский аналитик и уроженец сектора Газы Ахмед Фуад аль-Хатиб выпустил книгу Hamas and Its Two Million Hostages — «ХАМАС и его два миллиона заложников», в которой возлагает основную ответственность за политический тупик и значительную часть страданий жителей сектора на сам ХАМАС. Об этом он рассказал в интервью “Jewish Insider”.

Аль-Хатиб прожил в Газе с десяти до пятнадцати лет. После нападения ХАМАС 7 октября 2023 года и последовавшей войны он потерял 33 близких и дальних родственника, погибших в результате израильских авиаударов. Несмотря на это, он последовательно выступает против ХАМАСа и за создание палестинского государства рядом с безопасным еврейским государством.

Сегодня аль-Хатиб — старший научный сотрудник Atlantic Council и руководитель проекта Realign for Palestine, ориентированного на ненасильственную и прагматичную палестинскую политику.

По его словам, книгу он сознательно сделал короткой и доступной, рассчитывая прежде всего на молодых читателей, которые после 7 октября оказались вовлечены в дискуссию о Газе, но мало знают о внутренней истории сектора и роли ХАМАС.

Главный тезис книги сформулирован предельно жестко: ХАМАС, по мнению аль-Хатиба, фактически взял в заложники все население Газы.

«Прямо и косвенно ХАМАС захватил Газу и держит два миллиона человек в заложниках», — говорит он.

Аль-Хатиб спорит сразу с двумя распространенными представлениями. С одной стороны, он считает ошибочной израильскую и произраильскую тенденцию отождествлять всех жителей Газы с ХАМАСом. С другой — резко критикует часть пропалестинского движения, которая после 7 октября либо почти не говорит о преступлениях ХАМАС, либо прямо романтизирует организацию как «сопротивление».

«ХАМАС стал катастрофой. Он разрушил ткань палестинского общества и стал частью его деградации», — утверждает аль-Хатиб.

В книге он много обращается к собственным детским воспоминаниям. Аль-Хатиб рассказывает, как в конце 1990-х видел надежду, связанную с соглашениями Осло: аэропорт Газы, новые палестинские паспорта, мобильную связь, промышленную зону и ощущение движения к государственности. На этом фоне ХАМАС предлагал совершенно иной проект — отказ от компромисса и обещание вернуть «всю Палестину от реки до моря».

При этом, вспоминает автор, организация одновременно все заметнее исламизировала общество: выступала против продажи алкоголя, пыталась регулировать одежду женщин и постепенно меняла сами рамки допустимого политического разговора.

Один из эпизодов книги посвящен тому, как 11-летний аль-Хатиб попал в летний лагерь, который оказался лагерем ХАМАС. Уже тогда, по его словам, он не понимал, какое отношение военная и религиозная индоктринация имеет к обещанному политическому освобождению.

Он утверждает, что именно ХАМАС на протяжении многих лет сдвигал «окно допустимого» во всей палестинской политике, вынуждая даже более умеренную Палестинскую администрацию и Ясира Арафата учитывать язык «сопротивления» и исламизма.

Отдельно аль-Хатиб объясняет, почему поддержка ХАМАС сохраняется среди части палестинской и мусульманской диаспоры. По его словам, многие люди в частных разговорах признают организацию разрушительной и вовсе не хотели бы жить под подобным режимом. Однако в публичной среде действуют давление сообщества, кризис идентичности и политическая поляризация.

Особенно резко он критикует часть западной академической и активистской среды, которая, по его мнению, механически переносит на израильско-палестинский конфликт американские схемы, связанные с расой, колониализмом и внутренней политикой США.

«Современный антисионизм регулярно скатывается в антисемитизм и отходит от принципа двух народов и двух государств», — говорит аль-Хатиб.

Он также отвергает обвинения в том, что его критика ХАМАС означает оправдание Израиля. В интервью аль-Хатиб отдельно говорит о расширении поселений, ослаблении Палестинской администрации и действиях правительства Биньямина Нетаньяху, которые, по его мнению, усугубляли ситуацию.

Но, настаивает он, существует очевидный пробел в публичной дискуссии: «Моя семья и десятки тысяч палестинцев оставались бы живы, если бы ХАМАС просто оставил своих террористов дома 7 октября».

По словам аль-Хатиба, именно за такую позицию его регулярно называют «сионистом», «предателем» и человеком, якобы оплачиваемым Израилем.

Будущее Газы он видит только без военного господства ХАМАС.

«Я не верю, что с ХАМАСом возможно сосуществование. Организацию необходимо фактически убрать с политической сцены», — говорит он.

При этом аль-Хатиб уточняет, что под поражением ХАМАС понимает не исчезновение его идеологии. По его мнению, важны три практических показателя: контролирует ли организация территорию, располагает ли силой, позволяющей монополизировать насилие, и контролирует ли финансовые ресурсы, налоги, помощь и контрабанду.

По всем трем параметрам, считает он, ХАМАС уже серьезно ослаблен.

Аль-Хатиб ожидает, что организация больше не сможет управлять Газой так, как делала это прежде. Однако он опасается, что ХАМАС попытается перенести часть своей инфраструктуры в Турцию и превратиться в политическую силу, которая будет участвовать в палестинских выборах и блокировать нормальную политическую жизнь.

Ключевой проблемой ближайшего этапа он называет разоружение. По его словам, в общих чертах ХАМАС, Израиль, администрация Трампа, Совет мира и региональные посредники согласны, что оно необходимо для начала восстановления Газы и дальнейшего вывода израильских сил. Но практического механизма пока нет.

«Сейчас проблема разоружения уже в значительной степени логистическая. А логистика может решить исход войны или мирного процесса. И вот именно этой логистики сегодня просто нет», — говорит аль-Хатиб.

С 1 сентября Люксембург прекратит одобрять проспекты Israel Bonds — специальных нерыночных государственных облигаций Израиля, ориентированных прежде всего на евреев диаспоры и произраильские организации. Пока неизвестно, какая из стран Евросоюза согласится заменить Люксембург, без чего дальнейшее размещение этих облигаций на территории ЕС может оказаться невозможным. Об этом сообщает “The Jerusalem Post” со ссылкой на “Globes”.

Решение особенно неприятно для Израиля потому, что Люксембург взял на себя эту функцию всего год назад, сменив Ирландию, где вокруг Israel Bonds развернулась политическая кампания на фоне войны в Газе.

Согласно правилам ЕС, для продажи нерыночных государственных облигаций страны, не входящей в Евросоюз, их проспект должен получить одобрение финансового регулятора одного из государств-членов. После этого документ может использоваться для размещения облигаций в других странах ЕС.

До Brexit эту функцию для Израиля выполняла Великобритания. После ее выхода из Евросоюза в 2020 году оформление Israel Bonds было перенесено в Ирландию.

После 7 октября 2023 года и начала войны в Газе в Ирландии резко усилилось политическое давление на Израиль. Политики и общественные организации требовали от Центрального банка прекратить одобрение проспектов Israel Bonds, утверждая, что продажа израильского государственного долга фактически помогает финансировать военные действия. На фоне общего ухудшения отношений между странами Израиль в декабре 2024 года закрыл свое посольство в Дублине.

Не дожидаясь официального отказа ирландского регулятора, Министерство финансов Израиля в августе 2025 года перевело процедуру в Люксембург — один из крупнейших финансовых центров ЕС. Тогда израильские чиновники подчеркивали, что не считают происходящее кризисом и даже рассматривали переезд в Люксембург как преимущество.

Через год возникла та же проблема. Люксембургский финансовый регулятор сообщил, что будет одобрять израильские проспекты только до 31 августа 2026 года.

Формально решение объясняется не политикой, а трактовкой европейского законодательства. Регулятор утверждает, что не может ежегодно принимать на себя функции другой страны и что такая передача полномочий должна оставаться исключением.

Однако эта аргументация оказалась спорной. Европейское управление по ценным бумагам и рынкам ESMA сообщило Luxembourg Times, что с точки зрения европейских правил «нет препятствий для принятия такого запроса из года в год».

Люксембургский регулятор с этим не согласился. По его мнению, подобная передача допустима только в ограниченных обстоятельствах — например, если финансовые власти принимающей страны лучше разбираются в специфике конкретного инструмента или эмитент уже имеет значительное присутствие на ее рынке.

Несмотря на техническое объяснение, решение принимается на фоне политического давления. Люксембург принадлежит к наиболее критически настроенным по отношению к Израилю странам ЕС и вместе с Ирландией и Испанией выступает за усиление европейского давления и возможное ограничение торговых отношений с Израилем. Решение год назад начать оформлять Israel Bonds уже тогда вызвало протесты внутри страны.

Amnesty International приветствовала нынешний отказ и призвала финансовые власти остальных государств Евросоюза также не соглашаться на одобрение израильских проспектов.

Теперь перед Министерством финансов Израиля стоит вопрос, где зарегистрировать следующие выпуски. Возвращение в Ирландию теоретически возможно, однако, по данным ирландских СМИ, к прошлой неделе Центральный банк страны нового запроса от Израиля не получал. Другие варианты — найти третью, более дружественную страну ЕС, попытаться оспорить позицию Люксембурга юридически либо отказаться от этого канала размещения в Евросоюзе.

Israel Bonds имеют прежде всего символическое и диаспоральное значение, но являются лишь частью системы государственного заимствования Израиля. В целом через Israel Bonds в 2024 и 2025 годах привлекалось более 2,5 миллиарда долларов ежегодно, причем европейская часть этих размещений составляет меньшинство.

Министерство финансов Израиля подчеркивает, что угрозы государственному финансированию решение Люксембурга не создает. По данным ведомства, с начала войны Израиль привлек более 700 миллиардов шекелей долга через внутренние и международные рынки.

Тем не менее история с Люксембургом показывает, как политический конфликт вокруг Израиля постепенно распространяется на прежде преимущественно технические финансовые процедуры. Всего за год Israel Bonds второй раз приходится искать в Евросоюзе государство, готовое предоставить им необходимую для продаж юридическую «точку входа».

Азербайджан активизировал посреднические усилия между Израилем и Турцией, пытаясь не допустить прямого военного столкновения двух стран в Сирии. Баку поддерживает каналы связи между сторонами параллельно с посредничеством США, сообщает “The Jerusalem Post” со ссылкой на “The Media Line” и израильские источники.

Посредничество Азербайджана началось не после нынешнего кризиса. По данным источников, президент Ильхам Алиев еще около года назад инициировал прямой диалог между Израилем и Турцией. В результате был создан оперативный механизм координации, призванный предотвращать случайные столкновения двух армий в Сирии.

Сейчас главной задачей Баку стало сохранение этого канала на фоне резкого роста напряженности. Особое беспокойство вызывает возможность инцидента с участием израильской и турецкой авиации. Азербайджанские представители заинтересованы в предотвращении конфликта еще и потому, что Баку поддерживает тесные отношения с обеими странами.

Нынешний кризис возник из-за опасений Израиля относительно расширения турецкого военного присутствия в Сирии. На прошлой неделе израильские ВВС нанесли серию ударов по авиабазе Абу-Духур на северо-западе страны. Израиль заявил, что располагает разведданными о подготовке к размещению там турецких сил, беспилотников и радиолокационного оборудования и заранее предупреждал Дамаск, что считает такое развитие событий угрозой своей безопасности.

Турция и Сирия это отрицают. Министр иностранных дел Сирии Асаад аш-Шейбани заявил, что Абу-Духур восстанавливался для сирийских ВВС и никаких планов превращения его в постоянную турецкую военную базу не существовало.

Премьер-министр Биньямин Нетаньяху, со своей стороны, предупредил, что Израиль не допустит такого расширения турецкого военного присутствия в Сирии, которое изменит сложившийся стратегический баланс и создаст новую угрозу израильской безопасности.

Собственное посредничество ведет администрация Дональда Трампа. Однако, по данным израильских источников, в Иерусалиме существует серьезное недоверие к американскому спецпосланнику по Сирии и послу США в Турции Тому Барраку. После удара по Абу-Духуру он назвал действия Израиля «ненужной эскалацией», а позднее допустил, что одной из возможных причин атаки могло быть стремление спровоцировать Турцию в преддверии октябрьских выборов в Израиле.

Одновременно идут отдельные переговоры между Израилем и самой Сирией. После удара по авиабазе директор Моссада Роман Гофман встретился в Иордании с аш-Шейбани. Стороны пытаются восстановить переговоры о соглашении в сфере безопасности и не допустить, чтобы противостояние вокруг турецкого присутствия окончательно разрушило этот процесс.

В результате вокруг сирийского кризиса сейчас действуют сразу несколько дипломатических каналов. Вашингтон пытается координировать Израиль, Турцию и Сирию, Израиль и Дамаск возобновили прямые контакты на высоком уровне, а Азербайджан использует свои тесные отношения одновременно с Иерусалимом и Анкарой, чтобы сохранить между ними механизм военной координации и не допустить превращения соперничества в Сирии в прямое израильско-турецкое столкновение.

Обещанный администрацией Дональда Трампа «экономический день Д» против Ирана прошел без одномоментного санкционного удара, которого можно было ожидать из предшествовавших заявлений Вашингтона. Вместо этого США начали операцию Economic Outcast — масштабную, но рассчитанную на постепенное наращивание давления кампанию, которая в конечном счете может поставить торговых и финансовых партнеров Тегерана перед выбором между Ираном и доступом к американской финансовой системе. Об этом пишет “Axios”.

Первым шагом стало внесение в санкционные списки более 60 связанных с Ираном физических лиц и организаций, а также расширение возможностей применения вторичных санкций. Однако министр финансов США Скотт Бессент отказался назвать государства, которым предъявлены требования Вашингтона, и сроки их выполнения.

«Для каждой страны установлен конкретный срок прекращения выявленной нами деятельности», — заявил Бессент.

По его словам, администрация предпочитает сначала использовать «тихую дипломатию» и только после этого прибегать к «молоту американского Минфина».

Отвечая на вопрос, почему обещанный удар оказался растянутым во времени, Бессент сказал: «Зачем мне взрывать мировую финансовую систему?» По его словам, государствам и компаниям необходимо предоставить возможность изменить свое поведение прежде, чем США применят наиболее жесткие меры.

Главной проверкой эффективности новой стратегии станет Китай — крупнейший покупатель иранской нефти и один из важнейших оставшихся экономических каналов Тегерана. По данным “Axios”, на Китай приходится около 90 процентов экспортируемой Ираном нефти.

Если администрация Трампа полностью реализует свои угрозы, китайские банки, нефтеперерабатывающие предприятия, судоходные и торговые компании могут оказаться перед выбором: продолжать работу с Ираном или сохранять доступ к долларовым расчетам, американским банкам и рынкам.

На прямой вопрос, готов ли Вашингтон применить санкции против Китая, Бессент ответил: «Никто не находится за пределами досягаемости американских санкций». Однако он не сообщил ни сроков, ни конкретных последствий для Пекина в случае отказа выполнить американские требования.

Дополнительным фактором становится запланированный на 24 сентября визит председателя КНР Си Цзиньпина в Белый дом. Возможность нового крупного конфликта с Пекином за месяц до встречи может заставлять администрацию Трампа действовать осторожнее.

Тем самым после нескольких месяцев угроз возобновить масштабные удары по Ирану Вашингтон пока делает ставку прежде всего на сочетание морской блокады и экономического удушения. Такая стратегия позволяет продолжать давление на Тегеран, не начиная новый этап боевых действий и не провоцируя немедленный скачок мировых цен на нефть.

Но именно постепенность кампании создает для администрации Трампа главную проблему — вопрос доверия к ее угрозам. Для успеха Economic Outcast Китай и другие оставшиеся торговые и финансовые каналы Ирана должны поверить, что Вашингтон действительно готов в конечном счете лишить их доступа к американской финансовой системе.

США и прежде располагали мощным механизмом вторичных санкций против Ирана, однако применяли его избирательно. Поэтому, отмечает “Axios”, судьба новой операции будет зависеть не столько от объявленных в понедельник 60 с лишним санкционных мер, сколько от готовности Трампа использовать «санкционный молот» против тех стран и компаний, чьи связи с Тегераном действительно имеют для иранской экономики решающее значение.

Американская консервативная активистка Лора Лумер утверждает, что посол США в Турции и специальный представитель президента по Сирии Том Баррак вызван на этой неделе в Вашингтон «для консультаций» и может не вернуться в Анкару. По ее словам, в администрации Дональда Трампа крайне недовольны его действиями последних дней и рассматривают возможность его отставки. Официального подтверждения от Госдепартамента пока нет.

«Том Баррак, посол США в Турции, вызван на этой неделе обратно в Вашингтон для „консультаций“. На языке Госдепартамента это означает, что ты сейчас получишь по полной от своего начальника, госсекретаря Марко Рубио», — написала Лумер в X.

Она также привела слова неназванного источника в Госдепартаменте. «Мы настолько хотим, чтобы он ушел, что, возможно, даже наймем грузчиков, чтобы они упаковали его вещи». По версии Лумер, не исключено, что Баррак вообще не вернется на пост в Турции.

Поводом для конфликта стали сразу несколько недавних заявлений дипломата. В частности, Баррак сказал, что Израиль «оккупирует Голанские высоты вопреки резолюциям ООН», что напрямую расходится с официальной политикой США: в 2019 году Дональд Трамп признал израильский суверенитет над Голанами. После резкой критики Баррак был вынужден объяснять, что лишь пересказывал позицию ООН, а не выражал собственную.

Кроме того, по данным источников Лумер, в администрации считают, что действия Баррака способствовали обострению вокруг Сирии. Речь идет о недавнем израильском ударе по авиабазе Абу-Духур, который Иерусалим объяснил необходимостью не допустить развертывания там турецкой военной инфраструктуры. В Вашингтоне, как утверждается, полагают, что Баррак создал у Израиля впечатление, будто его опасения по поводу Турции не будут услышаны, и тем самым подтолкнул Иерусалим к самостоятельным действиям.

Лумер утверждает, что в Белом доме и Госдепартаменте считают, будто Баррак «не понимает или не хочет понимать политику президента Трампа в регионе». По ее словам, обсуждение его возможного возвращения в США и снятия с должности уже ведется.

При этом пока речь идет именно о сообщениях Лумер со ссылкой на неназванных чиновников. В опубликованном расписании Госдепартамента на 25 августа нет отдельного подтверждения вызова Баррака, а официального заявления о его отзыве или отставке не последовало.

Лумер, сама еврейка и заметная фигура правого крыла республиканского движения, в последние годы неоднократно публиковала инсайдерскую информацию о кадровых конфликтах внутри администрации Трампа. В случае подтверждения нынешней информации вызов Баррака станет первым серьезным кадровым последствием его серии заявлений о Голанах, Сирии, Турции и переговорах вокруг Ливана.

Министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар встретился в Иерусалиме со своим северомакедонским коллегой Тимчо Муцунски и поблагодарил его страну за поддержку Израиля на международных площадках после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года. Об этом сообщает TPS-IL.

Саар заявил, что Израиль сталкивается «не только с терроризмом и военными угрозами, но и с систематической политической кампанией на международной арене, основанной на лжи». По его словам, Северная Македония проявила дружескую позицию, выступая против подобных попыток.

Израильский министр также призвал международное сообщество добиваться разоружения ХАМАС и Хезболлы, демилитаризации сектора Газа и сохранять жесткую позицию в отношении ядерных амбиций Ирана и его поддержки террористических организаций.

Муцунски, в свою очередь, заявил, что Северная Македония «работает над сохранением памяти о Холокосте и борьбой с антисемитизмом» и стоит рядом с Израилем в противостоянии терроризму. Он также выразил заинтересованность в расширении экономического сотрудничества между двумя странами.

По итогам встречи министры подписали соглашения о сотрудничестве и обсудили развитие двусторонних связей в сельском хозяйстве, управлении водными ресурсами, обороне, инновациях, туризме, здравоохранении и образовании.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху назвал обнаружение затонувшей «Альталены» «определяющим моментом» и заявил, что распорядится поднять судно со дна моря и превратить его в мемориал. Одновременно он подверг критике первого премьер-министра Израиля Давида Бен-Гуриона за решение открыть огонь по кораблю в июне 1948 года. Об этом сообщает “The Times of Israel”.

«Альталена», доставлявшая в разгар Войны за независимость оружие для Иргуна, была обнаружена в понедельник примерно в 20 километрах от израильского побережья на глубине 503 метров. Корпус, по предварительным данным, сохранился практически целиком.

В записанном на набережной Тель-Авива обращении Нетаньяху назвал приказ Бен-Гуриона «трагическим решением открыть огонь» по судну, которое «везло жизненно необходимое оружие нашим бойцам в Войне за независимость».

«Вместо того чтобы позволить разгрузить его, люди Хаганы на берегу открыли огонь», — сказал премьер.

«Альталена» прибыла к берегам только что созданного Израиля в июне 1948 года. К этому моменту правительство добивалось ликвидации самостоятельных вооруженных формирований и создания единого ЦАХАЛа. Бен-Гурион потребовал передать доставленное Иргуном оружие армии. Спор о распределении груза перерос сначала в столкновение у Кфар-Виткина, а затем — в вооруженное противостояние у побережья Тель-Авива.

Севший на мель корабль был обстрелян артиллерией правительственных сил и загорелся. В столкновениях погибли 16 членов Иргуна и трое военнослужащих ЦАХАЛа. Одним из командиров сил на берегу был Ицхак Рабин, будущий начальник Генерального штаба и премьер-министр.

Лидер Иргуна Менахем Бегин, находившийся на борту «Альталены», приказал своим сторонникам не отвечать эскалацией и не допустить гражданской войны. Позднее он называл отказ от ответной борьбы одним из главных достижений своей жизни.

Именно этот эпизод Нетаньяху назвал главным уроком «Альталены».

«Братья убивали братьев», — сказал он, напомнив, что Бегин остановил противостояние со словами о недопустимости гражданской войны. «Вот урок „Альталены“. Мы братья. Политические соперники — да, но братья. У нас один народ, одно будущее, одна судьба».

При этом история «Альталены» остается предметом острого политического спора. Сторонники решения Бен-Гуриона считают, что молодое государство не могло допустить существования независимой вооруженной организации со своими каналами поставок оружия. Для значительной части израильского правого лагеря обстрел корабля, напротив, стал символом несправедливости, совершенной политическим руководством страны в отношении Иргуна и его сторонников.

Нетаньяху заявил, что найденный корабль должен стать материальным напоминанием об этих событиях.

«Для меня — и, я уверен, для вас, граждане Израиля, — это волнующий, определяющий момент», — сказал он. «Он станет осязаемым символом для нашего поколения и для будущих поколений».

Возможность осуществить это распоряжение пока неясна. Специалисты предупреждают, что подъем практически целого судна с глубины более полукилометра будет чрезвычайно сложной и дорогостоящей операцией и может оказаться технически невозможным.

Отдельную пресс-конференцию в музее ЭЦЕЛа в Тель-Авиве провел министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир. Он назвал обнаружение корабля закрытием «кровоточащей раны», связанной, по его словам, с многолетним вытеснением израильского правого лагеря.

«Десятилетиями эту рану пытались спрятать, эту историю — заставить замолчать», — заявил Бен-Гвир, назвав «Альталену» «символом национального лагеря во главе с Менахемом Бегином».

Бен-Гвир также сослался на знаменитый отказ Бегина от гражданской войны: «Перед лицом всех преследований Менахем Бегин держался своей правды с одним совершенно ясным убеждением: мы братья, весь дом Израиля — независимо от происхождения, цвета кожи, этнической принадлежности или того, за какую партию мы голосуем. Гражданской войны не будет никогда».

При этом между самим Бен-Гвиром и Нетаньяху обнаружение «Альталены» вызвало новый политический эпизод. Премьер предпочел записать отдельное видео и не появился на пресс-конференции министра. По сообщениям израильских СМИ, в окружении Бен-Гвира считают, что Нетаньяху в преддверии выборов намеренно избежал совместной фотографии с лидером «Оцма Йехудит».

Остов «Альталены» после событий 1948 года около года оставался виден с берега Тель-Авива. В 1949 году его отбуксировали в открытое море и затопили, после чего точное местонахождение корабля было утрачено. Теперь его удалось обнаружить после многолетних поисков, финансировавшихся государством.

Соединенные Штаты официально исключили Сирию из списка государств — спонсоров терроризма, в котором она находилась с 1979 года. Решение снимает одно из последних серьезных юридических препятствий для возвращения страны в международную финансовую систему и привлечения иностранных инвестиций. Об этом сообщает “Reuters”.

Решение вступило в силу в понедельник после завершения предусмотренного законом 45-дневного периода рассмотрения в Конгрессе. Президент Дональд Трамп официально уведомил законодателей о намерении отменить статус Сирии 8 июля — после встречи с сирийским президентом Ахмедом аш-Шараа в Анкаре.

Госсекретарь Марко Рубио объяснил решение действиями нового сирийского руководства.

«Все эти меры были приняты в знак признания позитивных действий сирийского правительства при президенте Ахмеде аш-Шараа и взятых им на себя дальнейших обязательств полностью дистанцировать Сирию от актов международного терроризма», — заявил Рубио.

Одновременно Вашингтон исключил «Фронт ан-Нусра» из списка особо опасных глобальных террористических организаций. Это особенно примечательно с учетом биографии самого аш-Шараа: до прихода к власти он возглавлял «ан-Нусру», сирийское подразделение «Аль-Каиды», однако в 2016 году разорвал отношения с международной террористической сетью. В декабре 2024 года возглавляемая им коалиция свергла режим Башара Асада.

После нынешнего решения в американском списке государств — спонсоров терроризма остаются три страны: Иран, Северная Корея и Куба.

Сирия попала в этот список еще при Хафезе Асаде в 1979 году из-за поддержки террористических и вооруженных группировок. Статус сохранялся на протяжении всего правления его сына Башара Асада и пережил даже падение режима.

Признание государства спонсором терроризма влечет ограничения на американскую помощь, экспорт вооружений и товаров двойного назначения, а также на финансовые операции. Даже после отмены администрацией Трампа в июле 2025 года большинства общих американских санкций против Сирии этот статус оставался серьезным препятствием для международных банков и инвесторов, опасавшихся юридических и санкционных рисков.

Министр иностранных дел Сирии Асаад аш-Шейбани ранее назвал его «последним препятствием» на пути экономического восстановления страны.

«Больше нет никаких препятствий для инвестиций, ведения бизнеса и восстановления экономической жизни Сирии», — заявил он “Reuters”.

Вашингтон при этом не отменяет адресные санкции против Башара Асада и его окружения, лиц, обвиняемых в нарушениях прав человека и торговле наркотиками, а также структур, связанных с «Исламским государством» (запрещено в РФ), «Аль-Каидой» и иранскими прокси.

Американский Минфин уже разъяснил, что банки США могут обслуживать операции с Сирией, проводить платежи с участием сирийских банков и устанавливать с ними корреспондентские отношения при условии, что в операциях не участвуют лица и организации, остающиеся под санкциями.

Признаки возвращения Сирии в мировую финансовую систему появились еще до окончательной отмены статуса. Сирийский министр финансов Мохаммад Юср Барние в августе провел переговоры с руководством Bank of America о возможном сотрудничестве. По утверждению Дамаска, представители банка выразили готовность посетить Сирию и продолжить переговоры.

Mastercard еще в мае объявила о сотрудничестве с QNB Group и Центральным банком Сирии по созданию инфраструктуры международных карточных платежей. Компания заявляла о намерении подключить сирийских потребителей и предприятия к глобальным платежным сетям.

Отмена статуса стала результатом нескольких месяцев переговоров между администрацией Трампа и новым сирийским руководством. После июльской встречи с аш-Шараа Трамп написал сирийскому президенту, что намерен «устранить все препятствия», мешающие восстановлению страны.

Вашингтон объясняет сближение с Дамаском, в том числе сотрудничеством нового правительства в борьбе с «Исламским государством». Для аш-Шараа решение имеет и символическое значение: менее чем через два года после того, как бывший командир организации, связанной в прошлом с «Аль-Каидой», пришел к власти в Дамаске, Соединенные Штаты снимают с Сирии статус государства — спонсора терроризма, действовавший почти полвека.

Главнокомандующий армией Пакистана фельдмаршал Асим Мунир провел в Тегеране переговоры с иранским руководством, посвященные поиску дипломатического выхода из конфликта с США, предотвращению нового витка военных действий и восстановлению судоходства через Ормузский пролив. Об этом сообщает “Reuters” со ссылкой на заявление пакистанских вооруженных сил.

Мунир встретился, в частности, со спикером иранского парламента и главным переговорщиком Тегерана Мохаммадом Багером Галибафом. По заявлению Исламабада, стороны обсуждали «региональный мир и пути достижения урегулирования разногласий посредством переговоров».

Одной из центральных тем стало открытие Ормузского пролива, движение через который остается резко ограниченным. До начала войны через него проходило около пятой части мировых поставок нефти и сжиженного природного газа, и нарушение судоходства привело к росту стоимости перевозок и серьезному давлению на мировой энергетический рынок.

Поездка Мунира приобретает особое значение на фоне сообщений о том, что Пакистан фактически выступает посредником между Вашингтоном и Тегераном. Накануне Reuters сообщал, что перед визитом фельдмаршала президент США Дональд Трамп лично поговорил с ним и попросил содействовать возобновлению американо-иранских переговоров.

Переговоры проходят одновременно с резким усилением американского экономического давления на Иран. Вашингтон объявил о начале новой санкционной кампании, которую министр финансов Скотт Бессент назвал «экономическим днем Д» и «эндшпилем» противостояния с Тегераном. США намерены перекрыть оставшиеся каналы иранской внешней торговли и применять вторичные санкции против стран, банков и компаний, продолжающих поддерживать экономические связи с Исламской Республикой.

Иран, в свою очередь, предупредил, что будет считать «врагом» любое государство, которое присоединится к американским санкциям. На этом фоне пакистанская дипломатическая миссия стала одной из немногих продолжающихся попыток вернуть Вашингтон и Тегеран к переговорам до возможного возобновления масштабных боевых действий.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что Иран предпринимал попытку убить одного из его сыновей. Он не уточнил, о ком именно идет речь, когда была предпринята предполагаемая попытка и насколько близки были ее организаторы к осуществлению замысла. Об этом сообщает “Reuters”.

Нетаньяху сделал заявление в телефонном интервью 14-му каналу израильского телевидения, обсуждая охрану политических лидеров в преддверии парламентских выборов 27 октября.

«Что касается моих сыновей, здесь, я думаю, произошло нечто совершенно невероятное. Да, Иран выбрал целью одного из моих сыновей. Иран пытался убить, лишить жизни одного из моих сыновей», — заявил премьер-министр.

«Иран пытался убить одного из моих сыновей, поэтому такая охрана — не роскошь», — добавил он.

Других подробностей Нетаньяху не привел. Неизвестно, о каком из его двух сыновей идет речь. Старший сын премьера Яир Нетаньяху в настоящее время живет в Майами. Иранское представительство при ООН на просьбу “Reuters” прокомментировать обвинение сразу не ответило.

Заявление прозвучало на фоне продолжающегося с февраля военного противостояния Израиля и США с Ираном, в ходе которого были убиты верховный лидер Исламской Республики Али Хаменеи и другие высокопоставленные представители иранского руководства.

Поводом для разговора об охране стали сообщения израильских СМИ о том, что глава ШАБАК Давид Зини отказался предоставить государственную охрану одному из главных соперников Нетаньяху на предстоящих выборах — бывшему начальнику Генерального штаба ЦАХАЛа Гади Айзенкоту. По сообщениям СМИ, Зини уведомил избирательные органы, что спецслужба не располагает информацией о конкретном заговоре с целью причинить Айзенкоту вред.

Нетаньяху заявил, что лично сообщил главе ШАБАК о необходимости обеспечить соответствующую охрану любому кандидату, реально претендующему на пост премьер-министра.

Вопрос приобрел особое значение на фоне предвыборной ситуации. Согласно последним опросам, партия Айзенкота может получить на выборах наибольшее число мест в Кнессете, тогда как нынешняя коалиция Нетаньяху отстает. При этом исход борьбы за пост премьер-министра будет зависеть не только от результата отдельных партий, но и от их способности сформировать парламентскую коалицию.

Петербургская «Газпром Арена» заявила, что два концерта Канье Уэста, назначенные на 10 и 11 октября, не могут состояться на стадионе. Площадка утверждает, что договор аренды с организатором — московским концертным агентством Say Agency — подписан не был. При этом всего неделю назад сама «Газпром Арена» публично анонсировала выступления Уэста словами «Это не шутка!», а билеты на два концерта уже поступили в продажу.

«„Газпром Арена“ не являлась и не является организатором данного мероприятия. Этим занималось московское концертное агентство Say Agency», — говорится в официальном заявлении стадиона.

Далее администрация площадки заявила: «„Газпром Арена“ никаких договоров по аренде стадиона для проведения мероприятия не подписывала. Такого договора нет. Соответственно концерт не может состояться на нашей площадке».

Ситуация выглядит особенно противоречиво из-за того, что 17 августа концерты были представлены как уже решенный вопрос. В официальном сообщении, опубликованном также на сайте футбольного клуба «Зенит», говорилось: «Это не шутка! Канье Уэст, самый влиятельный музыкальный исполнитель современности, даст в Петербурге на „Газпром Арене“ два эксклюзивных концерта 10 и 11 октября».

Продажа билетов началась в тот же день. Их стоимость составляла от 9 до 160 тысяч рублей, причем наиболее дешевые категории начали быстро исчезать из продажи, а значительная часть VIP-мест стоимостью 160 тысяч рублей была раскуплена.

Организаторы заявили, что решение «Газпром Арены» стало для них неожиданностью. Генеральный директор Say Agency Анна Субчева утверждает, что агентство получило от площадки официальное согласование анонса и проект договора аренды, который стороны должны были подписать до 27 августа.

«Мы выходили в продажу по официальному письму, которое мы писали на „Газпром Арену“. Мы сейчас пытаемся с ними связаться для выяснения этих обстоятельств, потому что мы этого не понимаем», — заявила Субчева. Она также подчеркнула, что контракт непосредственно с артистом уже заключен: «У нас договор с артистом подписан, у нас всё нормально было. Они нам прислали договор, который мы должны подписать до 27 числа».

Более того, после заявления стадиона Say Agency продолжило утверждать, что выступления Канье Уэста в Петербурге состоятся. «Обязательно все состоится», — заявила Субчева «Фонтанке».

Таким образом, на данный момент стороны дают принципиально разные версии происходящего. «Газпром Арена» настаивает, что юридически оформленной аренды не существовало и поэтому концерты на стадионе невозможны. Say Agency утверждает, что находилось в процессе предусмотренного оформления договора, имело согласование на анонс и продажу билетов, получило от арены сам договор со сроком подписания до 27 августа и уже заключило отдельный контракт с Канье Уэстом.

Причины резкого изменения позиции стадиона официально не названы. В частности, «Газпром Арена» не связывала свое решение с многочисленными антисемитскими и пронацистскими заявлениями Уэста. Поэтому утверждать, что именно они стали причиной отказа площадки, пока нельзя.

Уэст в последние годы неоднократно публично восхвалял Адольфа Гитлера, выступал с антисемитскими заявлениями и выпустил композицию «Heil Hitler». Именно поэтому планы провести его концерты в Санкт-Петербурге вызвали особую дискуссию: речь идет о городе, пережившем почти 900-дневную блокаду нацистской Германией и ее союзниками.

Пока официально отменены не сами российские гастроли Уэста, а возможность провести объявленные концерты именно на «Газпром Арене». Организаторы продолжают настаивать, что выступления состоятся. Где именно они намерены их провести в случае окончательного отказа стадиона, пока не сообщается.

98-летний Клаус Кальманн добивается возвращения из парижского Музея Орсе картины Винсента Ван Гога «Больница Сен-Поль в Сен-Реми-де-Прованс» 1889 года. Он утверждает, что его дед, немецкий еврейский коллекционер Феликс Кальманн, расстался с произведением под давлением начавшихся после прихода Гитлера к власти антисемитских преследований. Стоимость картины сегодня оценивается примерно в 50 миллионов евро. Об истории спора рассказывает корреспондент «Коммерсанта» во Франции Алексей Тарханов.

Ван Гог написал «Больницу Сен-Поль» в 1889 году, когда сам находился в психиатрической лечебнице Сен-Поль в Сен-Реми-де-Прованс. На фоне желтого здания с зелеными ставнями художник изобразил руководившего лечебницей доктора Теофиля Пейрона. Врач стал первым владельцем картины, после чего она неоднократно переходила из одной коллекции в другую и пересекала границы нескольких стран.

Феликс Кальманн, немецкий адвокат, промышленник и коллекционер еврейского происхождения, приобрел работу Ван Гога в 1914 году у знаменитой берлинской галереи Пауля Кассирера. Картина находилась в семейном особняке Кальманнов. На первом этаже жил сам Феликс, на втором — семья его сына Хартмута Кальманна, физика и ученика Макса Планка.

После прихода нацистов к власти положение семьи стало стремительно ухудшаться. Кальманны лишались гражданских и имущественных прав, семейный дом пришлось продать. После войны немецкие власти признали эту продажу вынужденной и выплатили семье компенсацию. Феликс Кальманн умер в 1938 году, вскоре после «Хрустальной ночи».

Однако именно история картины Ван Гога оказалась значительно сложнее истории дома.

В июне 1932 года, еще до прихода Гитлера к власти, Кальманн предлагал «Больницу Сен-Поль» Берлинской государственной галерее. Музей отказался, поскольку к тому времени уже приобрел несколько произведений Ван Гога. Что произошло с картиной после этого, точно неизвестно.

В августе 1933 года или, самое позднее, в начале 1934-го она уже находилась в Париже у одного из крупнейших арт-дилеров XX века Поля Розенберга. Именно отсутствие точной даты перехода картины от Кальманна к следующему владельцу стало центральной проблемой нынешнего реституционного спора.

Если Кальманн продал Ван Гога еще в 1932 году, сделка предшествовала приходу нацистов к власти и могла быть совершенно добровольной. Если же продажа произошла после января 1933 года, возникает вопрос, насколько свободным могло быть решение еврейского коллекционера в стране, где уже начинались систематические преследования евреев и вытеснение их из экономической жизни.

Существует и третья версия. Исследователи допускают, что Пауль Кассирер, переводивший часть своего художественного бизнеса в Амстердам, мог помочь вывезти картину из Германии, спасая ее от возможной конфискации, после чего она попала к Розенбергу. Документального подтверждения этой версии пока нет.

История приобрела дополнительную иронию: Поль Розенберг сам был евреем и через несколько лет стал жертвой нацистского разграбления произведений искусства. После оккупации Франции его галерея и коллекция были разграблены. «Больница Сен-Поль» впоследствии еще несколько раз меняла владельцев, пока в 1973 году галерист Макс Каганович — также еврейский эмигрант, переживший нацистские преследования, — не подарил ее французскому государству.

С тех пор картина принадлежит национальной музейной коллекции Франции и находится в Музее Орсе. В составе коллекции Кагановича она успела побывать и в СССР: в 1978 году ее показывали в Пушкинском музее в Москве и Эрмитаже в Ленинграде.

Французское законодательство теперь позволяет возвращать произведения искусства, утраченные их владельцами в результате антисемитских преследований 1933–1945 годов. Специальный закон был принят 22 июля 2023 года и касается не только произведений, непосредственно конфискованных нацистами, но и некоторых сделок, совершенных их владельцами под принуждением.

Именно на понятии вынужденной продажи строится позиция семьи Кальманн. Вашингтонские принципы 1998 года о произведениях искусства, конфискованных нацистами, исходят из того, что необходимо учитывать не только прямое ограбление, но и обстоятельства, при которых преследуемые владельцы были вынуждены продавать имущество.

Главная проблема заключается в доказательствах. Спустя более 90 лет документов, позволяющих точно установить дату и обстоятельства продажи «Больницы Сен-Поль», пока недостаточно. Наследники указывают, что требование восстановить каждую деталь такой сделки способно само по себе поставить жертв преследований в проигрышное положение: документы уничтожались, имущество переходило через посредников, а спасение произведения от конфискации нередко требовало намеренно запутывать историю его владения.

Теперь от ответа на вопрос о нескольких месяцах между 1932 и 1933 годами может зависеть судьба одного из известных произведений Ван Гога во французской государственной коллекции.