Запрет на публичное использование нацистской символики в Германии заставил крайне правых искать более завуалированные способы узнавать друг друга и демонстрировать свои взгляды. На смену свастикам и рунам СС приходят скандинавские символы, определенные марки одежды и даже безобидные на первый взгляд эмодзи. Об этом пишет “The Conversation”.

Немецкое законодательство запрещает публичное использование символики нацистских организаций. Ограничения настолько строги, что американская рок-группа KISS использует в Германии измененный вариант своего логотипа: две последние буквы в оригинальном написании напоминают руны СС. Основатели группы Джин Симмонс и Пол Стэнли, чьи семьи пострадали во время Катастрофы, всегда категорически отрицали какую-либо связь логотипа с нацистской символикой.

Однако запреты привели к появлению своеобразного языка намеков. Одним из его источников стали руны, скандинавская мифология и образы викингов. Авторы исследования особо предупреждают: сами по себе эти символы ничего не говорят о политических убеждениях человека. Их используют современные язычники, историки, любители Средневековья и множество людей, не имеющих никакого отношения к крайне правым. Именно эта многозначность и делает такие знаки удобными для неонацистской среды: всегда можно отрицать политический смысл.

Аналогичный процесс произошел с одеждой. Немецкая марка Thor Steinar использует в логотипе сочетание рун и выпускает одежду с многочисленными отсылками к викингам. Ношение продукции этой марки запрещено в Бундестаге, нескольких земельных парламентах и на ряде спортивных объектов из-за ее популярности в крайне правой среде. Сама компания неизменно отрицает политическую направленность своей продукции.

Бренд Erik and Sons также использует руну в качестве логотипа, называет себя «маркой викингов» и активно работает с черным, белым и красным — цветами германского государственного флага нацистского периода. Федеральное ведомство по охране конституции относит эту марку к характерным элементам крайне правой среды.

Еще интереснее случаи, когда неонацисты присваивают себе совершенно обычные международные марки, которые сами категорически отвергают подобные ассоциации. Кроссовки New Balance благодаря крупной букве N на логотипе некоторые немецкие крайне правые используют как намек на слово Nazi. Компания заявляет, что не терпит расизма и ненависти ни в какой форме.

Похожая история произошла с британской маркой Lonsdale. Если футболку с ее названием надеть под расстегнутую куртку, иногда остаются видны буквы NSDA — почти NSDAP, аббревиатура полного немецкого названия нацистской партии. Сама Lonsdale много лет активно борется с попытками присвоить ее символику: еще в 2003 году компания начала кампанию «Lonsdale Loves All Colors» («Lonsdale любит все цвета»), а также поддерживает организации, помогающие мигрантам и представителям ЛГБТ.

Даже обычные черные куртки The North Face получили распространение на крайне правых демонстрациях. Исследователи связывают привлекательность бренда для части этой среды с белым логотипом и словом North — «север», отсылающим к культу североевропейской идентичности. Однако массовость марки одновременно позволяет участникам таких движений ничем не отличаться внешне от миллионов обычных покупателей. The North Face также публично отвергала любые ассоциации с крайне правыми.

Та же система кодов развивается в интернете. Некоторые эмодзи, включая изображения грибов и хвойных деревьев, в определенных сочетаниях с рунами могут использоваться сторонниками экофашистских и этнонационалистических идей как опознавательные знаки. Но ровно те же эмодзи чрезвычайно популярны у любителей природы, собирателей грибов и участников интернет-сообществ, посвященных сельской эстетике и фэнтези.

Поэтому исследователи предостерегают от попыток определять политические взгляды человека по отдельной марке одежды, татуировке, руне или эмодзи. Значение возникает только из контекста и сочетания нескольких признаков.

Именно неоднозначность стала главным преимуществом нового языка немецких крайне правых. Запрещенный знак невозможно публично продемонстрировать без риска уголовного преследования, тогда как обычную куртку, кроссовки, изображение дерева или древнюю руну всегда можно объяснить совершенно неполитическими причинами. В результате символика становится одновременно узнаваемой для посвященных и практически неотличимой от повседневной культуры для всех остальных.