Резонанс

«Сабаба» в Нью‑Йорке

Лайел Лейбовиц 5 июня 2018
Поделиться

Материал любезно предоставлен Tablet

С десятками тысяч других евреев и симпатизирующих нам неевреев я имел удовольствие пройти по Пятой авеню в составе парада в честь 70‑летия независимости Израиля. Это была необыкновенно вдохновляющая картина — так много людей из совершенно разных групп пришли на парад, и все излучали столько радости и гордости. Но когда участники парада развернули свои флаги, забили в барабаны и замахали толпе, у многих наблюдателей возник насущный вопрос: что именно значит слово «сабаба»?

Участники ежегодного парада в честь независимости Израиля. 3 июня 2018. Нью‑Йорк

Это слово, избранное официальным слоганом нью‑йоркского парада в честь Израиля, взято из ивритского сленга и означает «отлично», «круто». Но его этимология сложна и запутанна, как история самого государства.

«Сабабу» привезли в Израиль иммигранты из Ирака. Согласно видному израильскому лингвисту Авшалому Кору, это арабское слово изначально означало что‑то вроде «со страстью» или «с неистовой любовью». Но драматизм этого значения скоро пропал из‑за трудностей жизни в Израиле, а также из‑за темперамента этого общества, не слишком‑то толерантного ко всяким тонкостям романтической любви. И «сабаба» стало значить просто «хорошо» или «о’кей»; так можно, к примеру, ответить боссу, который сообщает вам, что все в офисе должны сегодня задержаться допоздна, чтобы закончить квартальный отчет.

Помимо этой истории о «жесткой посадке» слова «сабаба» в Израиле, в стране циркулировали слухи, приписывающие ему совершенно иное происхождение. Так, согласно одной городской легенде, популярной в Израиле в 1960‑х, слово пошло от французских инженеров, работавших в Негеве и помогавших израильтянам построить свой — знаменитый и загадочный — ядерный реактор. На вопрос: «Как дела?» эти франкофоны отвечали: «Ça va, ça va» («в порядке»), а местные, не зная этого французского выражения, услышали это как «сабаба» и решили, что это такое общее слово для выражения одобрения.

Эта легенда, какой бы очаровательной она ни была, ничем, однако, не подкрепляется. А вот что действительно можно проследить, так это трансформацию этого слова в 1980–1990‑х годах. Изначально прилагательное (например, «этот парад в честь Дня Израиля сабаба [прикольный]»), слово скоро превратилось в наречие, во многом благодаря другому слову иракского происхождения — «бааса». «Бааса» первоначально означало «отвращение», но со временем превратилось в обобщающий термин для всего удручающего и разочаровывающего.

Быстрый израильский ум не замедлил произвести народную мудрость с использованием этих двух сходно звучавших слов: ках эт а‑бааса бе‑сабаба — воспринимай свои неприятности по‑сабабашному, легко, то есть не принимай близко к сердцу, относись проще. Пройдитесь по любой военной базе в пятницу утром, и вы услышите, как солдаты, которым отказали в увольнительной на выходные, сплошь и рядом говорят друг другу эти слова.

В последние годы, однако, слову «сабаба» отчасти возвращается его исходное значение. Старейший представитель израильского сленга переживает своего рода возрождение благодаря новому поколению, которое открыло для себя это слово и наслаждается его звучанием. К примеру, знаменитый израильский рэпер Нечи Неч в одной из своих недавних композиций превратил «сабабу» в благословение в стиле регги, и его «сабаба» прекрасно передает счастье и благодарность тех десятков тысяч, что прошли вчера по Манхэттену. 

Оригинальная публикация: As Tens of Thousands Celebrate Israel in New York, Many Wonder: Just What Does ‘Sababa’ Mean?

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Маргиналии возрождения иврита

В формировании литературного иврита огромна роль русской поэзии и прозы и русского литературного языка: начиная с XIX века они служили эталоном художественного письма, в частности, пополняли язык образов, который и в ХХ столетии создавался с оглядкой на русских писателей. Возьмем двух авторов — Элишеву и Лею Гольдберг, в чьих биографиях и творчестве много общего.

Молочные реки и белая крупа

Как отмечает рабби Ашер Рохберг, обычай устраивать молочные трапезы упоминается в поздних рукописных версиях молитвенников конца XII — начала XIII века. Еще одно красивое подтверждение древности этого обычая — сравнение Торы с молоком, как написано в Песни Песней (4, 11): «Мед и молоко под языком твоим». Как молоко насыщает наш организм, особенно младенцев, так и Тора дает нам необходимую духовную пищу.