Когда польско-еврейского скрипача Давида Сендера и его семью отправили в Лодзинское гетто, нацисты конфисковали у них все, включая принадлежавший семье портрет отца Марка Шагала. Об этом пишет журналистка The Forward Кэтрин Дж. Принс.

Учитывая экспериментальное использование цвета — глаза, обведенные насыщенным красным, зеленые усы, — эта работа, законченная в 1911 году, отличается от того причудливого стиля, который чаще всего ассоциируется с творческим методом Шагала. 

Но наша история не столько о портрете, сколько о том, как картина пережила насилие двух мировых войн, прежде чем была возвращена наследникам в рамках продолжающихся усилий французского правительства по возвращению предметов искусства, изъятых нацистами во время Второй мировой войны.

«Французское правительство прилагает усилия, чтобы вернуть произведения искусства в руки людей, — заявляет директор Еврейского музея в Нью-Йорке Клаудия Гулд. — Это продолжающаяся история. Речь идет о прозрачности и о правильных действиях».

Нацисты похитили сотни тысяч произведений искусства. Хотя местонахождение многих из них до сих пор неизвестно, найдено уже около 1 млн картин и 2,5 млн украденных книг.

Спустя почти 80 лет после окончания войны работа Шагала под названием «Отец» выставлена в Еврейском музее в Нью-Йорке. Хотя портрет показывали там и раньше, это впервые с тех пор, как он возвращен семье Сендера.

То, как портрет был спасен и возвращен, — «одна из самых драматических историй искусства в 20 веке», замечает Гулд.

Шагал написал портрет своего отца Захара (Хацкеля), когда жил в коммуне художников на окраине Монпарнаса. Неизвестно, работал ли он по наброску или по фотографии, поскольку отец его, застенчивый человек, торговец рыбой, никогда не покидал пределы Витебска.

Шагал и его жена Белла гостили у родственников в Белоруссии, когда разразилась Первая мировая война. Они застряли там и не возвращались в Париж вплоть до 1923 года. 

По возвращении в Париж Шагал вошел в свою студию лишь для того, чтобы обнаружить, что все, включая портрет отца, исчезло, рассказывает Гулд.

«Что случилось тогда с картиной — загадка», — замечает Гулд. 

Пять лет спустя скрипач Сендер купил картину у известного польского арт-дилера. Она висела в доме его семьи до 1939 года, когда нацисты конфисковали имущество Сендера и отправили его семью в гетто. 

Впоследствии они оказались в Аушвиц-Биркенау. Жена и дочь были убиты. Но он сам выжил.
После войны Сендер переехал во Францию и попытался вернуть свое имущество. По словам Гулд, правительство Германии тогда исключило реституцию, заявив, что в происхождении картины слишком много пробелов.

Сендер умер в 1966 году, так и не вернув картину.

Она появлялась на выставках, и в 1966 году Шагал сам приобрел ее. По данным министерства культуры Франции, художник не знал о мытарствах этой работы, знал только то, что в последний раз видел ее в своей студии накануне Первой мировой войны.

«Это была очень важная для него история, это его отец. Возможно, это была даже самая важная вещь, которой он владел», — рассказывает Гулд.

После смерти Шагала в 1985 году полотно перешло во французскую национальную коллекцию живописи и в итоге было отправлено в Музей искусства и истории иудаизма в парижском районе Марэ. 

Там оно провело 24 года и оставалось до 1 апреля 2022 года, когда французский парламент принял закон о возвращении еврейским семьям пятнадцати картин, изъятых нацистами. Единогласное голосование считается первым шагом в усилиях по возвращению множества изъятых картин, остающихся в публичных коллекциях.

Как это часто бывает, когда наследников несколько, они соглашаются продать картину. Так портрет был продан в октябре 2022 года на аукционе за 7,4 млн долларов. 

Phillips — аукцион, который занимался продажей, — работал с покупателем и помог музею оформить ссуду.

«Семья хотела убедиться, что картина будет выставлена в Еврейском музее, прежде чем  попадет в частную коллекцию», — говорит Гулд.

Картина Шагала выставлена в Еврейском музее Нью-Йорка с 16 февраля 2023 года по 1 января 2024 года.