Наказание Египта означало не просто восстановление порядка и справедливости. Это было свидетельство того, что Всевышний отказался от собственной природы милосердия ради любимого народа! И теперь мы понимаем: заповедь о постоянном изучении Торы предназначена для того, чтобы мы осознали, что Он отказался от Своих «обычаев» и мы должны поступать так же.

При описании исхода из Египта Тора использует слово «воинства»: народ Израиля называется «воинством Г‑спода». Этим ограничивается употребление этого слова в Торе, однако в Книгах пророков оно употребляется очень широко как одно из имен Всевышнего... Сам факт, что какое‑то из имен Всевышнего ни разу не упоминается в Торе, удивителен. Чтобы понять, в чем особенность этого имени, следует глубже вникнуть в то, что означает само понятие «Б‑жественное имя».

Сказал рабби Ханан: об этом сказано: “В день, когда враги иудеев надеялись одолеть их, но обернулось оно так, что иудеи одолели недругов своих” (Эстер, 9:1). Сказал рабби Танхума: об этом же сказано в Писании: “И не говорил Господь о том, чтобы стереть имя Израиля из‑под небес” (Млахим II, 14:27), но так говорил Он: “Я совершенно сотру память Амалека из‑под небес” (Шмот, 17:14).

Самым великим чудом Пурима было то, что в дни Ахашвероша евреи вновь с любовью приняли Тору. Ведь чудеса Пурима, в отличие от чудес дарования Торы, были скрытыми, а не явными, и царство Всевышнего проявилось в дни Пурима в завуалированной форме. И поэтому то, что евреи вновь приняли Тору с любовью, было поистине великим чудом.

Борьба с тьмой ведется не по физическим законам. Это не тот случай, когда для преодоления тумана достаточно включить мощный фонарь, ибо духовный туман невозможно рассеять усилением света. Для победы над духовным мраком необходимо вспомнить, откуда он взялся. Ведь и у мрака есть Творец, создавший тьму с определенной целью! Лишь если достичь источника тьмы, ее духовного корня, она будет побеждена.

Для нас праздник Ханука — это дни восхваления и благодарения, но не дни веселья и застолья, подобно прочим праздникам. Ибо тот свет, который приходит к нам в это время, во всем превышает нашу возможность постижения и ощущения. Радость же возникает тогда, когда мы что‑то ощущаем и осознаем. Это состояние и является внутренним смыслом праздников, данных Торой.

Наши мудрецы постановили зажигать ханукальные свечи в память о чуде со светильным маслом, случившемся двадцать пятого числа месяца кислев, а не в честь победы над армией греков , одержанной двадцать четвертого числа того месяца. Хотя на первый взгляд именно эта победа кажется великим достижением, а чудо с маслом — лишь одним из обстоятельств случившегося. Почему же из главного сделали второстепенное?

В дни Суккот радости предается особое значение, на протяжении праздничной недели это проявляется в «веселии водочерпия» и достигает кульминации в день Симхат Тора, радости Торы. Чем меньше мы верим в то, что «имеем право», чем ближе стоим к изначальному состоянию изгнания и лишений, тем больше мы будем ценить хорошее вокруг себя. Так и обретается подлинная благодарная радость.

«Многие годы я спрашивал себя, — продолжил профессор свои воспоминания о праздновании Симхат Тора в тот год, — почему мы так кричали в тот праздник, ведь мы даже не умели читать Тору в подлиннике?» Сейчас он понимает, почему. Это был внутренний крик души безо всякого объяснения. Это было раскрытием еврейской сущности, которая прорвалась и выразилась в крике.

Этот праздник именуется «время нашей радости», и его суть состоит в ощущении веселья, которое, не ведая границ по природе своей, пробивается через все ограничения и перехлестывает через край... Радость праздника достигает того уровня, о котором сказано: «С радостью (сасон) вы будете черпать воду». Слово сасон означает внутреннюю, глубокую радость. Обычно она скрыта в глубинах души и тайниках сознания, проскальзывая лишь в проблесках мимолетной мысли, но в Суккот она пробивается на поверхность, словно бьющий поток животворящей воды.

Вся внутренняя сущность народа Израиля сводится к Торе; именно ею отличается он от всех прочих племен и народов, ею удостоится жизни вечной и небесного блаженства, выше которого нет ничего в тварном мире. И, поскольку Тора являет собой основу нашего бытия, подобает, чтобы народ время от времени собирался вместе, дабы услышать ее слова.

Когда душа стремится вырваться на волю из оков и теснин, в рабстве которых она находится, появляется Амалек и пытается охладить, затушить пламя искреннего порыва души. Дабы оттолкнуть его и сломить эту силу зла, достаточно лишь одного: напомнить себе о том, кто такой этот Амалек и каковы его злодейские намерения. Исправить Амалека невозможно, его необходимо разбить, уничтожить. И эта победа наступает благодаря раскрытию «сущностного Б-жественного света»...