Концепция социальной политики в иудаизме. Недельная глава «Реэ»
Хотите постичь, как иудаизм мыслит себе социальную политику? Рассмотрите его законы, направленные на борьбу с бедностью: «Если же в каком‑нибудь из городов в вашей стране, которую Г‑сподь, ваш Б‑г, отдает вам, будут бедняки из числа ваших братьев, то не ожесточай своего сердца и не скупись перед своими обедневшими братьями. Будь щедр — давай им взаймы по мере их нужды, [давай все,] в чем они будут нуждаться. Берегись, чтобы в твое сердце не закралась подлая мысль — мол, приближается седьмой год, год отмены долгов, — и чтобы ты не вознамерился учинить зло твоему обедневшему брату, отказав ему [в ссуде]. Тогда он воззовет к Г‑споду, и на тебе будет грех! Одолжи ему и не досадуй, когда будешь ему одалживать, потому что Г‑сподь, твой Б‑г, благословит тебя за это во всех твоих делах и во всех твоих трудах. Бедняки не переведутся на земле, и поэтому Я повелеваю тебе: будь щедр к братьям твоим, к беднякам и обездоленным в твоей стране!»
В отрывке идет речь, по‑видимому, об отмене долгов каждый седьмой год (шмита, год «отпущения»). Однако устная традиция распространила это повеление и на законы о цдаке. Слово «цдака» обычно переводят как «подаяние», «пожертвование на благотворительность», но у него есть и другое значение, «справедливое распределение», «равенство». Законоучители Талмуда толковали отрывок так: «по мере их нужды» — это сказано о первоочередных потребностях, о том, без чего человек не выживет: пище, одежде, жилище и т. п. А «все, в чем они будут нуждаться» — о потребностях того, кто был богат, а затем обнищал. Ему тоже необходимо помочь, чтобы его чувство собственного достоинства не страдало: «Рассказывают о Гилеле Старшем, что одному обедневшему [человеку] из хорошей семьи он привел лошадь для езды и раба, чтобы бежал перед ним. Как‑то раз он не смог найти раба, чтобы тот бежал перед ним, и сам пробежал перед ним…» (Ктубот, 67б).
Потрясающая история, если учесть, что сам Гилель был, увы, страшно беден. И все же он не пожалел ни собственных денег, ни своего времени, чтобы помочь разорившемуся богачу вернуть чувство самоуважения. Эта двоякость отчетливо видна во всех законах о цдаке. С одной стороны, они призваны искоренять настоящую бедность со всеми ее суровыми реалиями. Ни один человек не должен терпеть лишения, когда речь идет о базовых физических потребностях. С другой стороны, эти законы поразительно чутко устраняют последствия бедности для психики человека. Бедность умаляет самооценку, ее стесняются, стыдятся, воспринимают как унижение. Потому‑то законоучители Талмуда постановили: чтобы не обидеть одаряемого, цдаку следует давать в правильной форме: «Рабби Янай увидел человека, который дал бедняку прилюдно динар. Сказал ему: лучше было ничего не давать, ведь теперь, когда ты дал [деньги бедному], ты заставил его стыдиться» (Хагига, 5б).
Маймонид в своем знаменитом фрагменте описывает восемь уровней благотворительности: «Есть восемь ступеней благотворительности, одна выше другой. Та, выше которой нет, — поддержать бедняка ; дать ему подарок или заем, вступить с ним в партнерство или создать для него рабочее место. Следует поддержать его настолько, чтобы ему не пришлось побираться и просить у людей. Об этом сказано: “…Поддержи его, пришелец ли он или поселенец, и будет он жить с тобою” (Ваикра, 25:35). Иными словами, поддержи его, чтобы он не пал и не стал нуждаться.
Ниже — тот, кто дает подаяние бедным, не зная, кому дает, и бедный не знает, у кого берет. Таково исполнение заповеди ради самой заповеди. Примером тому — “камера скромных”, которая была в Храме. В “камеру скромных” богобоязненные люди давали скрытно, а бедные из благородных домов тайком кормились из нее. К этому близок тот, кто опускает деньги в коробку для сбора пожертвований… Ниже — тот, кто знает, кому дает, но бедный не знает, от кого получает, как, например, великие мудрецы, которые тайно клали деньги к дверям бедных…
Ниже — когда бедный знает, у кого берет, но дающий не знает, [кому дает]. Например, великие мудрецы клали монеты в узелок, вешали его за спиной, а бедные подходили и брали так, чтобы не было им стыдно.
Ниже — тот, кто дает бедному подарок до того, как тот попросит .
Ниже — дающий [то, что следует дать,] только после того, как бедный попросит .
Ниже — тот, кто дает меньше, чем следует, но доброжелательно.
Ниже — тот, кто дает с сожалением» (Матенот аниим 10:7–14).
Перед нами этические правила, которые выверены с ювелирной точностью, основаны на глубоком знании людской психологии. Важно не только то, сколько вы даете нуждающемуся, но и то, в какой форме вы это делаете. В благотворительности необходима анонимность, чтобы все сохраняли чувство своего достоинства. Бедняк не должен стыдиться необходимости брать подаяние. А богачу нельзя позволять, чтобы он возносился над другими. Мы помогаем нуждающимся не затем, чтобы кичиться щедростью, и уж тем более не затем, чтобы подчеркнуть зависимость окружающих от нас. А потому, что блюдем завет — договор о людской солидарности, а также потому, что это угодно Б‑гу. Это наш способ оправдать доверие, которого Он удостоил нас, предоставив Свои материальные блага в наше временное пользование.
Особенно примечательно, что Маймонид подчеркивает: наивысшая ступень благотворительности — дать человеку работу или средства для начала собственного дела. Бедность унизительна уже ввиду того, что бедняк зависим от чужих милостей и живет с ощущением, что всем обязан другим людям, а не себе. Наиболее ярко это выражено в благодарственной молитве после еды, когда мы произносим: «И не допусти, Всевышний, Б‑г наш, чтобы мы зависели от подаяний и одолжений людских, а только от Твоей руки, наполненной изобилием <…> чтобы мы не были пристыжены и посрамлены во веки веков».
Высший уровень цдаки — помочь человеку таким образом, чтобы он смог обеспечить себя сам. Высшая ступень благотворительности — сделать так, чтобы человек больше не нуждался в благотворителях. С точки зрения жертвователя, такая форма благотворительности обходится всего дешевле. Возможно, она вообще не потребует финансовых затрат. Но с точки зрения одаряемого, такая форма самая облагораживающая, ведь такую помощь принимать не стыдно.
В краткосрочной перспективе гуманитарная помощь неимущим необходима, но в долгосрочной перспективе важнее создавать рабочие места и проводить экономическую политику, которая способствует всеобщей занятости.
В еврейском законе есть одна особенно примечательная тонкость: даже тот, кто живет за счет цдаки, должен сам давать цдаку. На первый взгляд правило нелепое. Зачем давать бедняку А крупную сумму только для того, чтобы он мог дать подаяние бедняку Б? Логичнее и эффективнее было бы вручить эти деньги прямо бедняку Б. Однако законоучители Талмуда понимали: чтобы сохранять чувство человеческого достоинства, непременно нужно самому выступать в роли жертвователя. И настаивали: община должна выдавать беднякам достаточное пособие, чтобы те сами могли вносить пожертвования. За этим кроется проницательное понимание человеческой природы.
Среди евреев много выдающихся экономистов, от Давида Рикардо (по словам Кейнса, это «величайший ум из всех, когда‑либо размышлявших об экономике») до Джона фон Неймана (физика, который на досуге, между делом, разработал теорию игр), Пола Самуэльсона, Милтона Фридмана и Алана Гринспена. Среди нобелевских лауреатов по экономике доля евреев удивительно велика, целых 38%. Возможно, разгадка в том, что евреи издавна знают: экономическая модель — один из основополагающих факторов, предопределяющих устройство общества. Экономические системы не присущи мирозданию изначально — их создают люди, а значит, люди властны их менять. Следовательно, бедность не неизбежный элемент природного мира. Ее можно снизить, минимизировать, частично побороть. Экономика не область религии, а секулярная наука и прикладная дисциплина. Однако страсть евреев к экономическим исследованиям глубоко укоренена в настоятельном призыве еврейской веры: «Бедняки не переведутся на земле, и поэтому Я повелеваю тебе: будь щедр к братьям твоим, к беднякам и обездоленным в твоей стране!»
Политика свободы. Недельная глава «Реэ»
Искоренить бедность. Недельная глава «Реэ»
