Книга «Под сенью креста и полумесяца» Марка Р. Коэна стала ответом на полярные мнения об иудео-мусульманских отношениях в Средние века, бытовавшие в исторической литературе. Пытаясь противостоять как мифу о межконфессиональной утопии, так и антимифу о непрерывных жестоких гонениях, автор с помощью сравнительно-исторического метода объясняет, почему исламский мир Средневековья, в особенности в период от становления ислама до эпохи мамлюков, был намного более безопасным для евреев, чем жизнь в северной части христианской Европы. «Лехаим» знакомит с фрагментами из книги.

Миф о межконфессиональной утопии

Уже в конце эпохи Средних веков среди евреев можно было встретить убеждение, что средневековый ислам был для евреев мирной гаванью, а в христианском мире их безжалостно преследовали. Те, кто придерживался этого мнения, знали, что мусульманская Турция предоставила убежище еврейским жертвам гонений из католической Испании и других регионов Известное письмо Ицхака Царфати, французского еврея, жившего в XV в. в Турции и призывавшего своих соплеменников оставить христианских гонителей и найти убежище в исламской стране, — это лишь один из источников, благодаря которым евреям западного мира становилось известно о щедрости турок‑османов. Английский перевод этого послания опубликован в сборнике: Kobler Franz. Letters of Jews through the Ages. Philadelphia, 1952. Vol. 1 P. 283–285. Подобного рода благоприятный отзыв о благосклонности османских владык в отличие от враждебно настроенных христиан содержится в респонсе (ответе на вопрос, касающийся еврейского права), который был составлен раввином, жившим в XVI в. в Турции, а также в хронике египетского еврейского историка XVII в. Йосефа Самбари. См. также: Штобер Шимон. Хронология мусульманских царств в хронике Самбари Диврей Йосеф (на иврите). In: Exile and Diaspora: Studies in the History of the Jewish People Presented to Professor Haim Beinart on the Occasion of His Seventieth Birthday. / Ed. A. Mirsky et al. Jerusalem, 1988. P. 418–419. . Череда хроник, написанных главным образом на иврите непосредственно после болезненного изгнания евреев из Испании в 1492 году, подчеркивала контраст между христианской враждебностью и мусульманской благосклонностью. В XIX веке отцы современного научного исследования еврейской истории превратили это представление в исторический постулат.

Разочаровавшись в мучительном процессе интеграции в нееврейском обществе в эпоху, которая считалась либеральным веком эмансипации, еврейские интеллектуалы искали исторический прецедент более толерантного отношения к евреям и выбрали время и регион, удовлетворявшие их требованиям, — средневековая мусульманская Испания. Там, как они полагали, евреи наслаждались невероятно терпимым отношением, добились больших политических успехов и высокого уровня культурной интеграции. Еврейские историки взяли на вооружение наблюдение, сделанное молодым лютеранином, историком поэзии на иврите, который писал о золотом веке литературы (das goldene Zeitalter), продолжавшемся с 940 по 1040 год, и применили это определение ко всем проявлениям политической и социальной жизни на всем протяжении истории мусульманской Испании См.: Delitzsch Franz. Zur Geschichte der jüdischen Poësie vom Abschluss der heiligen Schriften Alten Bundes bis auf die neueste Zeit. Leipzig, 1836. S. 44; Schorsch Ismar. The Myth of Sephardic Supremacy. // Leo Baeck Institute Year Book. Vol. 34, 1989. P. 61. . Это благоденствие они противопоставляли мрачному опыту евреев, которых притесняли в средневековом христианском мире. Короче говоря, те же еврейские историки, которые создали то, что Сало Барон уничижительно назвал “слезливой концепцией еврейской истории” в христианской Европе, придумали и ее противовес — миф о межконфессиональной утопии в странах ислама.

Генрих Грец, ведущий еврейский историк XIX века, в своем сочинении “История евреев”, оказавшем большое влияние на развитие науки, начал с этого рассказ о жизни евреев в арабских странах:

Утомленный созерцанием плачевной участи евреев на их древней родине и в странах Европы и изнуренный постоянным зрелищем фанатичных гонений в христианских странах, глаз наблюдателя отдыхает, взирая на положение, сложившееся на Аравийском полуострове. Тут сыны Иуды могли свободно поднять голову, им не нужно было оглядываться в унижении и страхе, что на них вот‑вот обрушится гнев церкви или их сокрушит светская власть. Здесь для них не были закрыты дороги почета, их не лишали государственных привилегий, напротив — им беспрепятственно позволяли применять свою энергию в самых разных сферах. Простые, свободные и талантливые люди боролись за почетные должности и недрогнувшей рукой обнажали меч против своих противников Здесь и далее цитируется по изданию: Грец Генрих. История евреев. Москва. Изд. М. Я. Хашкеса. 1880–1884. — Примеч. редактора. Graetz H. A History of the Jews. N. Y., 1894. Vol. 3. P. 53. Мы слегка изменили перевод, добавив слова “в христианских странах”, наличествующие как в немецком оригинале (Geschichte der Juden. 3d ed. Leipzig, 1895. Vol. 5. P. 65), так и в популярном немецком сокращенном издании: Volkstümliche Geschichte der Juden von Heinrich Graetz. 1923 (переизд.: München, 1985). Vol. 3. P. 223. Этот фрагмент цитирует также Джейн Гербер в статье: Gerber Jane S. Reconsiderations of Sephardic History: The Origin of the Image of the Golden Age of Muslim‑Jewish Relations. In: The Solomon Goldman Lectures. / Ed. Nathaniel Stampfer, Chicago, 1985. Vol. 4. P. 90. .

Грец намеренно противопоставляет романтический, утопический взгляд на жизнь евреев среди арабов (аравийских племен) “слезливому” представлению о жизни евреев в христианских странах. Более того, не забывая о прогрессивной эпохе, в которую жил он сам, и рассуждая об убежденности немецких евреев в превосходстве сефардов над ашкеназами (воплощением последних для Греца и многих других было современное им польское еврейство), Грец распространяет свое восхищение исламом и на культурную плоскость:

Высокий культурный уровень, к которому изо всех сил стремятся народы в современном мире, характеризующийся знаниями, убеждениями и нравственными ценностями, был достигнут евреями Испании в период наивысшего расцвета. Неудивительно поэтому, что малокультурные евреи других стран — Франции, Германии и Италии — смотрели на своих испанских собратьев как на высших существ, а те с удовольствием пожинали плоды своего превосходства, как раньше было в вавилонских академиях Graetz H. A History of the Jews Vol. 3. P. 236. Я вставил в перевод несколько фраз, присутствующих в Geschichte der Juden. Vol. 5. P. 327, но опущенных английским переводчиком. Айвен Маркус говорил о “сефардской мистике” и ее побочном эффекте — очернении ашкеназской культуры в статье: Marcus Ivan G. Beyond the Sephardic Mystique. // Orim. A Jewish Journal at Yale. 1985. Vol. 1.P. 35–53. См. также: Schorsch. Myth of Sephardic Supremacy. P. 47–66. .

Предположение о толерантности ислама к евреям (являющееся на самом деле частным случаем более общей аксиомы о терпимости ислама к монотеистам‑немусульманам) считалось еврейскими востоковедами верным именно благодаря сравнению со средневековым христианством Например, ведущий еврейский востоковед Игнац Голдзихер (1850–1921) писал в 1910 г.: “Несомненно, в начальной фазе развития исламского права дух терпимости пронизывал предписания, которые мусульманские завоеватели формулировали относительно покоренных приверженцев других религий. То, что сегодня напоминает религиозную терпимость в юридической практике исламских государств, — черты публичного права, которые часто подмечали путешественники в XVIII в., восходит к принципу свободы вероисповедания для монотеистов‑немусульман, провозглашенному в первой половине VII в.” (Goldziher Ignaz. Introduction to Islamic Theology and Law. / Trans. Andras and Ruth Hamori. Princeton, N. J., 1981. P. 33; немецкий оригинал: Vorlesungen über den Islam. Heidelberg, 1910). См. также: Cohen. Islam and the Jews: Myth, Counter‑Myth, History. P. 127; Idem. The Neo‑Lachrymose Conception of Jewsh‑Arab History. P. 55. . Для Европы начиная с Первого крестового похода были типичны акты насилия, направленные непосредственно против евреев. Христиане были убеждены, что евреи убивают христианских детей и выкачивают их кровь для ритуальных или магических целей. Еврейский ростовщик превратился в объект страстной ненависти христиан. Евреи, перешедшие в христианство, оказывались под подозрением; в Испании эта подозрительность вылилась в деятельность печально известной испанской инквизиции. Кроме того, евреев целыми общинами изгоняли из средневековых христианских государств. И ни одно из этих явлений не имело, по‑видимому, параллелей в исламском мире.

В контексте XIX века миф о межконфессиональной утопии использовали в попытке добиться важных политических целей — заставить либеральную христианскую Европу исполнить свое обещание о предоставлении политического равенства и неограниченных политических и культурных возможностей для евреев Об этом лаконично упоминает Бернард Льюис, рассуждая о том, что еврейские ученые XIX в. использовали миф об испано‑исламской толерантности “как палку, которой они били своих христианских соседей”. Lewis B. History: Remebered, Recovered, Invented. Princeton, N. J., 1975. P. 77. В более ранних публикациях Льюис писал, что евреи пользовались этим мифом “в упрек христианам” — The Pro‑Islamic Jews. // Judaism 17, 1968. P. 391–404; перепечатано в сборнике Islam in History: Ideas, Men and Events in the Middle East. London, 1973. P. 123–137. Из новейших публикаций см. также: Gerber. Reconsiderations of Sephardic History. . Во‑первых, если средневековые мусульмане действительно относились к евреям настолько терпимо, что Шмуэль ибн‑Нагрела (умер в 1056 году) смог подняться до поста визиря в испанском мусульманском княжестве Гранада, а Маймонид добился уважения среди мусульманских интеллектуалов, то разве современные европейцы не могут предоставить евреям права и привилегии, обещанные им еще во времена Французской революции? Во‑вторых, разве христианский мир не в долгу перед евреями, разве он не обязан как‑то компенсировать многовековые жестокости по отношению к евреям? В‑третьих, если евреи в Испании и во всем мусульманском мире, пользуясь либеральным к себе отношением, много дали арабскому обществу, то и в современной Европе евреи смогут много дать европейской цивилизации, если предоставить им равноправие.

Еврейский миф об исламской межконфессиональной утопии продолжал существовать и в ХХ веке, через много лет после начала эмансипации в Европе. Название книги Адольфа Л. Висмара, вышедшей в 1927 году, говорит само за себя: “Исследование толерантности Мухаммеда и его непосредственных преемников”. Уже в сороковые годы появилась восторженная биография испанского еврейского поэта Йеѓуды Ѓалеви, написанная Рудольфом Кайзером и опубликованная в серии “Философская библиотека”. Там Кайзер вторит Грецу:

Это похоже на историческое чудо — в тот же самый исторический период, на который пришелся этот разгул гонений [Крестовые походы], в Южной Европе народ Израиля переживал свой золотой век, подобного которому не было с библейских времен Kaiser A. L. The Life and Time of Jehudah Halevi. / Trans. from German by Frank Gaynor. N. Y., 1949. P. 50. .

Написанная на иврите Элияѓу Аштором история евреев в мусульманской Испании, приобретшая широкую популярность в английском переводе, прославляет золотой век в духе рыцарского романа Аштор Элияѓу. Корот ѓе‑йеѓудим би‑Сфарад ѓа‑муслимит (“История евреев мусульманской Испании”). В: 2 т. Иерусалим, 1960–1966; англ. перевод: The Jews of Moslem Spain. / Trans. Aaron Klein and Jenny Machlowitz Klein. In: 3 vol. Philadephia, 1973–1984. .

Позитивная оценка доли евреев в странах ислама по сравнению с печальной участью евреев в христианском мире также присутствует в сочинениях евреев — выходцев из арабских стран. Андре Шураки, североафриканский еврейский интеллектуал, историк, писавший о евреях своей родины, описывает гонения Альмохадов в XII веке как “нечто мимолетное”. Большинство еврейских погромов позднего Средневековья он приписывает скорее “страсти и приступам гнева, нежели вспышкам ненависти”. И добавляет:

…В мусульманском Магрибе [Северной Африке того времени] никогда не было философии и традиции антисемитизма, подобных тем, что существовали в Европе с эпохи Средневековья и до последнего времени… В большинство исторических периодов евреи Северной Африки были счастливее, чем во многих регионах Европы, где они становились жертвами безжалостной ненависти; в Магрибе чувства никогда не накалялись до такой степени. Презрение, которое испытывали друг к другу представители различных конфессий, не могло разрушить тесные узы общего источника вдохновения и привычки жить бок о бок Chouraqui André N. Between East and West: A History of the Jews of North Africa. / Trans. Michael M. Bernet. Philadelphia, 1968 (франц. оригинал: Paris, 1952). P. 53–54. Уроженец Египта Альфред Морабия высказывается в том же духе в статье: Morabia A. About Relations between Judaism and Islam throughout History. // Alliance Review 28. № 48. Fall 1978. P. 13–19; and 29. № 49. Fall 1980. P. 9–13. .

В определенной степени миф о еврейско‑мусульманской межконфессиональной утопии обязан своей устойчивостью преследованиям нацистской эпохи, и именно тогда он укрепляется в литературе. Поиск корней европейского антисемитизма ХХ века совпадает с увековечиванием мифа об идиллических временах исламского владычества в таких книгах, как “Евреи в нееврейском мире: проблема антисемитизма” Jews in a Gentile World: The Problem of Anti‑Semitism. / Ed. Graeber Isacque, Britt Steuart Henderson. Westport, Conn., 1942. Ряд исследователей, и в их числе выдающиеся социологи, предприняли “первую попытку воспользоваться результатами работы разных социологов в отношении практических проблем, с которыми сталкиваются как евреи, так и неевреи”. Graeber and Britt. P. V. . В своей книге “Антисемитизм: вызов христианской культуре” Карл Й. Фридрих вспоминает об изгнании евреев из христианской Испании в 1492 году и противопоставляет это событие исламской истории:

Можно наблюдать интересный контраст между религиозной нетерпимостью западнохристианской культуры того времени и относительной терпимостью магометанской культуры в странах ислама. Когда после жестоких гонений на евреев в Испании многие из них отправились в Левант, терпимое отношение к гонимым евреям, а также к христианам со стороны мусульман Османской империи возбудило любопытство мыслителей и политических деятелей. В своих политических сатирах Боккалини, наследник Макиавелли, укорял Бодена Боден, Жан (1529–1596) — французский политик и политический философ, теоретик абсолютизма. — Примеч. редактора. за то, что тот одобрял терпимость турок Graeber, Britt, 2. Ср. нижеследующее наблюдение социолога Дж. О. Херцлера: “Как бы мирно и счастливо ни жили евреи в нехристианских странах, например, в Испании при маврах, все это рушилось в тот момент, когда христианство одерживало там победу. В качестве яркого примера можно упомянуть хотя бы о таком учреждении, как инквизиция”. Graeber and Britt. P. 69. .

В “Очерках об антисемитизме”, впервые опубликованных в 1942 году (и переизданных в 1946 году), автор единственной статьи о евреях в странах ислама заявляет: “Ни одно исследование антисемитизма не может быть полным, если не уделить некоторого внимания статусу евреев в мусульманском мире”. Но его выводы говорят о “сравнительной терпимости” ислама, в отличие от христианства, и, вслед за де Гобино Гобино, Жозеф Артур де (1816–1882) — французский социолог, автор книги “Опыт о неравенстве человеческих рас”, в которой он сформулировал расовую теорию. — Примеч. переводчика. , он утверждает, что мусульманская религия не играла большой роли в конфликтах с евреями и различных эксцессах прошлого. Напротив, их причиной была “политическая выгода или экономическая конкуренция” Rosenblatt Samuel. The Jews and Islam. In: Essays on Antisemitism. / Ed. Koppel S. Pinson. 2 ed. N. Y., 1946. P. 112–120. Розенблатт цитирует на с. 120 А. де Гобино: “Если отделить религиозную доктрину от политической необходимости, которая часто говорит и действует от ее имени, нет ни одной религии, которая была бы более толерантна, даже можно сказать, более безразлична к вере других людей, чем ислам... О религиозном факторе вспоминают ради предлога, но в реальности он не действует”. . Уже в 1978 году составители аннотированного исторического каталога вспышек антисемитизма посвятили обсуждению ислама лишь краткий раздел в конце книги Grosser Paul E., Halperin Edwin G. The Causes and Effects of Anti‑Semitism: The Dimensions of the Prejudice (An Analysis and Chronology of 1900 Years of Anti‑Semitic Attitudes and Practices). N. Y., 1978. P. 365–389. Как пишут составители во введении, они поступили таким образом, потому что мусульманский антииудаизм “качественно и количественно отличался от антисемитизма христианского/западного мира”; а во‑вторых, евреи “по большей части пользовались защитой закона практически наравне со своими соседями” (7). В сноске к введению они добавляют: “Историки в целом пришли к согласию относительно того, что золотой век исламской империи был также золотым веком и для евреев, живших под властью ислама. Еврейские историки, арабские историки, историки, специализирующиеся на еврейской или арабской истории, и другие специалисты разделяют это мнение” (12). .

Миф о межконфессиональной утопии в арабских сочинениях и трудах по арабистике

Миф о межконфессиональной утопии долгое время не подвергался критике. Так было до тех пор, пока арабы не начали использовать его в качестве оружия в пропагандистской войне с сионизмом. Если верить этой теории, евреи и арабы веками жили вместе в мире и гармонии под властью ислама — именно в то время, когда в христианском мире евреи непрерывно подвергались преследованиям. Современная антипатия к Израилю возникла только тогда, когда евреи нарушили древнюю гармонию и противопоставили сионистские претензии на Палестину правам арабов‑мусульман. Соответственно, арабский антисемитизм и ненависть к евреям прекратятся, когда сионизм откажется от своих “колониальных” и “неокрестоносных” притязаний. В этом случае древняя гармония будет восстановлена.

Ранним примером использования в арабской историографии еврейского мифа о межконфессиональной утопии является первая работа об арабском национализме, написанная арабом‑христианином Джорджем Антониусом. Книга заканчивается проклятиями в адрес сионистской узурпации арабских прав на Палестину; чуть выше Антониус замечает:

И в Средние века, и в Новое время, главным образом благодаря цивилизационному влиянию ислама, арабская история отличалась бросающимся в глаза отсутствием случаев сознательных преследований. Очевидно, что величайших достижений еврейской расе удалось добиться во времена арабской власти, под эгидой арабских правителей и с помощью их просвещенного покровительства. Даже сейчас, невзирая на враждебность, порожденную конфликтом в Палестине, отношение к еврейскому меньшинству, проживающему в окружающих арабских странах, остается не менее дружелюбным и гуманным, чем в Англии или в Соединенных Штатах, а в некоторых случаях и гораздо более толерантным Antonius. The Arab Awakening. Philadelphia, 1939. P. 391–392, 409–410. .

Акцент на благожелательность мусульман к евреям не нов. Арабы‑христиане, подобно евреям считающиеся в исламе “неверными”, почувствовали необходимость подтвердить историческую толерантность ислама к немусульманам для собственного же блага, так же как многие из них поддержали арабский национализм как средство обеспечить себе на будущее место в арабском мире Эмиль Зайдан, араб‑христианин, опубликовал в египетском журнале Аль‑хилāль (22, № 2. Январь 1914. С. 243–256) статью под названием Аль‑ягŷд фū‑ль‑та’рūх (“Евреи в истории”). Автор противопоставляет несчастья и страдания евреев под властью греков, римлян и особенно христиан еврейскому “золотому веку, прежде всего в мусульманской Испании” (‛асрухум аль‑дахабū ва‑лā сийаммā фū‑ль‑Андалус). Его цель (с. 243 и далее) состоит в том, чтобы опровергнуть негативный стереотип о злобном еврее‑детоубийце, господствующий среди христиан, и аналогичный, по словам Зайдана, христианским предрассудкам в отношении ислама и мусульманским предрассудкам в отношении христианства. Я подозреваю, что автор также хотел похвалить ислам за то, что он предоставлял евреям более комфортное убежище, чем христианство, и рассчитывал при этом, что мусульмане и дальше будут хорошо относиться к арабам‑христианам.
Не такими окольными путями идет к поставленной цели многотомное сочинение, недавно опубликованное арабом‑христианином Эдмоном Раббатом: Rabbath Edmond. Les chrétiens dans l’Islam des premiers temps: Mahomet: Prophète arabe et fondateur d’état. Beirut, 1981; La conquête arabe sous les quatre premiers califes (11/632 — 40/661). En: 2 t. Beirut, 1985. Раббат подбирает эпиграфы из “Опыта о нравах и духе наций” Вольтера, например: “Арабы были самыми милосердными из всех завоевателей земли” (эпиграф к первому тому “La conquête arabe”). Араб‑христианин С. А. Альдиб Абу‑Сахлих в своей книге (Abu‑Sahlieh S. A. Aldeeb. L’impact de la religion sur l’ordre juridique: cas de l’Egypte: Non Musulmans en pays d’Islam. Fribourg, 1979) выступает за установление национальных государств западного типа с отделением религии от политики, что очевидно выгодно христианским гражданам. .

Утверждение, что традиционная исламская толерантность сменилась в ХХ веке враждебностью со стороны арабов по причине сионистской агрессии, превратилось в неотъемлемую часть арабской антиизраильской пропаганды как в области политики, так и в сочинениях по еврейско‑арабской истории, большая часть которых появилась после Шестидневной войны. Поскольку объем литературы очень велик, я коснусь лишь нескольких примеров из разных источников.

Именно этому вопросу посвящена работа американского профессора из Бейрута в 1970 году. Опираясь на еврейских историков, главным образом на Ш.‑Д. Гойтейна и Сало Барона, автор исследует “новую эру” толерантности по отношению к евреям, начавшуюся после арабского завоевания на территориях, где евреи раньше подвергались гонениям со стороны христиан. Эта толерантность привела к явлению, которое еврейские историки справедливо назвали золотым веком, и к “полной интеграции [евреев] в гуще арабо‑исламского общества”. В нынешнем столетии, утверждает автор, наоборот, антиеврейские чувства у арабов усилились в виде реакции на сионизм и его политику узурпации. Однако это “исключительно современное явление, которое полностью противоречит овеянной временем исламской традиции братства и толерантности” Swartz Merlin. The Position of Jews in Arab Lands Following the Rise of Islam. // Muslim World 60, 1970. P. 6–24. Приведенная цитата на с. 23 (разрядка автора). . Первая половина книги пакистанского историка, опубликованная вскоре после Шестидневной войны, превозносит терпимость мусульман к религиозным меньшинствам; вторая половина завершается главой “Мусульмане в Палестине”, где осуждается угнетение арабов со стороны сионистов и евреев, “невзирая на тот факт, что арабы и евреи веками жили вместе в мире и гармонии” Siddiqi Amir Hasan. Non‑Muslims under Muslim Rule and Muslims under Non‑Muslim Rule. Karachi, 1969. P. 158–174. Подобным образом Ибрагим Амин Гали (в книге: Ghali Ibrahim Amin. Le monde arabe et les juifs. Paris, 1972. P. 210–214, особенно 212–214) противопоставляет исламскую толерантность христианской нетерпимости. В книге, написанной журналисткой Марион Вулфсон (Woolfson Marion. Prophets in Babylon: Jews in the Arab World. London, 1980), еврейская история под властью ислама описывается как золотой век, а утверждение, что евреи арабских стран страдали на родине от тяжелых преследований, названо мифом. Вулфсон утверждает, что восточные евреи больше страдали от дурного обращения ашкеназской правящей элиты после массовой эмиграции на ближневосточную прародину. В малоизвестной книге “Islam versus Ahl al‑Kitab: Past and Present”, вышедшей в Индии, принявшая ислам и эмигрировавшая в Пакистан еврейка развивает миф о межконфессиональной утопии ради восхваления принятой ею религии за счет той религии, в которой она была рождена: “Подъем современного сионистского движения привел более чем тысячелетнюю историю добрососедских отношений между мусульманами и евреями к абсолютному краху. В результате получилось так, что со времен Святого Пророка ненависть евреев к мусульманам и ненависть мусульман к евреям не была яростнее, чем в настоящее время”. Далее автор сравнивает отношения между мусульманами и евреями в прошлом с “отношениями между христианством и еврейством, полными неослабевающей вражды, омраченными бесконечными волнами преследований, гонений и репрессивных мер” (Jameelah Maryam. Islam versus Ahl al‑Kitab: Past and Present. Delhi, 1982. P. 11). . Хорошо известная по арабским источникам история разгрома Мухаммедом еврейского клана в Медине после изгнания двух других — предмет большого затруднения для многих арабов — часто оказывается “подчищена” в арабской историографии Приведем несколько примеров. Barakat Ahmad. Muhammad and the Jews: A Reexamination. New Delhi, 1979. В Arafat W. N. New Light on the Story of Banu Qurayza and the Jews of Medina. // Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain and Ireland. 1976. P. 100–107 утверждается, что эта история возникла среди потомков еврейских кланов Медины, которые хотели прославить своих предков рассказом об их мученической гибели в подражание героям Масады. Тауфик Султан Йузбаки (Тауфūк Султāн Йузбакū Та’рūк ахль аль‑зимма фū‑л‑‘Ирāк (12–247 гг. н. э.) (“История покровительствуемых народов в Ираке”. 12/633–247/861). Рийяд, 1983. С. 69) упоминает об изгнании, но не говорит о погроме. Хусейн Му‛нис (‛Алам аль‑ислāм (“Мир ислама”). Каир, 1989) рассказывает об “истреблении” [тасфия] трех основных еврейских кланов (37) и о том, как “покончили с этим делом” (интихā’ ша’н), но не упоминает о мерах, предпринятых Пророком (161). Анализ этой проблемы см. в статье: Kister M. J. The Massacre of Banu Qurayza: A Re‑examination of a Tradition. // Jerusalem Studies in Arabic and Islam 8, 1986. P. 61–96. .

Арабоязычные публикации без колебаний отдают предпочтение мифу о межконфессиональной утопии. Доклад, прочитанный на 4‑й конференции Академии исламских исследований в университете Аль‑Азхар в 1968 году (и опубликованный в трудах конференции как по‑арабски, так и в английском переводе), озаглавлен: “Евреи в Средние века: сравнительный анализ ситуации на востоке и на западе” Саид Абдель Фаттах Асхур. Аль‑ягŷд фū‑л‑‘уcŷр аль‑вустā: дирāса мукāрина байн аль‑шарк ва‑ль‑гарб. В: Китāб аль‑му’тамар аль‑рāбū‘ ли‑маджма‘ аль‑бухūт аль‑ислāмия. Каир, 1968. 2. С. 349–361; The Fourth Conference of the Academy of Islamic Research. Cairo, 1970. P. 497–505. . Автор приходит к следующему выводу:

Представляется вполне очевидным, что никогда в ходе истории евреи не пользовались таким добрым расположением кого бы то ни было, кроме мусульман. Себялюбие и жадность евреев привели их к необходимости подчиниться римлянам в древности и народам христианской Европы в Средние века. В мусульманах они нашли — и это признают сами еврейские авторы — милосердных братьев, которые считали их братьями по вере и не давали религиозным различиям влиять на их отношение к евреям. Наилучший пример огромного различия между мусульманским и христианским обращением с евреями — это Испания Английское издание, p. 505. Некоторые антисемитские разделы из этой статьи были опубликованы в брошюре, где также содержались фотокопии текста английской версии трудов Конференции в Аль‑Азхаре 1968 г. (Arab Theologians on Jews and Israel. / Ed. D. F. Green (псевдоним). Женева, 1971. P. 46–47). Благодаря этой брошюре, опубликованной также на французском и немецком языках, антисемитский тон этой ныне печально известной конференции донесся до Израиля и других стран. .

Подавляющее большинство арабских книг о жизни евреев или немусульман вообще в средневековых исламских странах поддерживают миф об исламской толерантности к христианским меньшинствам и к евреям. В правоведческом исследовании, написанном преподавателем исламского права в Багдадском университете, говорится о том, как часто представители немусульманских “покровительствуемых народов” занимали высокие посты в исламских властных структурах, что указывает на беспрецедентную толерантность ислама (самāха или тасāмух) ‛Абд аль‑Карūм Зайдāн. Ахкāм аль‑зиммūйун ва‑ль‑муста’минūн фū дāр аль‑Ислāм (“Законы о покровительствуемых народах и тех, кому даровано право самоуправления в Области ислама”). Багдад, 1963. С. 77–80. . Кāсым ‘Абду Кāсым, историк из университета египетского города Загазиг, опубликовал исследование “Евреи Египта от исламского завоевания до османского вторжения” Аль‑ягŷд фū Миср мунз аль‑фатх аль‑ислāмū хатта аль‑газв аль‑‘утмāнū. Бейрут, 1980. . Первое издание (1980) объясняет свободу и преуспеяние египетского еврейства в Средние века исламской “толерантностью”. Второе издание (1987) гораздо больше внимания уделяет современной еврейской историографии, особенно в той части, что касается процветания египетского еврейства при Фатимидах (хорошо отраженного в Каирской генизе), которая должна подкрепить утверждение автора о либеральном отношении ислама к евреям Большая часть материала о евреях взята из предыдущей публикации этого автора — Ахль аль‑зимма фū Миср аль‑‘усŷр аль‑вустā (“Покровительствуемые народы в Египте в Средние века”). / 2 изд. Каир, 1979. Издание должно было подкрепить документами общий постулат о том, что ислам покровительствовал монотеистам‑немусульманам, как евреям, так и христианам. .

С неприкрытыми полемическими целями пропагандист светского панарабизма ‘Алū Хуснū аль‑Харбŷтлū относит к раннему периоду исламской истории рассказ о толерантности ислама к зимми Аль‑ислāм ва‑ахль аль‑зимма (“Ислам и покровительствуемые народы”). Б. м., 1969. . Главы, посвященные евреям (отдельных глав о зимми‑христианах там нет), до краев наполнены антисемитскими стереотипами. Одна глава противопоставляет политическую, религиозную, экономическую и социальную свободу, предоставленную евреям всех эпох благодаря исламской толерантности, печальной участи арабских беженцев при “еврейско‑сионистской оккупации Палестины, начавшейся в 1948 году” Юсуф аль‑Карадāвū (Геир аль‑муслимūн фū‑л‑муджтама‘ аль‑ислāми — “Немусульмане в исламском обществе”. Каир, 1977) освещает тему исламской толерантности по отношению к зимми, ссылаясь, среди прочего, на аль‑Харбŷтлū. Карадāвū посвящает отдельную главу опровержению тех, кто не согласен с идеей о мусульманской толерантности, указывая на такие очевидно притеснительные практики, как подушная подать и дискриминационные различия в одежде. Одна из последних глав, называющаяся “Сравнение”, прославляет исламскую терпимость, противопоставляя ее нетерпимости, которую другие религии проявляли в прошлом и проявляют в настоящем, — например, ущемление интересов мусульман в христианских странах и в Советском Союзе, изгнание евреев из Испании и преследование одних христиан другими на всем протяжении истории. Книга Карадāвū, появившаяся также в английском переводе (Non‑Muslims in the Islamic Society./ Trans. Khalil Muhammad Hamad and Sayed Mahboob Ali Shah. Indianapolis, 1985), адресована “как мусульманским, так и немусульманским читателям, чтобы познакомить их с важнейшей темой, которая подверглась искажениям и неверным истолкованиям со стороны некоторых авторов‑немусульман” (из введения).
.

Эти несколько примеров представляют тенденцию, существующую среди арабских авторов и арабистов: рабская приверженность аксиоме об исламской толерантности (тасāмух) и мифу о межконфессиональной утопии Еще несколько примеров. Йузбакū. Та’рūк ахль аль‑зимма фū‑л‑‘Ирāк (12–247 A. H.): “Когда арабы завоевали Ирак и Персию, христиане, евреи и часть зороастрийцев приветствовали их, потому что арабы спасли их от жестокости прежних правителей [Сасанидов]. А ислам покровительствовал [самāха] им, предоставлял свободу вероисповедания и освободил от военной службы в обмен на уплату подушной подати [джизьи]. Эта толерантность [тасāмух] была существенным фактором, повлиявшим на поддержку, которую народы завоеванных земель оказали арабам‑мусульманам, а также на восторженное принятие многими из них ислама” (43).
Саллāм С. М. Саллāм. Ахль аль‑зимма фū Миср аль‑‛аср аль‑фāтимū аль‑тāнū ва‑ль‑‛аср аль‑аййŷбū (476–648 / 1074–1250) (“Покровительствуемые народы в Египте во время второго фатимидского периода и в период Айюбидов”). Каир, 1982: “Покровительствуемые народы в Египте пережили золотой век во всех сферах жизни под управлением духа любви и гармонии, они пользовались плодами чудесного принципа религиозной терпимости [аль‑тасāмух аль‑дūнū] под защитой режима халифов второго фатимидского периода и султанов династии Айюбидов” (с. 22).
Хусейн Му’нис. Алам Аль‑ислāм: “Они [немусульмане] существовали в обстановке исламской терпимости [тасāмух], которая заключалась в защите в рамках их религии, и жизнь их в исламском обществе была крайне приятна... Документы Генизы подтверждают этот факт, а именно, что евреи в арабо‑мусульманском мире наслаждались высочайшим уровнем толерантности... В то время на Западе евреи подвергались жестоким гонениям, их заставляли жить в отдельных кварталах, или “гетто”, евреи стран ислама пользовались свободой, будучи включенными лишь в общую систему податей, наложенных на них в качестве ‘покровительствуемых народов’ [ахль аль‑зимма]” (с. 249, 251–252). . Такая версия истории отношений между мусульманами и немусульманами частично служила оправданием и предлогом для другой тенденции: появлению на арабской почве штамма вируса европейского антисемитизма, который привлек к себе всеобщее внимание после победы Израиля в июне 1967 года Похвальным исключением из арабофильской приверженности мифу о межконфессиональной утопии является книга араба‑христианина Аделя Теодора Хури (Adel Théodor Khoury. Toleranz im Islam. München, 1980), в которой много внимания уделено религиозной полемике между христианством и исламом в Средние века. Хури написал свою книгу для немецкой серии “Entwicklung und Frieden” (“Развитие и мир”) в ответ на растущую озабоченность Запада радикальной воинственностью исламского фундаментализма. Эта работа отличается объективностью и представляет собой полезный источник информации об одном из аспектов проблемы, которая рассматривается в нашей книге. .

Разоблачение арабского антисемитизма

Арабский антисемитизм изначально возник в XIX веке среди арабов‑христиан и использовал классические христианские антисемитские стереотипы Это мнение широко распространено среди исследователей. См., например: Ma’oz Moshe. The Image of the Jew in Official Arab Literature and Communications Media. Jerusalem, 1976. P. 5–23; Stillman Norman. New attitudes toward the Jew in the Arab World. // Jewish Social Studies. Vol. 37, 1975. P. 198. . Он быстро набирал обороты и распространился по всему арабскому миру по мере усиления арабо‑еврейского и арабо‑израильского конфликта. Евреи осознали его популярность и силу только в конце шестидесятых годов. Внимание общественности на этот феномен, который доселе игнорировали, обратил Йеѓошафат Гаркави — сначала он писал о нем в газетах, а незадолго до начала Шестидневной войны закончил книгу “Отношение арабов к Израилю”, опубликованную вскоре после войны Harkabi Yehoshafat. Arab Attitudes to Israel. Jerusalem, 1972 (оригинал на иврите: Тель‑Авив, 1968). Вот что пишет Гаркави про миф о межконфессиональной утопии: “Верно, что положение евреев в арабских странах было лучше [чем в Европе]...” Но “положение евреев... было не столь идиллическим, как изображают арабы сегодня” (P. 218–219). Еще через несколько лет Гаркави выдвинул несколько возможных причин нежелания израильтян признать истинные масштабы и природу арабского антисемитизма: (1) поскольку арабский антисемитизм был спущен сверху и исходил от правительств и интеллектуальных элит, а не возник как социальный феномен в массах; (2) поскольку он исходил не от христиан, “а антисемитизм мог выйти только из христианского источника”; (3) страх “некоторых израильтян... что внимание к арабскому антисемитизму может показаться уважительной причиной для агрессивной политики Израиля”. Idem. On Arab Antisemitism Once More. In: Antisemitism through the Ages. / Ed. Shmuel Almog and trans. Nathan H. Reisner. Oxford, 1988. P. 227, 233, 238. Ивритский оригинал этой публикации появился в Иерусалиме в 1980 г. .

Неприятные доказательства арабского антисемитизма были обнаружены в арабских школьных учебниках и других дидактических материалах (в том числе в агитационной литературе, выпускаемой для нужд вооруженных сил Египта), которые израильские солдаты обнаружили на оккупированных территориях в июне 1967 года См.: Гаркави Йеѓошафат. Антиизраильская агитация в вооруженных силах ОАР (на иврите). Тель‑Авив, 1967. Гаркави приводит полный перевод на иврит арабской брошюры “Палестинская проблема”, которая начинается с краткой исторической справки, где сравниваются “напасти” евреев христианского мира и свобода, которой они пользовались в толерантном исламе (с. 22). . Публицистические и научные статьи на эту тему способствовали распространению информации в Израиле и за рубежом В 1968 г. Информационный департамент министерства иностранных дел Израиля опубликовал небольшую подборку репрезентативных отрывков из арабской учебной литературы с иллюстрациями под названием “Ненависть священна”. . Всего через несколько месяцев после войны, в феврале 1968 года, журнал “Джуиш фронтьер”, ежемесячно издаваемый Рабочим сионистским альянсом, донес эти откровения до своих читателей — без комментариев. Вновь и вновь как в Израиле, так и за его пределами говорилось о широком распространении “Протоколов сионских мудрецов” “Протоколы сионских мудрецов” — знаменитая антисемитская фальсификация, опубликованная в России впервые в 1903 г. Книга представляет собой вымышленные протоколы заседаний Всемирного сионистского конгресса, прошедшего в Базеле в 1897 г., в которых излагаются планы завоевания евреями всемирного господства, истребления неевреев и пр. Это лживое сочинение, по‑прежнему переиздаваемое на многих языках, имеет влияние и в наши дни. — Примеч. редактора. в арабском переводе. Не менее тревожной была воинственно антиизраильская речь египетского президента Садата, произнесенная 25 апреля 1972 года по случаю дня рождения пророка Мухаммеда. Садат обвинил евреев Медины в вероломстве по отношению к Пророку, указав на это как на причину отказа от переговоров с современной “нацией лжецов и предателей, народом заговорщиков, людей, созданных для вероломных поступков” и основание для борьбы с израильтянами до полного их разгрома Опубликовано, в частности, в “Нью‑Йорк таймс” 26 апреля 1972 г. (с. 5) и в израильских средствах массовой информации. . Возрожденная тема враждебности евреев к Пророку возникала в пятидесятые годы в антисемитских сочинениях исламских фундаменталистов, таких как Саид Кутб Nettler Ronald L. Past Trials and Present Tribulations: A Muslim Fundamentalist’s View of the Jews. Oxford, 1987. P. 20–21. . А Ривка Ядин недавно отметила пугающее постоянство интенсивной антисемитской риторики в египетских публикациях даже после заключения мирного договора с Израилем An Arrogant Oppressive Spirit: Anti‑Zionism as Anti‑Judaism in Egypt. Oxford, 1989 (оригинал на иврите: Иерусалим, 1988). .

Антимиф: неослезливая концепция
еврейско‑арабской истории

Популярность в арабской полемической литературе мифа о межконфессиональной утопии, помноженная на осознание евреями распространения антисемитизма в арабском мире, ускорила переоценку истории иудео‑мусульманских отношений, которую я, в свою очередь, называю “антимифом об исламских преследованиях евреев” и “неослезливой концепцией еврейско‑арабской истории” См. статьи, процитированные в предисловии. С разрешения редактора и издателя журнала Тикун некоторые разделы моей статьи “Neo‑Lachrymose Conception of Jewish‑Arab History” были в расширенном виде помещены в следующий раздел. . Своего расцвета она достигла после Шестидневной войны и зародилась в публикациях, появившихся в диаспоре, особенно в популярных СМИ.

Журнал “Ниар ист репорт”, издаваемый большим тиражом Американо‑израильским комитетом по общественным связям (AIPAC, ЭЙПАК), выпустил свое первое приложение “Мифы и факты” вскоре после Шестидневной войны. В почти забытом очерке 1946 года Опубликован в выпуске издаваемой Сионистской организацией Америки газеты “Нью Палестайн” от 4 октября 1946 г. Статья перепечатана на с. В17–В20 приложения к “Ниар ист репорт” от 1967 г. Впоследствии этот раздел приложения превратился в отдельную публикацию ЭЙПАК под названием “Myths and Facts: A Concise Record of the Arab‑Israeli Conflict”. С 1970 до 1992 г. появилось девять широко разошедшихся выпусков, где содержались, в частности, разделы, опровергающие арабскую толерантность. В выпуске самого журнала “Ниар ист репорт” за 1990 г. редакторы поместили главу “Отношение арабов к евреям”, являющуюся расширенным вариантом издания “Myths and Facts” за 1989 г. Туда вошли, например, замечания французского мыслителя Жака Эллюля из его предисловия к английскому изданию книги Бат‑Йеор Зимми, выдержанной в духе “антимифа” (см. ниже). Статья Рота одновременно была напечатана с небольшими изменениями в журнале британской сионистской организации Джуиш форум (October 1946, p. 28–33) — именно эту версию цитирует Ш.‑Д. Гойтейн в книге “Евреи и арабы”, с. 71. еврейский историк Сесил Рот предупреждал о любопытной интерпретации, популярной среди арабов и христиан‑антисионистов, которая “в долгосрочной перспективе может принести нам много вреда”. Рот имел в виду использование в арабской и христианской антисионистской пропаганде популярного среди евреев XIX века мотива “безмятежных дней под бледным светом полумесяца и чистилища в тени креста”. В заключительной части своей статьи он утверждает: “Мысль о том, что евреи жили в арабском мире в идеальном мире и покое до тех пор, пока воинственные сионисты умышленно не сломали устоявшийся порядок отношений между народами, искажает действительность”. При перепечатке этой статьи ЭЙПАК руководствовался целью дополнить список “предпосылок арабо‑израильской войны” и изложить словами Рота “несколько неочевидных фактов” о гонениях в странах ислама в эпоху Средневековья и Нового времени. Мусульманский режим притеснения иноверцев, существовавший и в период испанского золотого века, “часто ошибочно называют редкими вспышками агрессии”. Рассуждая о предполагаемом “дружелюбии палестинских арабов по отношению к евреям до прибытия нового поколения сионистов”, Рот цитирует послание, отправленное еврейским паломником из Палестины в начале XVI века. Автор описывает страдания и унижения, переносимые местными евреями, а также их уверенность в том, что жизнь под властью ислама хуже, чем под властью христианства. Путешественник подтверждает свои наблюдения цитатами из “Послания” Маймонида (паломник ошибся и назвал его посланием в Испанию, хотя на самом деле это послание в Йемен), “в котором [Маймонид] говорит, что нет в мире народа, который бы больше арабов мечтал унижать и позорить евреев”.

Вскоре после публикации ЭЙПАК Сол С. Фридман послал сигнал бедствия: “Современная арабская пропаганда настаивает на том, что главной причиной антагонизма между евреями и арабами является политический сионизм, который описывают как фанатичное движение, возникшее в результате европейских гонений и разрушившее ближневосточную гармонию, которая существовала там тысячу лет” The Myth of Arab Toleration. // Midstream 16. № 1. January 1970. P. 56–59; в расширенном варианте эта статья стала первой главой книги Фридмана: Friedman Saul S. Without Future: The Plight of Syrian Jewry. N. Y., 1989. Ср. отрицательную рецензию Нормана Стиллмана в журнале MESA (Middle East Studies Association). Bulletin 24. № 2. 1990. P. 194. . В ответ на “басню о семитском братстве”, которая утверждает, что “в то время, когда Европа отказывала евреям, запертым в гетто, в свете свободы, Саадьи Саадья Гаон (Саадья бен Йосеф; 882–942) — крупнейший раввинистический авторитет, основоположник раввинистической литературы и еврейской рационалистической философии, языковед и литургический поэт. , Маймониды, Ибн‑Габироли Ибн‑Габироль Шломо бен Йеѓуда (по‑арабски — ибн‑Габируль Абу Айюб Сулейман ибн‑Яхья; на латыни Авицеброн; 1021 или 1022 — между 1052–1055) — еврейский поэт и философ. Писал на иврите (стихи) и арабском (трактаты). и Йеѓуды Ѓалеви могли развиваться на воле и просвещать человечество под властью ислама”, Фридман перечисляет “не столь широко известные” проявления ненависти и гонений, от которых страдали евреи в мусульманских странах с самого рождения ислама: от агрессивной политики Мухаммеда по отношению к евреям Медины до кровавого навета в сирийском городе Дамаске в 1840 году В статье, посвященной “Арабо‑еврейскому двунациональному государству” (Arab‑Jewish Bi‑Nationalism. Jewish Frontier. April 1976), Сол Фридман вновь заявляет, что “враждебное отношение арабов к евреям было повальным на Ближнем Востоке со времен Мухаммеда”, и утверждает, что арабы и евреи не могли и не могут мирно жить в двунациональном государстве. Двумя годами спустя Фридман в том же журнале объяснял, как арабские апологеты используют “басню о семитском братстве, существовавшем до недавнего времени на Ближнем Востоке”, для прикрытия своего откровенного антисемитизма (Universal Anti‑Semitism. Jewish Frontier. August‑September 1976. P. 14–18) .

В 1974 году другой поборник антимифа журналистка Роуз Льюис подвергла сионистских пропагандистов резкой критике за то, что они строят свою аргументацию на страданиях евреев Европы и забывают об истории непрерывного еврейского присутствия в Палестине, а также об арабских гонениях на евреев на протяжении всей истории Lewis Rose. The Historical Jewish Presence in the Middle East. // Jewish Frontier. 1974, January. P. 13–16. . Через год в статье, опубликованной в журнале “Комментари”, Льюис указывала на нежелание защитников Израиля признать, что “на Ближнем Востоке… [евреи] тринадцать веков страдали от дискриминации и притеснений”, а также их отказ использовать этот фактор для подтверждения своего “права” (в противовес прагматической необходимости) на самоопределение в Израиле Israel’s Rights and Arab Propaganda. // Commentary. 1975, August. P. 38–43. Еще в одной работе, посвященной пересмотру еврейско‑арабской истории с позиций антимифа, Роуз Льюис развенчивает испанский золотой век. Она ссылается на заявление Бернарда Льюиса (Lewis Bernard. History: Remembered, Recovered, Restored. Princeton, N.J., 1975. P. 77), что “миф об исламской толерантности в Испании”, некогда использованный еврейскими историками “как палка, которой они били своих христианских соседей... был взят на вооружение мусульманскими учеными, которые используют его для своих, совершенно иных целей”. Исходя из этого, Роуз Льюис предлагает “более трезво взглянуть на золотой век... глазами 20‑го, а не 19‑го столетия”. Она считает необходимым исправить представления о процветании евреев в мусульманской Испании. Романтизируя эту эпоху, жалуется она, еврейские историки предоставили оружие арабам, выступающим против Израиля. Ее собственная версия истории этого периода включает кровавый погром евреев испанского города Гранада в 1066 г. и написанное тогда же арабское стихотворение, проникнутое злобными обвинениями в адрес евреев, которые якобы сами инициировали резню. Она пишет: “Это и есть мусульманский антисемитизм с его глубокими национальными корнями и длинной исторической традицией” (Muslim Glamour and the Spanish Jews. // Midstream, February 1977. P. 26–37). Льюис вновь рассуждает о страданиях евреев от рук арабов в статье “Maimonides and the Muslims” (Midstream. November 1979. P. 16–22), описывая суровые гонения Альмохадов в XII в. Цитируя ключевой фрагмент из “Послания в Йемен” Маймонида, она утверждает, что “не может быть никаких сомнений в том, что сам Моше Маймонид думал о еврейско‑арабских отношениях в период якобы золотого века, когда он жил” (22). .

Родившийся в Тунисе французско‑еврейский писатель Альбер Мемми горько критикует всех, кто считает, что арабские евреи, земляки арабов‑мусульман, до эпохи сионизма жили счастливо и что только ашкеназские евреи страдали от рук иноверцев:

Когда речь заходит о еврейских несчастьях, то им достаточно одного: они все конфисковали в пользу своих ашкеназов. Как будто на Востоке жили одни мусульмане, а диаспора существовала только на Западе! Как будто страдали только арабы‑мусульмане, а Запад представляют собой евреи!.. Почему бы нам тоже не предъявить миру свой счет? Memmi Albert. Jews and Arabs. / Trans. Eleanor Levieux. Chicago, 1975; французский оригинал: Juifs et arabes. Paris, 1974). P. 11–12. Существует перевод на иврит: Йеѓудим ве‑аравим. / Пер. Аѓарона Амира. Тель‑Авив, 1975.

Мемми выступает против современных историков:

Перенеся кошмарную нацистскую резню, эти еврейские историки даже представить себе не могут, что где‑то могло происходить что‑то подобное. Но если оставить печи и убийства, совершенные в России, от кишиневского погрома до Сталина, общее количество еврейских жертв в христианском мире, вероятно, не превысит общего числа пострадавших в постоянных погромах, больших и малых, никогда не прекращавшихся в мусульманских странах Jews and Arabs. P. 27 (разрядка автора). Эта глава также была напечатана в виде статьи во французском еврейском журнале “L’ Arche” в начале 1974 г. .

Мартин Гилберт, автор биографии Уинстона Черчилля и летописец Холокоста, также внес свой вклад в развенчание мифа о межконфессиональной утопии. Его публицистическое произведение “Евреи ислама: золотой век или гетто?” в мрачных красках описывает прошлое еврейско‑арабских отношений Gilbert Martin. The Jews of Islam: Golden Age or Ghetto? // Jewish Chronicle Colour Magazine. November 23, 1979. P. 56–60. .

Более разносторонний анализ провела уроженка Египта Бат‑Йеор, которая вместе с другими евреями перенесла притеснения и изгнание из этой страны в 1956 году. Она опубликовала несколько книг и брошюр, где звучала тема беспрестанных гонений на представителей немусульманских религий — иудаизма и христианства со стороны арабов‑мусульман. В самой известной своей книге “Зимми: евреи и христиане под властью ислама” Бат‑Йеор (что означает “Дочь Нила”) собрала источники всех эпох, подтверждающие ее основной тезис о “тринадцати столетиях страданий и притеснений”, которые претерпели евреи и христиане от ислама Эта книга была переведена и на русский язык А. Любинским и Ю. Винер, в 2 т., Иерусалим, 1991; английский перевод — East Rutherford. N.J., 1985; французский оригинал — Paris, 1980; ивритский перевод Аѓарона Амира — Иерусалим, 1986. Подзаголовок французского оригинала — “Profil de l’opprimé en Orient et en Afrique du Nord depuis la conquête arabe” (“Положение угнетенных на Востоке и в Северной Африке после арабского завоевания”) — прекрасно отражает содержание книги. . В предисловии к английскому изданию Жак Эллюль хвалит автора за демонстрацию того, что “во многих смыслах положение зимми было сходно с социальным статусом крепостного в средневековой Европе” Бат‑Йеор. Зимми. Т. 1. С. 28. Последняя работа Бат‑Йеор, посвященная истории зимми, “Les chrétientés d’orient entre Jihad et dhimmitude: VII‑XХ siècles” (“Христианские народы на Востоке от джихада до установления статуса зимми: VII–XX вв.”. Paris, 1991), также содержит предисловие Эллюля. .

Книга Джоан Питерс “С незапамятных времен” получила известность благодаря тому, что она оспаривает демографическое обоснование арабских притязаний на землю Палестины. Питерс подогревает антимиф, приводя перечень гонений еврейско‑арабской истории и критикуя арабскую риторику межконфессиональной утопии, а также мнение, что “евреям в определенные периоды “жилось лучше” в арабских странах, чем в христианских государствах Европы” Peters Joan. From Time Immemorial: The Origins of the Arab‑Jewish Conflict over Palestine. N. Y., 1984. P. 75. Эта книга была подвергнута резкой критике, в том числе со стороны израильских специалистов, за некорректную, тенденциозную методологию анализа арабских поселений в Палестине в XIX–XX вв. В ивритском переводе Аѓарона Амира книга вышла под названием Ме‑аз у‑ми‑тамид (Тель‑Авив, 1988, 1990). .

Антимиф в научной литературе

Журналисты и другие популярные авторы создали антимиф. Некоторые еврейские ученые также исследовали свидетельства о ненависти к евреям, присущей исламу изначально. Например, речь египетского президента Садата в 1972 году — разоблачение еврейского вероломства по отношению к Мухаммеду в Медине — была полемически рассмотрена в статье 1974 года, где говорится, что Мухаммед никогда и не намеревался терпимо относиться к евреям и иудаизму. Более того, с самого начала он намеревался покорить еврейские племена Медины и сделать их бессильными и зависимыми Gil Moshe. The Constitution of Medina: A Reconsideration. // Israel Oriental Studies 4. 1974. P. 44–76. Сравни со статьей: Rubin Uri. The ‘Constitution of Medina’: Some Notes. // Studia Islamica 62. 1985. P. 5–23. . На проводившемся в Израиле в 1978 году симпозиуме на тему “антисемитизма разных эпох” было прочитано шесть докладов, касавшихся отношения средневековых и современных арабов и мусульман к евреям Это намного больше, чем единственная статья на эту тему в сборнике “Essays on Antisemitism”, вышедшем в свет в сороковые годы. . Один из израильских участников, который прочел доклад под названием “Ненависть к евреям в исламской традиции и коранической экзегезе”, закончил его утверждением, что “если устная традиция отражает развитие раннего мусульманского общества, то традиционные представления о евреях, несомненно, не только сформировали идеологическую инфраструктуру антиеврейского законодательства [в “Договоре ‘Омара”] Имеется в виду договор, заключенный в 637 г. между ‘Омаром ибн‑Хаттабом, вторым праведным халифом, и иерусалимским патриархом Софронием после входа первого в Иерусалим. Договор регулировал статус зимми, выплаты ими джизьи и пр. — Примеч. редактора.
, но также и отражали истинное отношение к евреям в первые два столетия существования ислама” Ben‑Shammai Haggai. Jew‑Hatred in the Islamic Tradition and the Koranic Exegesis. In: Antisemitism through the Ages. P. 161–169; цитата на с. 168. . Еще один автор, писавший на тему ненависти к евреям, начинает с заявления, что “позитивные оценки”, которые давались социальному и правовому статусу евреев в мусульманских странах эпохи Средневековья, в сравнении с тяжелыми условиями жизни евреев в христианской Европе, будучи верными, “стали большой несправедливостью по отношению к исторической правде”. После “относительно благоприятных” первых трех поколений ислама “политическое и правовое положение, а также уровень безопасности” евреев “постепенно ухудшались”. Неудивительно, что автор приводит высказывание Маймонида из “Послания в Йемен”, что изгнание в страну Ишмаэля было самым худшим из всех Grossman Avraham. The Economic and Social Background of Hostile Attitudes toward the Jews in the Ninth and Tenth Century Muslim Caliphate. In: Antisemitism through the Ages. P. 171–187. В примечании Гроссман признает, что Маймонид находился под впечатлением недавних гонений в мусульманской Испании. Ibid. P. 184. № 3. Вообще говоря, тезис Гроссмана о том, что мусульманская ненависть к евреям началась в IX в. как реакция на социальные и экономические успехи евреев, не убедителен. Ненависть существовала и раньше, но, как я покажу ниже, она не была связана с экономическими факторами (см. главу 5 этой книги). Еще две статьи в сборнике “Antisemitism through the Ages” не имеют цели укрепить антимиф: Barnai Jacob. “Blood Labels” in the Ottoman Empire of the Fifteenth to Nineteenth Centuires; Bar‑Asher S. Antisemitism and Economic Influence: The Jews of Morocco (1672–1822). .

Антимиф и евреи из арабских стран в Израиле

Антимиф об изначально присущей исламу склонности преследовать иноверцев фигурирует в политическом мышлении определенных групп восточного, то есть сефардского, израильского еврейства. Всемирная организация евреев — выходцев из арабских стран (WOJAC), основанная в 1975 году, определила свои взгляды в программной публикации Брошюра Мориса Румани, написанная в соавторстве с Деборой Голдман и Хелен Корн: The Case of the Jews from Arab Countries: A Neglected Issue. Vol. 1. Jerusalem, 1975. . Организация считает аксиомой, что израильские евреи — выходцы из арабских стран бежали от преследований. В качестве компенсации за злодеяния, причиненные им арабами, они заслуживают мирной жизни в Израиле. Кроме того, их расселение в этом регионе после 1948 года представляет собой “обмен населением”, который уравновешивает исход десятков тысяч арабов из недавно провозглашенного Израиля и тем самым отменяет для израильской стороны любые обязательства по репатриации беженцев. На самом деле, утверждает Организация, ответственность за их абсорбцию должны нести другие арабские страны.

Глава под названием “Преследования евреев в арабских странах” в этой брошюре Case of the Jews. P. 41–57. посвящена теме антимифа:

Арабские гонения на евреев, таким образом, не являются феноменом, появившимся после 1948 года. Они имеют глубокие корни в исламе и стали неизбежной чертой отношений между арабами и евреями со времен Мухаммеда. Гонения на евреев со стороны арабов в ХХ веке — это лишь продолжение и усиление вековой традиции, в соответствии с которой обладающие более низким социальным и религиозным статусом евреи несут бремя массового презрения со стороны мусульман, дискриминации со стороны мусульманских правительств и финансовых тягот Ibid. P. 48. В книге этот абзац выделен курсивом. .

Это утверждение, возможно, не отражает мнение всех тех, кого призвана представлять Организация; однако верно, что израильские евреи восточного происхождения склонны не доверять арабам на основании собственного опыта гонений, от которых они страдали на бывшей родине. Этим можно объяснить их активный антиарабизм, их нежелание отказываться от Западного берега и Газы и их традиционную приверженность партии Ликуд. Некоторые даже утверждают, что из‑за своей ненависти к арабам восточные евреи представляют собой серьезное препятствие на пути к миру между Израилем и его арабскими соседями.

Хотя верно, что евреи из арабских стран часто высказывают негативные взгляды на ислам и арабов, трудно сказать, до какой степени причины этого коренятся в их долгосрочной исторической памяти. Большинство восточных еврейских избирателей в нынешнем Израиле — дети эмигрантов; сами они никогда не жили в арабских странах или же уехали оттуда в очень юном возрасте. Рассказы о враждебности (или гармонии) под властью ислама в старые времена исходят от их родителей. Враждебность к арабам частично отражает желание восточных евреев самим отличаться от арабов, которые являются объектом глубокого предубеждения со стороны израильского населения. Это печальное, но предсказуемое следствие арабо‑израильского конфликта. Более того, их склонность отдавать свои голоса Ликуду на протяжении многих лет обусловлена среди прочего и их политическим и экономическим опытом в Израиле.

С самого своего прибытия в Израиль евреи, беженцы из арабских стран, не получили равных прав в израильском обществе, основанном ашкеназами, которые и управляли государством первые тридцать лет через Партию труда, где доминировали евреи европейского происхождения. Обычно речь не шла о намеренной дискриминации; скорее это был неудачный опыт абсорбции столь существенного числа эмигрантов в недавно появившемся и постоянно воюющем государстве. Тем не менее многие израильтяне восточного происхождения продолжают считать Партию труда ответственной за их низкий социально‑экономический статус Похоже, эта ситуация начала меняться в ходе израильских выборов, прошедших в июне 1992 г. См., например: Дешен Шломо. Религиозность у израильтян восточного происхождения: население, раввины, вера (на иврите). // Альпаим 9, 1994. С. 44–58. . Восточные евреи справедливо считают, что ашкеназы основывают свои претензии на плоды еврейского суверенитета на перенесенных в христианских странах страданиях, кульминацией которых стал Холокост. Осознанно или неосознанно, но восточные евреи в Израиле стали подчеркивать страдания, которые выпали на их долю (тем самым укрепляя антимиф), в попытке оправдать свои притязания на равную долю в реализации сионистской мечты Такое мнение высказывается, например, в научном исследовании, посвященном случаям преследования евреев в арабских странах за последние столетия, в попытках показать, как европейский фашизм прямо или косвенно обусловил страдания евреев в арабских странах накануне и во время Второй мировой войны, и в попытках зафиксировать не всегда очевидный сионистский ответ восточных евреев на арабский антисемитизм. .

Подобного рода анализ был произведен в статье, опубликованной в журнале Тикун в 1990 году Yonah Yossi. How Right Wing Are the Sephardim? // Tikkun 5. № 5. May‑June 1990. P. 38–39, 100–102. . Автор, израильский ученый и восточный еврей, демонстрирует, каким образом восточные евреи искажают еврейско‑арабское прошлое с целью добиться “ассимиляции и самоидентификации” в настоящем. Он описывает документальный фильм о евреях Ирака, показанный по израильскому телевидению. В фильме мало говорится о достижениях иракских евреев в сфере культуры; вместо этого их история сопоставляется с “ашкеназской историей погромов и гонений”. Автор фильма перемежает “сцены из Багдада со сценами из нацистских концлагерей”, чтобы провести аналогию между печально известным погромом в Багдаде 1941 года и нацистскими зверствами в Европе. Исследователь предполагает, что это может быть “еще одна отчаянная попытка ассимилироваться в израильском обществе, обнаружить общую судьбу, принять участие в Холокосте”.

Косвенным доказательством гипотезы о связи сефардского антиарабизма с внутренними израильскими проблемами может служить небольшая книжка, написанная американским евреем — уроженцем Багдада. Автор пишет о “пропасти”, которая разделяет ашкеназских и сефардских евреев в Израиле. В кратком экскурсе в “средневековую историю евреев в мусульманских странах” он, по‑видимому, стремится подготовить читателя к пересмотру антимифа:

Хотя у евреев мусульманских стран бывали и трудные времена, многие историки считают их удел более счастливым, чем судьба евреев европейских государств. Однако были и случаи гонений; евреев убивали и грабили не в пример чаще, чем их мусульманских соседей.

Очень выразительно и с полным пониманием истинных проблем, которые испытывают восточные евреи в Израиле, автор продолжает:

Тем не менее антиеврейские погромы в мусульманских странах случались реже, чем в христианских. Публичные массовые сожжения, происходившие в разных частях Европы, похоже, не встречались в мусульманском мире. Если евреев Европы часто выгоняли из домов, в мусульманской истории зафиксирован лишь один подобный случай: в 1678 году евреям Йемена приказали принять ислам или покинуть страну. Большая часть из них уехала и расселилась в Маузе — небольшом йеменском городке на берегу Красного моря. В 1681 году им позволили вернуться в Йемен Haddad Heskel M. Jews of Arab and Islamic Countries: History, Problems, Solutions. N. Y., 1984. P. 20. Между прочим, Хаддад посвятил свою книгу своему “покойному отцу, который не испытывал ненависти к мусульманам и зависти к ашкеназам”. .

Такой сбалансированный взгляд на еврейско‑арабскую историю со стороны того, кто застал ее последний этап, указывает, что распространенный образ сефардских евреев как неистовых арабоненавистников следует пересмотреть, возможно, с учетом вероятных отличий между теми сефардами, которые живут в Израиле, и теми, что в диаспоре.

В последнее десятилетие в Израиле были сделаны попытки противостоять популярному стереотипу, что все евреи из арабских стран презирают арабов и противятся дипломатическому сближению. Речь идет о группировке Ѓа‑мизрах аль шалом, что буквально означает “Восток за мир”, которая была образована в 1983 году и состоит из израильских интеллектуалов восточного происхождения, выступающих за социально‑экономическое равенство внутри страны, за признание включенности Израиля в ближневосточный контекст и дипломатические уступки в обмен на мир с арабскими соседями Израиля. “В этом гарантия будущего сосуществования, взаимоуважения и взаимного культурного обогащения по модели испанского золотого века”, — пишет Шломо Эльбаз, председатель “Востока за мир” New Outlook. November‑December 1991. P. 15. См. также: Gavron Daniel. Smashing the Stereotype. // Jerusalem Post Magazine. July 8. 1983. P. 3–4. .

Завершив этот краткий очерк о противостоянии мифа и антимифа по поводу спора о судьбе евреев в арабских странах в прошлом, мы обратимся к решению поставленной задачи: сравнительно‑историческому анализу иудео‑мусульманских и иудео‑христианских отношений в эпоху раннего и Высокого Cредневековья Что касается “спора”, то можно также обратиться к двум откликам на мою собственную статью: Bat Ye’or. Islam and the Dhimmis. // Jerusalem Quarterly. № 42. 1987. P. 83–88; Stillman Norman A. Myth, Countermyth, Distortion. // Tikkun. May‑June 1991. P. 60–64; а также “Letters to Editor”. Ibid. July‑August 1991. P. 96 и задний форзац. Последнюю публикацию можно сравнить со статьей: Rosen Lawrence. Muslim‑Jewish Relations in a Moroccan City. // International Journal of Middle Eastern Studies 3. 1972. P. 435–449. Отклики на нее: Stillman Norman A. Muslims and Jews in Morocco. // Jerusalem Quarterly. № 5. 1977. P. 76–83; The Moroccan Jewish Experience: A Revisionist View. Ibid. № 9. 1978. P. 111–112 (ср. также: Shokeid Moshe. Jewish Existence in a Berber Environment. In: Jewish Societies in the Middle East: Community, Culture, and Authority. / Ed. Shlomo Deshen, Walter Zenner. Washigton, D.C., 1982. P. 106–107). .

Книгу Марка Р. Коэна «Под сенью креста и полумесяца: евреи в средние века» в Израиле, России и других странах.