Можно сказать, что WikiLeaks в некоторых своих проявлениях стремится выполнять в наше время функцию, аналогичную закону о мецоре: предает огласке позорные слова и деяния, которые люди произносят и совершают за закрытыми дверями. Мудрецы говорили, что злоречие так же страшно, как идолопоклонство, инцест и убийство, вместе взятые, а Шекспир показал нам, как драматически злоречие может отравлять взаимоотношения, настраивая людей друг против друга и приводя к трагедии.

Соблюдение шабата и посещение синагоги были самыми публичными, но не единственными аспектами его верности еврейской жизни и традициям. Либерман соблюдал кашрут, каждое утро в будни накладывал тфилин, каждый день молился три раза, регулярно изучал недельный раздел Торы. С Ребе Менахемом-Мендлом Шнеерсоном, благословенной памяти, он познакомился еще студентом и многие годы поддерживал тесные отношения с ним самим и c движением «Хабад Любавич».

Коэны служат Б‑гу всегда одинаково, их служение не меняется с течением времени. Пророк служит Б‑гу по‑разному: его служение беспрерывно меняется с течением времени. Когда люди расслабляются, пророк предостерегает о грядущей катастрофе. Когда катастрофа обрушивается и люди погружаются в пучину отчаяния, пророк несет им утешение и надежду.

Евреи не расстались со своим прошлым. В своих молитвах мы и сегодня упоминаем о жертвоприношениях. Но евреи не стали держаться за прошлое. Не стали они искать убежища и в иррациональном мышлении. Они продумали свое будущее наперед и создали такие институты, как синагога, дом учения и школа, которые можно выстроить где угодно, чтобы они даже в самой неблагоприятной обстановке служили питательной средой для еврейской идентичности.

Нееврейский мир, привыкший приписывать евреям меланхолию, угрюмость и чинность, опешил, когда зрелище беззаботно резвящихся иудеев развеяло прежние непоколебимые представления. Некоторые репортеры, пытаясь примирить свои косные представления с присутствием целого сонма «ярых поклонников Терпсихоры» в бальном зале, предположили, что Америка породила новый тип еврея — поборника «общественного инстинкта».

Рабби Ицхак Арама пишет, что разница между умышленным и непредумышленным грехом такова: в умышленном грехе виноваты и тело, и душа. А в непредумышленном — только тело, душа безвинна. Поэтому непредумышленный грех поможет загладить, так сказать, физическое жертвоприношение: ведь нечестивым было только физическое действие тела. А умышленный грех невозможно искупить физическим жертвоприношением: оно не в состоянии исправить душу, исковерканную нечестием.

«Мой отец любит нигуним, он пел их все время. Мы выросли на музыке Хабада, — говорит Раскин, а потом добавляет, что их восемь братьев и сестер, так что нигуним они пели в семейном кругу. — Раньше мы много пели за шабатним столом, в моцей шабат субботним вечером после шабата, и всегда ставили пластинки с хабадскими нигуним»

Кирьяс‑Джоэл был основан в 1974 году в долине Гудзона в черте города Монро (штат Нью‑Йорк). Сейчас в Кирьяс‑Джоэле примерно 33 тыс. постоянных жителей, 99% из них — сатмарские хасиды. По вполне правдоподобному прогнозу, к 2040 году в Кирьяс‑Джоэле будет 96 тыс. постоянных жителей, так что он станет «первым в мире крупным городом, где все жители — хасиды».

Основополагающая роль Франкфуртера в истории американского еврейства не лишена иронии: он снял кипу задолго до того, как надел судейскую мантию. Путь Франкфуртера — путь не еврейского судьи, но путь «из евреев в судьи» — обиняками подводит к более широкому выводу: евреи в Верховном суде несут бремя, неведомое их коллегам‑христианам.

На собрании хасидов в Бруклине в 1976 году Любавичский Ребе провозгласил: для социальной реабилитации необходимо прежде всего сделать так, чтобы заключенный мог по-прежнему ощущать себя человеком и подобием Б-га. Заключенный — человек, а человек может, если пожелает, быть отражением Б-жественности и добра в этом мире. Однако, когда заключенному отказывают в праве считаться человеком и видеть в себе человека, когда он чувствует себя порабощенным и не может поднять голову, тюремная система неизбежно сделает из него еще более страшного преступника.

Идея, что молодых евреев могут собрать вместе и побудить собираться снова и снова именно общие интересы, а не религиозные связи, в последние годы XIX века и первые годы ХХ-го подвигла на создание Иудейской ассоциации молодых людей (Young Men’s Hebrew Association, YMHA, или просто «И») и ее «сестры» — Иудейской ассоциации молодых женщин.

Маймонид не просто отмечает, что евреи жертвуют на благотворительность, а выдвигает более глубокую мысль, утверждая, что у евреев склонность к благотворительности заложена в генах — это составная часть унаследованной нами ДНК. Это одна из примет потомков Авраама, настолько яркая, что, если человек не жертвует на благотворительность, «следует усомниться в чистоте его родословной».