Как‑то к Ребе пришел один бизнесмен. Как живешь? — спрашивает Ребе. Бизнесмен принялся рассказывать о своих деловых успехах, о состоянии рынка, но Ребе его прервал: «Я тебя спросил не о том, как ты работаешь, а о том, как живешь!» Иными словами, при всей важности работы она — не самоцель. Цель жизни человека — не много денег, а много счастья.

Да, бедность — это испытание. Но и богатство — испытание, порой даже более серьезное. Царь Шломо писал в «Мишлей»: «...нищеты и богатства не давай мне, чтобы, пресытившись, я не отрекся от Тебя и не сказал: “Кто Г‑сподь?”, и чтобы обеднев не стал красть...» Кража, конечно, тяжкий грех, но отпадение от Б‑га — грех куда более тяжкий.

Главная мысль заключается в том, чтобы сделать судебное решение максимально коллективным, основывающимся на широкой палитре мнений. Это логично: когда стороны идут в суд, они тем самым признают, что им нужно еще чье‑то мнение о проблеме, чтобы их примирить. Так пусть и в суде будет не одно мнение, а несколько! Недаром говорится, что «ум хорошо, а два лучше»: в нашем бейт‑дине, например, должно быть не менее трех судей‑даянов.

Тора неоднократно постановляет, что творить суд необходимо. Одна из заповедей Ноаха прямо требует поставить судью в каждом городе. Да и вообще, если не будет судей, как решать проблемы, которые обязательно возникают при столкновении интересов?

Наши мудрецы обозначили эту проблему уже очень давно и дали ей точный диагноз. Мишна говорит: «Кто почитает Тору, его тело будет почитаемо людьми; кто оскверняет Тору — его тело будет осквернено».

Если верующий ведет себя правильно, люди говорят: «Смотрите, какой он честный и порядочный — это потому, что Б‑г дал ему правильные заповеди». Если же, не дай Б‑г, верующий согрешил — тем самым он осквернил Имя Б‑жье в глазах окружающих. Для нас это самый страшный грех.

Гордыня начинается там и тогда, где и когда человек приходит к выводу, что эти хорошие черты — его личное достижение. В этот момент он неизбежно начинает гордиться собой, а на других людей, не столь «успешных», смотрит сверху вниз. И всё: он охвачен гордыней, которую Тора приравнивает к идолопоклонству.

Наша традиция основана на принципиально иной системе ценностей: жизнь — это служение Б‑гу, Б‑г каждому дает свое уникальное задание, которое не может выполнить никто другой. Поэтому не может быть «победителей», и тем более не может быть «лузеров». Мишна так формулирует эту истину: «Не презирай никакого человека и не считай что‑либо невозможным: ибо нет человека, у которого не было бы его часа, и нет вещи, у которой не было бы ее места».

Жить по Торе означает не просто «жить достойно», но еще и «жить с удовольствием». Само соблюдение заповедей делает нашу жизнь лучше: соблюдение шабата и праздников дарит радость и веселье, соблюдение кашрута дарит здоровье, молитва позволяет общаться с Б‑гом, цдака дает чувство удовлетворения от того, что принес добро другим людям…

«Кто мудр? Тот, кто учится у каждого человека… Кто могуществен? Тот, кто усмиряет свои страсти… Кто богат? Тот, кто доволен своей долей… Кто уважаем? Тот, кто уважает других».

Вот тема вечного спора, который знаком каждой еврейской семье. На что больше обращать внимание при обучении и воспитании детей: на светскую или на религиозную составляющую? Что лучше: отдать ребенка учиться в математическую или языковую гимназию или все‑таки в еврейскую школу?

На первый взгляд парадокс: мы, «народ Книги», всю жизнь учим Тору, то есть приобретаем мудрость, наша традиция основана на почитании знания и мудрецов — а тут мудрого человека сравнивают с «деревом со слабыми корнями»!