По ее книжкам — я бы даже сказал, книжечкам — мы входили в мир Пятикнижия. У меня были отдельные недельные главы с комментарием Раши, и именно через них происходило первое, почти интимное знакомство с текстом. А потом, спустя несколько лет, когда Фрима приехала в Москву и пришла к нам в ешиву, я с гордостью сказал ей: «Я учил Раши по вашим книгам». Она посмотрела на меня строго и ответила: «Надо учить по Раши. По Раши». И в этой короткой реплике — вся мера точности, вся требовательность к тексту, к себе, к ученику