Шесть десятилетий Маргол никому не рассказывал о том, что увидел в конце войны: ни жене, ни троим детям, вообще никому. А потом, когда ему было уже за восемьдесят, начал говорить. И с тех пор почти не останавливался. Сегодня Маргол — один из немногих ныне живущих ветеранов американской армии, участвовавших в освобождении концлагеря Дахау