Актуалии

Обложка-2018

25 декабря 2018
Поделиться

Друзья, поучаствуйте в нашем небольшом конкурсе.

12 обложек года — это 12 идей, 12 воплощений. 12 работ художников.

Какая вам кажется самой лучшей? В комментариях ниже напишите, пожалуйста, только номер журнала — он на картинках в левом верхнем углу.

Нам важно ваше мнение.

№1

№2

№3

№4

№5

№6

№7

№8

№9

№10

№11

№12

 

UPD (26.12.2018)

Итак.
Более 300 человек приняли участие в нашем суточном голосовании за лучшую обложку года. Спасибо всем огромное!
Борьба была нелегкая, что говорит о качестве всех обложек минувшего года — голоса разделились ровным слоем.
Но победительница есть. Это обложка апрельского, 4-го номера «Лехаима». Авторы идеи и макета обложки — Даниил Бондаренко и Полина Лауфер, художник — Марго Соостер. Заслуженная победа!

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Валерий Тодоровский: «В моем детстве идиш был абсолютной нормой»

Пусть эпидемия и была не такой уж страшной, это все равно болезнь, и люди умирали. По разным подсчетам, умерли то ли 12, то ли 16 человек, а слухи ходили куда более страшные. В этой ситуации люди, ощутив, что никто не знает, сколько им осталось, начали вдруг жить на полную катушку. Стали позволять себе высказываться, выяснять отношения, а главное, что‑то чувствовать — может быть, такое, чего они себе не разрешали

Закат

На юбилее нашего общего друга они были втроем — он, Сара и Авнер. Биби хвастался, что Авнер победил в конкурсе на знание Танаха. Симпатично хвастался. Вот это все человеческое мне в нем очень нравится. Он знает, как разговаривать с разными людьми — и с Трампом, и с Путиным, — и умеет им нравиться. Это очень важно. Но когда‑то он должен будет уйти.

Добиться

И все же до сих пор трудно понять, отчего на книгу Подгореца реагировали так гневно. Как‑никак, она, в сущности, написана по канонам популярного литературного жанра — романа воспитания, а сам Подгорец предстает в ней в роли этакого Гека Финна, плывущего по водам нью‑йоркской интеллектуальной культуры 1950–1960‑х годов, встречая на своем пути как доброжелателей, так и пройдох. В ницшеанских категориях это рассказ о том, как Подгорец стал тем, кто он есть.