Cобытия 23 января подверглись тщательному разбору со стороны ряда известных критиков, и они утверждают, что престижный институт якобы продвигал пророссийскую ревизионистскую пропаганду. После выдвинутых критиками обвинений «Яд ва‑Шем» извинился за неточные карты, но не предоставил информации о том, как они создавались, и не ответил на претензии в политизации. Наконец 9 февраля музей более полно отреагировал на обвинения, в частности категорически их отверг.

Анушаускайте живет в Вильнюсе, который когда‑то называли северным Иерусалимом. Именно здесь появился на свет Исследовательский институт идиша (YIVO) — организация, занимающаяся сохранением еврейской культуры. В 1939 году YIVO объявил конкурс на лучшую еврейскую молодежную автобиографию, в котором могли участвовать молодые люди с 16 до 32 лет: «Мы хотим получить полное представление о жизни еврейской молодежи в эти тяжелые дни».

Процедура расчета года и определения времени Песаха на основании сбора урожая ячменя базировалась на библейской заповеди соблюдать месяц авив и праздновать Песах (Дварим, 16:1). Однако она несла в себе массу неизвестных, которые невозможно было безошибочно установить, исходя из библейского текста. Хотя все караимы были согласны, что авив означает определенную стадию созревания ячменя, они придерживались различных мнений по поводу того, какая именно стадия созревания их интересует, где именно и когда именно проводить проверку, а также сколько именно колосьев должно находиться в данной стадии созревания, чтобы можно было праздновать Песах.

Мы видим улыбающихся немецких офицеров, которые позируют с поросятами и слушают аккордеон. «Они производят действительно жуткое впечатление, — говорит Андреас Карс, историк из немецкого Образовательного центра имени Станислава Ханца. — Вы никогда не догадаетесь, что эти эсэсовцы, пьющие вино и пиво, находятся в Собиборе. А потом вы осознаете контекст. Вы понимаете, что они развлекаются с имуществом убитых ими евреев».

Их роман продолжался несколько месяцев. В один из дней 1944 года они поняли, что, возможно, пришли в свое гнездышко последний раз. Нацисты отправляли на смерть последних узников и уничтожали свидетельства своих преступлений. Когда стали сносить крематории, по лагерю прошел слух, что советские войска приближаются. Война вот‑вот закончится. Вишня и Шпицер выжили в Освенциме больше двух лет, тогда как большинство узников не могли продержаться здесь несколько месяцев. На последнем свидании они придумали план.

Мне был 21 год, моей сестре Рене 23 года. На нас были летние платья и сандалии на пробковой подошве. Мы не имели ни малейшего представления, что ждет нас впереди. Мы слышали о том, что происходило с евреями в Европе, но нам казалось, что это какой‑то другой, далекий мир. Польша, Германия — какое это все имеет отношение к нам? Почти полтысячелетия мы жили в Средиземноморье, это был наш маленький уголок на земле. Мы видели Родос именно так, как нашу землю. Все эти люди — правители, завоеватели, генералы, — они приходили и уходили.

Cоздатели «Скрипача» не мнили превратить евреев в лишенные корней беззубые создания; нет, они писали и ставили спектакль о евреях, способных на неистовые порывы и глубокие чувства, евреях, которые за этот вечер испытают большое горе. В «Скрипаче», писал в дневнике Роббинс, ни в коем случае нельзя «делать из всех евреев и всех людей всепонимающих философов с золотыми сердцами и лукавой усмешкой, милосердных настолько, что аж тошнит». Иными словами, он, насколько возможно, сознавал, что не так в образе «миляги‑еврея».

«Группа 43» родилась в последние месяцы 1946 года из‑за разочарования, гнева и решимости никогда больше не допускать преследований евреев фашистами на улицах Лондона.В то время как происхождение ее названия оспаривается (официальная версия состоит в том, что группа названа по числу людей, присутствовавших на первом собрании организации), по поводу целей ее споров не было.«Битва против фашизма, — писали основатели группы в Jewish Chronicle, — должна продолжаться Мы должны уничтожить его и уничтожить сейчас!»

Евреи обитали на территории Персии 2500 лет, и к моменту революции эту страну считали своим домом 100 тыс. евреев. Это была богатая и крепкая община. Но вот случилась Исламская революция, и к власти пришли исламисты. Улицы захлестнуло насилие. За угрозами в адрес евреев последовали аресты и казни лидеров еврейской общины. Земля под ногами персидских евреев зашаталась, и они отчаянно искали возможности бежать из страны, особенно для детей.

Сегев написал уже несколько книг об истории Израиля, и он принадлежит к числу других видных экспертов, которые работают в недавно открытых архивах и переосмысливают биографию и наследие первого премьер‑министра страны. Книга выходит как раз вовремя: Израиль превращается из маленькой борющейся со множеством трудностей страны в полноценного игрока мировой арены, и его жители все больше интересуются идеалами, которыми они руководствуются, и источниками проблем, с которыми они до сих пор сталкиваются. И как отцы‑основатели США, Давид Бен‑Гурион воплощает всю сложность истоков своего государства.

Авторы утверждают, что в Израиле появляется «новый иудаизм», который ценит еврейскую традицию, хотя и не строго придерживается Галахи (еврейского закона), и рассматривает национальную идентичность как важнейший компонент иудаизма. Так, 73 % израильтян‑евреев говорят, что еврейство включает в себя соблюдение еврейских праздников и обычаев. 72 % считают, что быть хорошим евреем — это воспитывать детей для службы в ЦАХАЛе, а 60% полагают, что это означает воспитывать детей для жизни в Израиле.

Члены общины пытаются сохранять оптимизм и надеяться, что улучшение экономического состояние и упрощение пограничного контроля привлекут в город больше евреев, хотя бы в качестве туристов. «Б‑г сказал: плодитесь и размножайтесь, — смеется инвестор в недвижимость Ширин Якубова, потомок основателя синагоги, беременная четвертым ребенком. — У меня много друзей, которые сейчас хотят инвестировать в Бухару. Почему бы евреям не захотеть вернуться? Полгода здесь, полгода в Израиле».