Уроки Торы III

Уроки Торы III. Матойс

Менахем-Мендл Шнеерсон 22 июля 2016
Поделиться

Восточные колонисты

И много скота было у сынов Реувена и у сынов Гада, весьма много, и увидели они страну Язер и страну Гильад, и вот, место это — место для скота… И сказали [Моше]: «Если мы нашли милость в глазах твоих, пусть будет дана земля эта рабам твоим во владение! Не переводи нас через Иордан!.. Загоны для овец построим мы для скота нашего здесь и города для малых детей наших».

Бемидбар, 32:1,5,16

 

Они упомянули свой скот перед своими детьми. Сказал им Моше: «Не так! Ставьте главное главным, а второстепенное второстепенным, сначала постройте города для ваших детей, а затем загоны для ваших овец».

Раши на Бемидбар, 32:16

 

У учителей хасидизма можно встретить обсуждение вопроса о том, почему именно таково питание человека, почему он черпает жизненную энергию от животных, растений и минералов? Как же получается, что существование высшей из форм жизни в нашем физическом мире зависит от сущностей, стоящих в иерархии бытия намного ниже?

Наши наставники поясняли: жизненная сила, содержащаяся в так называемых «низших» слоях творения, в известном смысле сильнее жизненной силы человека. В сердцевине всякой сущности, обладающей бытием, присутствует «искра Б‑жественности». Вот она‑то и наделяет сущность бытием и присущими ей качествами. И чем «ниже» эта сущность, тем мощнее ее духовное ядро. Когда рушится стена, камни, образующие ее верхние ярусы, разлетаются дальше, чем те, которые лежали в нижних рядах кладки.

Точно так же произошло при «крушении» «первомира» — Тоху. Учение кабалы говорит, что мир был создан Б‑гом в два «этапа». Сперва явился мир Тоху — «мир хаоса». Это — мир, в котором Б‑жественные энергии были столь сильны, что «смели» положенные им пределы и ограничения («сосуды»), придававшие им форму.

На руинах этого — распавшегося — мира Б‑г создал наш мир — Тикун, «исправление». В нашем новом мире сильно редуцированный поток Б‑жественной энергии излит в «сосуды» намного более прочные и «плотные», способные этот поток удержать — но тем самым и экранирующие его.

Наша задача в этой жизни — соединить лучшие качества обоих миров: высвободить искры Б‑жественного света, погребенные в материи — этих останках «сосудов» мира Тоху, и «перелить» их в многочисленные сосуды мира Тикун. Тем самым — придать им новую форму и новое значение. При крушении первомира Тоху чем мощнее были искры Б‑жественной творящей силы, тем дальше они оказались заброшенными от своего источника, упав на самое дно бытия, в его наиболее «плотные» слои.

В нашем понимании истинно то, что среди всего земного творения лишь человек обладает наибольшей духовностью. А уже за ним — по нисходящей — следуют животные, растения, минералы. Но, по сути, мощь Б‑жественной искры, представленной в той или иной твари, обратно пропорциональна этому нисходящему порядку. Вот почему минералы питают растения, те и другие вместе питают животных. И все они служат человеку для поддержания жизни. Однако лишь человеку дана способность направить эту жизненную энергию на служение Б‑жественной цели. Ибо только он одарен свободой выбора. Животные, растения или минералы не могут грешить: они всецело и слепо покорны воле Б‑га. Поэтому все, с ними происходящее, находится вне категорий морали. Лишь человек может выбирать благо. Лишь человек своими поступками может выйти за границы тварного состояния и в силах достичь слияния с Б‑жественным.

Всякий раз, когда человек поглощает ресурсы материального мира, происходит двоякая трансформация. Ломоть хлеба, кусок мяса, стакан воды отдают человеку свою жизненную силу — у них она больше, чем у потомков Адама. Тем самым эти сущности наделяют человека духовным потенциалом, которым сам по себе он не обладает. Но в то же время всякий раз, когда человек использует полученную таким образом жизненную силу для исполнения мицвы — деяния, заповеданного Б‑гом, он «возвышает» соответствующий минерал, растение или животное. Возвышает, высвобождая его живую душу из мирского плена, и воссоединяет ее с Б‑жественным истоком всего сущего.

Моше меняет решение

В главе 32 книги Бемидбар Тора описывает, как еврейские племена Реувена и Гада пришли к реке Иордан, чтобы поселиться на ее восточном берегу. Сыновья Израиля двигались к земле Кнаан, когда на них напали армии Сихона и Ога, чьи царства лежали на восточном берегу реки Иордан. Израиль, направляемый Моше, принял сражение: цари были разбиты, а их земли — покорены. Тогда колена Гада и Реувена — колена, занятые прежде всего скотоводством и овцеводством, — попросили, чтобы эти территории — прекраснейшие пастбища — были отданы им. Отданы в счет их доли в земле Кнаан, лежавшей на западном берегу реки Иордан.

Моше помрачнел, услышав эту просьбу. И напомнил им: за сорок лет до того народ Израиля уже был готов войти в страну Кнаан. Но, услышав слова разведчиков, посланных высмотреть эту новую землю, будто бы это — «страна, губящая своих жителей» (Бемидбар, 13:32), евреи отвергли землю, обещанную их предкам в качестве вечного наследства Израиля. Тогда Б‑г повелел, чтобы они скитались по пустыне сорок лет, пока не умрет живущее поколение и не явится новое, готовое принять дар и вызов Земли Обетованной.

«Теперь же, — сказал Моше, обращаясь к коленам Реувена и Гада, — вы повторяете грех разведчиков: грех, который лег на целое поколение и на сорок лет задержал развитие истории еврейского народа. Подобно родителям вашим, и вы отказываетесь от обладания землей, данной вам повелением Б‑га».

Что же ответили на это два племени? Они заверили Моше, что желают поселиться на землях к востоку от Иордана и окультурить их, построив «загоны… для скота нашего здесь и города для малых детей наших». При этом они пообещали, что войдут вместе с другими племенами в землю Кнаан и помогут им ее завоевать. Пообещали, что они будут идти во главе армии и на них ляжет основная тяжесть сражения. Лишь после того, как земли к западу от Иордана будут завоеваны и заселены, они вернутся на столь желанные им восточные земли.

Но как соотносится их ответ со сказанным Моше? Сначала создается впечатление, будто бы они отвечают Моше на начало его речи (Бемидбар, 32:6 — «Братья ваши пойдут на войну, а вы будете сидеть здесь?»), однако их слова, казалось бы, никак не касаются сути обвинений и недовольства Моше. Ведь тот указывает им, что они повторяют грех своих родителей, отвергнувших возложенную на них миссию заселить Кнаан.

Но дальше происходит еще одна удивительная вещь: Моше идет навстречу просителям и дает им во владение территории, которых они возжелали. Более того: он по собственной инициативе велит половине из тех, кто принадлежит к колену Менаше, присоединиться к Реувену и Гаду и поселиться на землях к востоку от Иордана.

Почему во взглядах Моше произошла столь резкая перемена? И если просьба двух племен изначально напомнила ему о грехе, лежащем на разведчиках, тогда что же побудило его принять предлагаемый план? Что же побудило Моше позаботиться о том, чтобы на востоке поселилась еще и часть колена Менаше?

Пастушеский взгляд на вещи

Хасидизм считает так: грех разведчиков корнями своими уходил в их нежелание погружаться в пучину материальной жизни. Ведь в пустыне жизнь евреев была всецело сосредоточена на духовном и ничто материальное им не мешало. И правда: их силы поддерживала манна небесная, их жажду утоляла чудесная вода из «колодца Мириам», а «облака Славы» защищали их и делали их одежду не ведающей износа.

Однако они знали: как только войдут они в землю Кнаан, манна с небес тут же иссякнет. И чтобы прокормиться, им придется пахать землю и собирать ее плоды. У них будет отнят «колодец Мириам», и тогда им придется копать колодцы и строить водоемы. «Облака Славы» рассеются, и тогда придется им ткать одежду и, что хуже, самим защищаться от врагов. Истинно, что тогда сообщество живущих в духе превратится в государство земледельцев, ремесленников, купцов и бюрократов. А этого они как раз и не хотели.

Не важно, что в материальном заключены искры Б‑жественной энергии, которая сильнее всего того, что может «прорасти» из их духовного существования. Не важно и то, что символическая связь с этой землей может высвободить самые могучие силы, заложенные Б‑гом в творении. Ведь риск был совершенно очевиден: перед ними простиралась «страна, губящая своих жителей». Разве могли они знать наверняка, что не попадут под гнет вещно‑материального, поселившись на этой земле? Разве могли они знать наверняка, что им удастся пробудить и поставить себе на службу могучий потенциал этой страны? Вдруг они просто медленно, но верно будут все глубже погружаться в болото материальной жизни?

И тут мы видим: когда племена Реувена и Гада просили земли к востоку от Иордана, у них были совсем иные мотивы, чем у разведчиков. Они вовсе не боялись «увязнуть в материальности». Наоборот, они хотели заселить эти земли, построить на них города и загоны для скота, разводить на тамошних пастбищах скот. И их просьба: «Не переводи нас через Иордан», — выражала не отказ искать «искры», погребенные в этой земле, а зачарованность возможностью высвободить более мощную Б‑жественную энергию.

Помимо всего, земля к западу от Иордана при всей ее материальности была «Святой землей». А именно — землей, где даже на самых земных вещах лежит отблеск духовности. Соответственно, остальной мир принадлежит более низкому и косному порядку, чем Святая земля. Но тем самым этот остальной мир — вместилище более высоких энергий.

И племена Реувена и Гада сознательно выбирают своей личной миссией поиск, раскрытие и возвышение тех искр Б‑жественности, что наполняют уголки творения, далекие от духовности. И поэтому они говорят Моше: «Построим загоны… для скота нашего здесь и города для малых детей наших». Эти слова подразумевают: ты обвиняешь нас в том, что мы повторяем грех наших отцов, отвергнувших обещанные им земли, однако их стремление и наше стремление противоположны друг другу. Они не хотели погружаться в материальность тварного мира, мы же хотим связать свою судьбу с областью мира, куда более вещной и плотной, чем Святая земля, назначенная нашим отцам в удел Самим Б‑гом, — земля, на которой почиет отсвет духовности.

Действительно, восточный берег реки Иордан — часть «земли десяти народов», обещанной Аврааму. Обещание это будет выполнено лишь с наступлением эры Мошиаха. В дни Моше право на завоевание Святой земли и ее заселение распространялось только на «землю семи народов» западнее Иордана. Не случайно просители — Реувен и Гад — говорят сперва о загонах, которые они построят для скота, и лишь потом — о городах, которые выстроят для детей. Казалось бы, уместнее было (и на это им указывает Моше) на первое место поставить людей, а потом заботиться о скоте? Но выбранный порядок перечисления ясно показывает, о чем они на самом деле просят Моше. Племенами Реувена и Гада движет знание о том, что самые мощные запасы Б‑жественной энергии сосредоточены в «низинах» творения. Это знание колена Реувена и Гада почерпнули из своего пастушеского опыта: искра Б‑жественной жизни в животных мощнее, чем в человеке.

Моше в этой беседе исходит из того, что Б‑жественная энергия, пойманная в ловушку физического мира за границами Святой земли, может быть высвобождена одной духовной активностью Израиля на Земле Обетованной: так искры большого костра разлетаются далеко. Поэтому сознанию Моше чужда идея заселять какие‑либо иные земли, кроме Земли Обетованной, — с его точки зрения, в этом просто нет необходимости. Так что речь о двух методах высвобождения «искр Б‑жественности» из ловушки материальности — путем погружения в жизнь мира или путем «разжигания великого пламени».

Динамика необходимости

Однако осознания того, что более мощный потенциал связан с более низким положением в иерархии мироздания, еще недостаточно. Когда душа нисходит к нижним слоям, дабы высвободить искры Б‑жественности, там сокрытые, это сопряжено с известным риском.

Сам Б‑г указал пределы нашей способности возвышать материальное, дав в Торе 365 запретов, и все они связаны с сущностями, ресурсами и опытом, которые нам не под силу возвысить. Ведь даже в царстве дозволенного нам следует двигаться с величайшей осторожностью, пролагая свой путь таким образом, чтобы всякий раз идущий был уверен: он действительно сможет высвободить Б‑жественный потенциал, не заплатив за это полным низвержением в материальное.

Усомнившись в своей способности совладать с Кнааном, разведчики совершили ошибку. Эту миссию возложил на них Сам Б‑г, а Б‑гу известны пределы и возможности, отпущенные каждому созданию. Территории, на которые претендовали племена Реувена и Гада, не были частью той земли, что назначена им от Б‑га. Как же они могли знать, что у них достанет сил высвободить Б‑жественные энергии, погребенные в этой «тяжелой», «бездуховной» земле?

Одно из первейших правил, сопряженных с материальной жизнью (и следующее сразу за необходимостью различать дозволенное и недозволенное), — это умение отличать насущно необходимое от излишнего. Если некий человек видит в том или ином материальном ресурсе нечто жизненно необходимое, то, очевидно, он способен использовать Бжественный потенциал этого ресурса. Ибо если провидение подвело человека к тому, что он без чего‑то не может обойтись, то, значит, Б‑г наделил данного человека способностью найти этой столь необходимой сущности надлежащее применение.

Еще раз отметим, что правило это распространяется только на то, что дозволено законами Торы. По отношению к тому, что запрещено, всякое желание этого как «необходимого» — иллюзорно. Б‑г дозволяет человеку действовать вопреки Своей ясно выраженной воле, но Он не понуждает к этому. С другой стороны, когда речь идет о некой роскоши, о том, что скрашивает, а не поддерживает жизнь, следует отдавать себе ясный отчет: то, что человек пытается поставить себе на службу и тем вознести и очистить, часто превращает его в своего слугу, унижая и пятная.

Заметим: представители колен Реувена и Гада (Бемидбар, 32:4) говорят Моше: «Земля, которую поразил Б‑г перед обществом Израиля, земля эта пригодна для скота, а у рабов твоих скот». Вот их позиция: волею Б‑жественного провидения нам дано жить разведением скота, и той же Волею эта страна создана пригодной для наших материальных нужд, а потому мы можем верить, что мы способны использовать мощный потенциал этой земли.

Духовная подготовка

Но даже когда человек удостоверился в том, что некая область материального мироздания дана именно ему, чтобы он развивал ее и заботился о ней, он предварительно должен «испытать себя». И убедиться, что он надлежащим образом связан с более тонкими зонами мира.

В этом заключается глубинный смысл «образования»: прежде чем человек окажется глубоко связанным с какими‑то аспектами грубого профанного мира, его помещают в духовную среду идей и ценностей. Так что, когда он вступит в прямые материальные отношения с миром, он будет смотреть на этот мир «с точки зрения духовности». Вот почему вступлению Израиля в назначенную ему страну предшествовал период духовной жизни в пустыне. И прежде, чем племена Реувена и Гада смогли заселить земли к востоку от Иордана, они должны были принять участие в завоевании Святой земли на западном берегу реки.

Точно так же в силу того, что жизнь на восточных территориях требовала больших духовных усилий от тех, кто принял на себя эту задачу, требовалось проявить в Святой земле активность, большую, чем активность тех, кто станет насельниками самой этой земли.

И лишь после того как они выступили в первых рядах в сражениях за Святую землю и помогли своим братьям ее заселить, колена Реувена и Гада удостоверились в том, что они способны «управиться» с более профанной землей. И способны высвободить скрытый в ней мощный потенциал.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Недельная глава «Аазину». Дуга моральной вселенной

Зло берет верх на короткое время, но в долгосрочной перспективе победа никогда не остается за ним. Нечестивые подобны траве, праведные же похожи на деревья. Трава вырастает за одну ночь, но дереву нужны годы и годы, чтобы достичь полной высоты. В конечном счете тирании терпят поражение. Империи приходят в упадок и гибнут. В финальной битве побеждают добродетель и справедливость. Как сказал, выразившись в духе Теилим, Мартин Лютер Кинг: «Дуга моральной вселенной длинна, но склоняется к справедливости».