University of Cambridge: Национальная библиотека Израиля, Ms. Heb. 577.2/6
Рукопись на еврейско‑арабском языке проливает свет на мессианские и эсхатологические чаяния евреев позднего Средневековья и связывает их с таким явлением, как Крестовые походы. Эту рукопись, сохранившуюся только в виде фрагмента, следует истолковывать в контексте мессианских и эсхатологических сочинений, количество которых значительно возросло начиная с VII века и достигло одного из пиков в XII–XIII веках, то есть в период Крестовых походов.
В мессианской схеме, которая разрабатывалась с поздней античности, избавление Израиля наступит после эпохи борьбы, преследований и войн между народами мира. Крестовые походы, участники которых вышли из Европы, чтобы сражаться с мусульманами на Ближнем Востоке (XI–XIII века), сопровождались целым рядом событий: евреям пришлось столкнуться с преследованиями в Европе, особенно на территории современной Германии, и стать свидетелями стычек между мусульманами и христианами в Земле обетованной. Некоторые экзегеты толковали стих из книги Овадья, 1:21 («И взойдут спасители на гору Сион, чтобы судить гору Эсава») в связи с христианским завоеванием Иерусалима как один из признаков приближения конца света: Сион должен попасть в руки потомков Эсава, то есть римлян/христиан , а затем его освободят войска мессии . Эсхатологические и мессианские чаяния выражались в текстах, которые сочиняли и постоянно перерабатывали в течение всей поздней античности и Средних веков. Большая часть их них дошла до нас на иврите и сохранилась в средневековых кодексах и даже печатных изданиях, но определенные признаки циркулирования литературных произведений такого рода можно найти и в Каирской генизе. Одним из примеров такого рода служит рукопись Ms. Heb. 577.2/6, хранящаяся в Национальной библиотеке Израиля.
Этот еврейско‑арабский фрагмент состоит из одного листа, заполненного с лицевой и оборотной стороны, где содержится по 17 и 19 строк соответственно. Почерк восточный, использованный писчий материал — бумага. Дата составления документа неизвестна . Несмотря на плохую сохранность, особенно в верхней части, текст можно легко связать с корпусом еврейской эсхатологической и апокалиптической литературы, расцвет которой пришелся на эпоху Крестовых походов, поскольку речь в нем идет о неизбежности пришествия мессии во времена битв между арабами, византийцами и франками (этим термином обычно обозначались крестоносцы).
Наиболее важные эсхатологические элементы, встречающиеся в нашем фрагменте, — это 1) мессия, 2) битва у Евфрата, 3) владычество злого царя (включая преследование евреев), 4) битва в долине Акко.
Ури‑Цви Шахар , как нам кажется, справедливо связал этот фрагмент с серией апокалиптических и эсхатологических текстов, составляющих так называемый «Комплекс Шимона бар Йохая» — группу сочинений, куда входят тесно связанные между собой тексты. Возможно, древнейшим из них являются «Тайны рабби Шимона бар Йохая» — апокалиптическое произведение, основная часть которого предположительно была написана в VIII веке н. э.
Там описывается видение, которое якобы пережил знаменитый танай Шимон бар Йохай (III век н. э.). Его проводником выступает архангел Метатрон, демонстрирующий визионеру события будущего, которые будут предшествовать избавлению Израиля. К числу других текстов, входящих в этот комплекс, относятся «Молитва рабби Шимона бар Йохая» , «Грядущее рабби Шимона бар Йохая» и «Порядок знаков, предвещающих пришествие Мессии» . Эти тексты лучше всего рассматривать как различные результаты постепенного процесса переработки и адаптации «Тайн». Более того, так называемая «Гомилия Урбаха» — изначально независимый текст, появившийся, вероятно, в XIII веке, — согласно гипотезе, выдвинутой впервые опубликовавшим эту гомилию Эфраимом Урбахом, видимо, вошел в состав «Молитвы» и «Порядка знаков» . Доказательством тому служит серия фрагментов из Каирской генизы, относящихся к концу XII века, которые первоначально составляли единый блок текстов, особенно тесно связанных с «Порядком знаков». Эти фрагменты не содержат той части текста, которую можно найти в гомилии Урбаха, что свидетельствует о том, что гомилия вошла в состав «Комплекса рабби Шимона бар Йохая» лишь позднее .
Как уже отмечалось выше, фрагмент содержит упоминание сражения в долине Акры — элемент, который позволяет предположить особенно тесную текстуальную связь между нашим фрагментом и «Молитвой», «Порядком знаков» и «Гомилией Урбаха».
Текст фрагмента
(Возможные альтернативные прочтения даны в круглых скобках, конъектуры — в квадратных скобках.)
Лицевая сторона
1 ……………………………אל בלאד ואלדין
2 ……………………………איאם אל
3 [מס?]יח ב…ל (?) …… ייקנה
4 ובעד דלך ……..[י]סיר כל עס[כר?]……….ה(?)…..עלי טו(?)
5 ג…………סלך עלי אן יקצדון אל פראת
6 פי(?)…..[ו?]ן עלי אל בלאד גריבה לם תסלך ותסמע
7 מלוך אלשרק בהם פיכרגון עליהם חמייה
8 ותקע בינהם וקעה לם ירי מתלהא ולא
9 י[ס]מע בהא אל[י] אן ינקלב מא אל פראת דמא
10 מן כתרה̈ אל קתלאהם ומן תלך אל אואן
11 תצ̇עף אל ממלכתין גמיעא אל משרקיון ואל
12 מגרביין (מגרביון?) ותגד דלך מביין פי תרי עשר
13 למן יפהמה פי נבווה זכריה ע̇א̇ס̇
14 ובעד הדה אל אמור ואל עלאמאת יט̇הר מלך
15 מן אל תרך ויקים ג̇ אשהר ופי אול מא ימלך
16 יאכד גמיע אלמואסיר [י]צאדרהום ויאכד
17 אמואלהם ויקתלהם בעד דלך ופי הדא אל
Оборотная сторона:
1 זמאן לא ינש[ף?]…………….
2 פי אל עאלם לא………………
3 וי(?)……………………………גמיע [אל?]
4 עאלם וכל מ[א] הב ו[דב?]……חמה ויכון שר… [אל?]ממלכה
5 היובא לה גיוש האילה ועסאכר עט̇[ימ?]ה
6 תם אן הדא אל מלך ימד ידה [אל?]י קום…..[ת]
7 ויקתל מנה[ו?]ם כלקא עט̇ימא אלי אן יכרגון
8 ען מדאהבהם ויבטל מנהום ג̇ אשיא אל
9 סבת ואל כתאנה ואל צלאה וינדפעון מן
10 בין ידיה אלי אמאכן מחגובא ויכונון פי שדה
11 עט̇ימה ופי הדא אל זמאן ליס ראחה לאחד
12 פי אל עאלם לא כאץ ולא עאם ולא מתוסט
13 ותנקטע ארזאק אל כלק ויחל פי אל עאלם
14 [ד?] אשיא וגוע וובא וסייף וסבי
15 ובעד הד[א?] אל אמור אל ג̇ שהור יתיר אללה
16 אל ערב ויצעדון אל רום ואל אפרנג אגמעין
17 בעסאכר האילה אלי בלאד אל שאם ויגתמעון
18 ממלכה̈ [אל] ערב פי אמם לא תחצא ותקע
19 בינהם וקעה פי מרג עכא אלי אן יכוץ̇ יכוץ̇
Перевод
В силу наличия в тексте многочисленных лакун, разумеется, трудно установить смысл там, где контекста недостаточно или вообще нет. Поэтому в наиболее поврежденных частях текста мы смогли перевести только отдельные слова. В других случаях мы отметили сомнительные моменты вопросительными знаками. Ряд конъектур предложены в комментариях к тексту. Поскольку строки переведенного текста не соответствуют строкам фрагмента один к одному, мы решили не нумеровать строки перевода.
Лицевая сторона
………. земля(‑и) и те/религия (ва‑лахадина / ва‑ль‑дин)
……………………………………………….дни
[Месс]ии ………………………………………(?)
И после этого……. всякое вой[ско] шествует ([я]сир) … (?)
…….. пока не дойдут до Евфрата.
[…] в чужие страны, о которых цари Востока не слышали и не бывали там, и они нападают на них со всем рвением (хамийятан).
Битва произошла между ними, какой никогда не видели и не слышали, пока воды Евфрата не окрасились кровью из‑за множества убитых. С того времени оба царства — Восточное и Западное — ослабели. Это явствует из «Тре Асар» (т. е. Двенадцати малых пророков) всякому, кто понимает, в пророчестве Зхарьи, да пребудет с ним мир.
После этих событий и знаков появляется царь турок, и он останется там (йуким) (вероятно, имеется в виду — «править») три месяца. В начале своего царства он соберет всех богачей, надавит на них, заберет их деньги, а потом убьет их. И в это
Оборотная сторона
время …. не засох[нет]…
В мире …. не/нет ………………
………………………………весь
Мир и все ….. и это …..
(?) ……. огромные войска (джуйуш хаила) и большие армии (асакир азима).
Тогда царь прострет руки над людьми […], умертвит многих из них, пока они не оставят свои верования (maḏāhibihim) и запретит три вещи (вероятно, имеется в виду «им»): (соблюдение) шабата, обрезание и молитва. Они бегут от лица его в укрытия в великом ужасе.
В это время нет покоя никому в мире, ни властям предержащим, ни простым людям, ни тем, кто в середине. Нет у рода человеческого больше средств к существованию, и в мире происходит [четыре (?)] вещи: голод, эпидемия, насилие (букв. «меч») и плен.
После этих событий, которые продолжаются три месяца (см. выше) Б‑г поднимает арабов и византийцев (аль‑рум) вместе с франками (аль‑ифрандж), с огромными армиями, восстают в Левант. Царство арабов объединяется с бесчисленными народами, и между ними происходит битва в долине Акко (мардж акка), пока он [возможное значение: «конь»(?)] переходит вброд (яхуд) […].
Несколько замечаний об орфографических и лингвистических характеристиках текста
В тексте присутствует ряд лингвистических и орфографических характеристик, неклассических по своей сути.
Прежде всего, определенный артикль «аль‑» (почти) всегда пишется отдельно от слова, к которому он относится. Такая практика, как известно, распространилась начиная с XV века, хотя есть также ряд примеров этого явления, зафиксированных в XI веке . Однако, как сообщил нам рецензент нынешнего «Фрагмента месяца», в этом тексте определенный артикль отделен не так сильно, как в постклассических еврейско‑арабских текстах. По его словам, эта палеографическая черта дает основания датировать наш фрагмент XIII–XIV веками. Также обращают на себя внимание следующие характеристики: 1) использование двойных йод и вав для обозначения удвоения (вместо непрямого использования диакритического символа шадда), см. мубайун (лицевая сторона, строка 12), нубувва (лицевая сторона, строка 13); интересно, что слово «сайф» («меч») также написано с двумя йод, что можно считать указанием на произношение этого слова; 2) полное написание короткой гласной «у» в суффиксе «‑хум» (лицевая сторона, строка 16 и оборотная сторона, строка 8; однако эта характеристика встречается в рукописи непоследовательно) ; 3) использование алеф вместо гей для обозначения та марбута, см. амакин махджуба (оборотная сторона, строка 10); 4) использование алеф вместо алиф максура, см. ла тухса (оборотная сторона, строка 18).
Что касается спряжения глаголов, то тут есть два примера гиперкоррекции, то есть использования грамматически верной формы в неправильном синтаксическом контексте, см. ан яксидун (лицевая сторона, строка 5) и ан яхруджун (оборотная сторона, строка 7) (вместо классического ан яксиду и ан яхруджу) .
В отношении использования диакритики и точек мы видим, что точка постоянно используется для эмфатических звуков «дад» и «за». В одном случае (возможно, в двух) та марбута обозначена двумя точками (лицевая сторона, строка 10: катра(т); (сомнительно) оборотная сторона, строка 18: мамлака). В строке 8 оборота мы находим ג̇ для обозначения числа «три». Также писец использует аббревиатуру для хвалебной формулы «алайхи аль‑салам» — ע̇א̇ס (лицевая сторона, строка 13).
В строке 6 лицевой стороны сказано «аль билад гариба» («чужие страны») вместо двойного определенного артикля для управляющего существительного и определения, как можно было бы ожидать в классических текстах. Более того, в строке 10 лицевой стороны автор манускрипта пишет «аль катлахум» («их убитые»), предпочитая определенный артикль и местоименный суффикс вместо просто местоименного суффикса (катлахум), как было бы в классической форме. Оба этих варианта, вполне вероятно, представляют собой не лингвистический феномен, а всего лишь описку и указывают либо на небрежность писца в момент составления текста, либо на недостаточное знание им классической арабской грамматики .
Комментарий к тексту
Термин «мессия», по‑видимому, появляется в третьей строке лицевой стороны (айям аль‑[мас]их, «дни [месс]ии»). Однако неясно, какой именно мессия имеется в виду. В большинстве еврейских средневековых эсхатологических текстов говорится о грядущем пришествии двух мессий, которых будут звать Машиах бен Йосеф и Машиах бен Давид. Машиах бен Йосеф (также известный как Машиах бен Эфраим) — персонаж, возникший, вероятно, в первые века раввинистической эры, — это страдающий мессия. Ему суждено вести войну с эсхатологическими врагами Израиля (прежде всего с эдомитянами, то есть с христианами) и установить эфемерное мессианское царство в Иерусалиме, но быть побежденным и пасть от руки Армилуса (своего рода «Антихриста» еврейской эсхатологии) и других неприятелей .
Истинное начало мессианской эры знаменует собой Машиах бен Давид, которого Б‑г пошлет евреям после смерти Машиаха бен Йосефа. На основании компаративного анализа с другими текстами «Комплекса Шимона бар Йохая» (далее: «Комплекс»), особенно с «Молитвой Шимона бар Йохая» и «Порядком знаков, предшествующих пришествию Мессии», можно предположить, что в нашем фрагменте речь идет о Машиахе бен Йосефе.
Великая битва на Евфрате (оборотная сторона, строка 19) упомянута в «Молитве» и в «Порядке знаков», где она тоже описывается как ужасное столкновение, которое заставит воды реки окраситься кровью. В еврейско‑арабском фрагменте эта битва очень масштабна, но, в отличие от других сочинений «Комплекса», здесь не указано, что она предначертана пророками. Другие расхождения между нашим фрагментом и «Комплексом» можно заметить в строке 11 лицевой стороны, где ослабевают и Восточное, и Западное царства, тогда как в «Молитве» и «Порядке знаков» сказано, что пасть суждено только Восточному царству. Кроме того, в строке 13 мы читаем, что эти знаки были явлены Зхарье, и это единственное упоминание пророка в таком контексте во всем «Комплексе». Шахар связал его с 9‑й главой книги Зхарьи , но прямого соответствия между двумя этими текстами нет. Тем не менее автор фрагмента, вероятно, имел в виду катастрофическую судьбу, которая ожидает народы, живущие вокруг Земли Израиля, и о которой идет речь в 9‑й главе книги Зхарьи.
Другое интересное различие между нашим фрагментом и другими текстами «Комплекса» содержится в строках 14–15: царь турок восстанет и будет править три месяца. За время своего правления он лишит богатых их состояния и будет преследовать евреев, как мы читаем в строках 6–13 оборотной стороны. Царь, ведущий себя именно таким образом, присутствует и в «Комплексе», но там он называется «царем, суровым ликом» (מלך עז פנים) . «Царь, суровый ликом» (или «наглый царь») — довольно частый негативный персонаж средневековой еврейской эсхатологии, восходящий к книге Даниэля, где этот образ иногда отождествляют с Антиохом IV Эпифаном (ум. в 164 году до н. э.), который пытался «эллинизировать» еврейские обычаи . Похоже, что автор текста, содержащегося в нашем фрагменте, отождествлял этого врага последних дней с турецким, т. е. сельджукским, правителем своего времени.
В следующих строках описывается серия событий — убийств и религиозных преследований, — которые можно отнести к категории «родовых мук мессии» (חבלי המשיח) : согласно еврейской эсхатологической традиции (которую разделяет также христианская и исламская традиция), последние стадии человеческой истории, за которыми настанет пришествие мессии и установление его царства, будут ознаменованы серией битв, преследований, эпидемий и голода .
Последние строки нашего фрагмента проясняют исторический контекст, в котором он был составлен: столкновения между арабами, византийцами и франками относятся к периоду Крестовых походов в Святую землю. Фрагмент завершается намеком на битву при Акре — тему, которая возникает также в «Молитве» и «Порядке знаков». Оба текста основаны на так называемой «Гомилии Урбаха», где описывается жестокая схватка между сынами Ишмаэля (т. е. мусульманами) и эдомитянами (т. е. христианами) в долине Акры, «когда конь до боков тонул в крови» . Наш фрагмент, вероятно, содержит тот же самый образ, поскольку он, как кажется, завершается словами «пока он переходит вброд…». Хотя глагол использован другой (не «тонул», а «переходит»), это также может быть аллюзия на бредущих по брюхо в крови лошадей, совпадающая с другими текстами «Комплекса». Во всех них, включая наш фрагмент, эта сцена, по‑видимому, относится к битве между христианами и мусульманами при Акре 1189–1191 годов или, как предположил Урбах, к войне между венецианцами и генуэзцами (1250–1258) . Помимо ивритских памятников «Комплекса» битва при Акре фигурирует также в еврейско‑арабской версии «Сефер Зерубавель», которая датируется, возможно, 970 годом , тогда как оригинальная версия предположительно была составлена после возвращения Иерусалима византийцами в 628 году, завершившего четырнадцатилетнее персидское владычество . Таким образом, перед нами еще один пример вторичного использования нарративных топосов в апокалиптической и эсхатологической литературе с целью актуализировать древние пророчества и приспособить их к интересам современных читателей.
Использование термина «франки» (аль‑ифрандж) и тесная связь с апокалиптическими и эсхатологическими текстами, сформировавшимися или переработанными в конце XIII века, указывает на то, что рассматриваемый текст был отредактирован в период противоборства между христианами и мусульманами в Святой земле. Это делает фрагмент на еврейско‑арабском языке важным источником по истории еврейской эсхатологической литературы, популярной в эпоху Крестовых походов, и дает основание включить его в состав «Комплекса Шимона бар Йохая».
Библиография
Berger David. Three Typological Themes in Early Jewish Messianism: Messiah son of Joseph, Rabbinic Calculations, and the Figure of Armilus // AJS Review 10, 2, 1985. Р. 141–164.
Blau Joshua. The Emergence and Linguistic Background of Judaeo‑Arabic: A Study of the Origins of Middle Arabic. Jerusalem: Ben Zvi Institute, Third Revised Edition, 1999.
Connolly Magdalen M. Splitting Definitives: The Separation of the Definite Article in Medieval and Pre‑Modern Written Judeo‑Arabic // Journal of Jewish Languages 9, 1, 2021. Р. 32–76.
Crestani Sebastiano. Jewish Eschatological Expectations during the Crusades: A Response to a Period of Crisis and Persecutions // Henoch 45, 1/2023. Р. 140–154.
— — — New Insights into a Jewish Eschatological Text from the Cairo Genizah // Materia Giudaica, XXX, 2025 (forthcoming).
Gil Moshe. The Apocalypse of Zerubbabel in Judaeo‑Arabic // Revue des études juives 165, 1–2, 2006. Р. 1–98.
Ginzberg Louis. Genizah Studies in memory of Doctor Solomon Schechter, Texts and Studies of the Jewish Theological Seminary of America. Vol. VII. New York, 1928.
Greisiger Lutz. Armilos — Vorläufer, Entstehung und Fortleben der Antichrist‑Gestalt im Judentum // M. Delgado — V. Leppin (eds.), Der Antichrist: Historische und Systematische Zugänge. W. Kohlhammer Verlag: Stuttgart, 2011. Р. 207–240.
Himmelfarb Martha. Jewish Messiahs in a Christian Empire: A History of the Book of Zerubbabel. Cambridge, Massachusetts & London, England, 2017.
Horowitz Chaim. Bet ʽEqed ha‑Aggadot. Frankfurt am Main, 1882.
Khan Geoffrey. Judaeo‑Arabic // Encyclopedia of Arabic Language and Linguistics. Volume 2. Leiden; Boston; Brill, 2006. Р. 526–536.
Lewis Bernards. On That Day: A Jewish Apocalyptic Poem on the Arab Conquests // Mélanges d’Islamologie. Volume dédié à la mémoire de A. Abel Salmon. Leiden, 1974. Р. 197–200.
Lewis Bernards. On That Day: A Jewish Apocalyptic Poem on the Arab Conquests // Mélanges d’Islamologie. Volume dédié à la mémoire de A. Abel Salmon. Leiden, 1974. Р. 197–200.
Mitchell David C. Messiah ben Joseph, Newton Mearns. Scotland: Campbell Publications, 2016.
Shachar Uri Zvi. A Pious Belligerence: Dialogical Warfare and the Rhetoric of Righteousness in the Crusading Near East. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 2021.
Urbach Ephraim. A Midrash of Redemption from Late Crusader Times // Eretz Israel 10, 1970–1971. Р. 58–63 (нeb.).
— — — The Sages: Their Concepts and Beliefs, 2 vols. Jerusalem: Magnes Press, 1979.
Yuval Israel J. Two Nations in your Womb: Perceptions of Jews and Christians in Late Antiquity and the Middle Ages / Translated from the Hebrew by Barbara Harshav and Jonathan Chipman. Berkley; Los Angeles; London: University of California Press, 2006 (or. ed. Tel‑Aviv, 2000 [hebr.]).
Оригинальная публикация: National Library of Israel, Ms. Heb. 577.2/6
University of Cambridge: «Их поле битвы — восемь на восемь»: недавно открытое стихотворение о шахматах на иврите (T‑S Misc. 17.60)
University of Cambridge: Пасхальный цикл VIII века на иврите (T‑S NS 98.51)
