Уроки Торы III

Уроки Торы III. Лех Лехо

Менахем-Мендл Шнеерсон 22 июля 2016
Отправить
Поделиться

Одеяния

Праведные стремятся следовать Творцу.

Брейшис Раба, 67:8

 

Если хочешь узнать, как вести себя в той или иной ситуации, вдумайся, что сделал бы Б‑г.

Управляя миром, Б‑г предпочитает, чтобы происходящее в нем развертывалось в согласии с рядом раз и навсегда данных (а тем самым — предсказуемых) алгоритмов: мы называем их «законами природы». Снизослать манну с неба Б‑гу столь же «просто», как произрастить зерно, — чтобы потом из муки и воды в печи выпекался хлеб. Однако за исключением тех сорока лет, когда Он питал евреев, блуждавших в пустыне, манной, Б‑г предпочитал давать нам природный хлеб, выращенный нами на земле, а не чудесный хлеб, упавший с неба.

Так же и мы строим нашу жизнь, сообразуясь с законами природы и подчиняясь им. И покуда мы храним безоговорочную веру в то, что Б‑г — единственный податель жизни и пропитания, мы прилагаем усилия, чтобы правильно организовать естественные средства, которые станут каналом для Его воли и благодати. Мы знаем, что утолить свой голод хлебом, выращенным и выпеченным людьми, — не меньшее «чудо», чем вкушать хлеб, упавший с небес. При этом мы не сидим сложа руки и ожидая, когда на нас упадет манна небесная. Нет, — время, усилия и таланты, которые можно бы посвятить «святым», духовным занятиям, мы тратим на то, чтобы пахать и засевать землю, замешивать тесто, выпекать хлеб, или на то, чтобы заработать деньги, которыми заплатим другим людям, выпекающим для нас хлеб.

В 12‑й главе книги Брейшис нам дана модель подобного отношения к жизни, явленная в поведении первого еврея, Авраама. Б‑г велит Аврааму поселиться в Святой земле; но, когда вскоре после этого страну поражает голод, Авраам отправляется в Египет, где есть пропитание. Приближаясь к Египту, славящемуся своей развращенностью, Авраам сознает, что ему угрожает смертельная опасность, ибо жена его, Сара, — прекрасна, и он просит ее объявить, будто она — его сестра, иначе египтяне просто убьют его, позарившись на ее красоту.

Голод в Святой земле и путешествие Авраама в Египет рассматриваются как часть «Десяти Испытаний», ниспосланных от Б‑га, чтобы удостоверить глубину и безусловность веры Авраама (Пиркей Овойс, 5:4). На первый взгляд может показаться, что Авраам «не выдержал» этих испытаний: он не остался в Святой земле, надеясь, что Б‑г ниспошлет ему все необходимое пропитание и во время голода, а оказавшись в Египте, не стал уповать на то, что Б‑г обязательно сохранит ему жизнь, а сластолюбивые египтяне не тронут его жену.

На самом же деле пренебрежение естественными путями, предоставляемыми жизнью, отнюдь не свидетельствует о глубокой вере в Б‑га. По сути, пренебрегать реальностью — значит идти против воли Всевышнего, ибо в природном мире мы выполняем роль «соработников Б‑га» по творению (Шабос, 10a, 119б). Истинность веры проверяется на том, как именно человек распоряжается данным ему от природы, куда он направляет свои усилия. Считает ли он только «естественный порядок вещей» причиной своих достижений? Или сознает, что все происходящее — лишь покровы, которыми Б‑гу угодно было облечь сверхъестественную поддержку нашей жизни, исходящую Свыше?

Вера Авраама не была помехой, когда он направился в Египет, так как в силу естественных причин в Святой земле разразился голод, и вера не помешала ему прибегнуть к притворству, когда возникла угроза его жизни. В сущности, настоящим подтверждением его веры в Б‑га было то, что он все же предпринял эти шаги и они оправдали себя, со временем принеся ему материальные блага. При этом он осознал, что именно связь с Б‑гом — единственный источник, гарантирующий его безопасность и процветание.

Йосеф

Однако в некоторых случаях Б‑г все же совершает «чудеса», когда с происходящего сорвано одеяние предсказуемости и «обычности» и вмешательство Всевышнего в нашу жизнь происходит таким образом, что рутинный ход природных вещей отступает в сторону. Но и в этих случаях нам предписано «следовать нашему Творцу»: «чудесное» вмешательство происходит тогда, когда обстоятельства требуют «чудесного» ответа, поведения, пренебрегающего диктатом природы и условностей.

Но это — исключение, а не правило, и проявляется оно либо в исключительных обстоятельствах, порой возникающих в нашей жизни, или с исключительными людьми, чья внутренняя жизнь развертывается в соответствии с теми чудесными измерениями, в которых и явлена связь Б‑га с нашей реальностью.

Таким исключительным человеком был правнук Авраама, Йосеф. Будучи брошен в Египте в тюрьму и предсказывая томящемуся вместе с ним в узилище начальнику виночерпиев благоприятный поворот судьбы, Йосеф воспользовался этим и попросил:

«Через три дня фараон вознесет тебя и возвратит тебя на начальную должность твою… И если будешь помнить обо мне, когда станет тебе хорошо, то сделаешь мне милость и напомнишь обо мне фараону, и выведешь меня из этого дома» (Брейшис, 40:13,14).

Но такое поведение Йосефа оказалось неверным; он был наказан за то, что в данном случае возложил свои упования на человека вместо того, чтобы доверять одному Б‑гу. «И не вспомнил начальник виночерпиев о Йосефе, и забыл его» (там же, 40:23), и Йосефу пришлось еще два года провести в фараоновой темнице.

То, что было подобающим поведением и демонстрацией веры в Б‑га для Авраама, стало для Йосефа отступлением от веры. Ибо Йосеф принадлежал к избранной группе праведников, чья миссия в жизни — следовать Б‑гу на чудесном, а не на реальном плане бытия.

Многие и единицы

Эти два пути в жизни персонифицированы в двух великих талмудических мудрецах: рабби Ишмаэле и рабби Шимоне бар Йохае. Как изречено в Талмуде (Шабос, 35б):

«Написано “И соберешь зерно свое” (Дворим, 11:14). Чему призваны научить нас эти слова? Ведь сказано: “Да не отходит книга Торы от уст твоих [изучай ее днем и ночью]” (Иешуа, 1:8). Я пришел к тому, что должно понимать слова эти буквально; стих этот учит нас: “соберешь зерно свое” — то есть тому, что следует нам принимать участие в путях мира сего. Таковы слова рабби Ишмаэла.

Рабби Шимон бар Йохай сказал: если человек пашет, когда время пахать, сеет, когда время сеять, жнет — когда пришло время жать, обмолачивает зерно, когда время — молотить, и веет, когда ветер, что же станет с Торой? Но если исполняет Израиль волю Всевышнего, то работа его будет выполнена другими, как то написано: “И придут иноземцы и будут пасти стада ваши…” (Ишаяу, 61:5)»

Талмуд заключает: «Многие поступали как рабби Ишмаэл, и преуспели; как рабби Шимон, и не преуспели».

В каждом поколении есть избранные «Йосефы», возвысившиеся до состояния полного отчуждения от путей мира сего и его забот, — они являют собой истинность того, что «нет другого, кроме Него» (Дворим, 4:35). Однако для подавляющего большинства из нас путь намечен Авраамом: путь, на котором Б‑г одевает Свое участие в нашей жизни одеждами естественных причин и следствий, когда ресурсы и нормы нашего физического существования служат Ему орудием, коим Он направляет нас.

Отправить
Поделиться

Commentary: Обугленные балки Иерусалима

Можно ли считать, что случаи, когда недруги поджигают дома евреев, действительно отошли в прошлое? Разве за последние три года мы не наблюдали, как мужчин, женщин и детей сжигали заживо? Разве у нас на глазах, в некоторых частях так называемого цивилизованного мира, люди не выгораживали и не восславляли эти зверские поступки?

Вера Б‑га в нас. Недельная глава «Берешит»

Чтобы быть атеистом, надо иметь веру либо в человечество в целом, либо в самого себя. Но разве после Холокоста кто‑то может верить в человечество? Против такой веры восстает разум. Самое тщательно спланированное, самое длительное преступление человека против человека случилось не в какой‑нибудь отсталой стране третьего мира, а в сердце Европы, в стране, где родились Кант и Гегель, Бах и Бетховен, Гёте и Шиллер. Цивилизация с треском провалила свою цивилизующую миссию. Гуманизм не привил людям гуманность

Что случилось с «гут йонтеф» и почему евреи начали говорить «хаг самеах»?

Вездесущее теперь «хаг самеах» вошло в еврейский лексикон лишь в ХХ веке. И впервые это произошло в подмандатной Палестине, где возрождение иврита в качестве разговорного языка сопровождалось активными заимствованиями из других языков, особенно из идиша. В поисках адекватного перевода на иврит выражения «гут йонтеф» люди, чьим родным языком был идиш, воспользовались третьим библейским значением слова «хаг» и придумали «хаг самеах» — фразу, которая быстро распространилась среди евреев Эрец‑Исраэль