Мы знаем, что «Поучения отцов», как и все остальные трактаты Талмуда, предназначены для людей, достигших определенного уровня в изучении Торы. Поэтому мишна, которую мы будем разбирать сегодня, сперва вызывает изумление. «Невежа не убоится греха, а невежда не станет хасидом; стыдливый не научится, педантичный не научит; не каждый, кто много занят делами, станет мудрым; и где нет людей — старайся быть человеком».

Зачем посвящать мишну невежам и невеждам? Они же не учат Тору, а значит, и в Талмуд не заглянут!

Почему стыдливый не научится? Ведь стыдливость сродни скромности, а это положительное качество. Мидраши учат, что праведный еврей соединяет три качества: «добродетельность, стыдливость и милосердие»… Почему педантичный не научит? Ведь педантичность — это тщательность, долг любого учителя. Разве занятость делами — препятствие к мудрости? Совсем недавно мы разбирали мишну о том, что работа и изучение Торы не только не противоречат друг другу, но, наоборот, друг друга дополняют! И наконец, что значит «быть человеком там, где нет людей» и какое отношение это поучение имеет ко всем предыдущим?..

На самом деле все части мишны органично связаны между собой. Основа этой связи — главная заповедь нашей веры, идея любви. Любви к Торе, любви к Б-гу, любви к людям.

Мы знаем, что есть два способа выстраивать жизнь: «страха ради» и «ради любви». Можно учить Тору, выполнять заповеди, строить отношения с людьми по принципу самосохранения: чтобы Б-г не наказал, чтобы люди не отвернулись… А можно делать все то же самое ради любви — к Б-гу, к Торе, к людям.

Вот об этом и идет речь в нашей мишне. «Невежа» в тексте — это не тот, кто вообще не учил Тору, а тот, кто выполняет заповеди лишь для того, чтобы не быть наказанным. Он не боится греха — он не грешит лишь потому, что боится кары за грех.

Точно так же невежда (в оригинале «народ земли»: тот, кто связан только с материей, а не с духом) не может стать хасидом. В Талмуде есть специальное указание на тех, кто «учил Тору, но не служил мудрецам», то есть учился только по тексту, но не у мудрых людей. Такие могут много знать, но все равно остаются невеждами, потому что знание их не поднимется выше теории. А сущность хасидизма — это знать, чтобы творить добро с любовью, исполнять не букву Закона, но его дух.

«Стыдливый» в тексте мишны — это тот, кто хотел бы общаться с мудрецами и учиться у них, но стесняется обратиться к ним со своими вопросами. Сама по себе стыдливость — положительное качество, но не в делах учебы. Есть известная история про нобелевского лауреата по физике, профессора Изидора Раби: тот объяснял, что ученым он стал благодаря матери, которая побуждала его задавать вопросы учителям.

Педант, который не научит, — это тот, кто преподает формально, «от сих до сих». Настоящий учитель учит, пока ученик не поймет. Талмуд рассказывает о раввине, который повторял каждый раздел Торы 400 раз, пока ученик не понимал все мысли до последней. Однажды позвали того раввина совершить мицву, он обещал прийти, как закончит урок. Но ученик и на четырехсотый раз не понял. «Что с тобой?» — спрашивает раввин. «Я не мог сосредоточиться, потому что боялся, что вы в любой момент уйдете», — отвечает тот. И что делает раввин? Начинает урок снова и объясняет его еще 400 раз. «И за это получил великую награду от Б-га», — говорит Талмуд. Потому что учил он из любви к Б-гу и человеку.

В этом контексте ясен смысл следующего поучения: «Не каждый, кто много занят делами, станет мудрым». Работа не самоцель, а инструмент для достижения цели. Главное в жизни — духовная составляющая и добрые дела. Ты должен выполнять свой долг перед Б-гом и людьми — но не ограничиваться этим, а делать больше, чем обязан. Если там, где ты живешь, есть мудрецы и знатоки Торы, можно полагаться на них. Но если в этом месте ты один обладаешь знаниями — ты обязан учить других.

… Хасидская притча рассказывает о раввине, к которому пришла простая женщина с вопросом о кашруте. Раввин полчаса рылся в книгах, наконец дал ответ. Ученик, ставший свидетелем беседы, недоумевал потом: «Учитель, это ведь был совсем простой вопрос, даже я мог бы на него сразу ответить!..» «Если бы я дал ответ сразу, женщина сочла бы, что ее вопрос глупый, и в следующий раз постеснялась бы прийти», — ответил раввин.

Сегодня поведение этого раввина называется «суггестопедия» и считается самым передовым методом в преподавании. А наши мудрецы обучают так уже 2000 лет.