Дом учения: Слово раввина

От всякого зла отдались

Берл Лазар 26 марта 2015
Отправить
Поделиться

Он (Йоханан бен Закай) сказал ученикам: идите и познайте, какой путь дурной, чтобы человек его избегал. Р. Элиезер сказал: дурной глаз; р. Йеошуа сказал: дурной друг; р. Йоси сказал: дурной сосед; р. Шимон сказал: тот, кто одалживает и не возвращает, ведь одалживать у человека все равно что одолжить у Б‑га… а р. Эльазар сказал: дурное сердце. И сказал (р. Йоханан бен Закай): я предпочитаю слова Эльазара бен Араха, потому что они включают и ваши».

Возникает вопрос: зачем понадобилась эта мишна после той, о которой шла речь в прошлом месяце? Там говорилось о добром пути, и ученики Йоханана бен Закая упоминали доброе сердце, добрый взгляд, доброго соседа и т. д. Понятно, если некто считает признаком верного пути «доброго соседа», то плохой путь для него будет олицетворять дурной сосед. Получается, у нас «лишнее» поучение? Конечно, нет. Во‑первых, выбор наш не ограничивается двумя путями, «добрым» и «дурным». Всегда есть еще средний путь или даже много разных средних путей. «Добрый путь» — это идеал, к которому надо стремиться, «дурной путь» — то плохое, чего надо всячески избегать. Поэтому и ответы учеников р. Йоханана на первый взгляд кажутся простой противоположностью их ответов на вопрос предыдущей мишны.

Что такое «дурной глаз»? Это не злой, не завистливый взгляд, — это тот случай, когда человек, на что бы он ни посмотрел, обращает внимание только на негатив. С таким «дурным глазом» невозможно жить, потому что мир кажется скопищем ужасов! Есть история об одном еврее, который после Холокоста полностью отошел от веры. В концлагере он сидел с человеком, который сумел тайно пронести сидур и «сдавал» его тем, кто хотел помолиться. За полчаса пользования молитвенником он требовал половину дневной пайки хлеба. «Если можно вот так наживаться на вере — я не хочу иметь с этой верой никакой связи», — возмущался наш еврей. Однажды он встретил раввина, который сказал ему простую вещь: «Смотри, один негодяй использовал сидур для наживы — но сотни были готовы отдать последнее, чтобы говорить с Б‑гом! Подумай лучше об их вере». Наш еврей подумал и в конце концов вернулся к соблюдению заповедей.

А что такое «дурной друг»? Звучит как парадокс: разве друг может быть дурным? Но здесь есть намек на отношения супругов, поскольку они по определению самые близкие друг другу люди. А уж «дурной муж» или «дурная жена» — избави нас Г‑споди от такого! В мидраше говорится об одном добром человеке, который был женат на доброй женщине, но у них не было детей, и они расстались. Мужчина женился на дурной женщине, а его бывшая жена вышла замуж за дурного человека. Чем кончилось? Дурная женщина мужчину испортила, а женщина добрая сумела исправить своего нового мужа…

Это совсем не та ситуация, что с «дурным соседом». Соседей, как правило, не выбирают. Смысл поучения р. Йоси не в том, что мы должны выбирать соседей, а в том, что каждый сам обязан быть хорошим соседом. «Дурной сосед» — это тот, кто не видит окружающих, не считается с ними. Твоя задача, если хочешь держаться подальше от дурного пути, — помогать соседям, разделять их заботы. Талмуд содержит рассказ о р. Зеире, который жил в квартале, пользовавшемся дурной славой. Среди его соседей было немало воров и бандитов, но раввин все равно общался с ними, пытался исправить, вернуть к Б‑гу. Те, конечно, смеялись над ним, да и другие раввины не раз пеняли р. Зеире: тот‑де унижает раввинский статус. Но после того как р. Зеира умер, соседи забеспокоились. «Этот раввин за нас молился, и все у нас было в порядке, а теперь кто за нас заступится перед Б‑гом?» — говорили они. Многие из них вернулись к честной жизни…

Мнение р. Шимона по духу близко к позиции р. Йоси. Здесь тоже речь идет о выборе линии поведения с опорой на Б‑га. Все, что есть у человека, ему дал Б‑г. И если ты не возвращаешь человеку, это как будто ты крадешь у Б‑га. Из‑за тебя другие люди не будут давать в долг — а это противно учению Торы, которая требует помогать ближнему…

Но вспомним: из всех мнений учеников р. Йоханан бен Закай предпочел ответ р. Эльазара: «дурной путь» — это дурное сердце. Ведь сердце является средоточием души человеческой: все наши представления о Б‑ге, о том, что правильно и неправильно, становятся для нас реальными ценностями, лишь пройдя через сердце. «Дурное сердце» — это и дурной глаз, и дурное отношение к близким, и презрение к соседям, и неумение соблюдать свои обязательства… Самое верное средство избежать дурного пути — вот в чем глубокий смысл нашей мишны! — заключается в воспитании сердца, которое должно быть привержено Торе, заповедям и нашим вечным ценностям.

Отправить
Поделиться
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Что важнее — власть или влияние? Недельная глава «Корах»

В иудаизме большое место занимают рассуждения о том, что пророки выше царей, а справедливость выше грубой силы, о том, что людей надо учить хорошему, а не принуждать, оказывать влияние, а не употреблять власть. Применять власть к другим людям — значит принижать их, а оказывать на них влияние — значит их облагораживать. Это одна из истин иудаизма, проповедующих человечность

«Хумаш Коль Менахем»: «Калев успокоил народ…»

Калев сразу понял, что разведчики исказили приоритеты. Моше сначала сказал об усилии (завоевании) и только потом о награде (плодах Земли), но разведчиков в первую очередь интересовала награда, поэтому вначале они сделали упор на качестве земли. Заметив это, Калев немедленно «успокоил народ», поскольку понимал: акцентирование на награде приведет людей к раздумьям — стоит ли вообще усилий это завоевание, и вскоре подобные размышления могут подтолкнуть их к полномасштабному мятежу

«Она не знает, кто она»

Слово «Палестина» Нина услышала еще в детстве, когда вернулась из Одессы в Москву: в гости пришел мальчик на год старше, Юра, и поделился своим знанием о далекой стране, где стоит город Иерусалим и живут евреи. Но это слово было для нее чужим и непонятным. «А вот слова “еврейка” я в Одессе не слышала. В первый раз я его услышала в поезде, чужие девочки пристали ко мне с вопросом: кто я, русская или еврейка. Вопроса я не поняла, но смутно почувствовала, что быть еврейкой нехорошо»