Издательство «Книжники» готовит к выходу в свет документальное повествование Фредиано Сесси под названием «Спецотряд: Три года в газовых камерах»: книга о бывшем узнике Филипе Мюллере, словацком еврее, который три года проработал в зондеркоманде, специальном отряде при крематории Освенцима‑Биркенау. На его глазах тысячи людей подвергались унижениям, истязаниям, шли на казнь. Филип оказался одним из немногих выживших рабочих спецотряда. Его свидетельства помогли раскрыть нацистские преступления и поведать миру о невероятном мужестве заключенных. Предлагаем вниманию читателей «Лехаима» главу из книги.

Строительная компания «Топф и сыновья» была основана в 1878 году в городе Эрфурте и изначально специализировалась на системах отопления. Впоследствии она запатентовала «постоянную кремационную печь для человеческих тел», придуманную специально для применения в концентрационных лагерях. В 1935 году компании удалось оборудовать печами несколько крематориев при первых немецких лагерях. Создатель этого типа печей инженер Курт Прюфер, который, как и другие совладельцы предприятия, был членом нацистской партии, мог смело разрабатывать свои проекты и быть уверенным, что они будут реализованы. Ведь по мере того как росло количество концентрационных лагерей и узников становилось все больше, без кремационных печей Прюфера было не обойтись. Cжигая тела прямо в лагере, нацисты не только оставались верны своему архаичному культу смерти, но и скрывали от населения соседних городов, сколько узников погибало каждый день в этих жутких местах.

Вскоре за Прюфером закрепилась слава гения кремации, способного решить любые проблемы.

В июне 1942 года Гиммлер решил свезти всех евреев Западной Европы в Аушвиц и снабдить комплекс мощным кремационным оборудованием. Поэтому 18 августа 1942 года, в разгар эпидемии тифа, Прюфера вызвали в комендатуру лагеря. На совещании было решено оборудовать второй и третий крематории каждый пятью печами на три муфеля (в общей сложности 30 муфелей), а четвертый и пятый крематории — двойными печами на четыре муфеля (в общей сложности восемь муфелей).

Второй и третий крематории предназначались для всех узников, которые должны были заполнить огромный лагерь Биркенау, рассчитанный на 150–200 тыс. человек, а четвертый и пятый были задуманы для уничтожения трупов евреев, убитых в бункерах 1 и 2. Когда несколько месяцев спустя нацисты решили начать массовое уничтожение евреев Западной Европы, двух бункеров для этой цели показалось недостаточно, так что еще на этапе строительства было решено внести радикальные изменения в проект идентичных второго и третьего крематориев и переделать подземный склад тел в газовые камеры со вместимостью 1,5–2 тыс. человек.

Поскольку помещение для газовых камер находилось под землей, замаскированное зеленой лужайкой сверху, в обоих крематориях нужно было установить систему вентиляции, чтобы обеспечить быстрое проветривание после отравления газом: без этого невозможно было бы быстро перейти к следующей экзекуции.

Специалиста из компании «Топф», который должен был наладить систему вентиляции, звали Генрих Мессинг, уже 17 декабря 1942 года он был готов отправиться в Аушвиц.

Мессинг родился в 1902 году. Когда в 1933‑м к власти пришли нацисты, Мессинг вступил в германскую коммунистическую партию. За свою деятельность он был арестован и отправлен на несколько месяцев в тюрьму на Фельдштрассе в Эрфурте — одно из первых учреждений, предназначенных для «содержания под охраной» всех врагов гитлеровского рейха. Когда в 1946 году советские органы арестовали некоторых инженеров, работавших в Аушвице, Мессинга вовремя предупредили, и он успел на некоторое время спрятаться. Эрфурт находился в той части Германии, которая перешла под контроль Советского Союза, поэтому, чтобы выйти из подполья, инженеру из Аушвица пришлось раздобыть у своих бывших товарищей по партии свидетельство о преследовании нацистским режимом. Информация о том, что Мессинг побывал в Биркенау, загадочно исчезла, и до конца своих дней он работал в полиции и даже получал пенсию как жертва нацизма. После его смерти в возрасте 83 лет оказалось, что в досье, составленном на него в тайной полиции Штази (главной полицейской организации для обеспечения безопасности и порядка в Германской Демократической Республике), значится только то, что «во время войны он работал в Польше на важных военных объектах».

Его память как героя‑антифашиста увековечена на мемориальной доске, установленной на Эрфуртском кладбище, где перечислены имена всех жителей города, действовавших против нацистского режима.

Но правда ли он был героем? Если не считать короткого периода заключения в тюрьме и вступления в подпольную коммунистическую партию, как этот рабочий‑монтажник боролся против нацистов и чем занимался в Биркенау?

Как бы то ни было, Генрих Мессинг — черные, зачесанные назад волосы, темные глаза, крупный нос, овальное лицо, большие уши и тонкие губы — тщательно скрывал от руководства фирмы «Топф и сыновья» свою борьбу с режимом. Он усердно трудился и без возражений ехал туда, куда посылало начальство.

Ранним утром 4 января 1943 года Мессинг пустился в путь, чтобы добраться до Аушвица, вероятно в компании инженера из отдела кремационных печей Вильгельма Коха, или попросту Вилли, который уже побывал в главном лагере осенью 1940‑го. И возможно, Мессинг был абсолютно не в курсе того, что собой представляет учреждение, где он должен был установить большую вентиляционную систему.

На рассвете следующего дня он прибыл к месту назначения; на вокзале его встречала машина с эсэсовцем и водителем, которая отвезла его непосредственно ко второму крематорию в Биркенау. Первым делом Мессинг, как писал исследователь Жан‑Клод Прессак, «десять часов подряд устанавливал вытяжку в дымоходе»; потом по 11 часов в день без перерывов и выходных занимался установкой вентиляционной системы в подвальном помещении, отведенном под газовую камеру.

Запуск камеры, отмеченный в рабочем дневнике Мессинга, состоялся 26 января. Но его пребывание в Аушвице на этом не закончилось; поскольку вагон с необходимыми деталями для вентиляционной системы, посланными из Эрфурта 25 января, прибыл 3 февраля и только с половиной того, что нужно, Мессинг, чтобы не сидеть без дела, работал над монтажом печей в четвертом крематории. Когда 11 февраля были доставлены оставшиеся детали, он снова приступил к работе во втором крематории (обозначенном в документах как «строительный участок 30»).

10 марта инженер фирмы «Топф» Карл Шульц и монтажник Генрих Мессинг в течение 16 часов «производили испытания системы вентиляции и деаэрации газовой камеры в крематории II». По всей видимости, оборудование пока не было готово, поскольку Мессинг работал в тот день еще 11 часов, а потом — 15 часов 13 марта, после чего были успешно проведены испытания с «Циклоном Б».

Вечером, ближе к 23 часам, вентиляционная система была признана действующей. И в ту же ночь, то есть с 13 на 14 марта 1943 года, 1482 еврея из Кракова — женщины, мужчины, старики и дети — разделись в бараке, построенном возле крематория, и «испытали» новое оборудование.

Через отверстия в крыше четыре эсэсовца одновременно вы́сыпали в газовую камеру шесть килограммов «Циклона Б». Комендант лагеря Рудольф Хесс считал уничтожение людей с помощью «Циклона Б» милосердным и быстрым, именно он предложил, чтобы вся необходимая доза пестицида была высыпана одновременно. Потому и нужны были четверо мужчин — по одному на отверстие, — которые сыпали яд из емкостей по полтора килограмма каждая. Если их было меньше четырех, жертв охватывала паника, потому что стоявшие в той части камеры, куда еще не дошел ядовитый газ, ясно понимали, что происходит. И начиналось то, что эсэсовцы цинично называли «борьбой за жизнь»: более слабые погибали от стремления сильных спастись любой ценой.

Спустя пять минут все жертвы были мертвы, а примерно через 20 минут воздухом в газовой камере снова можно было дышать, и люди из зондеркоманды принимались за свою работу: вытаскивали тела, переносили их в зал с печами, чистили помещение.

Утром 14 марта Мессинг мог оценить результат своей работы по множеству тел в газовой камере, которые казались спящими. 10 июня 1943 года он покинул Аушвиц и вернулся в Эрфурт, прекрасно осознавая, что помог осуществиться ужасному преступлению.

Правда о работе, выполненной монтажником вентиляционных систем Генрихом Мессингом, открылась значительно позже: только в начале 1990‑х годов эта история была подтверждена документами. Хотя члены зондеркоманды на себе проверили качество вентиляции, поскольку после ее установки могли входить без риска в газовые камеры второго и третьего крематориев почти сразу после казни.

Четвертый и пятый крематории были устроены по‑другому, там газовые камеры располагались на первом этаже и не нуждались в вентиляции.