Когда она заявила о своем намерении оставить музыку, чтобы изучать право, ее друзья были ошеломлены, но лишь немногие выразили удивление, когда она зарекомендовала себя высококвалифицированным и добросовестным адвокатом. Скоро она стала одной из самых уважаемых судей Верховного суда; длинные тексты ее постановлений отличались эрудицией и изобиловали цитатами любимых израильских поэтов. Своей преданностью защите интересов малоимущих она завоевала восхищение в прогрессивных кругах. Но в нескольких случаях, касавшихся национальной безопасности, она решительно поддерживала своих консервативных коллег.

Перед тем, как стать клавишником, вызывающим восторг у девчонок на концертах в местных клубах, он был большеглазым мальчишкой, которому лет в шесть соседская девочка «как ни в чем ни бывало» сообщила: “У тебя вырастут рога, ты же еврей”. Билли Джоэл расскажет вам, что в тот вечер он действительно ощупывал голову. Но он не ищет сочувствия. И все же, как мне довелось узнать из бесед в процессе написания биографии, не далее как в 2009 году немного сочувствия ему бы очень пригодилось.

Мы должны помнить, что, если повара, хозяева магазинов и пропагандисты одобряют эту кражу, главный виновник — израильское правительство, которое называет фалафель «национальной закуской» и представляет ассортимент левантийских блюд как подлинно израильскую кухню в своих дешевых кампаниях по улучшению международного имиджа Израиля. Участие государства в воровстве палестинских блюд показывает, что мы не должны сводить этот вопрос к индивидуальному потреблению. Это звено в цепи целенаправленных усилий по легализации поселенческой колонизации.

Зилбершлаг — идеальное «лицо» харедим, он лучше всех может представить ортодоксальную общину светским израильтянам. Он говорит на правильном языке, пересыпанном сленгом, с юмором и самоиронией; рассуждая на политические темы, он никогда не поучает и никого не оскорбляет. «Я говорю не так, как говорит средний ортодокс, в то же время я не являюсь представителем поколения Facebook, — заявил он Xnet. — У интернета свои правила». И эти новые, неписаные правила на данный момент работают в его пользу. 

Начался месяц элуль, время рефлексии в преддверии Дней трепета, и я пишу эти строки без тени иронии и лукавства: демарш Билли меня очень растрогал. Он напомнил мне известную хасидскую притчу о мальчике, который не умел молиться и засвистел в синагоге в надежде, что Б‑г услышит его, — так и Билли показал нам, что у него, оказывается, есть душа (вопреки тому, что можно было бы подумать, слушая «Uptown Girl») и она ранена. Средство выражения в данном случае значения не имеет; важна только мысль.

В 2013 году Россию пригласили принять участие в проекте обновления музея на месте лагеря смерти Собибор, находящегося на территории Польши. Переговоры затянулись на несколько лет. Наконец в середине июня этого года члены комитета по созданию нового мемориала решили не включать в комитет представителя России. Корреспондент «Лехаима» попросил прокомментировать эту ситуацию польских официальных лиц, а также крупнейших специалистов по истории Второй мировой войны.

«Мы стали замечать, что Белый дом реагировал немедленно, иногда в течение 24 часов, на конкретные наши переговоры. Сначала мы думали, что это было совпадение, усиливаемое нашей собственной паранойей. Через некоторое время мы убедились — за нами следят»

Евреи из окружения Трампа имеют, кажется, практически безграничное доверие к личным качествам своего шефа. Трамп, которого они знают, решительный, серьезный, терпимый и благородный, при этом их впечатления основываются на годах и даже десятилетиях личного общения с ним. Они верят в Трампа самого по себе, вне зависимости от его идеологии, и это помогает понять, почему этот застройщик, вызывающий такое сильное и безоговорочное отторжение у десятков миллионов американцев, так притягивает десятки миллионов других граждан Соединенных Штатов.

Путь к миру лежит не через войну и не через переговоры. Он лежит через инновацию. Вы можете достичь высот в науке, не ходя на войну. Вы можете быть страной маленькой по площади, но великой по содержанию. И даже сейчас такая опция существует. Это трудно, это отнимает время, но всё трудно. Я всю свою жизнь был мечтателем.