Живу и вижу

Алексей Мокроусов 22 июля 2016
Поделиться

Роберто Бурле‑Маркс

Нью‑Йорк, Еврейский музей

до 18.9

Выставка ландшафтного архитектора и художника Роберто Бурле‑Маркса (1909–1994) — одно из главных событий выставочной жизни Америки. Творчество бразильского архитектора (он был четвертым сыном пианистки Сесилии Бурле и Вильгельма Маркса, немецкого еврея из Трира, откуда родом и Карл Маркс), считающегося самоучкой, признано классикой современной садовой архитектуры. Бурле‑Маркс сформулировал ее принципы, воплотив их в совместных проектах с Ле Корбюзье и Оскаром Нимейером; только в Рио‑де‑Жанейро 88 созданных им парков находятся сегодня под охраной как памятники культуры. Активный защитник природы, он собирал растения; ферму в 80 гектаров в итоге подарил государству.

Первая ретроспектива Бурле‑Маркса в Нью‑Йорке прошла в Музее современного искусства четверть века назад. На нынешней не только показывают фотографии и планы созданных им садов и парков, от Сан‑Паулу до Куала‑Лумпура, но и рассказывают о бразильском модерне и роли абстракции в ландшафтном творчестве художника.

Модернизм в американском искусстве

Иерусалим, Музей Израиля

до 14.8

Знаменитые фотографы Эдвард Уэстон (1886–1958) и Беренис Эббот (1898–1991) стали героями выставки в Галерее современного искусства иерусалимского музея. Уэстон представлен прежде всего работами, посвященными природе, человеческому телу и пейзажам Западного побережья, Эббот — сценами из жизни Нью‑Йорка.

 

Живу и вижу

Воронеж, Областной художественный музей имени И. Н. Крамского

до 30.7

Экспозиция художников‑нонконформистов представляет собрание поэта Всеволода Некрасова, переданное наследниками поэта Музею личных коллекций ГМИИ имени А. С. Пушкина. Среди 95 полотен и графических листов — работы Оскара Рабина, Эрика Булатова и Ильи Кабакова.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

«Караимы» в начале XVIII столетия

Контакты между членами амстердамской сефардской общины и центрами караимства в XVII столетии были довольно ограниченны — это верно и в отношении контактов между еврейским и караимским миром вообще в то время. На самом деле, все связи между сефардами Амстердама и караимами относятся к очень короткому временному периоду и поддерживали их всего два человека...

Актриса Хеди Ламарр — чудо‑женщина и чудо‑изобретатель

Ламарр была не только первой красавицей Голливуда — легендой, прообразом диснеевской Белоснежки, Женщины‑кошки Боба Кейна, героиней самого раннего из известных набросков Энди Уорхола — но, пожалуй, самым острым умом киноиндустрии, причем как среди женщин, так и мужчин. Она любила изобретать, и когда в Европе разразилась война, Хеди решила придумать нечто такое, что поможет победить нацистов. Ламарр разработала чертежи радиоуправляемой торпеды, способной менять частоту, чтобы ее не засекли и не повредили силы противника

Переводчица. Фрима Гурфинкель

По ее книжкам — я бы даже сказал, книжечкам — мы входили в мир Пятикнижия. У меня были отдельные недельные главы с комментарием Раши, и именно через них происходило первое, почти интимное знакомство с текстом. А потом, спустя несколько лет, когда Фрима приехала в Москву и пришла к нам в ешиву, я с гордостью сказал ей: «Я учил Раши по вашим книгам». Она посмотрела на меня строго и ответила: «Надо учить по Раши. По Раши». И в этой короткой реплике — вся мера точности, вся требовательность к тексту, к себе, к ученику