Ноябрьские тезисы: нецельная солидарность

Беседу ведет Афанасий Мамедов 24 декабря 2014
Поделиться

Ноябрьский съезд шести всеукраинских еврейских организаций, который прошел в Киеве и о котором даже не слышали многие евреи в России, возможно, стал поворотным событием как в истории украинского еврейства, так и в многовековой истории взаимоотношений еврейских общин на территории современных России и Украины. Общий тон выступлений и ряд резолюций, принятых съездом, в частности, сумевший развести делегатов в разные стороны проект резолюции о вооруженной агрессии России против Украины, красноречиво свидетельствуют о том, какая зияющая пропасть стремительно пролегла между нами. Почему на всееврейский съезд не приехали некоторые лидеры еврейских общин Украины? Что скрыто за кулисами этих событий? Как изменились отношения внутри общин и между ними после Майдана? И что же будет дальше с «нецельной» (по словам Иосифа Зисельса) солидарностью еврейских организаций, поддерживающих общинную жизнь на фоне политических страстей?

[parts style=”clear:both;text-align:center”]
[phead]44_1[/phead]
[part]

О СЛИЯНИИ И ПОГЛОЩЕНИИ РЕЧЬ НЕ ШЛА

Михаил Гольд

Журналист, главный редактор газеты «Хадашот»

АМ Скажите, ставилась ли на съезде задача создать новую структуру, объединяющую все украинское еврейство, или лидеры той или иной «крышевой» организации как говорили от имени своих объединений, так и будут говорить?

МГ Никто не уполномочивал лидеров той или иной организации выступать от лица всех евреев Украины. То, что в самой общине нет единства в оценках ситуации в стране, — очевидно. Достаточно прочитать резолюцию, принятую пятью всеукраинскими еврейскими организациями (большинством голосов, но не единогласно), где Россия прямо названа страной‑агрессором. Значит ли это, что так думают все евреи Украины? Безусловно нет. Многие, но не все. Да по‑другому и быть не может: тысячи людей разного возраста, социального статуса (не говоря уж о региональных отличиях) не обязаны дышать в унисон. Поэтому идея создания некоей «сверхкрышевой» структуры, во главе которой будет стоять Самый Главный Еврей Украины, которому община присягнет на верность, даже не поднималась — это невозможно, да и не нужно. Речь шла лишь о координации действий всеукраинских еврейских организаций, поиске механизмов выработки решений, а ни в коем случае не о слиянии или поглощении.

АМ В украинской политике евреи тоже представлены по разные стороны баррикад?

МГ На индивидуальном уровне — безу­словно. Но мы ведь не отождествляем, например, активность министра внутренних дел, члена «Народного фронта» Арсена Авакова с позицией всех армян Украины — такое и в голову никому не придет. Да и журналиста Мустафу Найема вряд ли вся афганская диаспора уполномочила вступить в Блок Петра Порошенко — это его как гражданина Украины индивидуальный выбор. Очевидно, что и нынешний глава Верховной Рады, № 4 в Блоке Порошенко Владимир Гройсман, спикер «Правого сектора» Борислав Береза и мажоритарщик Александр Фельдман были избраны в Раду не как представители еврейской общины. С другой стороны, каким бы ни было отношение к политическим взглядам Вадима Рабиновича — № 4 в списке Оппозиционного блока, — но в ходе предвыборной кампании и этот политик ни разу не выступал не только от имени всей общины, но и от Всеукраинского еврейского конгресса, президентом которого является.

АМ Украина не прибегла к интернацио­нализму как способу возрождения единства, предпочтя иной путь — строительство украинского национального государства. Евреев это не смущает?

МГ У меня, коренного русскоязычного киевлянина и еврея, как раз противоположные ощущения. Иногда кажется, что Бандера, как символ радикального этнического украинского национализма, скроенного по лекалам 1930‑х годов, погиб не от выстрела цианидом Сташинского в 1959‑м, а умер буквально на наших глазах, после Майдана. Причем гвоздь в крышку его гроба вбивают русскоязычные (а их большинство) добровольцы батальона «Донбасс», которые воюют за Украину, и сотни тысяч русскоязычных же (и просто — русских, евреев и т. д.) волонтеров, строящих украинское гражданское общество. «Свобода», напомню, не преодолела электоральный барьер, даже в Львовской области набрав 6% голосов. Признаюсь, и я испытал легкий шок пару месяцев назад, когда, будучи во Львове, услышал, как в самом центре города молодая компания после украинских народных песен затянула «Выходила на берег Катюша»… Сегодня, возможно впервые в истории, для того чтобы быть патриотом Украины, вовсе не обязательно носить вышиванку и говорить исключительно на соловьїной — этот комплекс неполноценности уходит, уступая место первым росткам политической нации.

АМ В процессе строительства национального государства над прошлым страны начинают «работать» целые институты, чтобы шагнуть в «светлое будущее» за счет переписанной истории. Насколько это опасно?

МГ Сейчас не до переписывания истории — в этом нет необходимости (хотя и раньше не было фальсификаций, скорее, фигуры умолчания), история творится на наших глазах, здесь и сейчас. Это не значит, что между украинцами и евреями закрыты все счеты, просто они ушли на третий (а то и десятый) план, сейчас всех заботит общее будущее перед лицом общей опасности. Для Порошенко, стоящего на коленях в Бабьем Яру, вопросы украинско‑еврейских отношений наверняка не проблема № 1, но он понимает, что, как утверждал Тони Джадт, признание своей сопричастности к Холокосту является своеобразным билетом на поезд европейской интеграции. Это дело не одного дня, разумеется, но в последний год события у нас развиваются с головокружительной быстротой…

[/part]
[phead]44_4[/phead]
[part]

ЗИСЕЛЬС ОПАСАЛСЯ КОЛОМОЙСКОГО на съезде

Семен Чарный

Историк, журналист

АМ Одни утверждают, что решение о создании еврейского «сверхоргана» было принято заинтересованными лицами еще до «совместной конференции» и среди главных ее задач была легитимизация этого решения в форме «общественной инициативы». Другие считают, что о слиянии речь вообще не шла. Кто все‑таки прав? И какова сейчас ситуация в Евроазиатском конгрессе?

СЧ Понятно, что проводить съезд и принимать там резолюции «с листа» — большой риск. Для Иосифа Зисельса этот съезд — очередной шаг на пути к объединению еврейских организаций Украины под своим руководством. Сам Зисельс перед проведением объединительных мероприятий, что называется, «укрепил тылы»: сделал себя сопрезидентом Ваада Украины, разделив власть с бизнесменом Андреем Адамовским, который, видимо, станет «якорным» спонсором Ваада. Относительно ситуации в Евро­азиатском конгрессе: после нескольких не очень удачных лет ЕАЕК переживает эпоху реформирования. И президент ЕАЕК Юлиус Майнл, и Михаил Членов, занимающий пост генерального секретаря, и Иосиф Зисельс, возглавляющий Генсовет конгресса, стремятся, чтобы конгресс работал более эффективно, но каждый видит свой путь. Майнл выступает за усиление роли президента, Зисельс настаивает на ограничении его полномочий в пользу Генсовета, Членов стремится соблюсти баланс между различными «ветвями власти» в конгрессе. Кроме того, Зисельс и Членов занимают разные позиции относительно роли еврейской общины в украинских событиях. Михаил Членов придерживается концепции «позитивного нейтралитета»: еврейская община как институт не должна участвовать в конфронтации. Иосиф Зисельс же полагает, что, поскольку «Оте­чество в опасности», евреи Украины обязаны встать на сторону киевских властей. В настоящий момент все стороны пришли к предварительному соглашению. На мой взгляд, конгресс больше склоняется к позиции Членова. Но на съезде безусловно доминировали сторонники Зисельса (только члены Ваада составляли более 40% от общего числа делегатов). А он полагает, что Украина оказалась жертвой российской агрессии, призывает спасать евреев Донбасса, а половину антисемитских инцидентов считает провокацией пророссийских сил. Не знаю, насколько этой позиции придерживаются остальные лидеры организаций. Другие точки зрения не прозвучали. Возможно, это можно объяснить достаточно наэлектризованной обстановкой в Киеве, поскольку никто не желает прослыть «предателем родины», а возможно, тем, что руководители еврейских организаций сами поддались на мобилизационную риторику. На съезде озвучивалась и тема реституции, которой И. Зисельс очень активно занимается. Но здесь такая проблема: вот вернет государство эту 1000 зданий синагог, общин и т. д. еврейским общинам — а на что их ремонтировать (большинство зданий, мягко говоря, не новенькие), как содержать? А это все деньги, деньги, деньги, которых не хватало даже тогда, когда эти города были полны евреями.

АМ Иосиф Зисельс и Михаил Членов расходятся и по вопросу о том, должны ли крупные бизнесмены так активно входить в общинную жизнь, привнося в нее влияния извне…

СЧ Зисельс ратует за западную модель отношений, где в правлении сидят неоплачиваемые lay leaders, а реальную работу делают т. н. профессио­нальные евреи. Но здесь есть опасность: главную роль начинает играть лидер‑непрофессионал, который, не зная тонкостей работы, может просто завалить дело. С другой стороны, и на одном профессионализме далеко не уедешь. Людям не очень нравится просто давать деньги, они хотят иметь за это какой‑то профит, не финансовый (эти организации, как правило, убыточные), а престижный: это общение с верхушкой еврейского мира, а через нее — с сильными мира сего. Полагаю, Зисельс надеется, что сможет сохранить баланс, при котором он вместе со своим сопрезидентом будет мирно руководить организацией.

АМ Стоит ли всерьез воспринимать критику Зисельса в адрес российских еврейских организаций, которые, в отличие от украинских, не лоббируют израильские интересы в России?

СЧ Украина намного меньше, чем Россия, и не только территориально. У нее гораздо меньше завязок со странами арабского Востока, и она вполне готова к условно «проамериканскому» настрою (обычно против антиизраильских резолюций в ООН голосуют США и их бывшие подопечные территории в Микронезии, остальные могут воздерживаться). Кроме того, у Зисельса хорошие контакты с украинскими диссидентами, часть которых с начала 1990‑х вошла во власть. Поэтому этот лоббизм идет довольно давно. В России же, которая стала правопреемницей СССР и унаследовала от него официальное признание Палестины, арабский рынок сбыта оружия и т. д., подобные вещи делаются с гораздо большим трудом. Хотя, заметим, Россия сделала немало дружественных шагов в сторону Израиля.

АМ Почему на съезде не было Игоря Коломойского, Вадима Рабиновича, раввина Шмуэля Каминецкого и других лидеров?

СЧ Видимо, не сторговались. Все они достаточно заметные фигуры, со своими переговорными позициями, которые довольно сложно согласовать. Коломойского, как я понимаю, сильно задело, что его не позвали. Статья о съезде в газете днепропетровской общины была, мягко говоря, не хвалебной. Я не исключаю, что Зисельс даже чуть опасался появления Коломойского: слава «рейдера № 1» просто так не возникает. Но думаю, Зисельс продолжит торговаться и с Коломойским, и с Рабиновичем, и с другими, пока не достигнет соглашения. На Украине существует не менее пятнадцати организаций, которые претендуют на то, чтобы быть всеукраинскими. В Киеве, напомним, собрались только шесть. Сейчас каждый лидер опасается создания единой жесткой структуры не под своим началом, поскольку это не дает ему и его окружению никаких гарантий сохранения своего положения.

[/part]
[phead]44_3[/phead]
[part]

ИДЕТ ВОЙНА — НЕ ГРАЖДАНСКАЯ

Игорь Щупак

Историк, директор центра «Ткума»

АМ Почему лидеры еврейских общин так отстаивают еврейское происхождение трех героев Небесной Сотни: Иосифа Шилинга, Александра Щербанюка и Евгения Котляра?

ИЩ Попробуйте ответить на вопрос: сколько евреев в Украине? Точного ответа не будет. Все ведь зависит от того, как считать: по Алахе, по Закону о возвращении или учитывая самоидентификацию. В этом смысле наши общины легко могут привести аргументы как в пользу еврейства, так и против него. До появления на карте еврейского государства евреи постоянно находились в нееврейском историческом и социальном контексте. В еврейской традиции есть принцип: «закон государства (для евреев) — закон». Согласно этому древнему положению, законы страны, в которой проживают евреи, обязательны для них. По большому счету это условие выживания. Антисемитские мифы, содержащие в своей основе ложные представления о евреях, распространялись в разных странах, и достаточно часто на уровне диалога в спор с ними вступала история, исторический опыт. Наполеон Бонапарт спрашивал у представителей французских еврейских общин: евреи они или все‑таки французы? Евреи не раз доказывали, что умеют защищать страну, в которой им выпало родиться и жить. В России, к примеру, георгиевских кавалеров еврейского происхождения (как и некоторых других «нацменов») награждали специально изготовленными для них крестами, которые отличались от тех Георгиевских крестов, которыми награждались православные. Герои есть у любого народа, находящегося в рассеянии. Скажем, те же украинцы во время первой мировой войны героически сражались и на стороне российской армии, и на стороне австро‑венгерской. Что касается второй мировой войны, то и тут мы можем привести немало подобных примеров. Любой народ нуждается в своих героях — и не только в героях интеллектуального труда.

АМ Как вы относитесь к мнению историков, считающих, что на Украине сейчас идет новый этап недовоеванной когда‑то войны, наиболее активная фаза которой пришлась на 1942–1956 годы, а пассивная продолжалась аж до самого 1991 года?

ИЩ Я сразу скажу, эта война — не гражданская, как ее хотят представить в России. Со стороны Российской Федерации осуществляется вооруженная агрессия, и это случилось потому, что у России нет иных способов достижения своих имперских целей. Россия непрерывно ведет войны со своими соседями. Сначала она воевала с Молдовой, потом с Грузией, сейчас — с Украиной. Один из лидеров импортированных из России террористов, Игорь Стрелков, сам сказал, что, если бы не его отряд и другие подобные подразделения, вой­на давно бы закончилась. Скажите, это что, в своих дворах шпана нашла танки, минометы, ракетное и стрелковое оружие последних модификаций, в том числе те, которые находятся на вооружении только у России? Спросите у жителей Луганска и Донецка — они расскажут вам о российской технике, о боеприпасах для террористов в «гуманитарных конвоях», после прибытия которых резко возрастает интенсивность артиллерийского огня. Сейчас уровень лжи и обмана российской пропаганды находится на том же уровне, что и в сталинско‑гитлеровские времена. «Правда» в руках агрессоров — вещь абсолютно прагматичная, хорошо оперируемая, и она носит имперский характер…

АМ Почему консолидирование еврейских общин Украины оказалось столь важным именно сегодня?

ИЩ Я не помню, чтобы кто‑то когда‑то говорил, что он живет в легкие времена. Но сегодняшняя ситуация в Украине непростая, и времена очень нелегкие. Граждане Украины, в том числе и евреи, живут в состоянии вой­ны. В это сложно поверить, но даже израильтяне, приезжающие к нам, признаются, что на востоке Украины тяжелее, чем в Израиле, рядом с террористами. Сейчас, правда, появилась надежда на то, что перемирие про­длится относительно долго, но тут надо понимать, что перемирие ни с одним агрессором в прошлом, а сейчас с Путиным не может завершиться миром. Каждый день люди просыпаются и бегут к интернету или к телевизору, чтобы узнать, не перешли ли российские танки в наступление. Это действительность реальной войны. И в этих условиях, конечно, нужна консолидация всех евреев, и не только. В связи с войной ускорились процессы формирования украинской нации и гражданского общества. Если в 1991 году многим евреям было все равно, какие новости смотреть — из Москвы или из Киева, то сейчас это рудиментарное ощущение единого исторического пространства уже неактуально, оно забыто украинцами. Сформировалось и украинское еврейство, мы видим себя гражданами Украины еврейского происхождения. И, безусловно, позиция российского еврейства по вопросам, касающимся внешней политики, принципиально отличается от позиции украинского еврейства. Но я не понимаю, почему это должно вызывать такую бурную негативную реакцию в России. Думаю, ответ тут один: имперское сознание и шовинистические тенденции.

АМ Можно ли назвать прочными те отношения, которые выстраиваются сегодня между Израилем и Украиной?

ИЩ У этих отношений несколько уровней: межгосударственный, экономический и неофициальный. Что касается межгосударственных отношений, то тут есть свои проблемы, однако в целом их можно назвать позитивными. Украина де‑факто признала Холокост трагедией, которая является составной частью не только истории человечества, но и истории Украины. Тема Холокоста включена в обязательную программу учащихся, это я говорю как автор школьных учебников. В то же время Израиль до сих пор не признал Голодомор украинского народа геноцидом. И это вызывает недопонимание у части украинской политической элиты и украинского общества. Израиль в целом с симпатией относится к борьбе украинского народа за свободу и независимость. И мы знаем, что, когда возникла угроза жизни лидерам Майдана в разных городах Украины, некоторые из них по приглашению высокопоставленных руководителей израильского государства прибыли в Израиль. Пройдет время, и все это станет общеизвестным фактом. Определенная поддержка Израилем Украины была и есть. И еще важный штрих: украинское общество, эксперты все чаще сравнивают Украину с Израилем. Оно и понятно, рядом с Украиной — агрессивный сосед, руководствующийся неевропейскими ценностями. Защитить себя Украина может, только если станет «Израилем» в военно‑политическом отношении и на общественном уровне. Поэтому в Украине занимаются изучением израильского опыта, поэтому в ряде мест израильские военные специалисты обучают украинских бойцов.

[/part]
[phead]44_2[/phead]
[part]

СЛЕДУЕТ ОТЛИЧАТЬ РОДИНУ ОТ РЕЖИМА

Модест Колеров

Историк

АМ Большинство лидеров еврейских организаций, присутствовавших на съезде, твердо стояли на проукраинских позициях, к примеру, заявляли, что Крым на еврейской карте был, есть и будет украинским. Могли бы вы прокомментировать подобного рода настроения?

МК Такого рода действия еврейских организаций Украины идентичны действиям еврейских организаций, например, в Эстонии или Латвии. Их главный принцип — лояльность действующей власти. Любой. Покойный депутат кнессета Марина Солодкина в свое время очень точно подметила: «Чего вы хотите, они преследуют не идейные, а материальные цели». Когда официальные представители власти Эстонии назвали похороненных под памятником Солдату‑осво­бодителю, в том числе этническую еврейку, «пьяницами и проститутками», ни одна еврейская организация не заступилась за людей, пожертвовавших своими жизнями. Вот и на Украине «переворотная власть», в которой значится немало этнических евреев, поддерживает прославление и реабилитацию бандеровцев и украинских националистов. А ведь известно, что они были не только гитлеровскими коллаборационистами, руководители УПА присягали Гитлеру, а в уставных документах этих организаций «жидоедство» занимало центральное место. Все попытки реабилитировать нынешнюю неонацистскую украинскую власть, указывая на то, что среди ее первых лиц много евреев, фальшивы. Мы знаем, что и некоторые немецкие евреи принимали посильное участие в продвижении к власти Гитлера. Но из этого не вытекает, что Холокост следует отрицать. Если же кто‑то так не считает, ему надо разбираться со своими родителями и со своим еврейским народом.

АМ Чем вы объясняете тот факт, что сфальсифицированное украинскими историками прошлое украинцев и евреев, проживающих на Украине, сегодня устраивает как тех, так и других?

МК Да, некоторые историки ищут точки соприкосновения с новыми, постпереворотными настроениями на Украине. Приведу один пример. Мой однокурсник по историческому факультету МГУ, известный историк Виталий Нахманович, выступал с лекциями в одной из областей Украины, и ему был задан вопрос о Бабьем Яре. Виталий, который сейчас ищет способы задружиться с новой властью, ответил: «Ну, видите ли, это сложный вопрос, и ответить на него однозначно нельзя». Так вот, на мой взгляд, это вопрос простой, как день. Одними из основных расстрельщиков в Бабьем Яру были бандеровцы. Этим все сказано, трех мнений здесь быть не может. К сожалению, многие достойные историки на Украине находятся сейчас в жесточайших условиях. И еврейские и русские историки помогут науке Украины, если обеспечат свободное исследование русско‑украинских, украинско‑еврейских отношений вне Украины, где никто не будет угрожать ученым за «неправильный» научный вывод.

АМ Да, но после того как ряд националистических партий не прошли в Раду, некоторые украинские политики заявили, что все националистические группировки сегодня находятся под жестким контролем общества и власти…

МК Тот, кто так говорит, должен продемонстрировать механизм этого контроля, в противном случае все это напоминает пустую барабанную дробь. Проблема в том, что, если ты хочешь оправдать постпереворотную власть, то начинаешь с терминологии, например, называешь неонацистов нацио­налистами, а националистов — патриотами, и тогда все умещается в заданные рамки. В Раду не прошли самые отпетые, зоологические неонацисты, но победили на выборах другие националисты, которые пока не призывают вешать на деревьях евреев или массово расстреливать русских, но зато активно реабилитируют бандеровское прошлое. 75% процентов избирателей, например, наиболее интернационального города Киева еще при Януковиче проголосовало за ту или иную форму украинского национализма. Нынешний украинский консенсус разделяет националистические принципы. Фундаментальной его основой является прославление коллаборационистов. И гражданская война, которая идет на Украине сейчас, разделяет людей именно сообразно их отношению к бандеровщине.

АМ Сегодня некоторые историки сравнивают то активное участие, которое демонстрируют евреи по обе стороны украинского конфликта, с тем, что происходило накануне двух мировых войн, когда еврейские общины Польши, к примеру, выступали с пропольских позиций, а русские сионисты старались сохранить свое единство…

МК Я не являюсь ни сторонником сионизма, ни сторонником ассимиляции евреев, но я считаю, что ощущение солидарности с той страной, в которой ты живешь, — это вещь естественная. Другое дело, что не каждый день твоя родина оказывается права. Вообще, нужно отличать страну, родину от власти и режима. Боюсь, нынешнее участие ряда еврейских организаций в оправдании Майдана, бандеровщины носит все‑таки корыстный характер. Но я уверен, что никакой прибыли им от этого не будет. И эпоха двух мировых войн самым жесточайшим образом это доказывает. Распространение эпидемии крайнего нацио­нализма идет очень интенсивно, но я не устаю повторять: еврейский народ, наряду с русским переживший вторую мировую войну, не имеет права быть бесчувственным к возрождению нацизма, чем бы его ни оправдывали.

 

Победителей в российско‑украинском противостоянии не будет, опустошение, разочарование и усталость ждет тех и других. Удивительно, но из уст лидеров еврейских организаций, делегатов съезда так и не прозвучал призыв к миру, не было сделано даже попытки к сближению (по крайней мере, СМИ об этом не упоминали). Остается только надеяться, что организация, способная в дальнейшем объединить евреев Украины, первым шагом к созданию которой можно считать этот съезд, не станет «партией войны».

[/part]
[/parts]

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

National Review: Кто протестует в кампусах

Одни действительно ненавидят евреев, но ненавидят их именно как воплощение всего, что ненавидят на Западе, и ненавидят Израиль как «колониальный форпост Соединенных Штатов на Ближнем Востоке». Другой тип студентов, участвующих в протестах, — те, кого консерваторы когда-то называли «воинами социальной справедливости». И, наконец, третий тип протестующих — и безусловно самый массовый — это просто неосведомленные люди.

Washington Examiner: Двойная игра Каира в Газе 

Представители египетской службы безопасности отводили глаза, в то время как ХАМАС и другие палестинские боевики рыли туннели на границе Египта и сектора Газа. Это давало Каиру возможность использовать ситуацию в секторе Газа в качестве инструмента регионального влияния и гарантировать, что роль Египта в палестино-израильском конфликте не будет отменена региональными конкурентами, такими как Катар и Турция

Театры, университеты, газеты: май 1924‑го

Максим Горький дал интервью газете Mezzogiorno, где попытался говорить с записными антисемитами как с обычными собеседниками, апеллируя к рациональным аргументам и подтвержденным данным... Горький много кому не угодил, в том числе в тех общественных группах, к которым сам принадлежал и от которых дистанцировался... Сам он менял позицию по многим вопросам: то выражал свое неприятие происходящего «Несвоевременными мыслями», то каялся перед советской властью, сокрушаясь о «непонимании» ситуации. Но по отношению к евреям всегда вел себя исключительно порядочно.