До следующей ярмарки

Михаил Эдельштейн 29 декабря 2014
Поделиться

Начнем с того, чем принято заканчивать, — с вывода, итога. Книжная ярмарка «non/fiction» окончательно закрепилась в статусе главного события года в интеллектуальной жизни Москвы. Только здесь перед тобой за несколько дней промелькнут все‑все‑все: и друзья, и коллеги, и те, кого привычнее видеть по ТВ или читать в интернете, и те, с кем ты давным‑давно знаком, но встречаешься — так получилось — раз в год — в конце ноября в ЦДХ. Только в дни «non/fiction» можно получить от приятеля СМС: «Привет! Ты тут?» — и сразу понять, о чем речь. Только в очереди за билетом на «non/fiction» спрашивают, какие новинки на этот раз подготовила Историчка, и обсуждают комментарий к очередному тому собрания сочинений Блока. Контраст с сентябрьской книжной ярмаркой на ВДНХ, от года к году становящейся все более фриковатой, разительный.

Причем несколько лет назад казалось, что и «non/fiction» движется в том же направлении, что еще чуть‑чуть — и в залах ЦДХ начнут торговать Донцовой и заманивать на встречи с составителями гороскопов. Но то ли организаторы сделали выводы, то ли так само собой получилось, только сегодня о тех ощущениях не напоминает ничего. И посетители вернулись — в конце нулевых даже в выходные никакой толкотни на ярмарке не было, а в этом году приходилось простоять минут 20 в очереди в кассу или пытаться пройти по купленному тут же с рук самодельному беджу участника ярмарки. И продажами издатели довольны — несмотря на падающий платежеспособный спрос и прочие экономические ужасы.

Евгения Кононенко (издательство «Corpus») дарит послу Израиля в России Дорит Голендер (слева) «Черную книгу» и биографию Рауля Валленберга

Евгения Кононенко (издательство «Corpus») дарит послу Израиля в России Дорит Голендер (слева) «Черную книгу» и биографию Рауля Валленберга

Вернулись и евреи. То есть кого‑кого, а евреев на «non/fiction» хватало всегда, но вернулись еврейские издатели, приучившие было завсегдатаев книжных мероприятий к своей активности, но в последнее время несколько расслабившиеся. На сей раз ударную программу сочинило издательство «Мосты культуры / Гешарим», подготовившее к ярмарке несколько новых книг и связанных с ними мероприятий. Роскошное и вместе с тем научное (нечастое сочетание) издание Книги Маккавеев под редакцией Н. В. Брагинской с комментариями, сопроводительными статьями, приложениями и всем прочим полагающимся. Переработанное и расширенное издание книги Феликса Канделя «Евреи России. Времена и события. История евреев Российской империи». Наконец, второе (также исправленное и расширенное — в полтора раза) издание монографии Романа Тименчика «Последний поэт. Анна Ахматова в 1960‑е годы». Активное учас­тие в «раскрутке» двух последних книг, презентации которых про­шли на самых разных площадках Москвы и Петербурга, приняло посольство Государства Израиль.

Две важные новинки выпустило издательство «Corpus» — это биография Рауля Валленберга, написанная известным шведским славистом Бенгтом Янгфельдтом (интервью с ним см. в следующем номере «Лехаима»), и легендарная «Черная книга», составленная авторским коллективом под руководством Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга (она должна была выйти в 1947 году, а в итоге появилась в России 67 лет спустя).

Наконец, издательство «Книжники» порадовало томом путевой прозы (определение крайне приблизительное, но и любое другое будет не точнее) Михаила Генделева «Великое [не]русское путешествие», романами Эли Люксембурга «Десятый голод» и Давида Шраера‑Петрова «Герберт и Нелли», монографией Гершона Дэвида Хундерта «Евреи в Польско‑Литовском государстве в XVIII веке: генеалогия Нового времени» и другими новинками.

И все‑таки главный секрет обаяния ноябрьской ярмарки — не в конкретных книгах или мероприятиях, а в духе места, в общей атмосфере, позволяющей ощущать себя в залах ЦДХ «своим среди своих». А потому — в будущем году на «non/fiction»!

До следующей ярмарки

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Forward: Древняя христианская богословская идея, лежащая в основе современного антисемитизма

Эти инфлюенсеры поддерживают Газу и критикуют Израиль по политическим и моральным соображениям, но одновременно утверждают, что обязаны выступать против Израиля вследствие религиозных причин, поскольку само его существование противоречит их убеждению, что Иисус занял место Израиля. Христианство «колонизировало иудаизм на богословском уровне», присвоив его ключевые идеи и одновременно отрицая их значимость для самого иудаизма

Золотая агада

Исход начинается не с казней, не с моря и не с бегства. Он начинается с того, что кто‑то входит к сильному и произносит требование, которое не опирается ни на оружие, ни на договор. «Отпусти Мой народ»: это утверждение, что у фараона есть предел. В библейском понимании свобода начинается с признания того, что власть не абсолютна