ГАЛИНА ЗЕЛЕНИНА

Иудаика два: Ренессанс в лицах

М.: Книжники, Центр «Сэфер», 2015. — 554 с.

Вышедшая в серии «Чейсовская коллекция» книга Галины Зелениной посвящена ренессансу иудаики — науки о еврействе, возродившейся в России и на постсоветском пространстве в последние десятилетия. Автор выбрала необычную форму повествования — вместо стандартных глав она представила шестнадцать интервью с учеными, издателями, руководителями исследовательских и образовательных структур (причем у многих персонажей совмещаются две, а иногда и все три эти ипостаси), принадлежащих к разным поколениям — от «ветеранов», начинавших заниматься иудаикой в далекие 1970‑е, до молодых, росших вместе с развитием новой российской иудаики. Подобный подход позволяет увидеть ситуацию в этой области изнутри и с максимально широким обзором — об институциях могут рассказывать со своей точки зрения сразу несколько человек. Понятно, почему был выбран именно подобный метод изложения — постсоветская иудаика создавалась в неформальных структурах, часто людьми, следовавшими принципу Пастернака «Не надо заводить архива, над рукописями трястись». Кроме того, с момента выхода иудаики из «подполья», где она существовала в советский период, прошло уже больше четверти века. За это время успел возникнуть и исчезнуть целый ряд организаций и проектов, которые не оставили почти никаких следов, кроме нескольких заметок в СМИ. В сложившихся условиях именно устные воспоминания становятся центральным источником для реконструкции истории российской иудаики.

Опубликованные интервью охватывают гораздо более широкую область, чем собственно постсоветская иудаика. Перед нами проходят еврейское независимое движение и жизнь московской богемы, советская и постсоветская академическая наука (причем не только гуманитарная), как в Москве, так и в провинции, еврейские религиозные общины времен позднего СССР и старообрядцы, зарубежные образовательные и научные структуры и Советская армия на излете своего существования. Естественно, не обходится без упоминаний антисемитизма — как государственного, так и «частного». В этом смысле «Иудаика два» — бесценный исторический источник для всякого, желающего изучать как историю советского и постсоветского еврейства, так и историю СССР и постсоветской России.

Если же говорить о настроениях самих героев интервью, их нельзя назвать однозначными. С одной стороны, есть и энтузиазм, и рассказы о том, как много сделано (издано, организовано, проведено) и что еще предстоит сделать. С другой, и особенно это чувствуется в воспоминаниях «ветеранов», — виден пессимизм, сменивший радужные надежды 1990‑х. Здесь и признание того факта, что образовательные структуры работают почти вхолостую, поскольку их выпускникам особо некуда идти. Здесь и общая констатация упадка гуманитарного знания в России и в мире (и иудаика — лишь часть этого большого процесса). Впрочем, несмотря на этот пессимизм, нельзя сказать, что герои интервью готовы сложить оружие и сдаться. Их башни из слоновой кости стоят в ожидании новых варваров — для того, чтобы попытаться превратить хотя бы кого‑то из них в нормальных людей.