Наши мудрецы утверждают: однажды наступит время «женской» доминанты. И тогда физическое начало — как средство связи с Б‑гом — не будет уступать духовному, даже наоборот: тогда душа будет подпитываться телом.

Голус — этим словом, означающим «отторжение», описывается состояние народа Израиля после разрушения Храма и изгнания из Земли обетованной. Однако голус — нечто большее, чем насильственное разлучение народа с его родиной.

Множество событий, побед и горестей, наполняют каждую из трех эпох жизни Яакова. При этом каждый период олицетворяет особое состояние Яакова, когда по‑разному складываются его отношения с окружающими людьми и миром. В трех «главах» его истории мы можем увидеть три предзнаменования, которые раскроются в жизни его потомков.

Зачем мы здесь? Этим вопросом вопросов задаются философы всех направлений, изучающие Тору, и каждый отвечает на него по‑своему. В Талмуде написано лаконично и ясно: «Я был создан, дабы служить моему Творцу» (Талмуд, Кидушин, 82б).

Одним душам в большей мере свойственны любовь и благость, другим — самодисциплина и боязнь Б‑га, третьим — гармония и сочувствие, честолюбие, преданность, привязанность, восприимчивость.

Едва лишь мы пробудились — еще не встав с постели и даже не омыв рук, мы читаем эти слова молитвы Мойде ани, утверждающие, что это Он даровал нам жизнь и Им наполнен всякий миг нашего бытия.

Среди многочисленных рождений, упоминаемых в книге Брейшис, о рождении близнецов говорится дважды: у Ицхака и Ривки рождаются Яаков и Эйсав; у Тамар и Иеуды — Перец и Зерах.

В еврейской мистике существует объяснение, согласно которому тот, кто пережил потерю или претерпел ущерб по вине другого человека, не должен на него гневаться, ибо потеря ниспослана Свыше.

Самый критичный элемент нашей миссии в жизни — это выбор. Если бы Б‑г сотворил человека как существо, не способное ошибаться, он мог бы сотворить и идеальный мир или не сотворять его вовсе. Но Б‑г пожелал сотворить мир далеким от идеала, и мы должны улучшать его, делая правильный выбор.

Вера может пребывать где‑то вне повседневности нашего бытия, оставаясь источником неколебимых убеждений и самых пылких переживаний, не имеющих ничего общего с каждодневными поступками и решениями.

Рамбан говорит, что приношение жертвы на алтарь позволяло грешнику искупить вину: человек понимает, что все, происходящее с животным, должно происходить с ним, если бы Б‑г в своей доброте не позволил совершитьэту замену