Одеяние ли создает мужа?

Ты, сын человеческий, возвести дому Израиля
о доме этом, и устыдятся они грехов своих,
и изменят они план.

Иехезкел, 43:10

Раздел Торы Цав сосредоточен на подробном изложении службы в Храме. Почти все действия, связанные с Храмом и уходом за ним, выполняли потомки священнического рода — коэны. На первый взгляд кажется, что большая часть информации, изложенной в этом разделе, имеет весьма косвенное отношение к обычному «среднему» человеку, не принадлежащему к священническому роду. Однако на самом деле весь еврейский народ мыслится как коэны. Ибо сказано в Торе: «И будете вы Мне царством священнослужителей и народом святым» (Шмойс, 19:6). Каждая деталь, касающаяся службы в Храме, — это по сути наставление: как мы должны проживать свою жизнь и как нам приблизиться к Б‑жественному.

Главное дело коэнов

Служение священников в Храме связано с уборкой золы, остающейся на жертвеннике после жертвы всесожжения, говорит Ваикро (6:3,4). Сперва коэн должен лопаточкой удалить золу с жертвенника и сложить ее с восточной стороны от прохода, ведущего к жертвеннику. На этом заканчивался ритуал «снятия пепла», с которого начиналось ежедневное служение в Храме. Затем священник менял одеяние, облачаясь в более простые одежды, и выносил золу в чистое место вне стана.

Смысл перемены одеяния достаточно понятен на первый взгляд. Вынос золы — довольно грязная работа, а грязь на одеянии, в котором священник совершает службы, выглядит неуместно. Однако если мы задумаемся о других ситуациях, связанных с обязанностями священнослужителя, то обнаружим, что многие действия, совершаемые священнослужителем в пределах храмовой ограды, также сопряжены с опасностью загрязнить одежду. Например, когда священник забивает жертвенный скот, сливает кровь, кропит кровью жертвенник и, наконец, счищает с жертвенника золу. Почему же тогда, чтобы вынести золу за пределы стана, священник должен сменить одежды?

Чисты перед Творцом

Исследуя этот вопрос, Раши (Ваикро, 6:4) предлагает следующую аналогию: слуга, готовя на кухне для своего господина, одет иначе, чем когда он прислуживает ему за столом и разливает вино. В присутствии господина слуга одет строже — и ведет себя соответственно. Точно так же в Торе проводится различие между служением в Храме, где пребывает Сам Б‑г, и служением за пределами Храма, там, где Присутствие Б‑га не явлено.

Продолжая эту аналогию Раши, казалось бы, уместнее предположить, что выносить золу за пределы стана пристало другому коэну — ведь в царском доме обязанности повара и пажа разделены и исполняются разными людьми. Тот факт, что один и тот же коэн исполняет две обязанности, позволяет нам заглянуть в самую суть служения Б‑гу.

Часто создается впечатление, что определенные жизненные роли пользуются особым признанием и почетом. Исполнение этих ролей связано с определенной торжественной обстановкой, и мы особым образом одеты в таких случаях. В нашем сознании присутствует представление о престижности и важности происходящего — это повышает и нашу самооценку. Но также нам приходится делать множество вещей, которые никак не связаны с чем‑то почетным: это — «черная работа», но она должна быть сделана. Занимаясь ею, не окажешься в центре лестного внимания: такая работа неблагодарна, скучна, и ее выполнение никак не связано с ощущением собственной значимости. Вообще‑то такой работы мы стараемся избегать, а если это нам не удается, то выполняем ее без всякого энтузиазма и скрепя сердце. Что хорошего в выносе мусора — особенно на фоне занятий чем‑то ярким и значительным? Однако тот, кто действительно служит Б‑гу, знает, как управляться и с тем, и с другим. И ему не нужно делать над собой усилие, чтобы от торжественной службы в Храме, где явлено постоянное присутствие Б‑га, обратиться к вполне земной работе: к уборке золы, с которой связана необходимость выйти из зоны святости в обычный мир. Обе задачи этот человек будет выполнять с одинаковым рвением, ибо он понимает, что и то и другое равно важно для выполнения воли Б‑га. У этого человека стремление к подпитке своего «эго» будет заслонено мыслью о том, что он призван способствовать исполнению воли Б‑га, пожелавшего обрести обитель на Земле.

Народ свЯщеннослужителей

Все это вполне приложимо и к связям между людьми. Есть люди, которые, взаимодействуя с нами, повышают наш собственный статус и как бы заставляют нас двигаться дальше, чем мы сами можем предположить. Само их присутствие ободряет нас, нам нравится быть в их компании. И есть люди, в присутствии которых мы ощущаем дискомфорт. Мы думаем, что они скучны, занудны, серы, они — неудачники, не вписываются в общество, обречены на одиночество. Они нуждаются в том, чтобы мы выслушали их или посочувствовали им, но наше терпение ограниченно, и мы почти никогда не снисходим к их нуждам. В конце концов, у нас есть более важные дела. Сделать шаг им навстречу — почти всегда сделать шаг вниз, кажется нам. Даже мысль о том, чтобы как‑то к ним подстроиться, «снять дорогие одежды и облачиться во что‑то попроще», страшит нас: мы думаем, что одна лишь попытка увидеть мир с их точки зрения опасна для нашего и без того не очень устойчивого социального положения.

Однако если мы и впрямь «народ священнослужителей», то именно общества этих людей мы должны искать и именно к ним проявлять дружеское расположение. Отношение к нам Б‑га определяется нашим отношением к другим людям. Чем больше мы готовы оказать им снисхождение, тем больше Б‑г склоняется «с высот» к нам, тем больше преклоняет ухо к нашим нуждам. И это мы постигнем в скором будущем, когда Б‑г своею рукой каждого выведет из изгнания к полному Искуплению.