Уроки Торы III

Уроки Торы III. Хайей Соро

Менахем-Мендл Шнеерсон 22 июля 2016
Поделиться

Вторая половина

Взял человек тот кольцо золотое в полшекеля
весом и два браслета на руки ей 
весом в десять золотых.

Брейшис, 24:22

 

«Полшекеля» — аллюзия на приношение, которое должен был пожертвовать народ Израиля:
«половина шекеля, священного шекеля, полученные с каждого» (Шмойс, 38:26).

Раши на Брейшис, 24:22

 

Первый брак, о котором читаем мы в Торе, — брак Адама и Евы. Это, конечно же, брак, целиком заключенный на Небесах: Б‑г Сам сотворил невесту, сделал ее благоуханной и украсил ее, и передал ее жениху (Брейшис, 2:21, 22; Брейшис Раба, 18:2). При этом нет сомнений, что Адам не принимал никакого участия в выборе невесты.

Впервые Тора рассказывает историю брака, где выбор невесты зависел от человека и потребовал от него неких усилий, когда речь заходит о женитьбе Ицхака (Брейшис, 24). Здесь детально описано, как совершается правильный шидух (знакомство), сказано о свате (слуга Авраама Элиэзер), дана информация о семье возможной невесты: «И сказал Авраам своему рабу… “Ты не возьмешь сыну моему жены из дочерей Кнаана… но в мою страну и на мою родину пойдешь и возьмешь жену сыну моему…”» (Брейшис, 24:2‑4).

«И Элиэзер сказал [Ривке]: “Чья ты дочь?”… И сказала ему: “Я дочь Бетуэля, сына Мильки, которого она родила Нахору”» (там же, 23,24). Повествуется и о ее характере: «И сказал: “…Вот я стою у источника вод, и дочери людей города выходят черпать воду; пусть же девица, которая, если скажу ей: наклони кувшин твой, и я напьюсь, скажет: пей, и я верблюдов твоих напою, ее‑то и определил Ты для раба Твоего, Ицхака…”» (там же, 12‑14). Говорится и о ее приданом: «И взял раб десять верблюдов из верблюдов господина своего, и пошел, и всякого добра господина своего с собою взял; и встал, и пошел в Арамнаарим, город Нахора» (там же, 10). «И вынул раб вещи серебряные и золотые, и одежды, и дал Ривке, и подарки дал он брату ее и матери ее» (там же, 53). Сказано и о первой встрече невесты и жениха: «И встала Ривка и служанки ее, и сели на верблюдов, и пошли за человеком… И вышел Ицхак при наступлении вечера помолиться в поле и, взглянув, увидел — вот, идут верблюды. И Ривка взглянула и увидела Ицхака, и спустилась с верблюда. И сказала рабу: “Кто этот человек, идущий по полю нам навстречу?” И сказал раб: “Это господин мой”; и взяла она покрывало, и закрылась» (там же, 61‑65) и т. д.

В Торе часто весьма сложные законы даны лишь одним словом или даже буквой, а здесь как минимум 67 стихов посвящены истории брака Ицхака и Ривки. Многие детали упомянуты при этом дважды — сперва при общем изложении событий, а потом в речи Элиэзера перед родителями Ривки. Причина тому — здесь дан прототип, которым мы должны руководствоваться, вступая в брак, причем брак имеет здесь два смысла: это и союз двух людей, и космический брак между Б‑гом и человеком (см. Эрувин, 54а; Ор а‑Тора, Брейшис, 25а).

Половина от двадцати

Среди иных деталей, встречающихся в рассказе Торы о женитьбе Ицхака, упоминается и золотое «кольцо в полшекеля весом», которое Элиэзер преподнес Ривке при встрече у колодца в ее родном городе, Арамнаариме.

Мудрецы поясняют, что здесь мы встречаемся с аллюзией на приношение в полшекеля, которое каждый из евреев отдал на строительство Скинии, и полшекеля в рассказе о браке Ицхака предвосхищают сбор на строительство. В 30‑й главе книги Шмойс Б‑г велит Моше:

«Каждый проходящий подсчет от двадцати лет и старше принесет приношение Б‑гу: богатый не больше и бедный не меньше половины шекеля должен дать как приношение Б‑гу — для искупления душ ваших…» (14,15).

Почему приношение установлено в размере половины шекеля? Мы же знаем, что есть правило: «Все, что посвящается Б‑гу, должно быть лучшим и прекраснейшим. Если кто‑то строит дом молитвы, он должен быть лучше, чем собственное жилище строящего. Если человек взялся накормить голодного, он должен предложить ему самое лучшее и самое вкусное со стола… Все, что предназначается человеком на святые цели, должно быть лучшим из его состояния, ибо сказано: “Лучшее — Б‑гу”» (Ваикро, 3:16; Рамбам, Законы, касающиеся того, что запрещено возлагать на алтарь, 7:11).

Так же во многих случаях законы Торы требуют, чтобы объекты мицвы были тамим — «целыми»: животное с изъяном не может быть принесено в жертву Б‑гу, так же как эсрог с изъяном не может быть включен в «Заповедь четырех плодов» во время праздника Суккос. И даже если это не является абсолютно обязательным требованием, законы настаивают на том, что везде, где возможно, при исполнении мицвы лучше использовать целый объект. Так, например, лучше произносить благословение над целым плодом и над целой буханкой хлеба, чем над кусочками плода и кусками хлеба (отсюда традиционная пара хлебов на столе во время Субботы и праздничных трапез – см. Брохойс, 39б).

Почему же тогда Тора требует от каждого еврея в стане пожертвовать на строительство «обители Б‑га» половину шекеля? (Шмойс, 25:8; Мидраш Танхума, Носой, 16).

Повторяющееся в Торе упоминание об этом пожертвовании в «полшекеля» выглядит еще более странным, если учесть, что в тех же стихах в Торе пояснено: шекель состоит из 20 гера. Иными словами, сумма, жертвуемая «для искупления душ», составляет десять гера. «Десять» — число, ассоциируемое с совершенством и законченностью: вся Тора заключена в Десяти Заповедях; мир был сотворен десятью речениями Б‑га (Пиркей Овойс, 5:1); Б‑г связан с творением через десять сфиройс (Б‑жественных атрибутов), а душа человека, сотворенного по образу Бжию, наделена десятью «силами» (Сефер Йецира; Тания, гл. 3 и далее). Однако вместо того, чтобы повелеть пожертвовать десять гера, Тора говорит о половине шекеля, состоящего из двадцати гера, избегая упоминания цифры десять и делая акцент на «половине» элемента, связанного с нашим вкладом в строительство «обители Б‑га» на земле.

Разделенные при рождении

Такова сама сущность брака. Если каждый из партнеров, вступая в брак, полагает, что он или она обладают самодостаточной полнотой, то в лучшем случае их отношения будут строиться как «взаимодействие» двух совершенно несходных существ. Однако брак — нечто гораздо большее. Кабалисты поясняют, что муж и жена — мужской и женский аспекты единой души, рожденной в двух различных телах; многие годы они жили раздельно, часто — вдали друг от друга, даже не подозревая о существовании второй половины. Но Б‑жественное провидение свело их вместе под свадебным балдахином и соответственно дало им возможность соединиться вновь — стать одним на всех уровнях: в их мыслях, чувствованиях и в физической жизни (Зогар, ч. I, 91б; ч. III, 7б, 109б и 296a; Ликутей Тора Ари, Брейшис, 15а).

Тем самым брак — больше, чем простое соединение двух индивидуальностей. Это — воссоединение разделенной души, слияние двух жизней, которые изначально и по сути своей были единством.

Чтобы такое воссоединение действительно произошло, мужчина и женщина, вступая в брак, должны помнить, что они — не «десять», а — «половина». Так, полшекеля состоят из десяти гера — каждый отдает браку свое «все», все ресурсы и потенциал, которые даны ему Свыше, однако при этом он или она видят в себе не целостное существо, а часть целостности, в которой соучаствуют оба.

Скиния

Полшекеля, данные Ривке при ее выходе замуж за Ицхака, были предвестием пожертвования в полшекеля, внесенного каждым евреем на строительство Скинии, «брачного чертога», в котором совершается брак между Б‑гом и человеком.

Душа человеческая — «часть от Б‑га свыше» (Иов, 32:2; Тания, гл. 2) — часть, что снисходит в мир, где погруженность в земное и материальное все дальше и дальше уводит душу от ее небесного истока. Потому даже душа, что во всей полноте сохранила свои десять сил, — всего лишь часть. И даже когда Б‑г во всей полноте являет нам все десять атрибутов, что свидетельствуют о Его присутствии в Творении, Он лишь частично явлен нам в этом мире. И только когда две части воссоединяются в браке, восстанавливается их изначальная полнота и цельность.

Поэтому, чтобы выстроить Б‑гу обитель на земле, мы должны пожертвовать полшекеля, который состоит из 20 гера. Мы должны всецело посвятить себя Б‑гу, отдав всю полноту наших «десяти сил» браку с Создателем. Но, даже достигнув предельной полноты самореализации в нашей связи с Б‑гом, мы не должны утрачивать понимания, что мы — лишь «половинная суть», — мы, как и Он, неполны друг без друга.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться