Уроки Торы II

Уроки Торы II. Мишпотим

Менахем-Мендл Шнеерсон 22 июля 2016
Поделиться

Закон

И вот законы, которые ты разъяснишь им: если купишь раба еврея… Если будут ссориться люди, и один ударит другого камнем или кулаком… Если чей‑нибудь бык забьет до смерти быка, принадлежащего другому… Если отдаст кто‑нибудь ближнему своему деньги или вещи на хранение, и это украдено будет из дома того человека…

Шмойс, 21,22

 

Заповеди Торы принято делить на две категории: законы, которые определяют отношения «между человеком и Б‑гом», и те, которые оговаривают нормы поведения «между человеком и ближним его». Мы знаем, что Десять заповедей — основа Торы были написаны на двух скрижалях: одна содержала такие заповеди, как «Я — Б‑г, Всесильный твой», «Помни день субботний», а на второй были начертаны законы вроде «Не убивай» и «Не кради».

Но две категории этих законов глубоко связаны между собою. В Зогаре сказано, что Б‑жественное указание «Я — Б‑г, Всесильный твой… Да не будет у тебя иных богов, кроме Меня» (Шмойс, 20:2,3) — сущность всех 613 заповедей и запретов Торы. С другой стороны, в Талмуде приводится знаменитая история о мудреце Гилеле. Когда один нееврей, собираясь принять иудаизм, спросил его, можно ли выразить сущность Торы, за то время, пока тот сможет устоять на одной ноге, Гилел ответил: «Что не желаешь себе, не делай ближнему. В этом вся Тора — остальное лишь комментарии» (Шабос, 31а).

Между «гражданскими» законами Торы и так называемыми «религиозными» в конечном счете большой разницы нет. Преступление против человека — это и преступление против Б‑га, а преступление против Б‑га — это преступление против всех Его творений. Доброта к ближнему — есть доброта к Нему, который создал нас всех, который желает, чтобы мы жили друг с другом в мире и согласии. Добрые «личные» наши отношения с Б‑гом положительно влияют на Его отношения с сотворенным Им миром в целом и с каждым из нас в отдельности.

Хасидское учение продолжает эту мысль, показывая, как значение заповеди одной категории позволяет увидеть более глубокую его связь со второй категорией: будучи применима прежде всего «ритуально», она также учит, как вести себя по отношению к ближнему. Буквальный смысл заповеди помещает его в рамки «гражданского кодекса» Торы, но, обращаясь к внутреннему миру человека, к его душе, та же заповедь имеет самое непосредственное отношение к его миссии и цели в жизни.

БЫК, яма, человек и огонь

Многие из гражданских законов Торы приведены в Шмойс (21‑24) сразу же за описанием Откровения у горы Синай. По мнению наших мудрецов, тем самым подчеркивается, что «эти законы, как и предыдущие, исходят от Синая», и даже самый бытовой общественный закон в Торе — это «мицва», Б‑жественная заповедь, Откровение Б‑жественной воли.

Талмуд анализирует библейские строки и выводит сокрытые между ними законы, посвящая свой крупнейший трактат Незикин гражданским законам главы Мишпотим. Из‑за своей величины Незикин поделен на три части, каждая из которых по существу представляет собой самостоятельный трактат: Бава Кама (Первые Ворота), Бава Мециа (Средние Ворота) и Бава Басра (Последние Ворота).

Каждые «ворота» — это разные категории гражданского закона, вместе они определяют движение человечества к более мирному и гармоничному существованию. Это относится и к духовной стороне правовых трактатов: каждые «Ворота» представляют собой разные стадии нашего внутреннего развития по мере созревания душ для полной реализации нашего потенциала.

Первые строки «Ворот» показывают, в чем в каждом случае состоит суть. Первая строчка Бава Кама, («Первых Ворот»), гласит: «Существуют четыре основных категории ущерба: бык, яма, человек и огонь». Дальше разбирается ответственность человека за этот ущерб:

1) вред, нанесенный чьей‑то собственностью (если чей‑нибудь бык забодает быка соседа);

2) опасность для общественной собственности (например, если кто‑то вырыл яму посреди дороги);

3) вред, нанесенный непосредственно самим человеком;

4) вред, вызванный потенциально опасными действиями (например, человек разводит огонь на своей территории или собственности, а огонь перекидывается на собственность соседа).

Помимо определения четырех категорий ущерба, а также многочисленных подкатегорий и конкретных содержащихся в них законов Бава Кама также оговаривает возможные компенсации и наказания за воровство и грабеж. Другими словами, «Первые Ворота» гражданского закона Торы рассматривают вопросы преступных, иногда насильственных посягательств на чужую собственность или на других людей, что ведет к дисгармонии в человеческой среде.

Нашедшие, хранящие и партнеры

Законы, о которых идет речь в Бава Мециа («Средних Воротах»), касаются: возвращения потерянных предметов; споров о ссудах, продажах и найме; обязанностей «четырех хранителей» относительно доверенных им предметов (залогополучатель, которому заплатили, и тот которому не заплатили, заемщик и арендатор).

Как в «Первых Воротах», так и в «Средних Воротах» разъясняется, как разрешать споры между людьми. Но здесь конфликты в большинстве своем более мягкого характера, они возникают из честного несогласия, а не из злокозненного или очевидно безответственного поведения. Первый закон в этом трактате весьма характерен: «Двое вцепились в кусок ткани. Один говорит “я нашел”, другой говорит “я нашел”»…

Надо сказать, что законы Бава Мециа вряд ли отражают идеал человеческих чаяний. Решение суда удовлетворит претензию только одного жалобщика, а то и никого из них. Но в отличие от случаев, обсуждаемых в «Первых Воротах», здесь ни о каких антигуманных деяниях речь не идет. Просто в ходе своих обычных, каждодневных дел два человека приходят к какому‑то несогласию, и во многих случаях каждая из сторон искренне убеждена в своей правоте.

Совершенно иная ситуация, связанная с гражданским законом, рассматривается в Бава Басра, «Последних Воротах»: речь идет не о том, чтобы уладить спор, а о том, чтобы заложить фундамент для социально справедливого и гармоничного существования между двумя людьми. В этом трактате обсуждаются законы, характеризующие права собственности, взаимоотношения между соседями, партнерские и коммерческие отношения, вопросы наследия и благотворительности. Вот что в частности предлагает Бава Басра: «Если партнеры желают разделиться, они должны построить стену посередине. Во всем они должны следовать местным обычаям. Когда они строят из необработанного камня, один дает три ладони и другой дает три ладони (пространства для стены). Если строят из кирпичей, один дает полторы ладони и другой дает полторы ладони. Таким образом, площадь и камни в равной степени принадлежат обоим».

Этот закон типичен для законов, представляющих основу «Последних Ворот». По‑видимому, его функция в том, чтобы определять и делить, но поделить желают обе стороны, и для обеих это выгодно. Причем сама разделяющая стена становится их совместным деянием: она соединяет отделившихся и свидетельствует об их взаимном желании поддерживать добрососедские отношения, уважая права и привилегии друг друга.

 

Трое ворот истории

На космическо‑историческом уровне трое ворот Незикин могут рассматриваться как три фазы социального развития человека, как барометр прогрессивного влияния на общество законов Торы. В «Первых Воротах» мы находим человеческое общество в примитивном, варварском состоянии, и закон, соответственно, имеет целью бороться с преступным и буйным поведением граждан этого общества. В «Средних Воротах» мы уже переходим к конфликтам, лишенным злокозненности. И, наконец, в «Последних Воротах» подразумевается общество без раздоров, в котором закон существует уже не для того, чтобы разбираться со спорными ситуациями, а для того, чтобы служить ориентиром на пути к большему пониманию и более глубокому единению людей.

Трое ворот по сути рассказывают нам о самой истории. История человечества движется в направлении идеального и гармоничного мира Мошиаха. По мере того как человечество учится разоружаться и объединяться, перековывая военные мечи на орала помощи страждущим, мы приближаемся к дню, когда последняя часть гражданского закона Торы навсегда искоренит из человеческих отношений конфликты и враждебность.

Между человеком и Б‑гом

Как было сказано, «социальные» заповеди Торы находят свое отражение в жизни нашей души. Таким образом, трое ворот прогресса от варварства до гармоничного сосуществования на социальном уровне описывают три соответствующие стадии в нашем духовном развитии и наших поисках контакта с Б‑гом.

В «Первых Воротах» мы имеем дело с отрицательными силами, которые активно подрывают нашу духовную цельность. Эти силы делятся на четыре категории, которые соответствуют «четырем основным категориям ущерба»: наши животные страсти и желания («бык»); наша склонность к гневу и другим бурным проявлениям («огонь»); разрушительное воздействие пассивных пороков, таких как лень и инерция («яма»); наши особенно сложные пороки, которые еще более вредны, ибо эксплуатируют наши возвышенные, явно человеческие таланты («человек») и ведут к разрушительным последствиям для души.

«Средние Ворота» описывают состояние в нашем духовном развитии, когда эти разрушительные силы удается преодолеть, и наши внутренние конфликты носят более утонченный и «цивилизованный» характер. Бава Мециа имеет дело с такими вопросами, как «поиск утерянных предметов», с обязанностями и полномочиями «четырех хранителей».

Талмуд оперирует таким термином, как шойте, — «дурак» (этот юридический термин обозначает человека, у которого не хватает ума и понимания, чтобы отвечать за свои действия). Он определяет «дурака», как «того, кто теряет все, что ему дано». На иврите «все что» — кол‑ма — включает в себя кабалистический термин ма, касающийся возможностей души к восприимчивости и самоограничению. На духовном уровне «дурак» тот, кто так поглощен собой, что не способен воспринимать что‑то большее или более высокое, чем его нынешние понимание и опыт, и поэтому теряет ма — все, что ему дано.

В этом значение закона «между человеком и Б‑гом», посвященного возвращению утерянных предметов. Даже очистив наши души от разрушительных черт, перечисленных в «Первых Воротах», мы должны трудиться во имя того, чтобы вернуть утраченное нами ма, и преодолеть внутреннюю дисгармонию, которая имеет место, когда наше «я» препятствует нашему же духовному развитию.

«Заемщик» и «арендатор». Эти законы определяют степень ответственности каждого из хранителей по отношению к предмету, который ему доверено хранить, с учетом вознаграждения, которое он получает за свою охранную деятельность. Применительно к нашему внутреннему миру законы «четырех хранителей» описывают четыре типа духовности личностей, и эти типы меняются в зависимости от степени «вознаграждения», на которое они рассчитывают за свой труд, призванный улучшить мир Б‑га, а также в зависимости от ответственности, какую они берут на себя за превратности жизни.

Партнер

Наши мудрецы говорят: «Как человек себя мерит, так ему и отмеряется» (Талмуд, Мегила, 12б). Другими словами, Б‑г оставляет за нами право определять свое видение жизни и отношение к Нему, а потом воздает нам в соответствии с этим. И правда, человек может относиться к жизни по‑разному.

Кто‑то видит себя рабом хозяина‑автократа. Этот человек мыслит следующим образом: я родился не по своей воле, никто со мной не советовался, когда писали законы жизни. Мне все было навязано. Как сказано: «Ибо не по своей воле ты зачат, и не по своей воле родился, и не по своей воле живешь, и не по своей воле умрешь, и не по своей воле предстанешь пред судом и дашь отчет Царю всех царей, Святому, благословен Он!» (Пиркей овойс, 4:22). Мой хозяин всемогущ, лучше следовать Его заповедям.

Другой занимает позицию более увлеченного работника. Подход таков: у меня есть работа, надо делать ее как можно лучше. Разве Б‑г не обещал вознаградить меня за тяжкий труд? Жизнь как работа — такой взгляд выражает рабби Тарфон во второй главе Пиркей овойс: «День короток, а работы много и работники ленивы, но вознаграждение велико и Хозяин торопит… Не тебе предстоит завершить работу, но и не волен ты освободиться от нее. Если ты посвятил изучению Торы много времени и сил, то дадут тебе щедрое вознаграждение; твой Хозяин, верный Своему обещанию, оплатит труды твои. Но знай, что праведники будут вознаграждены в грядущем мире» (2:15,16).

Наконец, можно рассматривать жизнь как партнерство с Б‑гом. Да, мы все «рабы» в том смысле, что принимаем абсолютное главенство Б‑га над нами, мы «работники» в том смысле, что Он определил назначение нашей жизни и обещал вознаградить за наши труды. Но нам также дано возвысить нашу работу до уровня партнерства с Создателем. Словами наших мудрецов, «судья, который судит дело с полной справедливостью… становится партнером Б‑га в творении» (Шабос, 10а). «Тот, кто молится в канун Субботы и читает Ваехулу… становится партнером Б‑га в творении» (там же, 119б).

Как партнеры Б‑га мы развиваем себя и мир в соответствии с Б‑жественной волей — не только потому, что просто должны «делать свою работу», но и как некое индивидуальное «предприятие». Жизнь становится совместным предприятием с Б‑гом — Он это предприятие оснастил и запустил, но подпитывают его наши инициатива и честолюбие.

Духовная версия «Последних Ворот» представляет именно такое «предприятие». Как в любом совместном предприятии, нужны условия такого сотрудничества — «стены». Оговариваются сферы влияния каждого партнера, их права и обязанности. «Стены» бывают разные: некоторые — целиком Б‑жественные учреждения (не подвергавшиеся шлифовке камни), другие — продукты развития человеком ресурсов, данных свыше (кирпичи).

Конечно, эти стены и разделяют, и определяют, но смысл их не в разделении. В партнерстве с Б‑гом нет противоречия (как в «Первых Воротах»), нет и мягкого конфликта (как в более духовно зрелых «Средних Воротах»). Скорее, эти «стены» — объединяющие: они выстроены совместными усилиями, гальванизируют наши отношения с Б‑гом и наполняют смыслом наши жизни.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Недельная глава «Вайеце». Как в наши души проникает свет

Авраам наделил евреев отвагой, чтобы они бросили вызов идолам своей эпохи. Ицхак — способностью к самопожертвованию. Моше научил их страстно бороться за справедливость. Яаков же дал им знание о том, что именно тогда, когда чувствуешь себя максимально одиноким, Б‑г по‑прежнему с тобой, Он дарует отвагу надеяться и душевные силы мечтать.

Еврейские инкунабулы

Христианские типографы «сдавали в аренду» своим еврейским коллегам различные элементы декора. Для использования одних и тех же рамок для книг, начинавшихся с разных сторон и с различным направлением текста (иврит, соответственно, справа налево) мастера использовали простой технический прием: рамки разрезались, и их стороны переставлялись в зависимости от направления текста.