Уроки Торы II

Уроки Торы II. Аазину

Менахем-Мендл Шнеерсон 22 июля 2016
Поделиться

Два пророка, два способа выражения

Слово «аазину», обычно переводимое как «внимать», буквально означает «преклонить ухо». В связи с этим Сифри сравнивает призыв Моше: «Внимайте, небеса, и я говорить буду, и услышит земля речи уст моих» (Дворим, 32:1) с пророчеством: «Слушайте, небеса, и внимай, земля» (Ишаяу, 1:2). Моше достиг в тот момент такого уровня духовного совершенства, что пребывал «близко к небесам и далеко от земли». Потому он мог обращаться к небесам как к пределу, который ближе от него, чем земля.

Ишаяу же, наоборот, пребывал «близко от земли, далеко от неба» несмотря на достигнутые им духовные высоты, поясняет Рамбам (Законы основ Торы, 7), описывая уровень духовного совершенства, которым должен обладать пророк. Но и сами пророки считали, что Ишаяу достиг необычайно высокого уровня (см. Хагига, 13б). И потому Ишаяу использовал слова, воистину выражавшие уровень пророка.

Отражение духовной реальности

Мудрецы, занимавшиеся кабалой, учат, что существуют четыре духовных мира: Ацилус, Брия, Йецира и Асия. Ацилус — сфера существования, единая с Б‑гом. И хотя эта сфера заключает в себе сущности, которые ограниченны и поддаются определению, они не ощущают себя отделенными от Б‑га. Даже существуя как нечто конечное и обладающее определенностью, они осознают себя не чем иным, как «развертыванием» Б‑жественности.

Что до миров Брия, Йецира и Асия, то там, наоборот, присутствует осознание «я» — индивидуальной идентичности. То есть Ацилус определяется как «небеса», а три других мира — как «земля».

Моше описан как нешома (душа) мира Ацилус — как индивидуальное бытие, восприятие которого параллельно миру Ацилус. При том, что Моше пребывал в физическом теле, он воспринимал все сущее как «развертывание» Б‑жественности.

Это возможно, ибо пространственные ограничения не распространяются на духовные сферы. Они есть не нечто отдельное от нашего мира, удаленное за его пределы. Живя в этом мире, можно осознавать Б‑га вне каких‑либо опосредований и обладать близостью к Нему, присущей миру Ацилус.

Таков был духовный ранг Моше — он мог обращаться к небесам с невиданной простотой, потому что он сам находился на этом уровне.

Ишаяу же видел Б‑га «издали». Ангелы, о которых он говорит, восклицают: «Свят, Свят, Свят Г‑сподь воинств!» (Ишаяу, 6:3). Как объясняет хасидизм, именно кадош, «свят», указывает здесь на пребывание вне, вдали.

В мире Брия даже высшие из ангелов сознают отделенность от Б‑га, ибо они уже наделены сознанием своего «я». Таким образом, Ишаяу близок земле. И к ней он обращается как к пребывающей вблизи.

Сплав материального и физического

Однако остаются вопросы: почему Моше обращается и к земле, обращаясь к небесам? И почему слова Ишаяу обращены к небу, когда он обращается к земле? Почему они не ограничиваются сферой, к которой они ближе? Решение этих вопросов связано с фундаментальными положениями иудаизма. Мы не должны забывать ни о связи с Небом, ни о связи с землей. Следует помнить, что мы призваны обеспечить сопряжение материальной и духовной реальностей, а не воспринимать их как два параллельных явления.

Сердцевина иудаизма заключается в том, что мы должны приблизить к нам духовную реальность так, чтобы она стала составной частью мирского опыта, — таков вклад Моше. И точно так же наша задача — возвысить мирское, пока оно не достигнет духовных основ — таков вклад Ишаяу. Это поможет понять различие между откровением Торы, явленным через Моше, и «словом Б‑га», сказанным через других пророков (см. Рамбам, Комментарии на Мишну, Сангедрин, 10:1, седьмое и восьмое из тринадцати оснований веры). Главное явлено в Торе — откровение Б‑жественной истины. Что же привносят в это пророки? Они побуждают род людской исполнить истину Торы (см. Рамбам, Законы основ Торы, 9:2). В сущности, эти два побуждения можно рассматривать как две последовательные фазы одного процесса.

Дав откровение Торы, Моше направляет каждого из живущих, чтобы тот смог возвыситься над мирской реальностью и стать «близким к небу». Ишаяу развивает эту связь далее, тем самым открывая нам возможность переживать духовный подъем и достигать высшего, когда мы «близки небесам», пребывая в состояниях, когда мы «близки земле» и вовлечены в мелочи земного быта.

Две фазы во времени

Глава Аазину всегда читается или в Шабос накануне Йом Кипура в течение Десяти дней раскаяния, или на Шабос после Йом Кипура, перед праздником Суккос. Здесь прослеживается связь с представлениями, о которых мы говорили выше.

О днях, предшествующих Йом Кипуру, мудрецы говорили словами пророка: «Ищите Г‑спода, когда можно найти Его; призывайте Его, когда Он близко» (Рош а‑Шона, 18а; Ишаяу, 55:6). В эти дни каждому открывается возможность почувствовать близость Б‑га, вот почему Ари говорит: «Если не плачет человек в течение Десяти дней раскаяния, душа его несовершенна» (При Эц Хаим, Шаар а‑Шофар, гл. 5). Чтение Аазину перед Йом Кипуром просветляет, давая нам почувствовать, насколько каждый из живущих «близок к небу». После же Йом Кипура в Б‑гослужении нарастают мотивы обращенности к земле, намеченные в стихе: «И пошел Яаков путем своим» (Брейшис, 32:2).

Яаков — душа, отзывающаяся на призыв, символ всего еврейского народа. «Идти своим путем» означает обращенность к личным делам и слияние на этом пути духовной истины с нашим ежедневным опытом, как наставляет стих: «Во всех путях твоих познавай Его» (Мишлей, 3:6).

Остановимся подробнее на двух ступенях, связанных с этим мотивом:

а) соблюдение мицвойс, когда они облечены материальными сущностями, — именно такой вариант приносит нам праздник Суккос;

б) дальнейшее погружение в материальность мира, когда праздники остались позади и мы возвращаемся к нормам повседневной реальности.

Чтение Аазину после Йом Кипура подчеркивает, что «близость к небу» — лишь отправная точка для нашего служения Б‑гу, которое должно продолжаться в течение всего года.

Две фазы развития

Заметим, возможно и более узкое истолкование понятия «небеса»: в рассматриваемом контексте они выступают и как аналог Торы. Тора — слова Б‑га, и через ее изучение человек подходит «ближе к небу», ближе к духовной истине. В мицвойс же, наоборот, важную роль играют земные аналогии, ибо соблюдение заповедей связано с земными делами.

На первом этапе духовного развития человек должен стремиться стать «ближе к небу», погрузиться в изучение Торы. Позже он должен прийти к осознанию того, что «не изучение главное, а деятельность» (Пиркей овойс,1:17). Ибо обязан человек принять на себя часть миссии, цель которой — сделать наш мир обителью Б‑га.

Мудрецы утверждают: в нашу эпоху изучение предшествует деянию и в чем‑то стоит выше деяния (Кидушин, 40б). Однако они подчеркивают связь между знанием и деянием, объясняя, что изучение и знание имеют преимущество, поскольку «изучение ведет к действию». В Эпоху Искупления — наивысшую точку нашего человеческого опыта — предпочтение будет отдано действию. Ибо в эту эпоху служение людей Б‑гу установит совершенную связь между небесами и землей. И мы будем постоянно и повсюду чувствовать присутствие Б‑жественного, которое наполнит собой каждое мгновение нашего бытия.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться