Мы, евреи, должны заботиться о нашем духовном бизнесе, в особенности в деле изучения Торы, — в той же мере, в какой хозяин предприятия заботится о своем бизнесе. Чем бы мы ни занимались в течение дня, главным для нас должно быть изучение Торы, с которой нас связывают неразрывные узы. Неважно, сколько времени мы посвящаем занятиям, пусть совсем немного, — важно, чтобы это захватывало нас целиком и чтобы сохраняло свое воздействие на нас и в часы нашей повседневной деятельности.

Действительность демонстрирует нам, что поле боя и трибуна кнессета — вещи далеко не одного порядка и что в массе своей экс‑воители солидных успехов на политическом поприще не достигают. Поэтому недавнее заявление бывшего главы Генштаба и бывшего же министра обороны Моше Яалона о желании побороться за пост премьер‑министра вызвало у израильтян скептическую реакцию: исторический опыт последних двадцати лет со счетов не сбросить.

Бедный герой, бедный мечтатель. Неужели вы на самом деле верили, что ваш жест перевернет землю? У человечества другие заботы. Вы полагались на интеллигенцию? Она любит идеи — не людей. На ваших братьев‑евреев? Мысленно видели их марширующими по улицам Парижа, Лондона, Нью‑Йорка и Иерусалима, кричащими, что вы тут не одни? У ваших евреев свои заботы. Жизнь продолжается. И те, кто не страдает, отказывается слышать о страданиях — особенно еврейских страданиях.

Коллекционер Хильдебранд Гурлитт (1895–1956) хоть и был евреем по бабушке, но вовсю использовался Геббельсом для пополнения личного собрания Гитлера — отсюда и прозвище «личный галерист Гитлера». Он принимал участие в распродаже «дегенеративного искусства», которым стали брезговать немецкие музеи. Благодаря его посредничеству многие картины экспрессионистов, например, оказались в Швейцарии, а полотна Кандинского — в Америке. В итоге и у самого Гурлитта сформировалось отличное собрание европейского модерна.

После Синодального перевода Библии почти полтора века еврейские первоисточники не переводились на русский язык, а если и переводились, то частично или в пересказе. Это было связано с идеей, что подобные книги невозможно адекватно перевести на русский. Но людей, по‑настоящему знающих язык Талмуда, крайне мало. В России для перевода еврейских первоисточников на русский язык в рамках издательства “Книжники” был создан проект “Библиотека еврейских текстов”.

Приняв ту мысль, что идея о тикун лежит в основе романа и служит той канвой, по которой писатель вышивает разрозненные трагические эпизоды еврейских судеб, мы поймем мозаичность и статичность произведения. Ведь чем больше историй о бедствиях разных евреев расскажет нам Агнон, чем большему числу евреев мы вместе с ним посочувствуем, тем скорее воцарится гармония в мире, а значит, и в жизни евреев.