Тема, которая доминирует в «Песне на море», — не восхваление Бога за спасение еврейского народа, как можно было бы ожидать. Доминирующая тема — воздействие, которое это чудо оказало на неевреев: смерть египтян и ужас, охвативший самые могущественные народы мира. Поэтому правомерен вопрос: безусловно, спасение нашего народа было более значимым событием, нежели последующее влияние на нееврейские народы. Почему же в «Песне на море» акцент делается на последнем?

Агада рассказывает не только о спасении, но и о предназначении. Мы теперь должны. Мы были выведены из Египта не для того, чтобы просто быть свободными. А чтобы стать народом завета. Свобода без ответственности — это пустота. Но свобода, наполненная смыслом, — это жизнь в свете. Когда мы рассказываем об Исходе, мы не говорим: «Бог нас спас, и все». Мы говорим: «Бог нас спас, чтобы мы могли спасти друг друга. Чтобы мы жили по заповедям. Чтобы были светом, а не тьмой. Свидетелями того, что каждый человек создан по образу Б-га»

Через двадцать пять лет после освобождения Бухенвальда его выживший узник Джек Брейткопф рассказал о первой молитвенной службе, на которой побывал после войны, устроенной «в доме на лагерной территории, где нацисты показывали кино». По его словам, дело было вечером, «всего через несколько дней после Песаха», и мой отец, раввин Гершл Шактер, «раздал мацу... Мы уж думали, нам никогда уже не доведется поесть мацы»

Трумэн упомянул об ужасах Холокоста и тысячелетних преследований евреев, а также признался, что восхищается не только еврейской стойкостью, но и тем, как евреи поддерживают тех, кто сталкивается с дискриминацией: «Невзирая на многовековые преследования, еврейский народ хранил нерушимую преданность своей древней вере — вере, которая придавала евреям смелости и мужества вытерпеть бесчеловечность человека к человеку. Более того, зачастую евреи оказывались в авангарде борьбы за помощь угнетаемым меньшинствам»